Глава 22

Мадока стояла под дверью дома Гая уже несколько минут и прислушивалась. На втором этаже горел свет. Она специально дождалась, чтобы людей на улице стало поменьше, и пришла около одиннадцати вечера. Наконец она набралась решимости и громко ударила кулаком по двери несколько раз. От волнения закружилась голова, Мадока нетерпеливо закусила губу, слушая приближающиеся шаги. Она сунула руку в карман и провела пальцами по пачке презервативов. Пока есть возможность уйти, остаются считанные секунды. Девушка опустила голову, глядя себе под ноги. Вскоре на них упал свет из-за открывшейся двери. — А? — прозвучал голос Гая. — Это ты?.. Подняв на Гая смущённый взгляд, Мадока слегка улыбнулась: — Прости, что так поздно. Надеюсь, я тебя не разбудила? — она посмотрела на мужчину, заправив волосы за ухо, и попятилась. — Я уйду, если ты уже спал… — Что-то случилось? — Гай выглянул из дома на плохо освещённую улицу. — На самом деле… Мне просто показалось, что кто-то идёт за мной, а я как раз проходила рядом с твоим домом, — девушка с опаской оглянулась назад. — Вот и подумала… Извини, что разбудила. Наверное, мне действительно показалось. — Кто тебя преследовал?! — Гай снял с вешалки куртку и уже был готов выйти за порог. — Говорю же, показалось, — от мучительного ожидания у Мадоки потянуло в груди. — Но я сразу подумала о тебе, когда испугалась. Губы Гая расползлись в наивной улыбке. Мадока потёрла руки и подышала на них, всем видом показывая, что замёрзла: — Так холодно ночью, даже не верится, что скоро весна, — она жалобно подняла брови и шмыгнула носом, глядя на Гая из-под опущенных ресниц. — Я пойду, пока совсем не окоченела, и так ног не чувствую. Ещё раз извини… Гай. — Нет, нет, я не отпущу тебя в таком состоянии и в такое время одну! — Я и так тебе одни проблемы доставляю… — Никаких проблем, Мадока! Заходи! Когда Мадока была в этом доме в последний раз, он выглядел более убого. Сейчас мебели больше не стало, зато всё будто обновилось, а фотографий на стенах стало больше. Девушка качнулась, когда Гай закрыл дверь за её спиной, и упёрлась рукой в стену: — Ох… Прости, я так бежала, а воздух холодный… Теперь голова кружится и дышать больно. — Я помогу! — Гай опустился на корточки перед Мадокой и помог ей снять обувь, а затем куртку. — Держись за меня! — он подставил ей свою руку, и девушка навалилась на него. — У меня так сердце билось, а теперь накатила слабость, — Мадока театрально закатила глаза. — Хорошо, что твой дом рядом оказался и ты быстро открыл. Гай привёл Мадоку в маленькую комнату — по-видимому, это было подобие рабочего кабинета. Он усадил её за стол, включил настольную лампу и куда-то ушёл. Девушка оглядела бумаги и свитки, потом её взгляд упал на фотографию в углу стола — Гай и Какаши позировали рядом со статуей на каком-то фестивале. — Вот, — Гай вернулся, держа в руках несколько вещей. — Это первое, что попалось… Но, думаю, если поискать, я найду ещё что-нибудь! Давай ноги, надо тебя отогреть, чтобы поднять давление! Это было совсем не то, на что рассчитывала Мадока, когда шла сюда, но всё лучше, чем ничего. Она хотела, как Цуме с Минору, проявить слабость и пробудить в Гае мужские желания, но план не сработал. Гай надел на неё шерстяные носки и свой вязаный свитер, сел на пол перед ней и принялся растирать её руки. Она сидела, вжавшись в стул, и молча смотрела на сосредоточенное лицо мужчины. — Очень холодные! — Гай зажал руку Мадоки между ладонями и потёр. — У Ли так тоже было, когда мы переусердствовали с тренировкой в зимнем водопаде! Доверься мне, Мадока, я знаю, что делаю! — Мне уже лучше, — Мадока накрыла руки Гая свободной ладонью и склонилась к нему. — Правда, — она погладила его костяшки большим пальцем. — Спасибо. Он был таким серьёзным и обеспокоенным, что Мадоке захотелось наброситься на него здесь и сейчас и продолжить то, что они не завершили в кухне её дома. Девушка потянулась к лицу Гая, но он отвернул голову. Она всё равно быстро чмокнула его в щёку. Гай выпустил руку Мадоки и потёр место поцелуя, не поднимая глаз от пола. — Гай, — Мадока