Мечта о весне.

Прошел месяц с того дня. Кёсем всё ещё была заперта, она почти не ела, и ей часто становилось плохо. Мурад готовил план спасения Валиде вместе с союзниками. А Баязет и Гюльбахар наслаждались властью, думая, что им уже никто и ничто не помешает. Каждую неделю Баязет приходил к Кёсем и спрашивал один и тот же вопрос: готова ли она присоединиться к ним. Но каждую неделю она отвечала одно и то же — что никогда не станет одной из них. И эта неделя не стала исключением. Как всегда, Баязет пришел и спросил: — Кёсем Султан, ну что, вы готовы присоединиться к нам? Вы получите достойное место в гареме, если согласитесь и не будете упрямиться. Будьте со мной, и всё тогда в вашей жизни наладится. — Каждую неделю ты приходишь сюда, и каждую неделю получаешь один и тот же ответ. Тебе не надоело? Я ведь сказала, что никогда не буду с тобой и никогда не буду с вами всеми заодно. Так что не трать своё время, уходи. — Мне уже надоело ваше упрямство. Ради кого вы боретесь? Все ваши сыновья мертвы. Чего вы хотите добиться своим молчанием и нежеланием быть со мной? Вы всё потеряли, у вас нет другого выхода. Тем временем Мурад с Кеманкешем уже тайно проникли в дворец. Их встретили Геферхан и Атике; они не ожидали их увидеть. — Брат, что ты тут делаешь? Уходи немедленно, пока тебя никто не увидел, — сказала взволнованно Атике. — Я пришел, чтобы спасти Валиде. Нас никто не видел. Мы тайно спасём её и уйдём. Но клянусь, что уже скоро я верну нам всё, что у нас украли, — сказал Мурад. — Это очень опасно. Если тебя заметят, сразу доложат Баязету, — сказала Геферхан. — Не бойтесь. Со мной Кеманкеш и некоторые солдаты для защиты. Но мне понадобится и ваша помощь. Ведь я не знаю, где держат Валиде, — сказал Мурад. — Мы покажем тебе, но с тобой не пойдем, ведь это будет слишком подозрительно, — сказала Атике. Они провели Мурада и Кеманкеша в гарем и показали нужные двери. Рядом никого не было, и поэтому было легко двигаться. Время было уже позднее, все спали, и только возле нужных покоев стояли стражники. — Повелитель, я пойду первым и убью стражу. Так будет безопаснее для вас, — сказал тихо Кеманкеш. — Не нужно, пойдем вместе. Я не собираюсь стоять в стороне, когда моей Валиде угрожает опасность, — сказал Мурад и тихо пошел вперед, держа перед собой кинжал. Кеманкешу не оставалось ничего другого, как пойти следом. Они с разных сторон подошли и убили стражу, но, услышав разговор, замедлили шаги и стали прислушиваться. Разговор в покоях: — Я уже всё тебе сказала, уходи. Я ни за что не присоединюсь к тебе и твоей матери. Делай что хочешь, а своего решения я не изменю, — сказала гордо Кёсем. — Отдумайтесь, султанша, пока не поздно. Даю вам последний шанс, — сказал Баязет. — Мне не нужны твои шансы. Я не изменю ни мнение, ни решение своё, — сказала Кёсем. — Кёсем Султан, вы поступаете неразумно. Но раз своего решения вы не измените, значит, вы мне не нужны. И значит, вы отправитесь к своим детям, — сказал Баязет, поднимая над Кёсем саблю. Она лишь присела на колени, готовясь к последнему удару. В этот момент в покои забежали Мурад с Кеманкешем. Мурад оттолкнул Баязета со словами: — Убери от неё свои руки. Баязет влетел в стену, выронив саблю из рук. Тут же Мурад приставил к его горлу кинжал, а сам посмотрел на Кёсем. — Валиде, как вы? Он вас не тронул? — спросил Мурад. Кёсем была в шоке и напугана. Она сказала: — Мурад, зачем ты пришел? Теперь он знает, что ты жив. — Я бы в любом случае не дал бы вам умереть. Если умирать, так только вдвоем, — сказал Мурад и посмотрел в глаза брату, хотя язык бы не повернулся назвать его братом после того, что он