Часть 1

Свет в клинике был белым, но не слепящим, в воздухе не было запаха боли и спирта. Изколонок доносилась приятная музыка, люди на настенных картинах сверкали своими белозубыми улыбками.   "Комфортненько".  Наоко сидела на низком диване в коридоре, зажимая локтем ватку.  Медсестра не соврала, было неприятно, но не смертельно. Больший дискомфорт причинил ершик, который прошелся по стенке влагалища - там до сих пор щипало и Наоко невольно ерзала, пытаясь усмирить это ощущение.  Через несколько минут из того же кабинета вышел мужчина - можно было потерять голову от одного его вида в черной рубашке, заправленной в брюки. Она сидела так плотно, что можно было рассмотреть мускулистый торс, поджарую грудь и крепкие крупные руки. Он выглядел сурово, даже опасно и ему шел ожог, обезобразивший половину лица – вся левая сторона его лица была красной и зарубцевавшейся.  Массивная пряжка ремня ритмично поблескивала при каждом шаге человека, который представился как Обито (Наоко не была уверена, что имя настоящее, ведь она назвалась Хаяте). Он двигался уверенно, занимал много места, и вся его фигура заставляла девушку трепетать от восторга и предвкушения - высокий, широкоплечий, сильный, с поразительно красивой здоровой стороной лица. Он выглядел бы как бог, не получи ожога, но именно эта его особенность придавала ему человечности и особого шарма - Наоко не взялась бы хоть что-то в нем менять. Он был отличной задумкой.  Когда Обито приблизился, от суровости не осталось и следа – он подмигнул ей с легкой улыбкой, вмиг рассеявшей серьезность. Сердце заколотилось, щеки вспыхнули, а внизу живота разлился жар - он был невыразимо хорош.  Сам факт того, что он оказался так близко, льстил и вселял трепет.  - Да, мазок конечно - та еще дрянь.  - Точно, - ответила Наоко, смущенно опустив глаза.  Обито присел на корточки у кулера, чтобы налить воды в белый стаканчик.  Он сел рядом и протянул его Наоко.  "Боже мой".  Наоко сделала пару глотков, тихо, почти шепотом, поблагодарила. Протянула мужчине стаканчик, чтобы тот поставил его на столик, но Обито прислонил его к губам и выпил все до последней капли.  Возбуждение лизнуло живот, пробежалось по внутренней стороне бедра легкой судорогой.  Наоко, едва дыша, задержала взгляд на его губах и гладко выбритом подбородке.  Когда Обито положил широкую ладонь на ее коленку, внутри произошло что-то вроде реактивного гормонального взрыва.  "Я нимфоманка".  - Результаты анализов будут готовы через неделю, - разочарованно сказал он.  Они условились, что не будут взаимодействовать до этого момента - займутся сексом, когда будут уверены в здоровье друг друга и смогут не осторожничать.  - Ты давно пьешь таблетки?  - Уже три месяца, - от каждого взгляда Обито с ней творилось что-то сверхъестественное.  - Не пропускаешь?  - Никогда. Пью по будильнику.  - Хорошо, - Обито посмотрел игриво и ласково.  Харизматичный - вот какое слово идеально описывало его мимику.  Откровенно мокрые трусы причиняли не менее откровенный дискомфорт.   От прохладного воздуха по разгоряченной коже Наоко бежали мурашки.  Обито скрестил руки на груди и откинулся на спинку дивана.  - Ни секунды не сомневался в том, что он провозится там три часа...  Стоило ему сказать это, как из того же процедурного кабинета вышел еще один мужчина.  - Что, испугался иголки?  Рыжеволосый, еще выше и крупнее Обито, закатывал рубашку над сгибом локтя. Мужчина невесело усмехнулся всем своим видом говоря: "Попытайся еще, может и удастся сказать что-то остроумное" и присел на их диванчик - справа от Наоко.  