Часть 1

Лея ясно помнила, что умирала. В одиночестве, в полной тишине, рядом был лишь верный дройд. И только за тысячу световых лет она чувствовала как сражается её юная ученица и нерадивый сын, ощущала, что если сейчас она не уйдёт, отвлекая их от битвы кто-то из них обязательно умрёт от рук другого. А смерти она им обоим ой как не хотела. Бен, её маленький мальчик, с её собственными глазами и чертами её любимого мужа, воспоминания о котором отдают болью в сердце. Во что он превратился? Неужели она так сильно облажалась, что не заметила, как её единственного ребёнка соблазнили во тьму. Оглядываясь назад Органа-Соло конечно понимала, что вина на этом лежит если не полностью, то большей частью на ней. В молодости она очень боялась двух вещей, превратиться в домашнюю наседку, только и делающую, что рожающую детей и полностью подчинить себе Силу, приносящую столько боли, что она ясно видела на примере своей семьи. Тогда как Хан был готов к изменениям, завести семью, принять существование Силы, она не была готова абсолютно не к чему. Не помог и пример истории собственных родителей, которую им с Люком показал R2-D2. Раздражало, что этот маленький кусок металла знал всё с самого начала, но и песком не обмолвился им, пока Люк не прошарил его банки памяти. Когда они с братом узнали всю историю, причину падения Вейдера, их отца, то ужаснулись. Это было настолько больно, осознавать, что все эти ужасы произошли от столь сильной любви, ради спасения любимого человека, центра мира, коим для их отца являлась мать. Люк ещё больше стал тянуться к памяти отца, лелея её. А Лея… Нет, Лея не простила, никогда она бы не простила этого монстра, но, она поняла. И не просто поняла, но и осознала, что сама могла бы оказаться на его месте, как бы ужасно это не было признавать. Ради Люка, ради Хана, ради Бена, она бы перевернула всю галактику и преклонила бы колени и перед самим дьяволом. А учитывая Силу в их семье, можно было понять чем бы это закончилось для галактики, снова. Из-за этого животного страха, повторения истории, она прекратила учения у Люка, полностью погрузив себя в работу. Боясь потери, точнее того, что это может с ней сделать, как сделало с её отцом, она так же дистанцировала себя от мужа и сына. И к чему это привело? С Ханом они в конечном итоге развелись, ну не мог он жертвовать своей прежней жизнью ради буквально ничего, когда она совершенно перестала показывать ему свою любовь, заботу. А Бен, её маленький сын, так стремящийся быть похожем и на отца, и на дядю в детстве, по сути брошенный обоими родителями он остался на попечении дяди, в новой Академии джедаев, но Люк не могу уделять мальчику столько же внимания как это делали бы родители. Он попросту не справился и с академией, и с племянником. Плюс её милого доброго брата очень сильно сломала смерть любимой девушки. Мара Джейд, бывшая рука императора, с Люком она только начинала свои отношения, перед этим у них была история от врагов к друзьям в несколько лет. Но бурный роман, хотя Лея понимала, что это был не просто роман, это была судьба её брата, очень быстро оборвался. Мару убил павший на тёмную сторону форсюзер. Это очень сильно ударило по Люку, в какой-то степени он потерял часть света в своей душе, надежду на спасение, ту самую, которая вытащила их отца из бездны. Вообщем, Бена они подвели бесспорно все вместе, но во многом это всё равно оставалась вина именно Леи. Она не могла поверить, что её сын убил Хана и Люка, буквально опустошив её и без того израненную душу. Было больно, очень больно, как никогда ранее. Но в какой-то степени она это заслужила за свою заносчивость и трусость. Другой человек, которого она ощущала перед смертью, о котором продолжала заботиться была Рей. Вроде как новая Избранная, совсем дитя на взгляд Леи, даже она будучи в её возрасте захваченной на Звезде Смерти ощущала себя гараздо старше. У Хана видимо проклятье, находит необычайно сильных форсъюзеров на свою голову. Сначала Люк, потом в какой-то степени Лея, теперь вот Рей. Эта