Всё шепчет и шепчет...

Под кухонной столешницей, которая пережила огромное количество пятен от накипи и потёртостей от столовых приборов, бушевала старенькая стиральная машина. Только сегодня после тяжёлого рабочего дня получилось разобрать корзину с трёхнедельным нестираным бельём. На минувших выходных Лэйн делала уборку в квартире, но бардак снова образовался из ниоткуда. Из ящика девушка взяла связку с чёрными пакетами под мусор. Из-за царящей тишины, которая давила на затылочную часть, она нажала на красную кнопку от пульта, от чего колонки телевизора закряхтели при включении. Спустя мгновение на экране всплыло изображение с логотипом местного канала: обычно хозяйка квартиры смотрела всякие музыкальные передачи или документалки о шифрах и загадках древних народов. Вот сегодня утром она, собираясь на работу, слушала музыкальный чарт лучших песен всех времён. На главном канале Фоггот-ньюз транслировали прямой репортаж с известным журналистом в этой округе; он был настолько известным, что Лэйн всё никак не могла запомнить его имя. С микрофоном в руке молодой афроамериканец стоял перед главными дверьми мэрии города. На площади скопилась толпа людей с чёрно-белыми листовками и цветными фотографиями людей. Невзирая на шум, журналист со спокойствием в голосе, который был годами натренирован, давал комментарии зрителям о негодующих людях, на чьих лицах выражалась печаль и тоска. Лэйн то и дело оборачивалась к экрану, на котором оператор переключал кадры с одних лиц жителей города на других. Подобрав с кофейного столика накопившиеся фантики от конфет, пустые бутылки с этикетками минеральной воды и пачки из-под китайской лапши быстрого приготовления, девушка закончила с первыми мешком мусора, завязав его в узел. Когда все остатки хлама были собраны, Лэйн все наполненные мешки оставила у двери в квартиру. Осмотрев всё помещение и оценив обстановку, она цокнула языком. Ей очень нравилась планировка этой квартиры, которая перешла после смерти бездетной тётушки, но вот с дизайном нужно было поработать: обои оливкового цвета никогда не вызывали у неё симпатии, ассоциируясь с цветом блевотины, безвкусные шторы и мебели так и кричали о том, что когда-то здесь жила старая дева с любовью к прошлому веку.       Из-за внезапного звука, когда место репортажа сменилось на студию, где сидел ведущий новостей, Лэйн опустилась на диван и решила прослушать важное сообщение от местных властей. Мужчина на экране средних лет поправил бумаги, лежащие перед ним на столе, смотрел в объектив камеры, наверняка читая текст с суфлёра.       — Дорогие зрители, сейчас нам в студию поступила информация от городской полиции. Как бы это прискорбно не звучало, но в нашем городе пропало ещё один человек. Пропавшего зовут Уильям Майерс, возраст сорок один год, рост шесть футов. Напомню, что ранее пропали семнадцатилетняя Анабелль Скотт и девятнадцатилетняя Жаклин Рид. Родственники беспокоятся об их состоянии, поэтому на экранах ваших телевизоров вы сейчас можете увидеть фотографии пропавших, опознавательные элементы и прочие данные о них. Огромная просьба, если вы видели этих людей или знаете об их местоположении — тут же звоните родственникам, в полицию или по номеру горячей линии службы, который указан в бегущей строке. — когда на экране появились три фотографии, Лэйн чуть придвинулась, сузив глаза. Она недовольно покачала головой.       На первой фотографии, взятой, как и все прочие, из семейного архива, семнадцатилетняя девушка улыбалась во все зубы так, что её брекеты сверкнули от вспышки камеры. Её счастью не было предела. На макушке красовался праздничный колпак, а на плечах остались следы от конфетти. Наверное, в тот запечатлённый момент она праздновала свой день рождения в кругу самых родных и близких друзей. Интересно, какие именно они подарили ей подарки? Много ли их было? Какая у неё была реакция на каждый из них? Вторая, старшая девушка, отличалась от первой своими огненными рыжеватыми волосами, а большие карие глаза походили точь-в-точь как у совы, на кончике носа прослеживались веснушки. Она сделала селфи на фоне лесного пейзажа, видимо, она любила активный образ жизни. На третьей же фотографии мужчина с хмурым выражением лица смотрел в объектив. Отличительной чертой в его внешности были не только усы, но и заметный шрам над левой бровью. Встретив его на улице, Лэйн никогда не подумала, что он любящий отец и муж. В объявлении о его пропаже гласило, что дома его ждут супруга и их маленькие дочери. Девушка поджала губы, грустно смотря в глаза человека, которого никогда не видела. Ком в горле встал, отчего пришлось встать с дивана и подойти к графину с водой. Хотела бы девушка хоть как-то помочь с поисками, да вот чем только может помочь только начавшая карьеру юристка?       