Часть 1

      Свет в конце концов включили. И пусть остаток ночи он был совершенно бесполезен, кто-то думал иначе. Бабушкин матрац без простыни лежал в самом центре комнаты, а на нем тело.       "Слишком темно.." подумал Вару. Но, для начала зимы можно было сказать, что было даже светло. Свет луны отражался от белого снега в самое окно балкона, и освещённую комнату сложно было назвать темной. Почему в тот момент было не так светло? Ответ кроелся под покрывалом. Нет, в прямом смысле под покрывалом. Пока Вару не видел, клоны плотно закрыли балкон шерстяным полотном, что бы ни свет от фонарей, ни свет от Луны не просочились. Точнее сказать, настолько плотно, насколько это было возможно. И тут уж думай, почему в комнате всё равно было теплее чем когда окно было зашторено. Точнее запокрывалено.       С этого момента Вару будет просить что бы окна в квартире всегда были открыты, что бы лишний раз посмотреть на луну. Как мило с его стороны. Зеленый не романтик, вы не подумайте, просто если выражаться современными словами – в темноте он теперь ловит не приятное чувство.       В коридоре скрипнул старый плинтус, а холодильник от чего-то зажужжал ещё сильнее. Компрессору давно пора на пенсию. Но вот снова. Щёлк. Можно подумать что это щёлкает всё тот же холодильник, если бы это был не нервный тик Вару. Под подушкой лежал фонарик, но Вару знал – фонарик не его спасение. Он ведь нерабочий теперь. Но даже так, это морально спасало парня. Он будет указывать им в потолок, и предоставлять что он светит. Фантазия у Вару то, что надо.       Но легче не становиться. Какой от него толк, если реальных монстров это не победит?       Вот опять. Что-то зелёное у его матраца. Сидит, покачивается. На голове смешная шапка с бубенцами, а глаза, вопреки ожиданиям "жёлтого свечения", светились всё равно зелёным. Сейчас Вару его ненавидел как никогда. На лице он почувствовал свои кудряшки, и невзначай вспомнил, что они тоже зелёные. Но звука от бубенцов, кроме того же злосчастного холодильника – нет. Либо оно не издавало звука, либо это нереально. Не притронется к нему, не заберёт и не распотрошит. От него нет противного запаха, и у него нет пяти пар глаз и пять шей. Но если Вару видит это, продолжает ли оно быть нереальным? От него воздух кажется вязкой субстанцией, не способной попасть в легкие. А если и поподала, то вовсе не помогала, а только лишь заставляла захлебываться. Её было много. Темноты. А в ней всё тех же глаз.       Темнота вокруг не грела, а Морфей вовсе не шёл. Всё что сейчас Вару мог делать, это обернуть себя холодными руками. И непонятно – что бы согреть свое тело или телом согреть руки. Одна ладонь под сгибом колена, другая под холодной щекой. Но чёрт, легче не становилось. Сердце от чего-то колотилось о ребра, а в животе крутилась длинная спираль, запутываясь в клубок с конца. Это именно то, что он назвал словом на букву "Т". Произносить его в слух и даже в мыслях не хотелось, ведь это означало что Вару признает что его уделали. Он уже признался в этом один раз, на холодном балконе. Второй раз делать это он не собирается, пусть и делает это до сих пор каждую секунду. Словно это развеет существо перед ним. Мысли ведь не контролируемы. Стоит надеяться на то, что человечество не изобретет чудо-инатор способный читать мысли, иначе читавший их точно сошёл бы с ума. Ведь как Вару уже выяснил, мысли – это неконтролируемый поток слов, желаний и идей. С этим даже владельцу самих мыслей не справиться, что уж говорить о посторонних. И это Вару уже тоже испытал. Не больше чем Габриэль конечно, но было умственно тяжело. А сейчас черт возьми, он снова не мог с этим справиться. Мыслей было до того много, что ранее сказанная, но не доказанная правда, претендовала стать по настоящему правдивой и доказанной. Много до того, что ни о чем другом кроме наступившей темноты и холоде думать и не мог. А клонам то и не скажешь. Что они потом подумают?       ...Вару... ты...       ...Не пойми не правильно... не правильно...       ...Да ты посмотри на него... тени бояться...       ...Снова...       И звучало ведь весьма иронично. Силуэт от его тела действительно искажался. И ничего он с этим теперь не поделает. Ночью в этом тёмном городе, Вару теперь ощущал себя чужим. На месте этого чучела перед его матрацем ничего не было. Но стоит моргнуть, как оно появилось и стало ближе.       