сделал. — Так ты всё-таки жив. Твоя Валиде смогла тебя спасти. Ну, это ненадолго. Ты умрешь вместе с ней, — сказал Баязет. — Мечтай дальше. Скоро я верну себе трон, и первым делом убью тебя собственными руками, — сказал Мурад. Тут вошли верные люди Мурада, и они связали Баязета, чтобы он не поднял тревогу. Мурад взял Кёсем на руки, и они вместе ушли. Добравшись до коней, незамеченными, он посадил её перед собой на коня и сел сзади. Она крепко обняла его, боясь упасть. Кеманкеш сел на соседнего коня, и они отправились в путь. Конь Мурада и Кёсем шагал медленнее, так что они могли поговорить. — Валиде, как наш малыш? Надеюсь, вы смогли его сохранить? — спросил Мурад. — Да, малыш в порядке. Я смогла скрыть его, и поэтому он жив. Но теперь ты в смертельной опасности. Как ты мог так бездумно поступать? Баязет не успокоится, пока не найдет тебя, — сказала Кёсем. — Ничего, Валиде. Зато я вас спас. На куче пепла мы заново построим нашу семью. И когда я верну себе трон, ты будешь рядом со мной, а наш ребенок будет у нас на руках. Я не позволю Баязету отнять вас у меня, — сказал Мурад. — Да поможет Аллах, всё будет так, как ты сказал, и мы вновь обретем счастье, только… — не договорила Кёсем. — Только что, Валиде? — спросил Мурад. — Как мы объясним всем, что у нас будет ребенок? Думаешь, кто-то примет это? — сказала Кёсем. — Главное, что мы хотим. Разве народ не хочет, чтобы их любимая султанша была счастлива? — сказал Мурад. — Всё равно это очень опасно, Мурад. Надо быть аккуратными. Но ты знаешь, я рассказала всё Геферхан и Атике. Они всё знают, и они не против, — сказала Кёсем. — Хорошо, что сестры нас поняли. Самое главное, что ты в безопасности рядом со мной. Теперь нам придется быть более осторожными, и я уже всё продумал, — сказал Мурад. — И что же нам делать, чтобы выжить? — спросила Кёсем. — В густых лесах Эдирне есть дом, скрытый от чужих глаз, и в десяти верстах от него есть деревня. Мы будем жить в этом доме, а Кеманкеш Паша будет жить в деревне. Раз в неделю он будет привозить нам продукты и сообщать о наших делах, — сказал Мурад. — Долго подумывал план? Мы же не сможем всю жизнь скрываться. Рано или поздно нас найдут. Тем более, зная, что ты жив, они не успокоятся, пока не убьют нас обоих, — сказала Кёсем. — Переворот уже начался, Валиде. Янычары на нашей стороне и почти весь совет дивана тоже, члены духовенства и сипахи все готовят свержение Баязета, — сказал Мурад. — Ну и как это? — спросила Кёсем. — Ты о чём? — сказал Мурад. — Идти против падишаха, который угрожает родным? Ты же всегда считал, что я гонюсь за властью. Теперь понимаешь меня? — сказала Кёсем. — То есть вы всё-таки признаёте, что хотели меня свергнуть? — спросил Мурад. — Да, то есть нет. Я не знаю. У меня в голове давно уже все мысли спутались. И я сама не знаю, чего хотела и чего хочу сейчас, — сказала грустно Кёсем. — Хотите, я вам помогу? — спросил Мурад. — Ну и как ты мне поможешь? — сказала Кёсем. — Положите руку на сердце и послушайте, что оно вам говорит, — сказал Мурад. Кёсем положила руку на сердце, закрыла глаза и притихла на несколько минут. Пока конь не перепрыгнул через дерево, Кёсем очень испугалась и крепко обняла Мурада. — Всё хорошо, Валиде, я вас держу. Вы не упадёте, пока я рядом, — сказал Мурад. — Я знаю, просто я испугалась. Так значит, мы будем жить вдвоём и без слуг? — спросила Кёсем. — Так будет безопаснее для нас. Чтобы ни одна душа, кроме Кеманкеша, не узнала, где мы находимся, — сказал Мурад. — Ну хорошо, будет по твоему, — сказала Кёсем. Через полтора часа они уже были на развилке двух дорог: одна вела в деревню, а другая — в чащу