Глава 6. Метка «Гразнокровка»

Хогвартс никогда ещё не испытывал столько проблем, как эти дни, когда профессорам и студентам было объявлено о приходе Тёмного Лорда. Погода вне стен школы была не самой лучшей. Даже в некоторые коридорах были сняты картины, которые хоть как-то подбадривали ребят. Обучение на это время стало жёстким, никто не мог предугадать того, что хочет на самом деле новая власть. Практически все министерства магии без боя сдали в руки Пожирателям смерти. А тут противостояние школ, которые могли лишь защищать детей, которые попали в эти сложные времена туда. Многие преподаватели старались сохранять спокойствие, но приближение часа прихода Тёмного Лорда. Стены замка стали мрачнее, хотя факелы никто не тушил, погода становилась мрачнее от туч, которые закрыли бледно-серые облака. В большом зале после обеда собрались все студенты и учителя. Никто не говорил, тишина настолько была ощутима, что скрип дверей был оглушающий. И вот наконец-то момент икс. Когда в зал зашел Темный Лорд, который шёл со свитой. Напряжение было куда сильнее, когда шаги раздавались по залу, как только Волендеморт прошёл к трибуне, все затаили дыхание. Практически никто не планировал нарушать правила, так как одного убивающего заклятия хватило для всех, кто присутствует в помещении. К тому же несколько пожирателей смерти тоже приструнили пылкий нрав большинства. Мужчина положил палочку на небольшой столик и посмотрел на присутствующих так словно перед ним необразованные создания. Мужчина коснулся тонкими пальцами столика трибуны и сиплым голосом начал свою речь. — Дорогие мои ученики, — странная доброта голосе пугала не меньше, чем снисходительный тон. Тёмный Лорд был рад действовать на столько открыто, так как был безнаказан в своих деяниях. Всё боялись его, понимали, как тот может поступить: — Сегодня вы собрались здесь, чтобы увидеть казнь. Это прозвучало так, словно им выведут кого-то. И действительно через пару минут в зале стояли люди, которых несколько дней пытались. Зрелище было не самое приятное, поэтому первокурсники зажмурились. Кто был постарше, уже сталкивались с ужасами правления сил зла. Сейчас было почти так же, только к кошмарам из слухов пришло подтверждение. Волшебники сразу поняли, что это маглы, которым не сказали в чем они виноваты. Мужчина сзади их толкал и вёл к своему Лорда. А после отошел. Показательная казнь была чем-то вроде развлечения средневековья. Напоминанием о том, как такие события будоражили людей. Женатая пара дрожала и было ощущение этого, что кто-то из студентов стал нервно смотреть в сторону происходящего. Вскоре было произнесено заклятие, которое повалил на пол маглов. Раздался истошный крик откуда-то, девушка с эмблемой Когтеврана побежала к ним, но другое заклинание оставило её упасть и биться в агонии боли. К ней подползла змея, которая только обнюхала возможное свое питание и уползла. Для всех это было что-то отвратительное, но даже смелые не могли ничего сделать. Ты мог лишь подчиниться и больше ничего. Тёмный Лорд засмеялся, это был очень неприятный смех, который врезался в память. Никто не смог себя заставить поступить иначе. Студентку в этот момент взяли под руки и выволокли прямо перед Пожирателями смерти. Тут не выдержала Беллатриса и сладострастно прошептала свою просьбу своему господину. Ей было разрешено это сделать. Женщина плавно спустилась к своей жертве и попросила отодвинуть рукав пиджака и мантии. Достав свою палочку Лейстрендж была готова выполнить идеальное наказание для нарушевшей показательное представление. Острый кончик палочки дави на тонкую кожу когтевранки, которая не сразу поняла, какой ужас ждал её. Девушка даже не знала, на что обрекает других, кто родился от простых людей, которые никогда не обладали магии. Ещё тогда в начале сентября отсеивали полукровок и чистокровных от тех, кто имел по мнению большинства грязную кровь. Магический ритуал напоминал чем-то перо наказания, где чернила не требовались. Стоило только начать писать, адскую боль