Мысли заполонила пелена разных вещей, которая бы ему помогла. Но до этого его ждал непростой путь в соседнюю комнату, с квестом "спящие клоны". А зачем – пока что не придумал.       В коридоре загорелся свет, и Вару понял, что это его шанс, и это то – что он может назвать целью. Но оказавшись в коридоре свет потух так же быстро, как и загорелся. Горел ли он вообще?       Ещё пару минут Вару смотрел на дверь в которой, как он предполагал, горел свет. Ждал пока кто-то из неё выйдет. Ведь свет не мог гореть просто так.       «Ничего там нет, тупица!» Вару заворошил свою голову, словно в ней были вошки. Дурачок, в ней просто много мыслей, и из-за этого ты вот-вот заговоришь сам с собой.       Дверь скрипнула, и из неё показался тусклый свет. Но совсем не тот, который ожидал. Он был зелёный. Вару нахмурился.       – Что именно заставило тебя так много думать, только сейчас, зелёный? – Голос говорил с насмешкой, а тон напоминал безумного Шляпника. В воздухе проплыл синий кои, а из рта вылетали пузырьки.       – Т.. т.. – Вот-вот Вару скажет своё первое слово.       – Тебя тоже интересует... что общего…       Он замолчал. Вару не хотел слышать ни о каком вороне, ни о каком письменном столе. Перо! Перо! У них обоих есть перо! Но вместо ответа Вару подавился воздухом, когда зелёный человек оказался у него перед носом. С головы, где-то высоко свисала шапка с бубенцами, и холодные шарики касались носа Вару.       – Зелёный...       Вару не знал никаких техник самообороны, но был до конца уверен, что сейчас они бы ему пригодились. Человек перед ним был реален. Его голос он слышал из карты. Вся ситуация казалась абсолютно абсурдной. Клоны в гостиной и в комнате Феди грозились проснуться. Но Вару почему-то не хотел их будить.       – Зелёный... – он повторил с хитрым смешком…       Вару замахнулся, задел в воздухе кои, но всё же попал по цели. Человек отшатнулся, но улыбки с лица не убрал. В его руке засветился зелёный свет, и в Вару полетели несколько вонючих рыб. Комнату тут же окутал запах моря.       – Спокойно. Я хотел сделать это тихо.       Вару опешил, и начал размахивать кулаками в сторону человека, когда тот начал идти к нему. Но кое-какие удары проходили мимо, какие-то попадали, а какие и вовсе проходили сквозь тело. В панике, но Вару смог надумать то, зачем он ему нужен. И от этого стало хуже. Человек снова оказался в притык к Вару, и пузырьки окутали его лицо. Вару начал осматривать маленький коридор в котором это всё происходило, и всё будто было окутано тьмой ещё гуще чем было до этого. И только его зелёная фигура излучала свечение, из-за чего он казался не настоящим. Вслед за ним по дому плавали всё те же синие кои, летали жёлтые бабочки и красные котята. Один из таких удобно устроился на животе Данте, а бабочки окутали спину Феликса. Глаза заслезились от неприятного чувства, когда спираль в животе начала перемалывать внутренности словно мясорубка. И только сейчас Вару осознал что на его глазах нет очков. Они уже на лице зелёного человека перед ним. И тут же он обнаружил себя холодного, не осязаемого и в шапке шута. Бубенцы до сих пор не издавали ни звука. И сердце, наверное в конце концов остановилось.       – Не пойми меня неправильно, но думать что литера "Т", так тебе важна, очень глупо. И с другой стороны, не правильно. – он захихикал, заворошив свои-чужие зелёные кудряшки, поправляя съехавшие зелёные очки, – мне идёт.       Неподалёку от ванной комнаты валялась карточка. Наверное на ней когда-то была карта красной масти, которая теперь в теле Вару. Он нашёл себя теперь зелёным человек, а перед собой самого себя. Себя, что жутко улыбался.       – Вару... – послышался знакомый голос, – ты не думай, что это уже конец.       Вару обнял себя, когда всё вокруг стало полностью чёрным и необычным. И снова… Снова чертовы кои, бабочки и котята! От страха Вару действительно не чувствовал своего сердцебиения. Тело стало до того тяжёлым, что Вару просто лежал в этой темноте, ничего не способный сделать. Родной она стать не способна, и поэтому продолжала пугать и что-то шептать у самого уха.       – Вару... ты тени своей... не бойся...       Вару тень свою видеть не может.       Вдруг, в нос резко обрушилось слишком много запахов.       Рыба.       Цветы.       Кошачий корм.       Зубная паста.       