Вернувшись к дивану, но не сев на него, Лэйн остановила взор на мусорных пакетах, оставленных у входа в квартиру. Вздохнув, она подумала, что сможет их выкинуть только утром перед работой, поскольку на ночь жители дома старались ничего не выбрасывать в контейнеры из-за агрессивных енотов. Когда часовые новости Фоггот-ньюз подошли к концу, внимание Лэйн к телевизору уменьшилось. Посмотрев на циферблат часов, что висели над книжной полкой, — 20:30 — девушка подумала, что пора бы приготовить еду на обед. Подойдя к холодильнику, чья дверца была увешана магнитами и фотографиями, на которых тётушка была запечатлена вместе с ней, Лэйн открыла его, оценивая ситуацию с ингредиентами. Каково было её разочарование, когда на полке остались лишь неполный пакет с молоком и сырая свёкла. Громко захлопнув его, она ударила себя по лбу. Ну как она могла забыть купить продукты? Она же только покупала их. Даже на утро нечего поесть. Судя по времени, продуктовый на другом конце улицы ещё должен был работать, так что девушке следовало бы пошевеливаться, если она не хотела страдать от голода в обеденный перерыв.       Перед выходом Лэйн быстро натянула джинсы на пижамные шорты, майку тоже не стала снимать, надев поверх неё ветровку, которую застегнула до самого подбородка. Она выключила телевизор, одновременно завязывая шнурки на потрёпанных кедах. Напоследок схватила ключи и телефон с тумбочки; свет решила не гасить. Как только в коридоре раздалось эхо от щелчка дверной скважины, она спустилась на первый этаж очень тихо, чтобы старая соседка, живущая под ней, не услышала ни малейшего шага. Оказавшись на улице, холодный ветер ударил в лицо, взъерошивая копну длинных волос, которые Лэйн не удосужилась завязать в хвост. Свернув по дороге, она глянула на стоящий контейнер, в принципе, можно было взять с собой мусор и выкинуть его. Никаких енотов она не слышала. Но к чёрту этих енотов — сейчас ей необходимо было успеть в магазин, пока его точно не закрыли!       Стремительной походкой, словно стрела Робин Гуда, Лэйн помчалась до конца переулка, спрятав руки в карманы ветровки. Оказавшись перед проезжей частью и безлюдной аллеей, она продолжила путь к местному магазину. Он принадлежал старенькому мужчине, которого звали Луис Сточ. Как только Лэйн переехала, она стала его частым покупателем; бывало такое, когда девушка заходила сюда, мужчина рассказывал ей яркие эпизоды из своей биографии. Самое запоминающаяся, которое отложилось в памяти Лэйн, была история о том, как Сточ во время поездки в Канзас спас маленькую девочку от разъярённого гризли. После этого мистер Сточ прославился в газетах не только города, где отдыхал с семьёй, но и по всему штату. Жаль его было, конечно, что после кончины супруги, он остался жить совсем один в Фоггот Хиллс. Дети выросли, и теперь они жили отдельно со своими семьями — разъехались по другим городам. Внуки учились, некоторые даже работали, потому не успевали навещать старика. Однако мужчина не вешал нос, вроде как, был всем доволен. Его никто не видел унывающим, всегда он ходил с приветливой улыбкой на лице. Покупатели любили его. Хотя, кто знает, какая боль скрывалась за этой маской натянутой улыбки...       Увидев мерцающий свет в магазине, Лэйн обрадовалась, что продуктовый всё ещё работал: по времени она успевала. Но увидев упавшую тень перед дверью, как старая морщинистая рука потянулась к табличке с полужирной надписью «ОТКРЫТО», готовясь перевернуть на противоположную сторону, она увеличила скорость. По поехавшим по лбу бровям, Лэйн поняла, что старик заметил её. Она начала махать руками, давая таким образом о себе знать, что бежит со всех ног к порогу магазина. С молящими глазами, она стала показывать жестами на дверь. Он помялся на месте, внимательно слушая, как она по ту сторону говорила ему что-то. Но на мгновение, он о чём-то вспомнил, после чего всё-таки перевернул табличку на «ЗАКРЫТО». Лэйн с подрагивающей губой от досады не знала как быть дальше. Она не выдержала и стукнула по окну кулаком. Старый мужчина тут же от глухого звука развернулся.       — Да откройте же, пожалуйста! Вы же видели, что я бежала сюда. Почему вы так рано закрылись? — пыталась понять она. — Прошу вас, мистер Сточ!       Дверь перед ней всё же открылась. Продавец, почесав виски, устало глянул на девушку, затем по сторонам.       — Мисс, вы смотрели новости? — головой кивнул туда, где был его небольшой телевизор, напоминавший ящик, из него в две стороны торчали антенны. — Власти ввели комендантский час. С восьми часов вечера все местные предприятия, включая торговые точки, должны быть закрыты. И никто после этого времени не может покидать свои дома. Вот патрульные сейчас вас заметят, что вы ошиваетесь возле моего магазина, и влепят вам штраф. Приходите утром.       Лэйн не понимала, что он вообще нёс. Какой комендатский час? По телевизору об этом ничего не говорилось, хотя она с самого прихода домой находилась в комнате с включённым телевизором.       — Погодите, о чём вы? Я искренне не понимаю, о чём идёт речь. Какой комендатский час? Его ввели из-за пропаж в городе?       — Именно, мисс. А теперь идите домой, мне нужно закрываться.       — Стойте, — успела подставить ногу под закрывающуюся дверь. — Мистер Сточ, я не знала об этом, хотя весь вечер сидела перед телевизором! Пожалуйста, впустите меня в магазин. Обещаю, что я быстро возьму нужные продукты. Это больше никогда не повторится. Я не подвергну вас ни к какому штрафу! Вы же помните, что я работаю в юридической фирме.       