Часть 16. Рейнира-победительница

Была ли она самовлюблённой? Да, на сто процентов! И показать свою власть она умела и жаждала этого. Как только флот Морского Змея вошёл в порт, город взбудоражился, в каждой септе, в каждой церкви в хаосе звонили колокола. Блошиный Конец, место убийц и воров, первым увидел то, что их ждёт, первым поднял бунт против Белых плащей, которые сохраняли порядок. — Не дай им приструнить их, — похлопала по плечу Аддама Висенья. Морской Туман ринулся вниз, к самым крышам. — Дракарис, — без промедления приказал Аддам, и огонь поглотил первых предателей. Люди со страхом разбежались, пока узкая улочка полнилась огнём, но тут же нашли другой путь к замку. — Прекрасно… И так в каждой части, бедной или богатой, появление Висеньи Таргариен собирало людей. Но не всё было так просто, не всё было так легко. Стрелы летели к ним со всех сторон. Они первыми принимали удар и должны были отвлечь внимание от более масштабного вторжения. В один момент стало даже тяжеловато, но тут над крепостью явился Караксес. Красный Змей так взбудоражил народ, что те хлынули к стенам и ко всем воротам, которые приказала запереть Алисента. Вермитор и Среброкрылая пустились под удар, тут же облетая муры и сжигая, сбивая, скидывая оборону замка к чёрту. — Ты видишь? — она кивнула в сторону пяти коней, что так упорно, минуя людей и столпотворение, мчались к Городским воротам. — Должно быть, Алисента отправила гонцов за помощью. — Спусти меня возле ворот. — Уверена? — Аддам свернул в сторону ворот. — Конечно. Аддам сбросил её прямо перед Золотыми Плащами. Те сначала подняли мечи, но, увидев за поясом Тёмную Сестру, тут же отставили попытки обороняться. — Принцесса, — склонили головы рыцари. — За королеву и короля! — закричала она. И как только пять всадников приблизились к воротам, рыцари из Золотых Плащей в считанные минуты перебили пятерых гонцов. Висенья вскочила на коня. — Ведите меня к замку немедля! Сколько улиц она ни миновала, сколько людей ни встречала, всё время звала на бунт, всё время кричала про славу королевы Рейниры и законной наследницы Железного трона. Люди, которые чувствовали в сердце агрессию и ненависть, с удовольствием слушали её слова. За её лошадью плыл поток людей, будто песчаная буря, к главным воротам замка. Рыцари Морского Змея спешили за ней. Она раз за разом вступала в схватку, раз за разом над ней кружил то один, то другой дракон, страхуя от смерти. И она пробиралась через целый город к замку, уничтожая всех, кто когда-то смел преклонить колено перед её мужем, Эйгоном-узурпатором. Она могла бы приземлиться возле самых ворот королевского замка, но предпочла начать с начала, предпочла разжигать в людях дух свободы. Минуту за минутой, час за часом она вступала в бой ради будущего рода драконов, ради будущего своих братьев, ради будущего своей матери, а главное — ради будущего своего ребёнка. Последние силы, чтобы отстоять ворота, бросил брат королевы — Гвин Хайтауэр. — Изменщица! Вы приговариваетесь к казни! — высказался второй по старшинству офицер городской стражи. — Что же, даже с твоим племянником в моём чреве? — вскинула бровь девушка. — Ты вступаешь в такие войны, что я сомневаюсь, есть ли в твоём чреве ребёнок, — сквозь зубы прошипел Гвин. — Моё дитя — кровь дракона, и ему не страшна битва. Моё дитя боится поражения. — Убить! — скомандовал Гвин. Но на мурах никто не сдвинулся с места. — Убить! Но снова никто даже не попытался шагнуть вперёд. — Предатели! Предатели! — закричал тот. Главные ворота замка открылись, и оттуда выехал сир Лютер Ларгент. — Моя принцесса, — низко поклонился мужчина. — А ты… ты перевёртыш! — Гвина накрыла паника, он понимал, что здесь таится его конец. Сир Ларгент засмеялся. — Эти плащи дал нам Деймон, и они останутся золотыми, как ты их не вывёртывай. С этими словами меч Лютера взлетел и распорол живот глупому храбрецу. — С возвращением, принцесса, — он пригласил рукой пройти внутрь воинов Рейниры и Висенью. — Ты будешь награждён, сир Ларгент, — с этими словами девушка въехала во двор замка. Золотые Плащи, что до сих пор