испытываешь в области руки, где выжигается наказание. Но тут масштаб был точно больше и куда сильнее. Когда все волшебники маглов ощущали боль, даже не просто её, а тот факт, что их кожу вспарывают. Больнее всего было Алисе, которая не могла больше терпеть это и видеть, как по её ладоне стекает кровь. Девушка едва могла сдержать крик и все что выходило кусать губы. Это было наказание за то, что она не была из рода волшебников. У стола Слизерина почти потеряв сознание стояла Мэри. Кровь девушки сильно заляпала скатерть белого цвета. Взгляд был помутнен от боли и никто не мог ей помочь. Это было ужасно, когда слово было написано почти все гразнокровки упали от боли. Мало кто мог ухватиться за стол и стоять. Грей и Мессель были одни из немногих, у кого хватило сил содержать это. Лили держалась за Джеймса, который понимал, что та испытала. — Это было предупреждение. А теперь к главному. Раз в неделю будут проходить казни те семьи, что не имеют магических корней. Даже давно утраченная магия делает их полкровками по праву. У кого сегодня появилась метка «Гразнокровка» знайте, что ждёт вас всех, — после заключительном речи, Тёмный Лорд отошел от трибуны и предложил своей змее отобедать маглами, та с радостью приняла угощения. Покидая зал, мужчина смотрел только вперёд, его интерес быстро пропал к окружающим его студентам. Но у дверей неожиданно сказал: — С этого момента министерство магии будет активно узнавать об успехов студентов, которые справляются с познанием темных искусств. Надеюсь мы друг друга поняли. После такого, когда Пожирател смерти и сам Волондеморт покинули территорию замка, практически не осталось ни у кого сомнений, что теперь все будет по правилам сил зла. Директор переговорив с преподавателями предложил освободить вторую половину дня от занятий. А после сопроводить всех в свои башни факультетов и встретится позже о дальнейшем решении дел. Так и поступили все, когда каждый студент оказался в безопасном месте, единственный кто не мог найти себе места, был Римус. Парень умолял МакГонагал отпустить его в башню старост и проверить Мэри. Женщина была против, так как понимала, что перемещаться по школе после таких травмирующих событий было попросту опасно. Но Люпин не сдавался, старался привести куда больше аргументов того, что как старший староста может за себя постоять. На этот аргумент декан факультета лишь тяжело вздохнул. Минерва попросила Лунатика не устраивать каких-то глупостей и дойти как можно спокойнее до двери. Парень лишь обнял в порыве счастья своего преподавателя и быстро покинули башню Гриффиндора, он бежал по лестницам с огибал коридоры и уже увидел заветную дверь, как увидел Грей сидящей рядом с ней. Девушку била дрожь, а на руке была запекшаяся кровь, которая напоминала о том, что случилось. Истерика была такой силы, что слизеринка не сразу поняла, как её взяли на руки и отнесли в спальню. Боль в руке была ужасно пульсирующей, казалось, что выписывают этот шрам на руке снова и снова. Было тяжело даже понять где сейчас находится она. Римус лишь мог облегчить боль, так как лечащие заклинания были слишком сложны и преподавались в специальных магических университетах, которые специализировались в разных областях. Сейчас надо было хотя бы промыть рану и перечитывать, чтобы грязь не попала в глубокие царапины. Лунатик сильно нервничал, так как успокаивающий чай плохо помогал. Ему надо было все сделать, но слезы любимой мешали. Тогда Люпин попробовал использовать пузырек с успокаивающим зельем, которое было куда сильнее. Парень дал выпить его Грей и той стало легче. Страх, паника, боль слегка отошли, пришла ясность ума. Девушка взглянула на молодого человека, который медленно задирал рукав мантии, но его вниманию предстала не приятная картина. Речь шла о некогда белой блузе, которая в области раны пропиталась кровью и слегка подошла. Конечно же её можно было задрать так, но это вызвало бы точно дискомфорт. Римус не планировал причинять вред Мэри которая немного пришла в себя. — Может размочим