Надавив сказанными словами, Лэйн посмотрела на асфальт под собой. Старик, не выдержал, и всё-таки впустил юную особу на территорию продуктового магазина. Несмотря на риск, позволил ей взять корзинку и понестись вдоль прилавков.       — Спасибо вам огромное, мистер Сточ! Я у вас в долгу!       Махнув на неё рукой, пожилой мужчина промямлил:       — Да-да, давай бери скорее, чего хотела и дуй отсюда, пока никто не увидел. — кивнув на его замечание, девушка уже закинула в корзинку пакет с яблоками.       Через долю секунд в неё же полетели хлеб, банка с шоколадной пастой, листья салата, помидоры и пачка с макаронами. От жужжания холодильников, в которых хранилась вся замороженная еда, волосы вставали дыбом. Неприятный звук. Пока покупательница выбирала продукты, старик вернулся за прилавок. Ему вновь пришлось открыть кассовый аппарат, чтобы обслужить её. Странно, что он задержался и не закрыл магазин раньше, ведь комендантский час уже наступил, по его словам. Может, его что-то отвлекло? Вполне мистер Сточ мог отвлечься на городской телефон, по которому он любил трещать с приятелями. Одним из таких являлся продавец, торговавший недалеко от сюда всякими рыбацкими штуковинами, хотя востребованности, как таковой, к ним не было. Многие жители поуезжали из Фоггот Хиллс ещё до того, как начали пропадать люди. Но с каждым новым объявлением о без вести пропавшем число покидающих город увеличивалось. Однако до дурной славы Фоггот Хиллс был интересным местом для туристов в весенне-летний период — цветущий лес и озеро были визитной карточкой.       Когда корзина наполнилась всеми нужными товарами, Лэйн поторопилась с ними к прилавку. Она выложила выбранные продукты, а старый продавец пробил ценники. Достав банковскую карту, девушка приготовилась к оплате. На кассовом аппарате высветилась сумма, которую мистер Сточ соизволил озвучить:       — Ровно пятнадцать долларов, мисс. — он активировал аппарат для банковских карт.       Сумма списалась с её счёта. Убрав карту в карман ветровки, Лэйн забрала из рук старика свой бумажный пакет с оплаченными товарами, благодарно кивая:       — Спасибо вам большое, мистер Сточ, отныне я буду покупать продуты только у вас!       С улыбкой на лице он говорил что-то ей в спину, но после того, как дверь в магазин захлопнулась за юной покупательницей, внутри всё погасло, и вывески снаружи тоже. Прослеживая за ней через окно, мистер Сточ зевнул в ладонь, а через минуту отправился на второй этаж здания — отсыпаться, так сказать, после долгого рабочего дня. А вот Лэйн следовала по тому же пути, по которому пришла на эту улицу, то и дело оборачиваясь по сторонам, дабы не наткнуться ни на кого. Конечно, она чувствовала страх стать одной из пропавших без вести. Ведь до сих пор не было известно, маньяк орудовал в городе или целая группа людей. Да ещё ей не хватало нарваться на хранителей правопорядка, если верить словам старика Сточа о комендантском часе. Штрафы нечем оплачивать, она на мели, а зарплата будет только в конце следующей недели. И всё потому, что деньги уходили на оплату доставшегося в наследство имущества тётушки. Родители жалели о том, что ввязали единственную дочь в это наследственное разбирательство, но с другой стороны, терять новую недвижимость от умершей родственницы тоже было ошибкой.       Проходя мимо аллеи, вдоль которой выстраивалась линия из светящихся фонарей, Лэйн посмотрела на свисающую листву деревьев. В последние две недели царила знойная прохлада, а по утрам шли кратковременные дожди. Поэтому Лэйн взяла в привычку ходить с зонтом каждый день до работы, а если начинался сильный ливень, у неё в кабинете висел готовенький на такой случай плащ. Вообще, это место напоминало девушке о парке в её родном городе. Шмыгнув носом, она подумала, что сейчас делают её родители в Детройте? Думают ли о ней? Мама в последний раз писала вчера после двух часов дня; женщина прислала весёлую картинку с котёнком, подписав, что это создание похоже на её милую дочь. А вот с отцом девушка созванивалась в воскресенье. Да, с той поры, как Лэйн переехала, он был не очень доволен. Также в его недообиду входило то, что у его дочери не было желания приехать на большую корпоративную встречу компании, в которой он работал. Мужчина очень хотел, просто грезил днями и ночами, чтобы Лэйн вышла замуж за влюблённого в неё сына гендиректора, который учился в одном с ней университете, только на смежном потоке.       Как бы то ни было сердцу не прикажешь. Сам тот сынишка — никакой. Да и в ту пору Лэйн пыталась завязать отношения со старшекурсником, но затем выяснилось, что он был обручён с какой-то девицей, а с ней играл как с подаренным котёнком на Рождество, от которого ребёнок отвязывался через неделю, не желая нести ответственность. С тех пор Лэйн ни с кем не пыталась завести романтические отношения. Лишь однажды был секс с одноклассником, с которым она встретилась спустя годы после выпуска из старшей школы. Они пару раз переспали — она не жалела об этом опыте, так как он был её первой юношеской влюблённостью. Так что она осталась довольна в том плане, что первый раз достался тому, кого она долгие годы знала.       