леса, где и находился дом, в котором будут прятаться Мурад и Кёсем. Они распрощались с Кеманкешем и поскакали в лес. Кёсем уже сильно устала, но до дома было ехать ещё как минимум полчаса. Она крепче обняла Мурада и прикрыла глаза, задремав. Мурад не сразу заметил, что Кёсем спит, а когда заметил, решил не будить её, так как и так было слишком много переживаний за один день. Она ведь всё-таки беременна, ей нужно беречь себя. Вокруг были лишь деревья, и иногда из лесной глуши показывались маленькие зверьки, которые сразу прятались в кустах. В этом месте было так тихо, что Мурад слышал стук собственного сердца. Но его терзали сомнения, что кто-то мог выслеживать их, и тогда им не спастись. Не заметив никого вокруг, он успокоился. Для него было очень важно защитить свою драгоценность — любимую женщину и их ещё не рожденное дитя. Мурад понимал, что теперь его семья совсем маленькая, но не менее ценная. Также он переживал за сестер, которые остались во дворце рядом с этим убийцей. Но, зная, что он не сможет физически навредить им, он понимал, что как-нибудь морально накажет их за предательство. Так погружённый в свои мысли, он и не заметил, как они доехали до того самого домика. Этот дом был деревянный и двухэтажный с балконом. Сзади дома был маленький огород и беседка. Мурад аккуратно спустил Кёсем с коня, взял на руки и понёс её в дом. Изнутри дом был не очень богат, но видно, что и не для бедных. На первом этаже находились кухня, гостиная и небольшой хаммам. А на втором этаже — три комнаты: две спальни и маленькая библиотека. Мурад занёс её в одну из комнат, аккуратно положил на большую мягкую кровать, укутал одеялом и пледом. Также он разжёг камин, а потом, посмотрев ещё раз на спящую Кёсем, спустился на первый этаж. Примерно через четыре часа Кёсем проснулась и поняла, что они уже приехали, так как лежала на кровати, укутанная в одеяло. Её слух уловил приятное потрескивание дров в камине. Она осмотрела комнату: в углу стоял расписной стол, рядом — мягкое кресло, возле камина стояла большая софа. Также у стены напротив камина стоял шкаф и полка с книгами. На полу лежал ковер с красивым узором. Выбравшись из-под одеяла и пледа, она села на кровать, думая о том, почему Мурад её не разбудил и где он? Почему его нет рядом с ней? Кёсем решила найти ответы на свои вопросы и вышла из комнаты. На первом этаже она услышала звуки. Быстро осмотрев второй этаж, она спустилась вниз. Кёсем прошла гостиную и увидела вход на кухню. Зайдя туда, она увидела Мурада, который смотрел в окно. — Давно мы приехали? — спросила Кёсем. Мурад повернулся, услышав голос любимой. — Нет, часа четыре назад. Я не стал вас будить, вы так сладко спали, — сказал Мурад, вновь посмотрев в окно. — Мурад, почему ты грустишь? Мы ведь скоро вернём тебе трон, и ты снова будешь падишахом. А все предатели будут наказаны, — сказала обеспокоенно Кёсем, положив руку ему на плечо. — Нет, всё в порядке, просто я очень боюсь за вас и нашего малыша. Боюсь, что Баязет убьёт вас. Вы — моя семья, и без вас и ребенка я чувствую себя опустошённым и потерянным, — сказал Мурад, обняв её. Вновь этот запах жасмина окутал его. Ещё в глубоком детстве Мурад чувствовал этот сладкий запах от своей матери, он всегда успокаивался и расслаблялся, ощущая его. — Мурад, с тобой и ребёнком всё будет хорошо, и, конечно, с тобой тоже. Мы переживём и эту зиму. И вместе встретим весну. Если ты позволишь, я буду рядом, — сказала Кёсем, поглаживая его кудрявые волосы. — Конечно, моя родная, мы вместе встретим весну. И я буду любить тебя и малыша. Мы станем дружной семьёй, — сказал Мурад, поглаживая её волосы.