рукав водой? — это предложение звучало разумно, поэтому Люпин кивнул и согласился так сделать. Лунатик ушёл в ванную, где нашёл губку, магией наколдовал себе тазик с тёплой водой. Смочив губку в воде, гриффиндорец стал облегчать боль. Область раны ныло и горело, но засчет тёплой воды слегка успокаивалась. Через пару минут можно было задирать рукав блузы. Но дальше картина была не из самых приятных. На бледной кожи вокруг ран были красные пятна, сами раны хоть и были глубокое, но выглядели слишком рваными. Римус не хотел вспоминать, как Лейстрендж протыкала кончиком своей палочки кожу. Это было не все, Беллатриса была не против надавливать волшебной палочкой на рану и выводить буквы, это было больно даже смотреть. Кровь спокойно вытекала из свежего пореза и пачкала пальцы пожирательнице. Это было не самое приятное зрелище, которое можно было себе представить, но тут и представлять не надо. Люпин стал промывать раны водой, замечая, что воспаление постепенно стало спадать. Мэри старалась не шипеть от боли, но едва могла себя остановить. Порезы все ещё ныли. Когда их наконец-то закончили промывать оставалось забинтовать руку. Грей смотрела, как трясущиеся пальцы ее любимого старались аккуратно перебинтовать это место. Выглядело это одновременно очень мило и больно. Второе было из-за того, что Люпин не считал кровь девушки грязной. Ему было давно уже наплевать на то, какого происхождения может быть маг. Его волновало только то, какие поступки и дела тот делает. В слизеринки он увидел то, что та пыталась скрывать. Доброту, искренность, терпение и понимание, порой ему не хватает из-за обращения многого из этого. Парень считал её лучиком света в своей маленькой жизни. Но его счастье, что было сейчас серьёзно, в его понимании, ранено. — Ты как? Хотя наверное глупо такое спрашивать прямо сейчас, но все же…наверное стоит, — Лунатик тихо говорил, будто стены могли подслушать их разговор, хотя на самом деле это было даже близко не так. Парень поправил рыжие волосы любимой, когда та осторожно прижалась к нему. Это было что-то приятного тёплого момента. Когда не было ничего кроме них. Девушка тяжело вздохнула и слабо улыбнулась. — Только благодаря тебе мне намного лучше, спасибо что дал то зелье. Я его приготовила нарушив пару правил, чтобы было оно для таких случаев, — ей хотелось что-то сказать ещё, но не знала что именно. Грей была подавлена, ей казалось, что этот год ей запомнится только травмами и страхом перед такой силой. Самая большая проблема была как раз в том, что Тёмный Лорд знал как запугать всех. Все слухи оказались куда страшнее, когда речь шла конкретно о деяниях того, чьё имя было пол запретом. Лунатик понимал это, поэтом он решил немного отвлечь любимую и достав палочку взмахнул над ними. Конечно крупные хлопья снега не сильно спасут или скрасят ситуацию, но покрайне мере напомнят о том, что скоро будет зима. Ноябрь только недавно наступил, но прохлада зимы постепенно вступала в свои права. Об этом говорило всем особенно холод в помещениях, хотя камины работали в с удвоенной силой. Пару крупных снежинок упали прямо на нос Грей, которая слабо улыбнулась. Она не верила в то, что происходит сейчас в её спальне. Римус залез на кровать и приобнял девушку за плечи. Он наколдовал пару гирлянд, что со снегом могли создать нечто волшебное. На пару минут спальня в башне старост стало маленьким миром счастья. Но не что не вечно. Следующий день обрушился сознанием того, что это не все не сон. Студенты разных курсов бежали на занятия, которые теперь чательно контролировать, в этом месяце посещения деревни было строго под подпись от деканов факультетов, чтобы старшие курсы были осторожны. Грей надевала в этот момент тёплые межсезонные сапожки, чтобы ногам было тепло, когда она пойдет в Хогсмид. На сей раз у Мэри были планы на несколько лавок, которые она не могла посетить до Хэллоуина. Девушка накинула тёплое пальто и шарф своего факультета. Спускаясь в низ, слизеринка ещё ощущала боль в руке, которая не проходила