Неподалёку послышался шелест листвы. Лэйн на долю секунды остановилась. По спине прошёлся озноб. В груди сжалось сердце, дыхание перекрыло. Показалось, будто кто-то наблюдал со стороны за девушкой, идущей по безлюдной улице. И правда, так странно, что все, как только услышали приказ от властей, что нужно оставаться по домам, не было слышно ни единой души. Из многих домов не горел свет. Такое ощущение, будто все за это время, пока Лэйн находилась в продуктовом, покинули Фоггот Хиллс. Стоять на одном месте было куда страшнее, чем двигаться вперёд, ближе к дому. Оставалось сделать буквально пару шагов. Ускоряясь, Лэйн уже прошла мимо дерева, растущего прямо напротив её окна. Она не стала оборачиваться, одной рукой ища в кармане ветровки ключи. Быстро распахнув парадную дверь, она влетела внутрь, тут же захлопывая её. Девушка скатилась по стене, садясь на пол, выдохнув, судорога в теле прошла. Но её передышка долго не продлилась, она услышала щелчок двери соседки.       Подпрыгнув, Лэйн понеслась вверх по лестнице, огибая крутой поворот. Пытаясь попасть в замочную скважину ключом, она зажмурилась и прикусила нижнюю губу. До ушей донеслись недовольные кряхтения старушки, миссис Силли. Она стукнула своей тростью так сильно, что даже стены задрожали.       — Ты чего тут бегаешь, а? Спать не даёшь! Новости совсем не смотришь? Будешь мне платить за нарушение покоя. — вроде как замолчала, после Лэйн стянула ветровку. — Бестолковая молодёжь пошла!       Пройдя к кухонной столешнице, Лэйн поставила пакет с продуктами. Молоко, овощи и фрукты убрала в холодильник. Макароны оставила у плиты. Банку спрятала в шкафчик. Освободив кастрюлю, она налила в неё воду, зажгла плиту. Такая рутина готовки ей не нравилась. Для неё проще было заказать еду. Но приходилось отнимать собственное свободное время и готовить поесть, когда надо было экономить. Ожидая, пока закипит вода в кастрюле, она решила проверить почтовый ящик с работы. Открыв крышку ноутбука, ничего нового для себя она не увидела — лишь россыпь рассылок. Бродя по помещению, Лэйн вспомнила о телефоне, который так и остался лежать в кармане ветровки. Он уже отключился из-за низкого процента, поэтому Лэйн пришлось поставить его на зарядку. Мало ли срочное что-то сообщат, а она не в зоне доступа. Сняв кеды и джинсы, девушка снова спокойно могла ходить в пижаме.       Вернувшись за стол, она принялась листать мышкой ленту новостей на своём ноутбуке. Отмечая в заметках какие-то интересные блоги, она на секунду выпала из реальности, так как не услышала бурление кипящей воды. Ещё и бельё надо было повесть, а так было лень. Закинув длинные макаронины в горячую кастрюлю, Лэйн хотела было сесть снова на стул, но неожиданный дверной звонок помешал ей это сделать. Неужели миссис Силли хотела ещё урок нравоучений провести? Смела предположить девушка. Но в любом случае пришлось подойти к окну и взглянуть кто там. Отсюда не удалось увидеть, на что она надеялась? Конечно неизвестный продолжил стоять на лестнице у парадной двери! Накинув обратно ветровку, девушка тут же спустилась на первый этаж.       Посмотрев в глазок, она увидела тёмную фигуру, стоящую прямо по середине веранды. На неизвестном была кепка, из-за которой невозможно разглядеть лицо.— острый козырёк мешал. От волнения сердце бешено заколотилось, отражаясь в ушах громким звуком. Прежде чем открыть дверь, Лэйн задала вопрос человеку:       — Кто там?       — Борис Романов, старший офицер полицейского участка города Фоггот Хиллс.       Из уст раздался до боли знакомый голос. Ввиду своей работы, Лэйн удосужилась познакомиться с Романовым. Она открыла дверь и ахнула от очарования. Высокий и статный мужчина возрастом около тридцати лет дёрнул широкой бровью. Что тут таить, Лэйн он приглянулся ещё при первой встречи. Хотя ей нашептали потом, что он, вроде как, был занят. Но кольца на безымянном пальце до сих пор Лэйн не видела, потому грезить о блондинистом полицейском никто ей не мог запретить, верно? Сверкнув своими тёмными глазами, она поздоровалась с уже умиротворением в голосе:       — Добрый вечер, мистер Романов. Чем могу вам помочь?       Равномерный тон девушки нисколько не вскружил голову мужчине, так что он поспешил рассказать причину своего столь (не)позднего визита:       — Нарушаете, мисс... э-э-э, —почесал за ухом, — забыл вашу фамилию. — честно признался.       Его взгляд упал в пол и тут же вернулся к лицу Лэйн, стоящей перед ним в одной пижаме и лёгонькой ветровке. Она сконфуженно глянула на офицера и, признаться, почувствовала разочарование от того, что он не запомнил её имя. Но тем не менее она не могла отрицать очевидного, вглядываясь в его точёное лицо: его глаза были схожи цвету редкого сапфира, которого больше ни один человек не найдёт на Земле. Лэйн и не могла подумать, что столь простой типаж во внешности может стать для неё привлекательным. Она убрала прядь тёмных волос за ухо, натягивая руками ветровку на грудь, которую поспешно накинула на плечи. В коридор прокрался сквозняк, отчего стало поддувать. Ветер колыхнул дерево, с него посыпались алые листья. Однако из-за ночного мрака не виделась вся теплота тона и красота осени.       — Лэйн, просто Лэйн. — плечом устроилась о дверной косяк, наблюдая, как поменялось выражение лица мужчины.       Наверное, он смутился, ведь, какой полицейский в здравом уме будет обращаться к гражданскому по имени. Но как бы то ни было он грозно процедил.       — Согласно принятым мерам от 28 сентября, то есть, сегодняшнего дня, в Фоггот Хиллс установлен комендантский час, по которому жители вынуждены оставаться на территории своего места жительства или там, где зарегистрированы в период пребывания в городе. Прошу, выши документы. — принялся доставать ручку из кармана, над которым красовался шеврон. У ручки был чёрный, гладкий стержень, он щёлкнул по ней своим большим пальцем, принимаясь составлять протокол о нарушении. Из-под фуражки он глянул своими кристальными глазами на Лэйн, его бровь поехала наверх.       Почему она всё ещё стояла на месте и не шла за документами? Может, плохо расслышала? Но нет, у Лэйн всё хорошо со слухом. На забаву решила прикинуться дурочкой, по-прежнему глупо пялясь на офицера. Мужчина поправил козырёк головного убора, прочищая горло, повторил:       — Мисс, несите свои документы.       — Документы? Зачем? Я же просто выносила мусор. — попыталась «оправдаться» она.       От понимания насколько её ложь звучала абсурдно, Лэйн поджала свои губы, чтобы хоть как-то удалось сдержать собственные эмоции. Но вот полицейскому ни сколько не хотелось играть с ней, так что от низкого тембра у девушки чуть не подкосились коленки, когда тот пригрозил.       — Лэйн, продолжая мне врать, вы только больше себя закопаете. У меня всё зафиксировано на видеорегистраторе, — указал концом ручки на полицейскую машину, затаившуюся в кустах на противоположной улице.       Всё же Лэйн не показалось, что за ней кто-то следил. Удивительно, что это был именно Романов. Однако, как она не услышала звуки колёс или двигателя? Неужели от страха заложило в ушах? Может быть, всё не так гладко было со слухом?       — Я буду вынужден перейти к крайним мерам.       — К каким же?       Тут он от вопроса девушки хотел, честно признаться, засмеяться, но подавил смешок тем, что кашлянул в кулак.       — Вам ли как юристу об этом не знать? — всё же он запомнил девушку, но не её имя. Забавно...       Колкий возглас ударил по ушам, заставив Лэйн обернуться в сторону окон соседки. Лишь бы та не услышала, что к ней наведалась полиция. А то выйдет и начнёт трепаться о том, чего ей не нужно знать. Офицер продолжил, будто читая правила поведения в школе — дословно, но чётко:       — Надену на вас наручники и отвезу в камеру до того момента, пока капитан не наведается в участок и не решит, как с вами разбираться дальше.       За двадцать четыре года жизни Лэйн никогда не приходилось чего-либо нарушать. Да и тем более выносить ей какой-то штраф о нововведённом распорядке — было глупым. Однако в претензию Романову нельзя было что-то сказать, он правильно следовал инструкциям — это его работа, следить за порядком в Фоггот Хиллс.       — Мистер Романов, — подвернула рукава верхней одежды. — Уж извините, но мои полномочия юриста не работают, когда я нахожусь дома, за рабочим столом.       — Значит, можно сделать вывод, что вы некомпетентный юрист и гражданин, раз не следуете законам в нашем городе.       — Ну не знаю, вроде, все наши клиенты довольны моей работой.       — Документы, мисс.       Не выдержав, Лэйн закатила глаза и цокнула языком.       — Мистер Романов, ну это же смешно. Я вышла лишь затем, чтобы купить продукты. У меня холодильник был пустым. — рукой указала свой этаж.       — Вы могли зайти в продуктовый утром или после рабочего дня.       — Так я правда не знала, что ввели этот грёбаный комендантский час! — голос случайно сорвался.       — Не выражайтесь. Документы, — вторил, словно не слушал её до этого.       От отчаяния пришлось сказать полицейскому правду. Лэйн не любила жаловаться на домашние трудности, но иначе никак невозможно было избежать последствий.       — Прошу, если вы сейчас выпишите мне штраф, мне нечем будет оплачивать долги.       Что-то в этот момент заставило Романова расслабить мышцы на лице. Его рука дотронулась до острой челюсти, почёсывая участок кожи под подбородком. Он, сипло выдохнув, перемялся с ноги на ногу, а из его рта вылетел пар от холода.       — Лэйн, у меня четвёртая смена подряд, я нормально не сплю уже вторую неделю ввиду всех этих пропаж. Сейчас я бы предпочёл оказаться дома и пить свой горячий чай, а не патрулировать улицы всю оставшуюся ночь. Мне жаль, что я никак не могу вам помочь, так как видеорегистратор будет просматриваться другими сотрудниками из участка.       Лэйн понимающе хмыкнула, сдерживая порывы слёз, готовых вот-вот выплеснуть из её огромных глаз.       — Однако я готов сделать исключение сегодня, — ей не показалось? «Исключение»?       