Когда они оказались по бокам от нее и их парфюмы смешались в один, острый, выразительный аромат, девушка подумала о том, что неделя - ничуть не меньше, чем вечность.  Второй мужчина - Яхико, - был в бардовой рубашке и черных брюках. Наоко знала, что они работают вместе и скорее догадывалась, что у них общий бизнес.  Яхико казался чуть старше и серьезней. Когда девушка впервые его увидела, то даже немного испугалась. Холодные, как два гранита, глаза, имели необычный оттенок, меж бровей пролегла глубокая морщина. Но он ласково и терпеливо говорил, внимательно слушал и был очень спокоен - именно он первым заехал за ней, чтобы забрать в клинику, придержал дверь машины и завел приятную беседу - Наоко почувствовала его искренний интерес и деликатность.  - Сказали посидеть пятнадцать минут, - произнес Обито, быстро глянув на часы. - На случай, если закружится голова.  - Ты хорошо себя чувствуешь, Хаяте? - спросил Яхико.   Наоко не сразу отреагировала - не успела адаптироваться к выдуманному имени.  - Да, конечно. Крови взяли совсем немного.   - А моим самочувствием чего неинтересуешься? Я вот, например, уже награни обморока, - Обито театрально закатилглаза и обаятельно улыбнулся, когда Наокохихикнула.  Рука, которую он тут же вернул на колено прожгла кожу. Можно было сойти с ума от накатывающих ощущений. Заводило все – близость двух тел, которые ей обещаны, коридор клиники, в которую они приехали сдавать анализы, подоплека секса, публичное место, в котором она испытывала запредельное возбуждение.  Наоко была в короткой юбке и массивных ботинках. К счастью, капрон не крал ощущения чужих пальцев, поэтому, когда рука Яхико легла чуть выше другого колена и ласково огладила бедро, девушка вздрогнула и зажмурилась.  Мужчина одновременно усмехнулись, когда увидели, как ее смущенное лицо исказилось сладострастной гримасой.  - Если никто не истекает кровью и не теряет сознания, предлагаю съездить на обед, - Обито разогнул руку и бросил в урну ватку с крохотной каплей крови.  - Идея отличная, - Яхико вопросительно посмотрел на девушку. – Поедем?  - Да, - произнесла Наоко и подумала, что неделя – хуже столетия, проведенного в черной дыре.  Яхико помог ей одеться, а Обито снова подмигнул, ожидая прохождения оплаты за анализы. Его карточка была черной как и бомбер, во внутренний карман которого он ее спрятал.  На улице моросил снег – он облепил окно огромного гелика, дверь которого перед ней распахнул Яхико.  - Я поведу, - сказал он и впервые осторожно коснулся ее губ своими – едва касаясь, очень нежно.  Сердце выдало неукротимый ритм, будто кто-то станцевал чечетку меж ее ребер, а щеки вспыхнули от выступившего румянца.  Наоко было неловко за свое свойство так сильно и быстро возбуждаться от сущих мелочей, но двое друзей скорее напоминали сладкую фантазию, несбыточную мечту из женского романа, которая вдруг сбылась.  Взбираясь в машину, она почувствовала силу рук Яхико, который придерживал ее за талию.  - Эй! Ты поцеловал ее? Что за акция? – Обито запрыгнул на заднее сиденье и сразу же вернул руку на облюбованную коленку. Он повернулся к Наоко, заглянул ей в глаза и сказал тихонько, чтобы слышала только она:  - Можно я тоже… поцелую?  Аритмия уже успела стать обыденностью.  Обито наклонился к ней и его волосы щекотнули лоб Наоко, упали на ее прикрытые веки. Она почувствовала парфюм, мятную жвачку, тепло его дыхания, а затем и неожиданно мягкие, большие губы, которые обхватили ее собственные. Он целовался приятно, чувственно, умело, ненавязчиво касаясь чужого рта кончиком языка.  