даже после обработки. Люпин вечером настоял на поход к мадам Помфри, которая все объяснила. Поэтому ещё несколько дней раны буду ныть иногда сильнее, иногда не очень. В холле школы стояли две девушки. Лили поправляла на голове шапку, которая была связана её мамой и при этом была в цвета её факультета, а я рядом стояла Алиса. Вторая девушка поправила лёгкий макияж, который делала взмахом палочки каждый день, как только ей исполнилось тринадцать. Хотя это было запрещено, Мессель обходила это правильно слишком хорошо. Поэтому никто из преподавателей не мог её засечь с этой маленькой шалостью. В целом подруги были готовы, хотя бледность их и усталость говорила только об одном, что все они после вчерашнего мучались от боли в руке. — Готовы? — решила уточнить Грей, которая забыла про шапку, так как сил думать и запоминать было мало. Им надо было развеяться, как можно скорее. Подруги кивнула и направились к двери. У выхода с территории школы стояла МакГонагал. Женщина держала в руках список тех кто мог сегодня посетить из старших курсов деревню. В списке имена девушек нашлись и это говорило о многом. Те попрощались с преподавателем и отправились в путь. Не смотря на то, что пешком до деревни идти было не близко, большинство привыкло преодолевать этот путь со спокойной душой. Дело было в том, что с третьего курса была такая возможность. Промозглый ноябрьский воздух проникал под тёплую одежду и заставлял ёжиться, к тому же начинался мелкий моросящий дождь. Пожухлые влажные листья под ногами неприятно скользили и прилипали к подошве, это было связано с тем, что вчерашний вечерний ливень прибил их к грязи. Ещё было не очень приятно идти по дороге из-за дорозд грязи, где скопилась вода от дождя. Кто туда наступал непременно скользил. Запретный лес, что находился не далеко от школы не особо радовал учеников, которые шли в сторону небольшой деревни. Дело было в том, что дикие животные, мифические создания могли выскочить оттуда. Больше всего не нравилось всем то, что последнее время часто можно было увидеть больших пауков, которые были в поисках пропитания. На удивление сегодня от леса такого ничего не было, что радовало. Девушки без проблем прошли этот участок и спокойно стали двигаться дальше. Виднеющиеся в дали домики были скрыты небольшой пеленой тумана и дождя, которые стал усиливаться, но почему-то серость самого Хогсмида удручал. Около в хода в деревню было заметно то, что там стали часто ошиваться Пожиратели смерти. Ещё в середине октября, когда подруги гуляли по деревушке было их на порядок меньше. Но сейчас на каждом шагу были те. Среди них Эванс узнала мужа Беллатрисы, который шёл с кем-то по тропинки в сторону паба. Другие же просто его сопровождали, словно мужчина занимал теперь чин выше, чем раньше. Алиса взяла подруг за руки и потянула в лавку с одеждой. Но столкнулась с тем, что та была закрыта, а на двери весела странная надпись. « Здесь расположена гостиница для Пожирателей смерти», — после этого Мессель пару раз моргнула и решила попытать удачу в другом месте. Это была их любимая кафешка, где всегда готовили три любимых вида тортиков: Ореховый, наполеон и ореховый с безе. На удивление кафе было еще на месте и там даже были посетители. Девушки сразу же туда зашли и уловили приятный аромат кондитерских изделий. Грей села за самый лучший столик с диванчиками, к ней рядом села Алиса, а напротив села Лили. Взяв в руки меню Мэри стала говорить, что будет каждая из них. Это немного их рассмешило и сбросило то напряжение, что преследовало их от стен Хогвартса. К ним подошла официантка и спросила, что те будут заказывать. Каждая из них сразу стали говорить что будет. — Мэри будет ореховый безе один кусочек и малиновый чай, так как замерзла. Алиса будет ягодный чай и ореховый тортик, а мне улун и наполеон. Если можно то принести лёд, если чай будет очень горячим, то мы его так остудить, — заказ наконец-то смогла полностью произнести Эванс, которая вернула меню и наконец-то многозначительно посмотрела на