Что он имел в виду? В глазах девушки загорелся огонёк надежды. Она знала, что Борис добрый и чуткий! Сердце сделало кульбит в грудной клетке, когда офицер убрал ручку.       — Надеюсь, у вас остался фирменный чай вашей тётушки Роуз? Я бы не отказался выпить его в обмен на то, что я оплачу за вас штраф, который мне всё же придётся выписать на ваши имя и фамилию.       Она хотела было подскочить от счастья, только смогла выдавить из себя:       — Господи, спасибо вам! Конечно, у меня осталось много тётушкиного чая. Заходите скорее, пока соседка не вышла из своей квартиры. Вы же знакомы с миссис Силли? Такая страшная в гневе женщина, так что тихонько идите по лестнице, ладно?       Борис последовал за Лэйн, которая успела находу снять с себя ветровку. Заходя внутрь квартиры в нос ударил запах приготовленных макарон. Офицер прежде не был в квартире умершей Роуз, так что некоторые предположения о внешнем состоянии жилья подтвердились у него. Смежное помещение придавало это квартире простора, отчего можно было разгуляться здесь вдоволь, если выкинуть лишнюю мебель и поставить на её место более компактную.       Лэйн повесила свою ветровку на вешалку, а сама поспешила к кухонному гарнитуру. Отставив кастрюлю с макаронами в сторону, она изо спины посмотрела на вкопанного мужчину, пока искала кружку и заварной чайник. Борис, судя по его виду, не знал куда себя девать.       — Проходите, можете не разуваться, а куртку, если хотите, повесьте на вешалку. — Борис развернулся к вешалке, после недолгих попыток снял и повесил плотную ткань униформы, а фуражку оставил на тумбочке.       Осматривая диван, телевизор и кресло у окна, он остановился здесь и аккуратно сел, поправляя выглаженные брюки. Отсюда открывался хороший обзор на бегающую по кухне девушку. Поставив чайник на плиту, а заварник, кружки и сахарницу на поднос, она принесла всё это туда, где удобно устроился полицейский. Мужчина быстро среагировал, отодвигая журналы, чтобы Лэйн разместила все приборы перед ними. Пока чайник не закипел, девушка села напротив него.       — Простите, угостить вас нечем: всё закончилось. — она виновато покосилась в сторону кухни.       — Ничего, я не голоден.       В комнате повисла тишина, лишь от плиты доносилось шипение газа. Борис поспешил разбавить их молчание на ту тему, которую они могли обсудить.       — Гляжу, ваша тётушка Роуз очень любила вас. — с этого места ему удалось разглядеть фотографии, висящие на холодильнике.       Упоминание о тёте всегда вызывало в Лэйн улыбку, что уж говорить, она тоже её любила, потому кивнула на вопрос мужчины.       — Да, очень любила. У неё же не было своих детей, это всё из-за тяжёлой операции, которую она перенесла ещё в молодости. Поэтому всю любовь она отдавала мне.       — Вы не часто приезжали до её смерти в Фоггот Хиллс. — заметил он. —Далеко отсюда жили?       — Я из Детройта. Мой отец там родился, а мать и тётя Роуз сами были из Уилмингтона. — Уилмингтон находился в двух часах езды от Фоггот Хиллс, раньше Лэйн ездила туда к бабушке и дедушке на каникулы, там же она и встречалась с тётей Роуз. — Какой-то вы мне допрос устроили, мистер Романов.       Оба засмеялись.       — Нет, не переживайте. Я просто был частым покупателем в чайной вашей тёти. — задержал паузу. — Жаль, конечно, что всё так обернулось.       Чайник закипел, и Лэйн тут же подорвалась с места на диване. Поднеся чайник, она открыла крышку от заварки, заливая туда горячую воду и спустя пару минут разливая её по кружкам. Борис смущённо отвёл взгляд, когда случайно увидел грудь девушки, в тот момент как она склонилась над столиком. Отнеся чайник обратно на плиту, она присела туда же, а Романов пододвинулся с креслом к столику.       Девушка подала ему ложку. Их пальцы соприкоснулись. Она снова подмяла губы, а он отстранённо вжался ногами к сидению.       — Не знаю, сколько сахара вы предпочитаете. — пожала плечами.       — Два кубика.       —Чтобы не уснуть за рулём?       На шутку офицер отреагировал положительно, двинув уголком губ. Новая хозяйка квартиры добавила ему в кружку два белоснежных кубика. Они тут же растворились в кипятке шоколадно-медового оттенка. Борис взял в руки кружку, начиная размешивать подсластитель.       — Горячий. — вдохнул аромат. — Но как же вкусно пахнет. Ваша тётя знала толк в чае. Вообще, самая добрая женщина, которую я когда-либо встречал.       — А как же ваша мама? Разве не мать самый добрый человек в мире?       Теперь пришло время откровений Бориса Романова. Его сапфировый взгляд метнулся на бледное лицо Лэйн, внимательно смотрящей на него. Она была готова слушать всё, что он собирался ей поведать этой ночью.       — Моя мать не была рядом со мной на протяжении всей моей жизни. Я воспитывался дядей.       — Ой, простите. — видимо, не стоило переключаться на отрочество Романова. — Вы не против, если я буду называть вас по имени?       — Нет, — с ухмылкой на лице покачало головой, — я же вас называю.       