Наоко прижалась к нему плотнее – проклятая, беспощадная, убийственная неделя, - обхватила ладонями лицо Обито и закинула ногу на его бедро, чтобы сократить расстояние между ними.  - Эй, я начинаю обижаться, - она оторвалась от чужих губ и увидела в зеркале заднего вида глаза Яхико.  - Простите, - даже это прозвучало похабно из-за сбитого дыхания и прорезавшейся хрипотцы. – Можно поцеловать и вас?  Да, это слабо походило на поведение недоступной принцессы.  Если бы вышло говорить начистоту, то ее заявление было бы безапелляционным: Наоко предпочла бы, чтобы они раздели ее прямо здесь, в машине, средь бела дня, не дожидаясь анализов и оттрахали так, что ни для кого, кто видел бы тряску гелика со стороны, не осталось секретом поле их деятельности.  В ответ Яхико лишь улыбнулся, отведя глазаи в этом было его признание в тщательно скрываемом нетерпении.  Он обернулся назад, а Наоко привстала, согнувшись пополам, неловко нашла губы водителя, смяла их, приноравливаясь, а затем поцеловала со всей страстью – это было хорошо.  Было хорошо целовать двух мужчин поочередно и ждать, предвкушая, секс с ними обоими.  А еще лучше было ощутить руку Обито, скользнувшую по бедрам к ее промежности.  В этот раз Наоко застонала по-настоящему.  Яхико тут же оборвал поцелуй.  - Обито, ты перегибаешь. Мы ведь договорились, что не будем торопиться…  - Прости-прости, - Обито рассмеялся. – Но знал бы ты, какая она мокрая.  - Нужно терпеть, - Яхико обхватил подбородок Наоко. – Потерпим, сладкая. Потом будет о-о-очень хорошо. Чем долгожданнее, тем лучше.  Он невесомо чмокнул ее в губы. Девушка попыталась сесть на свое место на заднем сиденье, но Обито перехватил ее, обняв за талию и усадил к себе на колени.  - Ох, если я вытерплю, - это уже было ее, Наоко, признанием.  - Какая же ты горячая, – Обито дразнил, егоглаза горели горячо и жадно.  Он положил ее руку на свой каменный, плотно обтянутый тканью стояк. Наоко отвернулась, но не смогла скрыть восторга, тут же сжав его через брюки.  Твердый и крупный, она на самом деле отдала бы очень и очень многое, чтобы прямо сейчас ощутить его внутри себя.  Ее ответом был стон, сорвавшийся из-за закушенных губ. Она еще несколько раз погладила Обито через одежду, пока тот, раскинувшись на сиденье, злорадно улыбался другу, наблюдавшему за ними через зеркало заднего вида, и иногда прикрывал глаза от наслаждения.  - Завязывайте, - теперь уже в голосе Яхико читалось явное недовольство. - Все, все, мы завязываем… Слазь, девочка. Едем обедать. Пока доберемся до ресторана, у меня точно случится инсульт, так как все кровь от сердца притекла к члену…  - Был бы счастлив, окажись это правдой, - Яхико снял переключил коробку передач и мягко тронулся.    Поездка всем далась тяжело.  Несмотря на введенные Яхико санкции, Обито ни на секунду не выпускал руку Наоко – он нежно перебирал ее пальцы и массажировал потную ладошку.  Слегка сконфуженная, она не придавала этому большого значения – голова гудела от пережитых эмоций, резко спавшее возбуждение оставило за собой стыд и усталость, - окажись она сейчас дома, то уснула бы мгновенно, даже не забираясь под одеяло.  Яхико вел потрясающе – машина двигалась плавно, деликатно разгонялась, и эта скорость ни капли не пугала. Его мужественная, прошитая венами рука лежала на руле – властно и привлекательно.  От запаха двух мужчин кружилась голова.  