Часть 1

Рейх сидел посреди поляны, благоговейно откинув голову назад и подставив светлые волосы лёгкому летнему ветерку. Рядом лежали его сапоги и фуражка.  Линия фронта была далеко, так чего заморачиваться? Ариец просто хотел отдохнуть от битв и тяжёлой планировки. И вот выдался «свободный» денёк.  Но что-то было не так. Слишком всё хорошо.  Так всегда: если начало дня нормальное, то конец будет просто ужасный. И наоборот. Но, пока не произошло это «что-то», что должно было нарушить идиллию, надо отдыхать.  Так прошло около часа.  Немец уже успел перепробовать все возможные позы на траве, и чуть было не задремал. И тут неподалёку раздался шелест. Нацист инстинктивно вскочил на ноги и судорожно стал рыскать по карманам в поисках пистолета. Мелкие камни болезненно впились в его босые ноги, но он лишь чуть поморщился. И вот, наконец, когда его длинные когтистые пальцы наткнулись на холодную рукоять, фриц обхватил оружие и чуть трясущимися руками направил в сторону шума.  «Кто это?! Здесь же никого не должно быть!» - пронеслось у него в голове. Но, спустя полминуты гляделок со стволом дерева, Третий, чуть помешкавшись, опустил пистолет, но не выпустил его из рук.  - Кто здесь? - по-немецки, с ноткой напряжения спросил Рейх. Голос его эхом разнёсся по округе. Ответа не последовало.  Появилось это чёртово чувство слежки. Вот словно кто-то наблюдает… Но кто и где? Ариец, настороженно оглядываясь, быстро всунул ноги в сапоги и, накинув чёрную фуражку с орлом, поспешил убраться куда подальше.  Но не тут-то было.  Только злополучная поляна скрыться из виду, как шорох повторился, но уже куда ближе. Не успел немец хоть что-то сообразить, как раздался оглушительный выстрел. А дальше была лишь тьма.  *** Нацист рывком подорвался на ноги и распахнул глаза. Он был в незнакомом лесу, а где-то вдалеке слышался шум битвы.  - Что это, твою мать?! - чуть ли не заорал он, но в миг заткнулся.  Он заметил, что он стал… Выше чтоли?..  Взглянув на своё тело, фриц впал в ступор. Это был не он.  Длинные руки, чёрные перчатки, пальто… Это был Советский Союз. Третий пошатнулся и, споткнувшись о корень, упал на землю. С таким ростом удар был довольно болезненным, но терпимый. И вот Рейх, сидя на сырой траве, в ужасе уставился на руки, растопырив пальцы.  «Чёрт…» - повторял он про себя, пока зрачки судорожно метались в разные стороны.  Он даже не заметил, как битва стремительно приближалась к нему. А из этого «транса» его вывела пуля, врезавшаяся в соседнее дерево, от чего кора разлетелась в разные стороны.  Ариец, не долго думая, подскочил с земли и собирался было скрыться куда подальше, но тут его снова сбили с ног, но это уже был солдат, раскрывающий кровоточащую часть лица рукавом. После за ним последовали и остальные. Судя по форме, это были русские, и, видно, отступающие к основным силам.  Немец, уже решив оставить попытки побега, просто отполз под ближайший куст и сжался, молясь, чтобы его не нашли. «Господи, да что это происходит?..» - в очередной раз спросил он себя.  И вот, наконец, солдаты убрались восвояси. По крайней мере так казалось на первый взгляд. На негнущихся ногах фриц поднялся, и уже был готов к любым неожиданностям.  И, видно, не зря.  Его заметили отставшие нацисты. Третий сначала чуть воодушевился, увидев своих, но после вспомнил, что сейчас он для них самый главный враг и главная добыча.  «Ненавижу,» - уже с неким пофигизмом подумал Рейх перед тем, как его пригвоздили к земле, сильно скрутив руки за спиной.  