Пролог

***

      — Диа, осторожнее! — окликнула Джинни, направляясь ближе к воде, где радостно бегала светловолосая малышка.       — Мам, лови, — крикнула в ответ девочка и со всех ног побежала по мокрому песку.       Джинни привычно подхватила дочь на руки и закружила её, слушая такой родной звонкий смех.       — Как хорошо на море! — воскликнула Диа, довольно восседая на руках у Джинни.       — Помочь? — явно предлагая взять девочку к себе на руки, спросил подошедший Рафаэль.       Он уже как три года был соседом Джинни и успел стать за это время ещё и близким другом семьи. Рафаэль был маглорождённым волшебником, который учился в своё время в Шармбатоне, так как родился и вырос во Франции. Познакомились с Джинни они уже в Холихеде спустя полгода, как девушка туда переехала.       — Думаешь, не смогу удержать на руках собственную дочь? — приподняв брови, с напускным возмущением ответила Джинни.       — Ни в коем случае, — с лёгким смешком поднимая руки в знак отступления, произнёс Рафаэль. — Просто пытаюсь быть джентльменом.       — Дядя Рафаэль — прекрасный джентльмен! — одобрила Диа, и Джинни тоже не сдержала лёгкого смешка.       Теперь, когда их поездка на море и правда состоялась, Джинни наконец-то осознала, как сильно им с дочерью этого не хватало. Они переехали в Холихед из-за квиддичной карьеры Джинни. Для неё получить этот шанс было чем-то невероятным, несбыточной мечтой. И она не смогла от неё отказаться. До этого они с дочерью жили в небольшом городке недалеко от Лондона. Джинни играла за местную любительскую команду по квиддичу. А во времена общих каникул ещё подрабатывала тренером по полётам для детей. Им с дочерью всегда не хватало денег, пока в один прекрасный день она не получила сову с письмом от тренера Холихедских гарпий.       С тех пор всё изменилось. Теперь они могли позволить себе арендовать просторную и светлую квартиру с двумя отдельными уютными спальнями. Джинни постоянно баловала дочь, покупая ей всё то, чего не было в её собственном детстве. И всё же кое-что важное она точно упускала и постоянно винила себя за это.       Тренировки и матчи отнимали слишком много времени, поэтому она зачастую не давала дочери того главного, что у неё было всегда в достатке, несмотря на иные лишения. Последние три года она проводила слишком мало времени со своей малышкой. И это не могло её не беспокоить.       Но вот в конце лета всей команде дали небольшой недельный отпуск. И было принято решение отправиться в поездку к морю. Они арендовали вместе просторный дом, ведь поехали почти все сокомандницы Джинни, причём со своими партнёрами; кто-то с детьми. И, конечно, она тоже взяла Диа, которая так долго мечтала и просила её о путешествии. Рафаэля позвала уже сама Диа. Он жил в квартире напротив и часто бывал у них в гостях.       Парень неоднократно выручал Джинни и присматривал за Диа, поэтому для девочки он был как член семьи. Разумеется, она беззаботно предложила ему поехать с ними. Рафаэль согласился. А у Джинни не было аргументов против.       — Эй, юный чемпион, пойдём-ка полетаем! — когда они подошли к пляжным пледам, где расположилась вся их компания, донёсся чей-то весёлый мужской голос.       Это был муж Маргарет, загонщицы в команде Холихедских гарпий. Они приехали вместе со своими детьми — мальчишками-погодками Оди и Трэвисом.       В этот момент муж Маргарет подхватил на руки их младшего сына Оди и ловко усадил того на плечи, начиная бегать с ним по тёплому песку. Рядом бежал старший Трэвис и тоже просился полетать.       — Быстрее, папа! Ты самый лучший! — сквозь радостные крики и смех просил Оди.       — Точно, нет никого сильнее нашего папы! Я вырасту прямо как он! — вторил ему не менее весёлый Трэвис.       — Дети, — с улыбкой протянула Маргарет, когда Джинни, всё ещё с дочерью на руках, опустилась на плед.       — Никогда не заведу детей, — послышалось из-под соломенной шляпы уверенное заявление Элисон — ловца их команды.       Девушка очень переживала за свою светлую кожу и нанесла не один магический крем, а потом и вовсе спрятала лицо под достаточно большой шляпой. Джинни иногда искренне не понимала, как с таким трепетным отношением к собственной внешности девушка вообще не боялась выходить на поле.       Но вот в чём Джинни точно могла её понять — это в вопросе детей. Она тоже не планировала их. В своё время это даже была одна из причин её расставания с Гарри. Только теперь у неё была Диасция. Её маленькая белокурая малышка Диа. И Джинни просто не представляла своей жизни без неё.       — Мам, а у меня нет папы, да? — вдруг тихо спросила Диа, которая, оказывается, всё это время не сводила взгляда со счастливой компании Оди, Трэвиса и их отца.       Джинни на мгновение замерла, растерявшись. До этого дочь не задавала ей таких вопросов. Девочке летом уже исполнилось шесть лет. Поэтому, наверное, Джинни стоило быть готовой к вопросам. Они могли появиться и намного раньше…       — Пошли к морю, — неожиданно потянув Элисон за руку, произнесла Маргарет, тут же поднимаясь на ноги.       Вряд ли Элисон была так сильно рада подобному раскладу, но уже через пару минут Джинни с дочерью на пледе остались одни. Девушка прекрасно понимала, что её подруги по команде сделали это намеренно. Они хотели дать ей возможность поговорить с дочерью без посторонних.       — Рафаэль, не сходишь за мороженым? — легко улыбнувшись, попросила Джинни.       Хоть парня и нельзя было назвать совсем посторонним, Джинни всё равно выдумала предлог, чтобы отослать его. Рафаэль, очевидно, всё понял, но лишь спокойно кивнул и направился к выходу с пляжа. Дом, что они арендовали, был совсем близко к берегу, и там имелся по случаю большой запас мороженого.       — Ура, мороженое! — радостно произнесла Диа, которая уже словно и забыла о своём вопросе.       Семейство Маргарет вместе с ней ушло ближе к воде, пропав из поля зрения девочки.       — Малышка, послушай меня, — взяв ладони дочери в свои, начала Джинни. — Ты хотела бы, чтобы я рассказала о твоём папе?       — Конечно! — карие глаза, один в один походившие на Джинни, тут же просияли. — Я так и знала, что он есть! Он дракон, да?       Джинни не смогла сдержать лёгкого смешка. Диасция обожала драконов. Девочка любила всех животных, как простых, так и волшебных, но самой большой её страстью с ранних лет были драконы. Джинни сначала винила в этом Чарли, рассказавшего племяннице о них в один из своих визитов. Но потом поняла, что даже без него Диа всё равно полюбила бы этих магических существ, как только узнала об их существовании.       — Нет, малышка, твой папа — волшебник, как и я, — чуть успокоившись, ответила Джинни и погладила дочь по светлым волосам, так сильно напоминавшим её отца.       — А почему он не живёт с нами? Папа Оди и Трэвиса живёт вместе с ними, а папа Астры забирает её из сада каждый день!       Астра — девочка из группы маггловского детского сада. Он находился прямо на первом этаже дома, где они арендовали квартиру. И Джинни не видела ничего такого в том, чтобы её дочь ходила в детский сад вместе с детьми магглов. В таком возрасте её малышка едва ли отличалась от обычных детей.       И даже если она вдруг рассказала бы кому-то, что её мама волшебница, это просто восприняли как милую историю, придуманную богатым детским воображением. Впрочем, несмотря на юный возраст, Диасция была малышкой смышлёной и всем говорила, что её мама катается на лошадях и побеждает на соревнованиях.       Эту историю девочка выдумала сама после того, как они однажды побывали в гостях у родителей Рафаэля. Они жили за городом и владели небольшой фермой, на которой, помимо прочих животных, жили три лошади. Все два дня, что они там провели, Джинни вместе с дочерью буквально не слезали с лошадей. Так и родилась легенда о её работе.       — Да, ты права, — после небольшой паузы кивнула Джинни. — Обычно мама и папа живут вместе со своими детьми. Вместе заботятся о них и очень сильно любят.       — Значит, мой папа меня не любит? — расстроенно протянула в ответ Диа.       — Нет, конечно нет, — окончательно растерялась Джинни, она просто не могла видеть свою малышку такой расстроенной. — Просто твой папа тебя ещё не знает. Не знает, какая ты замечательная и чудесная девочка. Разве можно такую не любить?       Джинни притянула к себе дочь, пытаясь скрыть собственные слёзы.       — А почему? — тихо спросила Диа, уложив голову на плечо Джинни.       — Обычно у людей появляются дети, когда они очень любят друг друга. И потом они вместе любят своих малышей. Но иногда бывает по-другому. Мы с твоим папой… Мы не любили друг друга. Так получилось. Это наша с ним вина, но точно не твоя. Запомни это, хорошо? Я тебя очень сильно люблю.       — Хорошо, — кивнула малышка, которая к тому моменту окончательно затихла.       Диасция была ребёнком. Но у неё тоже было то, что она не любила больше всего — видеть свою маму расстроенной. Её мама была сильной, уверенной, смелой и никогда не унывала. В глазах маленькой Диа она была самой невероятной волшебницей в мире. Только подумать: у всех мамы обычные, а её — волшебница! Да ещё и самая лучшая. Разве она могла её расстраивать?       — А я увижу его когда-то? — спустя какое-то время любопытство всё же победило, и Диа вновь задала вопрос.       «Ни за что!» — тут же хотелось сказать Джинни. Но, слыша такой сильный трепет в голосе дочери, язык просто не повернулся.       — А ты хочешь? — тихо выдохнув, уточнила Джинни.       Девочка подняла вновь заблестевшие от предвкушения глаза и активно закивала.       — Хорошо, я обещаю, что вы встретитесь. Но когда ты станешь старше, — чуть помолчав, окончательно сдалась Джинни.       — Правда? — не веря в услышанное, воскликнула Диа. — А насколько большой мне надо стать? Это случится, когда я пойду в волшебную школу?       Джинни восторга дочери не разделяла, но, видя её такой счастливой, не смогла сдержать лёгкой улыбки.       — Хорошо, — потрепав малышку по длинным волосам, согласилась Джинни.       — Кому мороженое? — весело спросил вернувшийся к этому моменту Рафаэль.       — Мне! — тут же потянулась руками Диа.       — И мы тоже хотим! — послышались позади радостные крики Оди и Трэвиса, что уже возвращались обратно.       Позади шли остальные взрослые. Джинни полностью откинулась назад, ложась на плед и слушая весёлые разговоры и смех детей.       Несмотря на собственные невесёлые мысли, общая радость окружающих вытеснила всё остальное.