Они пахли аквамарином, табаком, резким цитрусом, кожей.  И Наоко это чертовски нравилось.      По тому, как их встретили в ресторане былопонятно, что в этом заведении они были завсегдатаями.  Разделенный на зоны ресторан предлагал приватные столики за закрытыми дверьми. Ничего удивительного с учетом пристрастий двух приятелей.  Когда перед ними распахнули дверь, они оказались в просторной комнате, дубовой, кожаной, красной, пахнущей благовониями и цветами.  Длинные диваны тянулись вдоль большого стола.  Они заняли один из них, разместив Наоко посередине.  - Я чертовски голоден, буду все, - Обито ловко открыл знакомое меню на разделе с горячими блюдами.  - Хаяте, что ты любишь? Здесь отличная кухня, могу посоветовать что-то, если скажешь, что нравится.  - Хочу… что-нибудь с морепродуктами, - голод действительно разыгрался нешуточный – непонятно, был ли ему причиной стресс или пережитые страсти.  - Предлагаю удон и ассорти роллов. Хочешь салат?  - Ой, Яхико, ну что ты развел… Совсем не умеешь угощать дам. Предлагаю заказать все, на что упадет глаз, а Хаяте выберет, что ей понравится, - Обито выглянул в проем приоткрытой двери, взглядом призывая официантку. – Мы хотим два больших ассорти суши, три разных салата на ваш вкус, большую тарелку с морепродуктами,онигири, три удона – тоже разных, бутылку вина – хорошего, и данго. Если надумаем, еще закажем десерт.  Яхико наблюдал за другом с ухмылкой.  - Это жадный мальчик всегда набирает столько, сколько не сможет съесть за всю жизнь.  - Главное – выбор, - мудро изрек Обито, подняв указательный палец вверх.  - Транжира, который любит кормить официантов, - Яхико смотрел на него с ласковой издевкой.  Наоко откровенно забавлялась, наблюдая за их взаимодействием. Она задержала взгляд на мускулистых ногах рыжеволосого мужчины – даже через плотную ткань брюк прорезались бугры мышц, которые, подобно натянутым канатам, тянулись от паха к коленам.  Яхико проследил за ее взглядом, взял руку девушки и опустил на свое бедро. Наоко шумно выдохнула.  - Эй, ты опять начинаешь? – встрепенулся Обито. – Есть же приехали.  - Пытаюсь наверстать упущенное. В машине тебе явно досталось больше.  Колкое возбуждение снова зашевелилось в животе. Наоко смотрела на объемный бугорок брюк под кожаным ремнем, крупную грудь и мускулистые руки, обтянутые рубашкой – ей хотелось его потрогать, прощупать, сжать, чувствуя, как сильное тело откликается на ее прикосновения.  Она скользнула ладошкой по внутренней стороне бедра, следуя за узором мышц, коснулась его твердого живота, сомкнула пальцы на предплечье.  - Какая же ты увлекающаяся, - Яхико с улыбкой смотрел на серьезное лицо Наоко, на ее глаза, затуманенные от возбуждения.  - Нравится меня трогать?  - Да, - тихо сказала она.  Ей хотелось бы содрать с него эту дурацкую рубашку, вжаться губами в голую кожу.  Наоко осторожно коснулась пальцами средней пуговицы, находящейся на уровне диафрагмы, одной рукой вытащила ее из петли и наклонившись, нырнула языком в освободившийся просвет.  Солоноватая кожа, запах тела взрослого мужчины, его тепло – она вжалась в него лицом, вылизывая доступный островок кожи.  - Уууууу, - Яхико глухо застонал. – Я-то думал, что Обито среди нас самый нетерпеливый.  Наоко вынужденно оторвалась и встретилась глазами с рыжеволосым.  - Ты такая соблазнительная. Он притянул ее к себе и медленно, мокро поцеловал.  