5

Сидишь за длинным столом, глядя как на противоположном конце Тэхен подъедает твои припасы, морщась от того, что все холодное, в том числе и мебель. — Ты правда не боишься меня? — смотришь на него, пытаясь найти хоть малейший намёк на неприязнь или страх, но парень лишь равнодушно пожимает плечами, утирая рукавом рот. — А должен? — он хитро щурится, оглядывая тебя с ног до головы и снова утыкаясь в тарелку, — знаешь, я не из тех, кто боится красивых девушек. — Я не настоящая. Из льда, понимаешь? — поднимаешь руку, выпуская из неё в воздух столб снежинок, которые красиво поблескивают, будто танцуя в воздухе и видишь, как парень замирает. — Круто! — Тэхен почти давится, во все глаза таращась на тебя, — сделаешь ещё так? Тяжело вздыхаешь, роняя голову на стол. И вот что он прицепился? — Ведёшь себя как ребёнок, — бурчишь в сторону, надеясь, что мужчина не услышит, но тот лишь усмехается в ответ, показывая милую квадратную улыбку. — Тебе здесь не одиноко? Внезапный вопрос ставит в тупик. Понимаешь на мужчину глаза, глядя прямо в его. Такие разные, совсем не такие, как у тебя. У тебя они прозрачные, словно горная река, застывшая в морозы и покрывшаяся чистейшим, прозрачным льдом, что только слегка отдаёт голубизной. А в его бездонном синем утонуть можно, кажется, они настолько глубоки, что дна не видно, только упасть и захлёбываться в идеальной синеве. — С чего ты взял, что это твоё дело? — ты видишь как Тэхен хмурится, отворачиваясь. Нужный эффект оказан. Наконец-то. — Значит, одиноко. Ты усмехаешься, глядя на парня, что прожигает тебя пронзительным взглядом. — Ты говорил, что знаешь обо мне. Тогда ты должен знать, что у меня нет чувств. Я не чувствую радости, одиночества, злости и… — Любви? Думаю, ты только хочешь так думать. Сейчас вот, ты чувствуешь раздражение, глядя на меня, разве нет? — Я просто хочу, чтобы ты поскорее ушёл, — встаёшь, устало потирая виски. — А это значит, что у тебя есть чувства. Просто ты их прячешь, — парень встаёт следом, скрещивая руки на груди, — а вообще, дубак тут у тебя зверский, не удивительно, что ты сама коркой ледяной покрылась. — Так уходи. Бросаешь это, разворачиваясь на каблуках в сторону выхода, но Тэхен останавливает, хватая за руку. — Не думала, что я твоё освобождение? Разве это не проклятие? — С чего ты взял, что я этого хочу? Мне не нужен никто, Тэхен. Уходи и забудь об этом месте. — Я не могу. Снаружи пурга, хочешь чтобы я умер? — он все ещё держит тебя за руку, и ты откровенно пялишься на его большую ладонь и длинные, аккуратные пальцы, что почти обжигают своим тёплом. — Мне все равно, — наконец, поднимаешь на него глаза, вырывая руку из его хватки и уходишь. Хватит. — Это мы ещё посмотрим, — бурчит про себя Тэхен, разглядывая твою удаляющуюся спину, — и не таких растапливали.