Глава 2

1991 год. Прошла неделя с того момента, как Шляпа определила меня в Гриффиндор. За это время я ни с кем особо и не сдружилась. Разве что ко мне пыталась как-то навязаться Лаванда Браун. Она старалась меня разговорить за счёт сплетен, а такое я не одобряю. Я не обращала на неё внимание. Однако свербящий на меня взгляд одного из рыжих близнецов несколько дней не давал мне покоя. Это продолжалось не раз, не один день. Стоило мне только зайти в Большой зал или гостиную Гриффиндора – я моментально превращалась в экспонат. В один прекрасный меня это достало. На обеде после урока зельеваренья, где профессор Снейп предвзято докучал на наш факультет, я решила пронести в Большой зал свой кассетный плеер. В наушниках играли Depeche Mode, чья музыка полностью расслабляла и погружала меня в какой-то иной мир: ни магический, ни магловский. Пока слушала тех ребят из Базилдона я открыла книгу по истории магии. Какой, оказывается, скучный предмет. В довесок его ещё ведёт привидение. На тарелке передо мной красовался картофель, запечённый в мундире, однако еда меня не сильно привлекала. Всё же хотя бы пару картофелин съесть пришлось. Неожиданно по обе стороны кто-то расположился, что меня перепугало. Я вскрикнула и выдернула наушники из ушей, заодно и нечаянно пролила тыквенный сок прямиком на учебник. Я осмотрелась. Меня окружили рыжие близнецы. – Что вам от меня нужно? – пролепетала я, протирая страницы учебника. – Нет, Джордж, ты посмотри, никакого почтения, – заявил один. – Мы с Фредом подумали, что тебе грустно, – начал было объясняться второй. – И одиноко, – первый словно подхватил, заканчивая мысль второго. Я продолжала недоумевать в окружении близнецов: – Эм, спасибо, конечно, но я предпочитаю быть… – Забудь об этом, будь веселее, – перебил меня Фред и начал с любопытством разглядывать мою аппаратуру. – И разговорчивее, – продолжил его мысль Джордж. В его руки попал подкассетник, – Что такое “Музыка для масс”? – Что такое Depeche Mode? – в свою очередь спросил Фред. – Ну, это из мира маглов, вам это ничего не даст, – буркнула я и принялась доедать картошку. Фред запутался в наушниках, а Джордж всё так же разглядывал обложку альбома, где красовались три огромный красных мегафона. – Раз это из мира маглов, как ты говоришь, то наш отец должен непременно это оценить, – выдал Фред. Я повела бровью. – Наш папа любит всякие магловские штучки, – Джордж отложил футляр и переключился на плеер. Фред делиться не хотел – было видно, как он заинтересован. Так же его очень удивило, что звук исходит из этих запутанных шнурков. Я старалась делать вид, что я не с ними. – Ой, Рон! Ты когда-нибудь видел это? – обратился Фред к мимо проходящему моему рыжему однокурснику. Я перевела взгляд с учебника на Рона. “Ага, значит, они братья. Так, а сколько в семье Уизли детей?” – пронеслось в моей голове. Рона не очень-то интересовал мой плеер. Он оживлённо о чём-то беседовал с Гарри. – Да ладно тебе, Ронни, забавная же штука, – продолжал Фред. – Успокойся, я думаю, Гарри ему всё пояснит. – Я тоже так думаю, Джордж. – Так, ладно, – спохватилась я и захлопнула учебник, – Можно я с вашего позволения заберу свой плеер и буду готовиться к уроку? В моём голосе послышалась нотка раздражения. Фред вернул мой плеер, и я убрала его в свой портфель. – Быть букой тебе не идёт, – подмигнул Фред. – Если тебя, конечно, не довёл Снейп, – подхватил Джордж. – Спасибо за понимание, вы очень догадливы, – я выползла со стола и направилась к выходу из зала, даже не попрощавшись с близнецами. Один из них всё же удосужился меня окликнуть: – А зовут-то тебя как? Я обернулась. Я повела бровями и хотела промолчать