сползла со стула на пол и села на колени рядом с Гаем, — посмотри на меня. Я скучала по тебе. — Я не сдержал слёз тогда, прости, — Гай говорил едва слышно. — Ты не должна этого делать. — Ты опять со своей жалостью? Да не жалею я тебя, — Мадока начала с напором, но быстро смягчила голос, вернувшись в образ. — Это просто было так неожиданно, с таким напором… Я растерялась! — И я сожалею. Мне стыдно за свои поступки, я проявил неуважение, — Гай потёр щёки, пряча лицо. — Я понимаю и принимаю твой отказ. Стиснув зубы и закрыв глаза, Мадока выдохнула и взяла себя в руки. Упорству и твердолобости Гая не было предела. — Спасибо за заботу, Гай, — она погладила его по плечу. — И за ужин. И за цветы. Они, конечно, скоро завянут… — Что? Ты их не выбросила? — Гай наконец поднял голову и посмотрел на Мадоку. В полумраке Гай был даже симпатичным. Его тёмные глаза поблёскивали в свете лампы, изучая лицо девушки. Мадока поняла, что с трудом дышит, когда встретилась с ним взглядом. Его напряжённые руки, сложенные перед собой, напомнили ей о том, как он сжимал её на столе. Загадывать на будущее не стоит — так говорил отец Мадоки, и был абсолютно прав. Кто мог бы предположить, что когда она окажется здесь во второй раз в жизни, то будет не стыдиться и презирать этого человека, а испытывать совершенно противоположные чувства? Перед ней теперь сидел взрослый мужчина, они оба выросли, и её тянуло к нему. Хотелось дотронуться до Гая, прижаться к нему, выхватить хотя бы короткий поцелуй с его губ. — Гай, поцелуй меня, — Мадока придвинулась к нему. — Как в тот раз. — Не буду! — Гай надулся и сдвинулся вправо. — Ты чё, сдурел? Сам же говорил, что я тебе нравлюсь! — девушка опять сделала движение в его сторону. — Для тебя это всё равно ничего не значит! Я буду делать это только по любви! — Как дала б тебе по башке твоей тупорылой! — Мадока замахнулась. — И чё ты хочешь от меня тогда? Ты мне и так не противен! — Это… Совсем не то, чего я бы хотел. — Чё ты хочешь? — выплюнула Мадока. — Я хочу, чтобы ты была… Моей, — голос Гая дрогнул, он смутился и развернулся к Мадоке спиной. — Да я… — Мадока на секунду впала в ступор и, на четвереньках проползя к лицу Гая, продолжила. — Да я же только что попросила меня поцеловать! — Тогда почему ты отказалась быть моей, Мадока? Когда я спросил тебя три дня назад? — у Гая на глазах выступили слёзы. — Неужели поцелуй для тебя ничего не значит?.. — И что? Ну поцеловались, и что? — Потому что… Это должно было стать особенным моментом между нами… — Блядь, — прошипела Мадока, — Гай, скажи мне прямо, чего ты хочешь. Всё, я успокоилась, — она заправила волосы за уши и села напротив мужчины, протянув ему руку. — Давай руку и говори. Только прямо и чётко, чтобы я точно всё поняла. Найди уже в себе смелость. Гай выпрямился и взял Мадоку за руку. Он подвинулся немного ближе и посмотрел ей в глаза: — Я люблю тебя, Мадока. Не просто как напарника или друга. Это любовь мужчины к женщине. Девушка неосознанно опустила уголки рта и нижнюю губу. Увидев это, Гай стиснул зубы, засопел, но продолжил. — Ты мне нравилась во времена Академии, но я был слишком робким, чтобы сказать тебе об этом. Потом наши пути разошлись и сошлись снова только в прошлом году. Когда ты заговорила со мной, улыбнулась в такой непростой час, весна в моём сердце неожиданно расцвела с такой силой, что я просто… Губы Мадоки были сжаты и вытянуты до предела. Она сдвинула брови и внимательно слушала Гая. Ей было очень неловко слышать его слова, но причину она понять не могла. В какой-то момент стало настолько стыдно, что уши запылали. — Гай, давай ближе к делу. Чего ты хочешь от меня сейчас? — Я хочу быть с тобой, — Гай сжал её руку. — Я так хочу… — из его дрожащих губ вырвался стон, и он согнулся, прижавшись лбом к руке Мадоки. — Нахера? — Мадока ощутила слабый тремор и тревожность. Похоже, этот вопрос вогнал Гая в ступор. Он медленно поднял голову и уставился на Мадоку. — То есть… Почему? С чего вдруг? — девушка нервно сглотнула, ощутив невыносимую грусть, скопившуюся комом в горле. — Потому что это