были верны Деймону, открыли каждые из семи ворот для рыцарей Рейниры. Самый длинный бой из всех завязался у Речных ворот, где пытались не пустить корабли Корлиса Велариона, но и тут Рейна с Овцекрадом давали фору всем. В один момент дракона ранили, но это не напугало дикого зверя, а лишь ещё больше раззадорило к бойне. Не было смысла так защищать эти ворота, ведь войско матери хлынуло через остальные шесть. Заметив Висенью, Караксес издал рёв столь сильный, что его услышали все драконы, и слетел вниз. Овцекрад сел на Холм Эйгона, извещая о победе со своей стороны. Вермитор и Среброкрылая подали песнь с холма Рейнис возле Драконьего Логова. Морской Туман с Аддамом раз за разом облетал город, извещая людей о поражении Красного замка. И только тогда над небом закружилась Сиракс. Воины победно подняли мечи, когда королева села во дворе Красного замка. — Ты потом объяснишь мне, что ты делаешь на коне, а не на драконе, — улыбнулся Деймон, помогая Висенье слезть со скакуна. — Да ну, что опять не так? — недовольно закатила глаза девушка. Она отдала Деймону окровавленный меч. — Могу помыть? — Не надо, ему так идёт больше, — хмыкнул Деймон и прошествовал к Рейнире. Висенья тоже поспешила к матери. — Ранена? — сразу ощупала она девушку. — По мелочи, — сказала правду Висенья. В основном пострадали ноги — к ним было проще всего дотянуться, но такое можно пережить. Появилась и Алиссента. Вместе с ней Тайленд Ланнистер и Джаспер Уайлд. Висенья нахмурилась. А где, чёрт возьми, Ларис Стронг? Вопрос был явно риторический — похоже, он давно улизнул. Вопрос в том, кто смог улизнуть вместе с ним. — Рейнира, — Алиссента раскланялась. — Пару шагов ближе, и я прикажу снести твою голову, — холодно отозвалась Чёрная королева. — Невестка, — обратилась Алиссента к Висенье, — нам ни к чему ссоры. Боги всё решили за нас, наградив тебя наследником трона. — Так сними корону с Эйгона и положи на голову моей дочери, — тут же ответила Рейнира. Висенья ухмыльнулась. Это так не работает, дорогая свекровь. — Хорошо. Не хочешь так, тогда есть другой способ, — Алиссента отступила назад, будто Рейнира только что отказала ей в предложении. Странно было видеть, как барахтается утопленник. — Созовём Большой Совет, как некогда сделал король Джейхейрис. А там уже лорды решат, кому быть на троне. Рейнира засмеялась, Деймон и вовсе хмыкнул, не желая слушать глупости. Висенья смотрела на Алиссенту так, будто та окончательно чокнулась. Какой совет? Не тот ли, который отодвинул законное право покойной Рейнис на трон и выбрал наследником её дедушку Визериса? — Я похожа на дуру? Настолько? — почти закончив смеяться, спросила Рейнира. — Все мы знаем, что решат лорды. Так что, дорогая мачеха, либо преклони колено, либо сгоришь в драконьем огне. — Город ваш, принцесса, — Алиссента склонилась с ключами в руках, — но надолго ли? Скоро вернётся Эймонд и потопит вас в огне и крови. Рейнира приняла ключ и прошествовала к дверям, ничего не сказав. Зачем слова, если виден результат? Деймон пошёл за ней, но Висенья остановилась возле Алисенты. — Не тот ли это Эймонд, который предлагал мне трон? — тихо шепнула она, и Алиссента вытаращилась, краска схлынула с её щёк. Первым делом начали обыскивать замок и сажать под стражу всех, кто был хоть как-то связан с Эйгоном. Даже слуг — ведь Алиссента не подумала о том, что Висенья, разгуливая тут свободно, не только демонстрировала непокорность, но и наблюдала за каждым в этом замке. Дошло и до покоев её соперницы — Хелейны. Девушка вошла в них первой, за ней и двое стражей. Хелейна вскочила и попятилась к окну. Девушка остановила рыцарей жестом. — За дверь, — приказала принцесса, и те повиновались. Но страх Хелейны не проходил, и только сейчас девушка поняла, что боится она её. Да, видок у Висеньи, возможно, был совсем не дамский — кровь мешала быть красивой всадницей дракона. — Мы тебя не тронем, — тут же сказала девушка. — Я лично позабочусь об этом. — Так нельзя, Висенья, — тут же прошептала Хелейна. — Он же впитывает каждую твою эмоцию. Каждую твою мысль. Девушка указала на живот