За всё это время он в первый раз улыбнулся Лэйн. От его белоснежной улыбки, кажется, у девушки закружилась голова. Он выглядел как холодный принц, а на вид казался повзрослевшим Каем из сказки Андерсена, но в действительности Романов был таким же отзывчивым и добрым.       — Позвольте, я задам вам вопрос. Почему вы выбрали профессию полицейского?       Он задумался серьёзно над поставленным вопросом девушки. Даже его взгляд ушёл в неизвестность, однако мужчина быстро дал ответ.       — Просто не было больше вариантов. Мой дядя работал в правоохранительных органах, а денег тогда у нас не очень хватало, чтобы я пошёл в ту же Лигу Плюща. По связям поступил в полицейскую академию и всё. Так сказать, пошёл по его стопам.       Из девушки вырвался краткий звук «а».       — А вы?       — Я? — переспросила.       — Да, почему вы стали юристом.       — У моих родителей тоже не было средств на колледж, в который я мечтала поступить. Вообще, я хотела быть историком.       — Ого, не подумал бы.       В помещении прозвучал смех двоих людей, пьющих чай.       — Видимо, это затея судьбы, что нам пришлось учиться в смежных сферах. Защищать граждан.       — Верно, — Лэйн улыбнулась ему, отпивая оставшийся чай.       Закончив его пить, она схватилась за ручки подноса.       — Я отнесу.       В мгновение она оступилась на месте. Борис не успел среагировать, как вся посуда полетела на пол, разбиваясь в большие и мелкие осколки. Кипяток в заварочном чайнике разлился прямо на Лэйн, отчего она зашипела, с криком падая обратно на диван. От жгучей боли она сжала челюсти, а в глазах скопились слёзы. Романов спохватился и усадил Лэйн на чистую часть дивана.       — Блять, как же больно. — промычала она.       — Где у тебя находится аптечка?       — Под кроватью в спальне.       Романов стремительно понёсся в спальню, откуда прибежал через мгновение с небольшим ящиком, на котором был изображён красный крест. Он открыл крышку, доставая перекись и вату.       — Давай я помогу тебе обработать всё, но для начала, — сглотнул, — приспусти майку.       В эту секунду уши Лэйн залились красным оттенком. Она кивнула, поджимая губы. Приспустив мокрую ткань, девушка прикрыла глаза то ли от боли, то ли от стеснения. Большие руки Бориса приблизились с мокрой ватой. Пальцы прикоснулись к алой коже. Девушка зажмурилась и зашипела. Сморщив лоб, она вцепилась в обивку дивана.       — Сильно больно? — Борис попытался разрядить обстановку.       — Терпимо.       — Правильно, хороший настрой. Главное — обработать, и тогда всё скоро заживёт.       Закончив, он, с прищуром, посмотрел на холёное лицо Лэйн. Дышала та с приоткрытым ртом; грудь по-прежнему равномерно приподнималась и опускалась. Заворожено смотря на полицейского, как на несбыточную мечту, к которой целятся на протяжении всей жизни, она не спешила что-либо произносить вслух. Всё ещё рассуждала о последствиях. Так как всё это было неправильным, но так же сильно сводило с ума. Запретный плод всегда сладок, но каким он по итогу окажется на вкус — загадка. Лэйн не знала, как избавиться от дикого влечения к Романову. Её никогда прежде не одолевало столь сильное притяжение к мужчине. Облизнув пересохшие губы, на долю секунды она представила, как его руки окольцевали талию и прижали к мускулистому телу. Борис сам задержал взгляд на женской груди на непозволительно долгое время. Уже никак он не отвертится. Полицейский привстал с дивана, намереваясь собрать с пола разбитую посуду, но Лэйн не дала ему это сделать. Вцепившись в его запястье, она произнесла в половину голоса:       — Борис. — у того сразу во рту пересохло, а сердце забилось как у кролика, убегающего от хищника. Смешно, он — большой мужчина вёл себя как кролик, а Лэйн — хрупкая, но хитрая лисица.       Её рука скользнула дальше по чужому бедру, сжимая. Кислород в помещение перестал поступать, иначе как объяснить, что в груди образовалась неизвестная тяжесть. Лэйн подмяла под себя ноги, коленями утыкаясь в мужчину, а после устроила руки на его широких плечах, тем самым заставляя Бориса непроизвольно облокотиться на спинку дивана. Она взяла в руку ладонь Романова, и горячим касанием поднесла к своей груди, под которой было сердце. И как только офицер позволил свершиться такому? Девушка приблизилась к его обескураженному лицу, шепча в самое ухо:       — У меня здесь тоже болит. — шершавый язык шевельнулся по мочке, Лэйн дунула, оттягивая её зубами вниз.       — Что ты творишь, Лэйн?.. — потерянно посмотрел на затуманенное лицо напротив.       — Не знаю. — повела плечом. — Просто наслаждаюсь тобой. Ты такой красивый. Ты же знаешь об этом, верно? — одарила поцелуем шею.       