слизеринку. Это точно была некая ловушка, чтобы отвлечься от ран, что получили все три девушки. — Итак, нам очень хочется узнать, что у вас с Римусом было три дня назад? Только не надо говорить, что это ничего особенного, я видела как тот был счастлив, когда мы зашли, — Мессель была первая, кто начала эту веселую часть их беседы. Хоть время было не столь подходящим и тёмные силы набирали все больше людей, многие старались жить как и до прихода этой власти. Тёмные времена пришли давно, но свою силу стали набирать недавно. Гриффиндорка поправила очки и посмотрела на слизеринку с надеждой, что та расскажет им все как было. — У нас был секс, хотя для вас это не новость, в целом я не хотела бы сильно раскрывать все подробности, но могу сказать, что это то, что было нам с ним нужно. Не смотря на все короткие встречи, свидания и разговоры на уроках, я скучала просто потому, что мы с ним такие же обычные, как и все. Он всегда слишком мило ко мне относился, но я понимаю, какой стресс он испытывает последние время. Его раны от того случая хоть и затянулись, но имели влияние куда сильнее. Он наконец-то поделился всеми переживаниями, что у него были, — Мэри постепенно рассказывала, что мучило их пару и даже пару раз проговорилась, что после таких громких событий, как этим летом они и вовсе расстанутся. За такой вроде бы не принужденной беседой им смогли принести заказ и девушки переключили внимание на него. Дальше разговор перетек в отношения Сириуса и Алисы, которые в целом благодаря взаимоподержки и не только неё укрепить свои отношения и защищать их. У Лили и Джеймса были слишком идеальные, хотя иногда те спорили, как самая горячая мексиканская парочка. Как-то раз Мессель и Грей пошутили про такие романы, на что Эванс краснела и ругалась. Хотя понимала, что это были просто шутки. Так они провели время в уютном кафе, где было весьма комфортно и тепло. Покидать его никто не хотел, но по мимо них есть ещё посетители, которые хотели побыть в единственном из немногих мест, где не было ни Пожирателей смерти, ни тем о Тёмном Лорде. Покидая кафе, девушки заметили, что у входа в него стоял Поттер. Тот стоял с цветами для Лили, которая сразу приняла и обняв за шею парня поцеловала в губы. Было понятно, что молодой человек пришёл украсть подругу и даже смог это сделать. Когда Мэри и Алиса остались наедине, то решили вернутся в школу. Так как их молодых людей просто не отпустили в Хогсмид и на то были причины. Староста факультета попался с Блеком за шалостью утром и их не отпустили. Промозглый ветер стал еще сильнее, дождь сменился на мелкий противный снег, который неприятно колол кожу. Погода стала только хуже. Грей спрятала часть лица в шарфе, когда увидела, что в их сторону идёт Северус. Вот кого точно девушка не хотела видеть, так это его. Скользкий ползучий гад смогу избежать участи быть клейменым, так как он был из семьи магла и волшебницы или наоборот. Слизеринка особо не вдавалась в родословную Снегга. Когда они оказались в двух шагах друг от друга, староста факультета специально задел Мессель и резко остановился. Словно разыгрывал сцену перед всеми. — Да как ты посмела меня коснутся, ебаная грязнокровка, — это был громкий разговор, словно специально привлекая внимание самих Пожирателей. Те с любопытством стали изучать взглядом разыгравшееся представление. Гриффиндорка не была бы собой, если бы стрепела все это. Девушка развернулась на пятках и взглянула внимательно на парня. Он был выше подруг на две головы, поправлял свои тёмные волосы и смотрела намеренно свысока. Ему явно было приятно играть это превосходство. — Твоё мнение забыла спросить, когда нормально шла и даже специально поближе встала к подруге, лишь бы не тронуть твоего эго, ебанат несчастный, — Мессель закипала от злости, так как не хотела всего этого, но уже нельзя было остановится. Оставалось верить, что все получится не так ужасно, как кажется на первый. Северус явно не ждал, что та ответит на его колкость такой же колкостью и на пару секунд