Рука из темноты с силой ударила его по щеке, и очки с его глаз упали на пол. В панике, Вару начал метаться по коридору, роняя куртки и задевая своими ногами обувь у порога. Вару почувствовал на голове тяжесть, и резко почувствовал интерес узнать что это. Руки не слушались, и всё что он мог сделать, это с новой силой потащить чьи-то ноги в единственный источник света в коридоре. В ванную. По пути он задел кого-то рукой, и этот кто-то порезал его бумагой.       – Хватит! – сказал сумасшедший голос, но Вару почувствовал это прям у себя под носом. Он сказал это, хотя и не делал этого сам.       Какой-то паразит в его теле делал всё за него. Избавиться. Надо от этого избавиться.       Он влетел в ванную комнату, сбивая с полки справа шампуни и хватая в руки маникюрные ножницы. Свет тут же потух, но в комнате всё равно оставалось светло. В отражении зеркала Вару увидел себя, улыбающегося и полностью зелёного. А в животе спираль, что продолжала творить зло в его теле. Он хотел было ударить ножницами в зеркало, но паразит в теле отказывался даже пошевелить запястьем. С коридора послышались шаги и тяжёлые вздохи. Вару не мог понять, было ли это шагами зелёного человека, или зелёный человек был в его теле, но медлить он с этим не стал.       Собрав все свои силы, Вару поднял руки над грудью, и маленькие ножнички в его больших бледных руках стали ещё меньше. Этот человек продолжал творить чудо в отрицательном его значении. Вару оскалился, от тепла в теле не осталось и следа, а спираль резко замерла. В его спину прилетела маленькая белая карточка, и Вару мгновенно почувствовал странное чувство.       Точно так же как и до этого, Вару прошёл эти же этапы галлюцинаций с кои, необъятную темноту и отсутствие сердцебиения, только в несколько раз короче и быстрее. Его будто толкало из стороны в сторону, и он даже не успевал почувствовать всё это, как комната вокруг стала прежней. Кои уплыли в стены, свет всё так же был выключен, но было светло. Вару обернулся, поняв что это он всё так же освещает комнату собой, но быстро пришёл в себя когда потух так же быстро, как и упавшая перед ним карта с изображением зелёного человека.       Вару схватился за сердце, выронив маникюрные ножницы, и крепко зажмурившись до зелёных звёздочек в глазах.       – Вару...       По коже прошлись мурашки от до боли знакомого голоса. Мягкого, тихого и грустного. Вару тут же раскрыл глаза, от того что почувствовал на носу холод. Это Зонтик, надел на его лицо зелёные очки. Вару обернулся к зеркалу. К этому времени свет в ванной уже горел, и он отчётливо мог видеть. Никого кроме него там не было. Он один с шапкой шута на голове. И только сейчас он обратил внимание на Зонтика и Куромаку позади себя.       – Вару... – повторил Зонтик, и потянулся к его голому плечу. Вару тут же вздрогнул и отпрянул. Зонтик неловко опустил руку.       – Красный Джокер... – Куромаку поднял карту, которая и была источником этого зла. Держал он её двумя пальцами словно какой-то мусор.       Вару тем временем осматривал комнату, словно она всё ещё была чужой. Куромаку уловил этот взгляд, и пару раз щёлкнул перед его лицом.       – Ты как?       Вару сфокусировал взгляд на лице Куромаку в десяти сантиметрах от своего лица. Он поморщился отмахнулся, по привычке вороша свои волосы.       – Н.. нормально... отвали…       Куромаку закатил свои глаза.       – Даже более чем.       За стеной послышался звук шагов, и в ванной показался Федя. Трое клонов тут же выпрямились как по линейке. Зонтик слегка смутился, Куромаку неловко ответ взгляд, а Вару сглотнул. Федя посмотрел на карту в руках Куромаку, и удивленно ахнул.       – Ребят, может расскажете что у вас тут случилось? – он подошёл и взял карту обратно, – ох… Красный Джокер... Снова набедокурил?       Вару опустил голову тяжело выдохнув.       – Это мягко сказано...       Федя с пониманием и грустью посмотрел на него. Куромаку и Зонтик почувствовали такую же грусть, и лёгкую вину за то что до этого напугали Вару. Конечно, они считали это заслуженно, но учитывая что сейчас испытал Вару, это казалось пиком. Возможно, он и стал чувствовать себя хуже, чем до этого, но показывать этого он не собирался.       Вару сглотнул и вздрогнул, когда на его плечо всё-таки приземлилась чья-то теплая рука. На мгновение Вару снова увидел кои, но теперь он был точно уверена, что это лишь его фантазия. Злиться на клонов он конечно не будет, но и отрицать, что это не имело каких-либо последствий тоже.