Перекинув ногу через Романова, она удобнее уселась на его бёдра. Ей хотелось вжаться в него, но шипение вырвалось, так как область кожи от ожога запульсировала из-за соприкосновения с белоснежной рубашкой. Лэйн видела в отражение глаз, как он метался перед выбором. Она почувствовала, когда ему сорвало крышу в момент, как его руки легли на её ягодицы. Сжав их, Романов носом уткнулся в грудь девушки, ощущая телесный запах. Что-то сладкое, перемешанное с перекисью. Женский стон вырвался наружу, и тогда же полицейский мысленно наплевал на все тормоза, давя на педали газа. Подхватив девушку на руки, он понёс её в спальню, откуда он и пришёл минутами ранее, когда искал аптечку. Вваливаясь в небольшое помещение, по сравнению с гостиной и кухней, Борис аккуратно положил Лэйн на застеленную кровать. Ощутив под собой мягкость, она облизнулась и проследила за дальнейшими движениями мужчины. Пальцы на ногах поджались, когда он стянул с себя рабочую рубашку, кидая всё на пустой комод, на котором были всякие побрякушки, принадлежащие старой хозяйке квартиры.       От вида подтянутого тела Лэйн была готова давиться слюной, но этот позыв сдержал Борис своим нескромным поцелуем в губы. Он лёг на девушку, рукой нежно поглаживая предплечья, усыпанные мириадами родинок. Скользя языком в чужом рту, Лэйн вильнула тазом вперёд. Всё тело горело как в приступе лихорадки. Оторвавшись ненадолго, Романов провёл подушечкой большого пальца по припухлым губам Лэйн. Его причёска пришла в ненадлежащий вид, потому он стал походить на крутого парня из старшей школы, по которому все сохли. Он мягко и ласково обратился, не отрывая взгляда от девушки:       — Могу я рассчитывать на то, что для нас это будет единственный раз, и ты ничего не потребуешь взамен? — вопрос ударил по сердцу, словно остриё хорошо заточенного кинжала.       До сего момента Лэйн могла лишь сниться близость с Борисом, а сейчас он был тут, в её спальне, почти раздетый. Конечно, она была согласна на что угодно, лишь бы понять, каково это — быть той, с кем офицер Романов переспал.       Она кивнула и закрыла глаза на пару секунд. Когда вновь её веки поднялись, Романов присосался к шее, оставляя на светлой коже багровый засос. Его руки прокрались к резинке коротких пижамных шортиков. Стягивая их вместе с нижним бельём девушки, он кинул их на самый край кровати. Он спустился к низу живота, целуя открытые участки кожи у пупка. Лэйн замычала от того, как мужчина лишь дразнил, игрался с ней, не приступая к самому горячему и страстному процессу сея вечера. Кровь забурлила, а зрачки расширились, когда полицейский разобрался с собственными ремнём и брюками. Наконец-то и он был полностью обнажён. Длинный половой орган мужчины выделял предэякулят.       Лэйн прикусила щеку с внутренней стороны, хотя у самой стало мокро внизу. Борис растёр естественную жидкость по головке. Его брови нахмурились, а грудь выпятилась вперёд. Девушка без слов поняла, о чём он подумал, так что ей пришлось встать с постели и потянуться к тумбочке, в которой лежали презервативы и гель. Мужчина открыл коробочку, мигом раскатывая липкий латекс по всему члену. Содержимое геля он растёр так же по своему органу. Закончив с подготовкой, он приставил член перед входом.       Борис застонал в голос, как и Лэйн, когда его головка оказалась внутри влагалища. Влажные стенки сжали чужой орган. Ногтями девушка вцепилась в чужую спину, царапая её от боли, режущей внизу. Но такой приятной, что глаза закатывались, а в животе всё скручивало в тугой узел. Зубы девушки вонзились в плечо мужчины, оставляя следы челюсти. Он двинул бёдрами вперёд, проталкиваясь глубже. Не обращая внимание на спазмы, Лэйн сама насаживалась на член. Как только боль стала уходить, она начала самостоятельно насаживаться на него, задавая темп.       И вот, следуя ритмам движений, Романов целовал Лэйн то в плечи, то в ключицу, то в шею. Их шлепки, кажется, слышала соседка, но было уже как-то плевать. Они полностью были совращены друг другом. Быть может, это сон? Очередная влажная фантазия Лэйн? Хотя навряд ли. Разве мог такой мужчина, словно писанный античными писателями и скульпторами, быть нереальным? От одного его взгляда, яростных хваток в интимных местах сносило крышу.       Вибрация по всему телу прошлась, готовясь вот-вот кончить. Девушка взревела как оголодавшее зверьё, не желая разъединяться со своим самцом. В области паха всё сковало, Борис тоже почувствовал, что скоро приблизится к концу, поэтому стал увеличивать тем, яростнее вбиваясь в Лэйн.       Струя спермы выстрелила в презерватив. Ноги задрожали, а зрачки глаз на долю секунды сузились. Когда и Лэйн достигла кульминации, она стыдливо отвела взгляд в сторону двери, ведущей в ванную. Романов заботливо погладил её по животу, а затем вышел из неё, снимая контрацепцию. Поцелуй на губах стал последним следом их сближения в тот грешный вечер.       Они тут же погрузились в сон, когда фонари за окном погасли.       Через несколько часов Борис Романов проснётся в чужой постели. До конца смены, которая закончится в пять утра, останется около двадцати минут. Мужчина тихо соберётся и отправится в полицейский участок, оставив спящую Лэйн одну в квартире. По дороге на место работы он будет жалеть о случившемся, так как больше не сможет смотреть в глаза жены, которая ждёт его дома. А вот Лэйн проснётся с улыбкой на лице, привычно потягиваясь на подушках. Правда, она разочарованно посмотрит на пустое место возле себя, притронется к месту ожога на коже, но всё равно она останется при мнении, что это была лучшая ночь в её жизни.