девушка быстро влились в ход войны, и не просто в ход, она стала её новой надеждой. Новый джедай, последний джедай. Какая ирония, её семья уже вот второй раз кидает галактику в хаос, уничтожая весь свет, но так же именно её семья и возвращает этот самый свет. Хотя для истории и восстания Рей и стала шансом, надеждой на победу, для неё самой, Хана и Люка эта девушка была нечто большим. Она зажгла в их душах потухший огонь, напомнила им хоть и перед смертью, кто они такие, за что борются. Стала им не просто союзником, но и дочерью, которой не у кого из них не было. Оставлять разрушенную галактику, оставлять двух сильнейших форсюзеров на разных сторонах войны возможно было не разумно, но Лея ощущала в глубине души, что так нужно, что всё равно рано или поздно свет возьмёт вверх в вечном противостоянии с тьмой, возможно даже в душе её бедного сына. Но сейчас это было не важно. Последнее, что она ощущала была слеза, текущая из её глаз. Она шла в Силу к любимому брату, обретала долгожданный покой. Ага… Или нет. Видимо, даже желая смерти Леи не суждено было её получить, возможно она платила за свои грехи. И вот, она стоит в огромном коридоре Сената, со множеством высоченные колонн, и определенно не понимает, что здесь происходит. Глубоко вздохнув Органа-Соло поняла, что что-то с ней было не так, приложив руки к лицу, она ощутила свои мягкие щёки и быстро взглянула на свои молодые руки. Молодые руки… Девушка тихо пискнула, поняв, что биологически ей почему-то не больше тридцати. — Да вы издеваетесь, — тихо прошептала она, запустив руку в распущенные длинные волосы. Оглядев себя, Лея обнаружила, что одета в длинный до пола чёрный плащ с капюшоном и кожаным поясом, на котором был закреплён световой меч, не её световой меч, потянув руку она аккуратно провела пальцами по рукоятке и громко выдыхнула, раздражённо спросив в никуда, — серьёзно?! Именно ЭТОТ?! На её поясе висел меч её отца, Энакина Скайуокера, который долгое время являлся оружием её брата, который он отдал Маре и которым она пользовалась до своей смерти. После этого Люк насколько она помнила вернулся на Татуин и закопал его в песках, навсегда закончив историю данного оружия. Или, возможно, нет. Глубоко вздохнув она хотела было выйти из тени и найти хоть кого-нибудь, кто смог бы объяснить ей, что здесь происходит, но тут она боковым зрением заметила быстрое движение справа и замерла, скрываясь под колонной, почувствовав, что так ей велит Сила. Она аккуратно выглянула, увидев перед собой страстно обнимающуюся пару. Высокий молодой человек прокрутил вокруг своей оси маленькую хрупкую девушку, быстро поставив её на ноги. Он наклонился вниз и страстно её поцеловал, та запустила тонкие пальцы в его густые кудрявые волосы. Лея так и замерла, из её лёгких будто бы вытянули весь воздух. Она уже видела этих людей раньше, на голографиях и дисках памяти R2-D2, это были её биологические родители, Энакин Скайуокер и Падме Амидала Наберри Скайуокер. — Какого хатта?! — глухо выдыхнула девушка, пошатнувшись от внезапного головокружения и ухватившись за колонну. Леи стало плохо. Как такое может быть? Неужели это какое-то странное видение Силы, но в них обычно нельзя почувствовать всё так остро. Или неужели… Неужели она переместилась в прошлое, да в такое далёкое, на пятьдесят с лишним лет назад. И вот её родители, её необычайно красивая мудрая мать, сенатор, которым Лея с детства восхищалась, добрая и мудрая женщина. И её отец, не тот монстр, коим она его знала, а ещё очень молодой, амбициозный юноша, готовый на всё ради своей жены, воюющий за справедливость и мир в галактике. Лее захотелось взвыть, неужели она действительно в прошлом? Немного встряхнувшись, она наконец прислушалась к диалогу между молодой парой, которая отстранилась друг от друга, но продолжала смотреть столь влюблёнными глазами. — Падме? Что не так? Что случилось? — тихо спросил джедай свою тайную жену, поглаживая большим пальцем её щёку. — Эни… Что чудесное произошло, — тихо сказала Падме, смотря