Лицо Обито было красноречивей слов. Он следил за ними, не моргая. Поправив свою эрекцию, он подошел к Наоко и положил ей на плечи руки:  – Покажи язычок…  Наоко повиновалась, запрокинула голову и высунула влажный, покрытый чужой слюной язык.  - Иди ко мне, - раскрасневшийся Обито поцеловал Наоко жестко, нетерпеливо, страстно. На какую-то секунду ей даже показалось, что он прямо сейчас опрокинет ее на спину и…   - Эй ты, держи себя в руках. Ведешь себя как животное, - глаза Яхико блеснули холодным огоньком.   Обито, не выпуская Наоко из рук, усмехнулся, спокойно выдерживая взгляд друга.  К счастью, вошла официантка. Она принесла вино и три бокала.  С легким поклоном она принялась открывать бутылку. Новоиспеченные любовники наблюдали за этим молча, как вдруг Обито приблизился к Наоко, чмокнул ее в щеку, а затем, отчертив языком дорожку от уголка губ до уха, смял ее мочку губами.  От неожиданности и сильных ощущений девушка шумно ойкнула и вцепилась пальцами в его колени.  Яхико и официантка быстро взглянули на них.  Это было стопроцентное попадание в главную эрогенную зону Наоко – от мочки он перешел выше. От влаги и шумных, чавкающих движений, по ее коже разлетелся вихрь мурашек.  Она зажмурилась, запрокинула голову и делала все возможное, чтобы не застонать.  - Развратники, - спокойно констатировал факт Яхико. - Мы сами откроем бутылку. Извините.  Покрасневшая и растерянная официантка пулей вылетела из зала, не поднимая глаз.  - Хотите внимания публики?    Он не смог продолжить ругаться, глядя на то, как извивалась Наоко. Ее изломанное удовольствием тело мелко подрагивало, широко разведенные ноги почти открывали вид на белье, скрытое за коротенькой юбкой.  Яхико вплотную прислонился к другому уху и тихонечко зашептал:  - Нравится, когда ласкают ушки?  В этот раз Наоко застонала в голос и от этого звука пульсация прошлась по двум членам одновременно.  Яхико прихватил зубами мочку, оттянул, побил по ней кончиком языка, прежде чем погрузить его на ту же глубину, что и Обито, старательно вылизываю всю ушную раковину.  Наоко дрожала, вздрагивала, хваталась за них руками. Это было сущее наслаждение, по силе равное пытке.  Она стонала и судорожно вдыхала, чувствуя, как белье промокает насквозь, а сердце колотится в горле.  Два мужчины, находящиеся по бокам от нее, вылизывали ее уши и это больше напоминало самый ее похабный и вожделенный сон, чем реальность.  Им тоже было трудно – мужские руки сначала не двигались, а потом заскользили по всему ее телу, оглаживая ноги и сжимая грудь. Она подавалась навстречу этим движениям, больше всего сожалея о лифчике, который она зачем-то решила надеть.  Ей хотелось, чтобы они касались ее обнаженной, чтобы одежда не воровала их прикосновений.  Обито оторвался от уха и спустился ниже, губами зажимая кожу шеи. Его рука сжала грудь одновременно с рукой Яхико. Наоко сходила с ума от этой синхронной ласки – они по-разному обхватывали, надавливали и это было лучшим из ощущений, которые она когда-либо испытывала.  Она вскрикнула, когда Обито прощупал сосок через лифчик и ущипнул его пальцами. Яхико тут же повторил за ним.  Они поочередно щипали ее за соски, будто зная, как ей нравится эта грубая ласка.  Обито убрал руку и заглянул ей в глаза, потянувшись к бутылке вина – в этом взгляде прыгали хитрые огоньки.  Он схватился за торчащий штопор, вытащил пробку одним сильным движением и разлил вино по бокалам. Наоко не могла оторвать глаз от контура внушительного члена, прорисовывающегося через брюки.  Обито усмехнулся, заметив это. Он лизнул свой указательный палец и поднес его к губам девушки – та жадно облизала влажную кожу, вобрав в рот фалангу.  