Ариец зашипел и оскалился, но отсутствие клыков делало это больше смешным, чем устрашающим. Но прожигающий насквозь взгляд фрица остался тем же. И от этого «везунчикам», поймавшим фюрера СССР становилось чуть не по себе. Но тем не менее они, направив на него винтовки, показывая, чтобы тот даже не пытался бежать, бесцеремонно повели в ту сторону, с которой и пришла вся эта «процессия». - Ну что, Советский, - со злой ухмылкой протянул один из солдат на ломком русском, - Капут тебе. На это он встретил равнодушный взгляд Третьего. Это показалось им странным, но Рейх даже не пытался прикидываться Союзом. Ему сейчас было важно лишь вновь попасть в своё тело. Если оно, конечно, ещё живое.  Но уж кто-кто, а немец умел даже в самой хреновой ситуации соображать здраво. Так что он лишь, то и дело ощущая на своей спине подгонявшие его пинки, стал размышлять.  *** Наконец, фрица довели до лагеря. Судя по разговорам, его должны были отправить в Берлин.  «Хах, эти идиоты не знаю, что я их прекрасно понимаю,» - мысленно усмехнулся нацист. Впрочем, его эта новость только радовала. Может, получится доказать, что он это он.  Вот только как?.. И тут размышления его оборвал сильный толчок, от которого ничего не подозревающий Третий повалился на землю.  «Терпи, Рейх, терпи. Потом будет лучше,» - пытался заверить себя ариец под общий гогот. Мда, сейчас, смотря на своих солдат с такой стороны, ему даже становилось противно. И это его высшая нация.  Немец, поднявшись, отряхнул запачкавшуюся форму. Все стихли, а непоколебимый фриц двинулся дальше. Конечно, временная «охрана» поспешила за ним, на что нацист лишь закатил глаза. Как будто он собирался куда-то сбегать. Хах.  Ну и вот, когда его завели в просторный кузов машины и приказали ждать, Третий лишь скучающе подпёр голову руками и уставился в противоположную стену, погрузившись в свои мысли.  И тут транспорт тронулся. Удивительно, что его так скоро решили довести до столицы. Хотя, впрочем, он же не обычный военный, а сам Советский Союз. Рейх чуть усмехнулся от своих мыслей, что со стороны выглядело странно. Но разве арийцу не плевать? Тем более, он здесь один.  Немец не знал, сколько ехать. И, ни чуть не стесняясь, постучал по передней стенке, граничащей с кабиной водителя, и чуть высокомерно спросил интересующий его вопрос. Ответа не последовало и, кинув язвительное замечание в сторону мужчины, фриц вновь уселся на своё место. Он закинул руки за голову и закрыл глаза. Монотонный стук колёс навевал сон, и совсем скоро отправил его в царство Морфея.  *** Вернулся в реальность нацист благодаря настойчивого торможения за плечо. Сонно разлепив глаза, он не сразу вспомнил, что произошло. Но, увидев возвышавшегося над ним генерала, Третий хотел было проворчать, что какого хрена его будят, но вовремя прикусил язык.  - Вставай, - на родном Рейху языке процедил мужчина, и ариец, недовольно цокнув языком, всё же повиновался.  И тут в разуме его вспыхнула идея, которую он сразу же озвучил.  - А где Третий Рейх? - Как бы невзначай спросил он.  Окружающие немцы обернулись на него, а генерал немного замялся.  - Тебе это знать не обязательно, чёртов коммунист, - после недолгой паузы огрызнулся тот, и фриц чуть разочарованно отвёл взгляд. Хотя, на что он надеялся? Да и хрен знает, сколько времени на самом деле прошло с момента переноса его в тело Совка…   После настойчивого толчка нацист всё же вернулся в реальность и, недовольно проворчав себе что-то под нос, двинулся дальше. Ладно, если уж эта Советская гадина попала в его тело, то они должны будут вскоре встретится. Наверное. - Чего задумался, - прошипел один из офицеров. Третий смерил его холодным взглядом, в после, передразнивая, с явной издёвкой проговорил. - Тебе это знать не обязательно. Генерал, что за это время уже успел уйти на несколько шагов вперёд пленника, резко обернулся. Лицо его приняло красноватый оттенок, от чего тот стал похож на воздушный шар.  - Ну всё, ты нарвался, русский, - процедил он, приближаясь к «провинившемуся». Рейх же лишь высокомерно улыбнулся. Чем хуже ему сейчас, тем хуже будет Союзу, когда тот вернётся в своё тело. Но сейчас приходилось терпеть всё на своей шкуре.  *** Ариец лежал на земле, истерично смеясь. Из разбитого прикладом носа хлестала кровь, а побитые бока отдавались болью во всём теле. Но сейчас ему было плевать.  Остальные немцы с неким ужасом смотрели на него. Хотя, впрочем, не удивительно. Сейчас фриц выглядел взаправду свихнувшимся. Но сильных удар в голову положил конец сумасшествию нациста, и тот без сознания распластался на земле.  Его схватили сразу несколько крепких мужиков, чуть боязливо поглядывая на свою ношу, словно опасаясь, что Третий вот-вот придёт в себя и устроит им тут полноценную Сталинградскую битву.  Рейх не торопясь проснулся. Тело невыносимо болело, и он, не в силах сдерживаться, тихо заскулил.  «Ничего… Потом будет лучше,» - пытался заверить он себя, но, честно, получалось не очень.  И, немного потерпев, ариец всё же открыл глаза и увидел лишь голую облезлую стену. Хотя, впрочем, ничего удивительного. Всё же не будут его тут в пятизвездном отеле держать.  Немец, чуть поморщившись, присел на койку. И в тот же миг дверь распахнулась и в неё вошёл часовой, сухо объявивший, чтобы фриц шёл с ним.  Саркастично закатив глаза, нацист всё же поднялся и, прихрамывая, последовал за «провожатым».  Доведи его до уже знакомого ему, но не знакомого Совку кабинета. Но, дабы не вызвать лишних подозрений, он сделал вид, что видит помещение в первый раз. Знакомые книжные полки, деревянный стол, ковёр… Любимое место Третьего. Странно, что его привели именно сюда. Будь Рейх в своём теле, он бы отчитал каждого, а может, и расстрелял некоторых… Ладно, лучше будем думать о том, что происходит, а на о том, что могло бы быть.  - Фюрер скоро будет здесь, - процедил мужчина, покосившись на «пленника». Ариец пропустил эти слова мимо ушей, и лишь, самодовольно откинувшись на спинку стула, на который его усадили, сложил ногу на ногу. Конечно, такое поведение для страны, попавшей в плен, было крайне странно и несвойственно. Но, помня, сколько шуму навёл немец в прошлый раз, никто уже не смел ничего с ним делать.  Прошло около десяти минут. Часовой, который всё это время был вынужден стоять, стал нетерпеливо переминаться с ноги на ногу, а фриц, сняв звёздочку с ушанки, без особого интереса вертел её в руках. И тут, наконец, послышались приближающиеся шаги.  И, только в двери показался сам Третий Рейх, а точнее, Советский в его теле. Третий фыркнул и, бросив насмешливый взгляд на своего врага, с ухмылкой прошипел. - Явился, наконец. Часовой ошарашено взглянул на «пленника», но, услышав от своего фюрера «Можешь идти», послушно удалился.  СССР, пройдя на стол, сел напротив Рейха, скрестив руки на груди. Ариец невольно заметил, как нелепо смотрится из-за своего роста, тем более с тамим лосём, как Союз. Но это было не особо таки важно.  - У меня один вопрос: что ты, блять, натворил, чтобы мы обменялись телами?! - на повышенных тонах, теребя рукав рубашки, проговорил коммунист. - Лично я ничего. Если не считать, что меня кто-то пристрелил в лесу, - прошипел немец, отведя взгляд, тем самым показав, что разговор уже ему надоедает.  - Тебя… Что?! - переспросил Советский, подавшись вперёд, - Тогда какого чёрта я сейчас в твоём живом и здором теле?  - Думаешь, я знаю? - огрызнулся фриц, цокнув языком, - Но я бы с радостью вернулся в моё тело.  - Да мне самому бы хотелось, - мрачно пробубнил СССР, подперев голову рукой.  - Тогда давай вспоминать сказки там какие-нибудь. Может, поможет, - бросил он первое, что пришло ему в голову. А, после секундного молчания, Третий расплыться в зловещей и насмешливой улыбку и, стараясь не заржать, проговорил, - Помнишь, в сказках всегда целовались? Союз посмотрел на Рейха, как на усиленно отсталого, а после прыснул, закрыв рот рукой. Ариец тоже чуть засмеялся, но через полминуты уже обе страны вновь приняли непоколебимый вид. - Ладно… Давай теперь серьёзно, - чуть улыбнувшись от недавних воспоминаний, сказал Советский, на что получил утвердительный кивок.  Было немного неловко сидеть в одном кабинете со своим главным врагом, с которым прямо сейчас не так уж и далеко идут ожесточённые бои, и просто мирно размышлять об общей проблеме. Но делать было нечего.  И так, спустя минут десять тяжёлых раздумий и предположений, немец не вытерпел и, пнув ногой стол, насупился и обидчиво скрестил руки за спиной. Он этой картины коммунист тихо засмеялся, прикрывая рот тыльной стороной ладони, но эти смешки всё же донеслись до ушей фрица, которому было явно не до смеха. Третий, оскалившись, прошипел. - Заткнись, идиот. - Ладно, ладно, - с насмешкой ответил СССР, демонстративно поднимая руки в знаке «сдаюсь». Но улыбка с лица его никуда не исчезла.  «О господи…» - пронеслось в голове Рейха, и он вновь отвернулся. - Да боже, давай просто простим друг друга?! Может, это от нас и требуется! - внезапно заорал Союз, ударив кулаком по столу. Ариец от неожиданности вздрогнул, резко глянув в сторону временного союзника. Может, тот и прав… Но на деле немец не собирался уступать. Уж слишком он упрямый.  - С каких это пор?! Да после всего, что ты… - Какой я?! Какой я?! - уже во всю глотку орал Советский, - Да это ты, шваль фашистская, напал на меня со спины! Фриц рывком поднялся на ноги и, бросив на коммуниста испепеляющий взгляд, пошагал прочь. Но, стоило ему уже потянуться к ручке, как за спиной раздался уже более спокойный, но с ноткой агрессии голос. - Куда собрался, Рейхи? - последнее слово было произнесено с сарказмом, - Я не собираюсь оставаться в твоём ничтожном теле. Ты уж как хочешь, но нам надо что-то сделать.  Пальцы нациста напряглись и впились в ручку. Если бы у него были когти, он бы точно пробил дерево. Он ненавидел это обращение к нему, а ещё больше ненавидел Совка. Но сам не очень-то хотел провести остаток своих дней, будучи двухметровым сибирским мужиком, который сейчас ко всему ещё и в плену.  - Ла-адно, - нехотя протянул он, возвращаясь на своё место.  - Так-то лучше, - проворчал СССР. От его недавнего дружелюбия не осталось и следа. Сейчас он смотрел на своего собеседника с лютой неприязнью. Но тон его оставался ровным и холодным.  - Ладно, я тебя прощаю, - процедил Третий, смотря на книжную полку. Но интонация его говорила вовсе об обратном, и больше походила на «всё, я сказал, теперь отстаньте». Союз сжал кулаки. Ух, как же его раздражала эта бессмысленная упрямость.  - Пожалуйста. Просто. Скажи. Нормально, - по словам проговорил Советский, но, не получив ответа, тяжело вздохнул и решил начать первым.  - Я прощаю тебя, Рейх, - произнёс он. Но, в отличии от арийца, слова его хотя бы звучали искренне, пусть и в душе коммунист до сих пор хотел расцарапать этому немцу морду, дабы стереть эту высокомерную улыбку.  - По-онятно, - протянул фриц, вновь устремив взгляд на СССР. В глазах его мелькнуло удивление, и он уже без былой холодности проговорил, - Да, я тоже прощаю тебя. Ничего не произошло. Третий, сцепив руки в замок, чуть возбуждённо, словно завершая какой-то киновыпуск, произнёс. - Ну-с. Раз от нас требовалось не это, то я пошёл. Но, слоило ему немного приподняться, как Союз резко вскочил на ноги и, опустив голову, протянул недоумевающему Рейху руку. - Что это значит? - спросил ариец. - Пожми руку, - отчеканил Советский, всё ещё не встречаясь взглядом с арийцем.  Козырёк фуражки закрывал его глаза, а на остальную часть лица бросал тень, от чего коммунист выглядел чуть пугающе. Немец, несколько секунд мешкая, всё же протянул руку и СССР вцепился в неё, словно та была единственным его спасением. Острые когти впились в кожу фрица, от чего тот болезненно поморщился. Союз пожал его руку точно так же, как в 39, когда они оба подписывали пакт о ненападении…  И тут наступила тьма.  *** Рейх проснулся, словно от удара током. Ладонь немного болела, но прежних ушибов и синяков уже не было. Он приоткрыл глаза и понял, что лежит на полу.  Ариец, быстро приподнявшись, посмотрел на своё тело. Да, это был он. Наконец-то всё вернулось на круги своя.  Немец поднялся на ноги и почти сразу взгляд его зацепился за Советского, до сих пор сидящего внизу и подтирающегося болящие ушибы.  - Что ты, блять, со мной делал? - сквозь стиснутые зубы проворчал коммунист, мельком взглянув на фрица.  Нацист неопределённо пожал плечами и облокотился на стол, дожидаясь, пока Совет всё же поравняется, а после и станет возвышаться над ним. Да уж, было не привычно снова быть самым низким.  - А откуда ты узнал, что надо делать? - выгнув светлую бровь, поинтересовался Третий, а СССР же, нарочно передразнивая Рейха, пожал плечами, хитро улыбнувшись.  Ариец закатил глаза и хмуро пробубнил. - Ладно, иди уже. Делать здесь всё равно делать нечего. Союз кивнул, но совсем скоро спохватился и проговорил. - Так меня же не выпустят, - он чуть скептично посмотрел на немца. - Ничего, я разберусь, - высокомерно вскинув голову, произнёс фриц и большими шагами направился к двери. Это выглядело немного нелепо, но в этот раз Советский сдержал смешок.  - Ну, ты идёшь? - в пол-оборота проговорил Третий, и Совет поспешил за ним, попутно чуть поморщившись от боли.  *** - Всё, теперь вали куда подальше, - с наигранным равнодушием сказал Рейх, снизу вверх смотря на коммуниста.  - Хах, ладно. Но скоро увидимся, - улыбаясь краешком рта, ответил СССР. В глазах его мелькали весёлые искорки, и это больше походило на прощание друзей, чем врагов.  Ариец чуть ухмыльнулся и, чуть хихикнув, вскинул правую руку к солнцу, на что получил подзатыльник от развеселившегося Союза.  - Ладно, рука-солнце, - как-то по-дружески проворчал Советский и, махнув рукой, пошёл в сторону машины.  Было сложно объяснить командованию, зачем немец отпускает «пленника», так ещё и с машиной, дабы добраться до границы. Впрочем, фриц сам не до конца понимал, что делает. Просто хотелось сделать хоть что-то хорошее, тем более после всего, что он натворил. Как говорится, «плюсик в карму». И вот нацист провожает взглядом удаляющийся транспорт, в котором уезжал тот, с кем за полдня Третий уже успел… Сблизиться чтоли… Но сейчас они были врагами, и, возможно, потом даже не вспомнят об этой ситуации, о том, что вместе смеялись и прощались. А, может, есть хоть слабая надежда, что потом всё наладится?..