прямо в глаза Энакина, у Леи вновь засосало под ложечкой, она определено знала, что хочет сказать её мать, — я беременна. Молодой человек так и замер, глядя прямо на свою жену. А Лея почти что упала, обратив внимание на живот матери, который скрывало множество тканей. Осторожно, боясь даже пробовать, Органа-Соло потянулась силой, прощупывая младенцев во чреве. И вот, спустя секунду к ней в ответ потянулся столь яркий свет, согревающий всё внутри, её близнец, Люк. По щекам постели неконтролируемые слёзы, но Лея продолжила тянуться Силой к… Ну к самой себе. Яркий, но более тихий огонь Силы был её собственным, смотря сквозь Силу Лея с замиранием отметила, что её собственная энергия Силы так сильно совпадает с Силой их отца, стоящего рядом. Если Люк, это чистый свет, яркий и освежающий даже самые закоулки тьмы. То она сама и её отец это огонь, сжигающий всё на своём пути, яростно охраняющий своим пламенем самое сокровенное. Из собственных ощущений Лею резко вырвал неописуемый восторг и радость, исходящие от её отца. Она в шоке подняла голову в его сторону, отводя взгляд от матери. — Это… Чудесно. Самый счастливый момент в моей жизни, — Энакин Скайуокер ослепительно улыбнулся, потянув руку под слои тканей к животу свей жены, где пинались его дети и тут же нежно поцеловал Падме. Сердце Леи пропустило удар, самый счастливый момент в его жизни… Она и Люк были этим счастьем, его надеждой. Она сглотнула, отчаянно пытаясь успокоиться, одно дело знать, что её родители необычно сильно любили друг друга, что её отец был готов на всё ради её матери, а другое осознать, что это была не только её мать, но и она сама, Люк, его дети. Было так горько от того, что этот человек сделает с галактикой, своей женой, со своими детьми. Воспоминания о пытках на Звезде Смерти тут же всплыли в памяти. «Нет, не ходи туда, » — резко оборвала себя Органа-Соло всхлипнув. Она знала, что ей нужно идти, Сила подсказывала ей, что это всё, что она должна получить, что её ждёт что-то ещё, но не было сил отвести взгляд от своих родителей, столь любящих друг друга и своих детей, её саму, родителей, которые скорее всего буквально через пару недель окажутся одна в могиле, а второй до конца жизни замурованный в тяжёлом костюме, погруженный во тьму во всех смыслах. — Канцлер, после такого потрясения я бы посоветовал Вам пойти отдохнуть, а не сразу бросаться за дела, — этот голос, голос который Лея узнала бы из тысячи отвлёк её внимание от родителей Она медленно, опасаясь повернулась к источнику звука, увидев посреди коридора именно того, кого ожидала. Ноги вновь подкосились, может она и вправду умерла? Перед ней стоял её приемный отец Бэйл Органа. Очень молодой вице-король Алдераана. Тот, кто её воспитал, с кем у неё связаны лишь самые светлые воспоминания, книжки перед сном, игры в шахматы на досуге, мудрые советы и наставления… Рядом с ним стоял немолодой мужчина, в красивой расшитой золотом мантии, он мягко улыбался её отцу, но что-то здесь было не так, это Лея поняла сразу. Улыбка была неискренней, в глазах читалась… Злоба? Девушка двинулась чуть ближе, решив получше рассмотреть пожилого человека, чувствуя в этом желание Силы. Что-то в нём было очень знаком, прямо до дрожи, но что? — Нет, мой дорогой друг, работа не ждёт, война не остановится, если я присяду отдохнуть, — тихо сказал старик и Лею прошибло холодным потом. Это Канцлер, ага, он же Шив Палпатин, ага, он же будущий Император, Лорд Стихов. Тот, кто обрёк галактику на многолетнюю войну, тот кто уничтожил джедаев, поработил половину видов существ, тот кто соблазнил её отца во тьму, из-за кого страдала её семья, умерла мать, тот, кто воспитал тайного ученика, который обрёк во тьму её сына. В душе Леи поднялась буря, злость на этого человека, ненависть к нему буквально сочилась из девушки, она почувствовала как тот самый огонь в её душе загорелся алым пламенем. Рукой она уже тянулась к световому мечу, готовая ринуться к ситху и снести ему голову. «Не так дитя моё, не со тьмой в твоей душе. Найди