растерялся. Правда потом взял себя в руки и быстро вытянул палочку вперёд. Он не стал долго думать и даже не осознал, как с его языка слетело именно это заклинание. — Септусемра, — быстрое режущее заклятие полетело в сторону Алисы, которая едва успела вытащить палочку, как перед ней появилась Мэри, так использовала другое заклинание и быстро отразила атаку. Мессель была благодарна подруги, которая видимо ожидала что-то такое. Грей не стала оставаться в долгу и быстро атаковала сама. — Остолбеней, — слизеринка поправила свой шраф, когда Снегг полетел пару метров и упал прямо в грязь. Девушка показала фак тому и резко посмотрела на пожирателей, которые смотрели на них: — На что уставились? Никогда не видели, как ругаются подростки? Адреналин в крови играл так сильно, что дерзость и наглость не сразу сошла на нет. Это поняла Алиса, которая быстро стала уходить старшую старосту прочь. Хотя ей понравилось, как та себя вела. Обычно тихая и скромная Мэри могла показать когти куда опаснее, чем у оборотней. Покинув место перепалки, девушки пошли дальше. Обсуждая то, что случилось пару минут назад. — Ну ты даёшь, хуяк его и в грязь, я сама растерялась, а ты прям его размазала. Как и его эго. Но дерзость Пожирателям. Вау, я прям не верю, ты просто меня удивила, — Алиса говорила и говорила, пока они в сторону школы, пока неоне лопнула то, о чем многие из них думали: — Когда мы станем старше, мы сможем дать им всем отпор, показать, что мы сильнее и опаснее. Что никому не победить добро. Просто нам надо это время пережить. — Да, нам надо просто пережить эти Тёмные времена и показать всем, что мы стали сильнее. Я уверена, что у нас все получится, — хоть это и были простые слова, которые подбадривали их, на деле все были пока печально. Мэри это понимали не хуже Алисы. Им надо пережить, пережить самое страшное время, что над ними нависло. Грей поправила косичку, так как наконец-то перестала ощущать прилив адреналина. Уже около Хогвартса девушки заметили двух преподавателей, которые держали в руках «Ежедневный пророк». Почему-то на сердце стало совсем не спокойно, когда девушки услышали всего одну фамилию. Слизеринка не могла поверить, что там что-то написано про неё и переглянувшись с гриффиндоркой поспешила к учителям. Те нервно говорили, показывая в газету на статью. Она была на первой странице и что-то страшное произошло на ней. Дамболдор взял в руки жёлтую прессу, чтобы прочитать все то, что там было написано и сказано и заметил двух подруг. Прервав взволнованных преподавателей, внимательно посмотрел на Мэри Грей. — Мисс Грей, прошу вас пройти за мной. Мисс Мессель, я вас попрошу пройти с нами. Боюсь, что после таких новостей будет вашей подруги тяжело дойти до башни Гриффиндора, где она прибудет пару дней, — это были не самые утешительные слова. Беспокойство и паника была сильнее. Мэри и Алиса старались думать о чем-то хорошем и что это просто случайное совпадение. Когда все оказалис в кабинете у директора, то уже было понятно, что что-то не так и нормально уже никогда не будет. Профессор сел за свой стол и предложил девушка сесть на стулья, так как новости точно были не из самых приятных. Слизеринка ждала получить в руки газету, чтобы понять, что там такого написали. Но ей не спешили отдавать. Первой получила Алиса. Девушка стала читать заголовок статьи и медленно бледнеть, сама того не замечая, как слезы наворачиваются на глаза. Грей больше не могла ждать и встала со стула, чтобы прочитать статью из рук Мессель. Но ей хватило и фотографии. Где лично Беллатриса Лейстрендж убивает её родителей. Ноги подкосились сразу, мысли стали путаться. Девушка даже не помнила, как стала кричать. Лучшая подруга не могла ничего сделать, так как знала, как выглядит боль. Всё что могла сделать гриффиндорка это обнять слизеринку и не дать той бить по столу. Это немного отрезвило. На крики пришли профессора, которые решили отвести девушек в больничное крыло. Это дало бы время прийти в себя и осознать, что Тёмный Лорд беспощаден не просто так.