Яхико, избавившись от конкуренции, прижал Наоко к себе спиной и сжимал, массируя, ее грудь, языком лаская шею и плечи. Пуговицы рубашки с трудом выдерживали натиск и одна наконец расстегнулась – пальцы рыжеволосого зацепились за края ткани и с силой дернули, обнажив синий кружевной лифчик с раскрасневшейся мякотью груди.  Рассыпавшиеся пуговицы брякнули об пол.  Наоко вскрикнула и выгнулась еще больше – в надежде, что Обито избавит ее от белья и наконец вберет в рот чувствительные соски, - но он просто задумчиво наблюдал, закусив губу.  Яхико стянул с ее плеч бретельки и опустил бюстгальтер вниз, вывернув его наизнанку – небольшая упругая грудь вздрогнула, качнулась, покрылась мурашками от прохлады.  Обито шумно втянул воздух сквозь зубы.  - Какая ты красивая.  Он сделал глоток вина, прежде чем опустить в бокал свои пальцы – он тщательно смочил их, а затем так же поднес к губам Наоко.  - Оближи, - его глаза были затянуты пеленой возбуждения.  Девушка послушно взяла пальцы в рот, тщательно обсасывая каждый. Сухое вино защекотало язык и ей показалось, что она мгновенно охмелела.  - Вкусно? – от одного этого шепота живот закусывала сладкая судорога. – Хочешь еще? Наоко кивнула.  Обито, не отрывая от нее глаз, отпил из бокала, а затем наклонился к лицу девушки.  Она мгновенно смекнула и высунула язык, на который через секунду полилось вино – Обито поил ее из своего рта. Неровная струйка разбрызгала все по ее щекам, заставила бардовые каплям бежать по подбородку и шее, падать на грудь.  Яхико сжимал ее волосы и выдыхал в шею, Обито, вылив все вино, поцеловал Наоко.  Вошедшая официантка опустила глаза сразу же, как только увидела происходящее – она прошла по залу, отвернувшись от гостей и быстро поклонилась, поставив на стол огромный поднос с суши и онигири.  Обито насмешливо наблюдал за ней.  - Ты не стесняешься? – спросил он у Наоко.  - Нет, - ей действительно было плевать.  Разгоряченная и опьяневшая, она больше всего хотела продолжить. Чужой взгляд прожег обнаженную кожу, скользнул по ней и новый виток возбуждения кувыркнулся в животе. Наоко снова потянулась к губам Обито, но тот отстранился с издевательской улыбкой.  - Не спеши.  Она попыталась дотянуться до него рукой, но он повторил:  - Ч-ч-ч…  - Хочу поцеловать вас, - от требовательности и обиды в ее голосе мужчины рассмеялись.  Обито снова усмехнулся – со встрепанными волосами и огоньками, пляшущими в глазах, он был похож на прекрасного демона.  - Отрой рот, - он надавил большим пальцем на ее подбородок и плюнул – тонкая тягучая струйка потянулась от его рта к ее.  Обито сделал это еще раз, когда Наоко, смакуя, проглотила все, что он ей предложил, только в этот раз он нырнул пальцами внутрь, ощупал влажную мягкость щек, растер свою слюну по ее языку, а затем и по губам, глядя на то, как она морщится, изнемогая от возбуждения.  - Я хочу вас, давайте сейчас…  - Ну нет, - Яхико прижал к себе ее голову и заглянул в глаза. – Хочу насладиться тобой целиком, без резины и лишних беспокойств. Не собираюсь портить аппетит перед сытным обедом.  - Яхико у нас святоша, - Обито хрипло рассмеялся. – Нерушимая крепость.  - Я не выдержу, - на раскрасневшемся лице Наоко глаза горели беспокойно и лихорадочно.  Яхико отвернулся, не выдержав этого прямого взгляда и шумно выдохнул.   - Уф, а ты настоящая совратительница, - с бокалом вина и эротично закушенной губой Обито еще больше напоминал инкуба. – Даже этой святотай не выдерживает, ты посмотри.  - Помолчи, Обито, - Яхико застегнул пуговицы рубашки. – Давайте возьмем себя в руки и поедим.  Он снова повернулся к Наоко, основательно сменив тон – его голос зазвучал тепло и бережно:  - Оденься, хорошо? Я бесконечно тебя хочу, но еще рано. Обещаю, что когда наступит момент…  - Когда этот момент наступит, он скончается от спермотоксикоза.  Яхико полностью проигнорировал слова приятеля:  - Когда наступит момент, мы проведем вместе много потрясающих, незабываемых ночей, в которых у нас не будет поводов сдерживаться. Ты же знаешь, что самое желанное обычно не достается легко?  - Пф, опять взялся за свои лекции, - Обито хохотнул. Наклонившись, он взял руки Наоко в свои и сказал, глядя ей прямо в глаза: – Когда этот самый момент наступит, я оттрахаю тебя так, что ты забудешь свое имя, и буду трахать до тех пор, пока не начну стрелять холостыми, потому что я пиздец как тебя хочу, Хаяте.  От этого низкого тихого голоса в поясницеНаоко пронесся электрический заряд.  Она закрыла глаза руками и страдальчески произнесла:  - Ох, я не могу…  Мужчины снова рассмеялись. - Девочка, ты сильная, ты справишься. Поверь, нам тоже несладко. Невероятно трудно сдерживаться, когда прямо перед тобой лежит такой сладкий пирожок…  - Обито, не начинай, - Яхико перебил друга, увидев, как в глазах того снова разгораются искры. – Сядь на свое место.  Тот примирительно поднял ладони и удалился к противоположному дивану с хитрой улыбкой.  - Ебаная неделя, - тихо изрек Обито, протягивая руку к своему бокалу с вином, и в этот момент Наоко была согласна с ним, как никогда.      Наоко выходила из ресторана в бомбере Обито, надетый поверх лифчика – разорванную рубашку они оставили на кожаных сиденьях.  В ушах все еще стоял гул, голова кружилась – похабность этой атмосферы пьянила.  Они довезли Наоко до дома. Машина мягко остановилась у подъезда, рядом с которым сновали люди.  - Пусть тебя проводит Обито. Соседи могут неправильно все понять, если до дверей тебя доведут сразу два кавалера, - Яхико потянулся к заднему сиденью, где его сразу встретили губы Наоко. - Увидимся, сладкая.  Она шла до квартиры на негнущихся ногах. К счастью, Обито крепко держал ее под руку.  - Вам не холодно в одной рубашке?  - Не-а, - он слегка склонился к ней и тихо сказал: – Поверь, мне жарко. Надеюсь, твои соседи не очень зоркие и не смогут разглядеть мой стояк…  Наоко хихикнула.  Пьяная больше от ощущений, чем от вина, она сунула ключ в замочную скважину и в этот же момент Обито прижался к ее спине, вжал в дверь, заставляя девушку сдавленно выдохнуть.  Он зарылся носом в ее волосы на затылке, сжал бедра, огладил ноги, прежде чем развернуть к себе лицом и поцеловать – так сладко, долго и глубоко.  - Ну все… Закончим, а то Яхико меня не простит, - Обито выдохнул и по нему было видно, как непросто ему остановиться – ничуть не легче, чем Наоко. – Чем займешься дома?  - Мастурбацией, - прошептала она, завороженно глядя на мужские губы.  Обито рассмеялся – низко, с хрипотцой, нежно царапающей слух. - Думаю, мы все сегодня разделим это занятие. До встречи, кошечка.  - А бомбер? Давайте зайдем, я отдам.  - Оставь себе, - Обито отдал честь от виска двумя пальцами. – Если окажусь внутри, то не смогу за себя ручаться.  Наоко улыбалась, провожая его взглядом.  Спустившись на один пролет, мужчина высунулся из-за перил и громко прошептал, сложив руки у рта:  - Ты красивая.  В ноющем от возбуждения животе Наоко запорхали бабочки.