о своём имени, однако мой язык меня подвёл: – Эффи. Приближался 1992-ой год. После столь нестандартного знакомства с близнецами моя жизнь перестала казаться обыденной. Фред и Джордж стали посвящать меня в свои шалости, помогали мне с уроками, приглашали смотреть тренировки по квиддичу. Из последнего меня сильно удивило присутствие Гарри – его выбрали ловцом. Я не обратила внимание на то, что от меня отстала Лаванда. Понимая, что я предпочла дружбу с близнецами, она обозлилась на меня и стала общаться с Парвати Патил. Меня такой расклад нисколько не тронул. Так же мне были не особо рады ещё некоторые личности. Про Драко Малфоя говорить не стоит – он сам себе враг. Как он относится к остальным, так и остальные к нему. Тогда в одиннадцатилетнем возрасте до меня не доходило, что это всего лишь такое воспитание. Дело было на обеде в Большом зале. Близнецы мне рассказали про отца Драко, в каких отношениях он с мистером Уизли и его лояльность к Волдеморту. – Папаша Малфоя что? Моральный урод? – громко высказалась я, не обращая внимания на то, что сам Малфой сидел за соседним столом позади меня. – Я бы на твоём месте не стал бы так громко возмущаться, – посоветовал Фред, уминая тушёную свинину, – Всё-таки у этого морального урода связей не напасёшься. – Тем более сыночек-то может на тебя такую кляузу накатать папочке, что с добрым именем не останешься, – продолжил Джордж, – Но ты не переживай. Ему всегда можно подкинуть какой-нибудь слабительный батончик. – Слабительный батончик? – спохватился Фред, – А это идея! – Боже, эти извращённые умы, – выдохнула я и достала из портфеля учебник травологии “1000 магических трав и грибов”, – Простите, ребят, я просто уверена, что профессор Стебль меня спросит, а мне нужно готовиться. Силки мне тяжело даются. – Помни, что эти черти боятся света, – подсказал Фред. Со своим обедом он уже расправился. – Стебль не будет к тебе предвзятой, поэтому мы тебе завидуем, – Джордж уже встал с места. – Потому что у нас следующий урок – зельеварение. – А потом защита от тёмных искусств. Над д-д-дуу-дурачком Квирреллом хотя бы потешиться можно, – Джордж скривил лицо, изображая профессора Квиррелла. На этой ноте, как бы не прощаясь, близнецы покинули зал. Я продолжала готовиться к уроку, поедая свою порцию свинины. Плеер лежал рядом, но включённым не был. Нет смысла включать музыку, когда возле тебя трутся два рыжих неотёсанных весельчака. – Глядите-ка, кто-то проносит магловские штучки, – пронёсся позади меня самодовольный голосок, – Если бы мой отец узнал, что Дамблдор позволяет себе такое, он бы… – Он бы что? Умер от горя? – я не выдержала и, недолго думая, встала из-за стола и решительно зажала двумя пальцами Малфою нос. Рядом с ним стоявшая свита попятилась назад, а за столом Гриффиндора раздался смех. Благо Макгонагалл или Снейп не присутствовали. Малфой жалобно стонал. Я продолжала давить костяшками пальцев его нос, пока он не стал цвета свеклы: – После такого на твоём месте я бы призадумалась над своей надменностью, Малфой. Драко упал на колени, продолжая ныть. – Ну что, Драко? Будешь дальше строить из себя крутого? Я отпустила его нос, а Малфой всё так же жалобно ныл. Затем резко встал с колен, пролепетал что-то в духе “Мой отец об этом узнает” и убежал из зала. Крэбб и Гойл попятились за ним. Поймав на себе восхищённые взгляды гриффиндорцев, мне стало не по себе. Я понимаю, конечно, что Малфой их здорово достал, но после такого поступка мне хотелось спрятаться. Я мигом собрала свои вещи в портфель и убежала из Большого зала в сторону теплиц профессора Стебль. Самое обидное в этой ситуации то, что травология совпадала со слизеринцами.