ты, Мадока, — Гай выдохнул и закрыл глаза. — Я бы никогда не выбрал никого другого. Эти слова вонзились в сердце, как кинжал, и разворотили весь бардак, который там был. Выдернув руку, Мадока закрыла лицо ладонями и сдавленно заплакала. — Прости! Прости! Я опять сказал что-то не то! Гай испуганно бросился к ней, но она оттолкнула его и, спешно встав на ноги, вышла из кабинета. Гадкое липкое чувство закралось в сердце, и Мадока никак не могла от него отделаться. Гай бежал за ней по коридору, но она не останавливалась, пока не оказалась у входной двери. Там она начала снимать с себя одежду Гая, шмыгая носом. — Подожди! Скажи, что не так! — Гай взял в руки протянутый ему носок. — Мадока, пожалуйста, скажи, в чём дело! — он схватил её за руку, когда она почти уже стянула рукав свитера. — Да отстань ты! — Мадока ударила его по руке, но он не отпустил. — Пусти! Не смей меня трогать! Не трогай меня! Рука Гая дрогнула и разжалась. Он удивлённо распахнул глаза, и Мадока швырнула ему в лицо снятый свитер. Злобно пыхтя, она схватила с вешалки куртку и стала надевать её, не сводя взгляда с Гая. Сердце разрывалось от непонятной смеси двух несовместимых чувств — радости и злости, до тошноты заполнивших всё нутро. Гай снял с головы свитер и начал медленно складывать, переключив на него своё внимание. Мадока обулась и выпрямилась, вздымая плечи от тяжёлого дыхания. К тому времени мужчина закончил складывать свитер и отложил его на табурет в углу. Он не знал, что говорить и как вести себя, поэтому просто стоял и смотрел на Мадоку, а она — на него. — Открой. Я не знаю, как работает замок, — проговорила Мадока через частые вздохи. Когда Гай с опаской подошёл к ней и склонился к двери, девушка бросилась к нему на шею, обвила руками и попыталась поцеловать. Он отвернулся и выпрямился, но Мадока продолжала висеть на нём, стоя на носочках. Их лица были очень близко, и от взгляда в глаза Гая у Мадоки закружилась голова. Она, будто пьяная, держалась на ногах только благодаря тому, что вцепилась в Гая. — Гай, — Мадока выдохнула ему в лицо и снова потянулась к его губам. — Поцелуй меня, — одна рука спустилась с его плеча на грудь. — И я уйду. — Что с тобой? — спокойно спросил Гай, убрал с себя руки девушки и взял её за плечи. Мадока зажмурилась и беззвучно зарыдала от вихря чувств и эмоций, плескавшихся внутри. Если бы она знала, что с ней творится, то, может, и снизошла бы до объяснений. Её трясло и подёргивало от всхлипов. Гай добил её окончательно, и её писклявые рыдания приглушились, когда он прижал её к себе, и она уткнулась лицом в его грудь. Она обняла Гая, сжав ткань на его спине, и безостановочно выла, пачкая футболку слюнями, слезами и соплями. — Я не могу больше стоять… — прошептала Мадока и стала сползать вниз, согнув ноги. — Я очень устала… Гай подхватил её на руки и куда-то понёс. Мадока была так истощена своими рыданиями, что почти засыпала и не могла держать глаза открытыми. Она чувствовала, что он поднимается с ней по лестнице и открывает дверь. — Сегодня поспи здесь. Спиной Мадока почувствовала очень жёсткую поверхность, прикрытую тонким одеялом. Открыв глаза, она поняла, что Гай принёс её в свою комнату и уложил на кровать, не включая свет. — Нет, нет, я пойду, — Мадока попыталась подняться. — Да и кровать такая жёсткая… — Прости, я сейчас что-нибудь придумаю, — Гай хотел было уйти, но девушка поймала его руку и потянула к себе. — Да не бойся ты. Спустя некоторое время уговоров, Гай лёг на спину в свою жёсткую, «полезную для осанки» кровать, а Мадока легла на него грудью, обняв за шею. Ей хотелось врасти в Гая, прижаться к нему так, чтобы их сердца бились друг об друга, и от силы этого желания хотелось плакать. Становилось не по себе от подобных мыслей, но ей не было стыдно. Вскоре Гай накрыл спину Мадоки ладонями и слегка погладил. Она лежала головой на его плече и смотрела на стол перед собой, тот самый, за которым они решали математику много лет назад. Дыхание постепенно успокоилось, Гай согрел её своим телом, и на Мадоку нашла ужасная сонливость. — Гай. — М? — Ты очень хороший.