Висеньи. — Ну и пусть, что в этом такого? — вскинула бровь девушка. — Он ребёнок. Твоя ненависть погубит его. Он не выдержит твоей жестокости. Переживания на секунду захлестнули её, но тут же вмешался Деймон. — Чёртового Эйгона нет! — он забежал в покои, а в руках у него был пучок белоснежных волос. Её волос. — Как это нет? Куда он мог сбежать? Все ворота заняты нами! Он же, чёрт побери, при смерти был! — Ты знаешь, где он? Если да, то скажи! — потребовал Деймон у Хелейны, но та отрицательно помотала головой. Что это значит — было непонятно. Девушка не знает или просто говорить не хочет. — Так что ты теперь скажешь? Наш муж сбежал и даже не удостоился тебя с собой забрать. — Я не знаю, где он, — посмотрела на Висенью Хелейна, и почему-то она ей верила. — Джейхейры тоже нет, — снова посмотрел на Хелейну Деймон. — Как нет? — со страхом в глазах спросила девушка. — Её наверняка забрал Эйгон, — продолжил свою мысль Деймон. Ну конечно, единственное дитя — как без него? — Хелейну не трогать. Это будет моя ответственность, — заявила Висенья. Деймон после такого заявления чуть нахмурился, но, видимо, посчитал это не столь важным. Сейчас были дела поважнее. Девушка направилась в сторону Железного Трона. — Прискорбно, что я даже помыться не успеваю, — оглядела свои доспехи девушка. — Рейнире не терпится занять трон, так почему бы и нет? — ухмыльнулся Деймон, и они вместе вошли в большую залу. Сразу же к ногам припали лорды и леди, которые чуть ли не плевали Висенье под ноги, когда она жила в Красном замке. Милости хотят? Так пусть просят у её матери. Рейнира ждала их возле подножья лестницы. Она с восхищением смотрела на тысячи мечей, которые сияли при свете факелов, приглашая её взойти, как истинную наследницу трона. И Висенья тоже смотрела, но видела только тяжесть этих мечей, которые давили своим весом ответственности, несомненно блистая и маня, как сирены в море, чтобы потом никогда не выпустить. Рейнира шаг за шагом поднималась к трону, шаг за шагом брала то, что обещано ей отцом. Всё выше и выше, чтобы весь люд видел, как сверкает корона на её голове. Когда же законная королева села на трон, весь замок склонился перед ней. Висенья и Деймон упали на колено перед королевой Вестероса. Лорды склонили головы к земле. Они уже просили прощения, уже молили пощадить. — Я, Рейнира, первая своего имени, принцесса Драконьего Камня, королева андалов, ройнаров и первых людей, леди Семи Королевств и защитница государства, буду вершить этой ночью правосудие… Церемония шла всю ночь. Лорды преклоняли колено, молили прощения, клялись в верности. Присягали жизнью, честью и мечами. Всё это время Висенья была напряжена, как струна. Она ждала смельчака, который посмеет оспорить право матери на трон, но такого, к удивлению, не появилось. Деймон тоже следил за каждым мужчиной, что шёл представлять честь своей семьи. Предавший однажды, предаст и дважды, но выкосить пол Вестероса ей не представлялось хорошей идеей. Когда все закончили свои мольбы, Рейнира поднялась с трона и прошествовала через зал. Деймон взял свою жену под руку, и вроде бы это был радостный момент, но сердце Висеньи дрогнуло — воздуха пришлось набрать в лёгкие побольше. Рейниру ранил Железный Трон. По ногам и рукам матери стекала кровь, и она с большим усилием держала лицо. Многие скажут, что это суеверия и только. Но нет — Висенья, которая благодаря никому больше, а богам имеет дар, понимала: Рейниру трон ранил не просто так. — Трон отверг королеву, — послышались шёпотки. — Недолго ей править, — снова прошлось в толпе. Но как только Висенья вытянула меч из ножен, зал стих. Эйгона Завоевателя тоже ранил трон, и это дурное суеверие пошло после него. И всё же на душе было неспокойно, видя, как ноги и руки матери окрашивают пол в красный цвет. Кровь дракона. Кровь настоящего Таргариена омывала пол, и девушке становилось даже нехорошо. Висенья не угрожала и не пыталась кидаться агрессивными словами. Она только прошла вслед за матерью с острым мечом, чтобы напомнить: Красный Замок принял Рейниру Таргариен, и теперь она их истинная королева.