свет, только он может победить тьму, » — вдруг услышала Лея в своей голове чей-то шёпот и остановилась. Свет… Глубоко вздохнув и прикрыв глаза девушка осознала, что вновь, уже не в первый раз в жизни коснулась тёмной стороны. Но на этот раз она не боялась, она знала, что свет всё равно будет сильнее, и хоть она всё потеряла, у неё была надежда, у галактики была надежда, она была новой надеждой самой себя и галактики. Резко распахнув карие глаза она схватила правой рукой световой меч, ставший уже семейной реликвией. Она знала, как победить тьму, нужен свет, и она окунулась во него, вспомнив все самые лучшие моменты своей жизни, вспомнив, за что она всегда боролась, за кого, Люк, Хан, Бен, Рей, мама, папа, Винтер, Падме — её другая мать, Энакин — её отец, Лэндо, все её союзники и друзья, даже Мара. Это будет ради них, она уничтожит Дарт Сидиуса, убив последнего ситха, до того как он уничтожит всё что она любит, она принесет мир. И сделает она это во имя любви, во имя Света. И больше она не будет бояться. Лея вспоминала кодекс джедаев, который чтили светлые форсюзеры веками: «Нет эмоций — есть покой. Нет неведения — есть знание. Нет страстей — есть ясность мыслей. Нет хаоса — есть гармония. Нет смерти — есть Великая Сила», — глубоко вздохнув, Лея вытащила световой меч, зажигая его и мысленно добавила ещё одну строчку, из кодекса Стихов, которая по её мнению была ключевой, — «Сила освободит меня.» — Канцлер Палпатин, — Лея откинув все мысли направилась прямиком к стоящим рядом мужчинам, краем глаза заметив, как вздрогнули её биологические родители, тут же обратив внимание на неё. Её приемный отец и ситх тоже повернули голову к Леи, которая держала в руке зажеённый синий клинок, глаза Бейла слегка расширились. — Миледи? — спросил Сидиус слегка прищурив глаза, Лея мысленно поморщилась на его притворства. — Вы кое-что забыли Канцлер, когда думали, что можете победить всех джедаев, подчинив себе Избранного — чётко и громко произнесла Лея, приближаясь к канцлеру, заметив, что её биологический отец кинулся к ней, а Бейл, мать и окружающие сенаторы стали звать охрану, она ускорила свои движения через Силу и быстро проткнула не успевшего среагировать ситха световым мечом, глаза Палпатина расширились и он с ужасом взглянул на девушку, — Нет света без тьмы, так же как и тьмы нет без света. А Избранный несёт равновесие, а не какую-либо одну сторону. Вы проиграли, Ваше Величество. Лея грациозно вынула жужжащий световой меч из тела Сидиуса, который упал на колени и прохрипел какие-то отрицания. Энакин Скайуокер, будучи в полном шоке и ужасе, тут же кинулся к девушке, но она отключила клинок и повернула к нему свою голову. — Отведи меня в Совет Джедаев, Энакин Скайуокер, я только что убила вашего неуловимого стиха, — с лёгкой улыбкой сказала Лея, забавляясь выражением лица своего отца, у которого вот вот начнёт дёргаться глаз. Её мать и приёмный отец стояли в ужасе, глядя на канцлера. Она была готова ко всему, теперь ей было без разницы, она спасла галактику, она спасла свою семью. Но тут девушка почувствовала как жизнь полностью покинула тело Сидиуса и Сила предупредила её об опасности, резко повернув голову к Падме, она действовала так же молниеносно, как и при нападении на стиха. — Ложись! — крикнула Лея, бросившись на свою мать, повалив её на пол и прикрыв свои телом. Через секунду тело последнего ситха взорвалось, отбросив ударной волной близ стоящих отцов Леи. Сама же девушка почувствовала адскую боль в спине и перекосилась на бок, освобождая свою мать, которая судя по быстроте того, как она встала, не пострадала. Чувствую адскую физическую боль, Лея ощущала покой, возможно теперь она умирала окончательно, но на это раз она знала, что спасла галактику. Взглянув на расплывчатое лицо Падме, которая в ужасе, пыталась дозваться свою спасительницу, она слегка улыбнулась сквозь боль. — Мама, — прошептала Лея, и в её глазах потемнело. Принцесса и генерал Органа-Соло умирала в прошлом на руках у своей матери… Или не умерла…