Никогда

      Никогда.       Сакура никогда бы не осмелилась назвать Какаши Хатаке плохим сенсеем. Она закрывала глаза на его многочисленные опоздания, халатное отношение к тренировкам и постоянными подтруниваниями над учениками.       Но это… То, что он натворил в этот раз, выходило за всевозможные рамки.       Спустя годы странствий с одним из санинов Наруто, наконец, вернулся в деревню. Предложение встретиться в Ичираку прилетело незамедлительно. Сакура с радостью приняла приглашение. В конце концов, как бы она не бежала от этой мысли, пора признать — ее тоска по светловолосому сорванцу была столь же очевидна, как и влюбленность в Саске.       Вечер выдался прохладным.       Накрасив губы нежно-розовым блеском для губ, Сакура закрыла форточку и, в последний раз покрутившись у зеркала в коридоре, подумала, уж не для Наруто ли она так прихорашивалась?       Хах, ещё чего. Глупости какие. Подумаешь, платье надела. Это ничего не значит. Ничего-ничего, честное слово!       Хмыкнув от столь странной догадки, девушка не без труда закрыла входную дверь — надо бы сменить замок — и поспешила к месту встречи.       Прибыла к пункту назначения она запыхавшаяся. Бежала, боясь опоздать, а в итоге оказалась в скромной лапшичной раньше всех. Следом пришел Наруто: он завел с ней непринужденную беседу о новых техниках, вскользь упомянув, что сегодня сенсею можно простить опоздание, ведь он ручился заплатить за их ужин.       Удивлённая изменениями напарника в облике, голосе и манере держать себя, Сакура едва ли вслушивалась в его слова.       «Надо же, как ты вырос, — думала она, подперев рукой подбородок. — Пропали по-детски пухлые щеки и высокий голос, ты стал мужественным и статным. Ты и раньше был уверенным в себе, но теперь не похож на маленького несмышленого глупыша, который бросает вызов миру. Ты вполне осознаешь последствия своих поступков, хотя эта гиперактивность никуда не делась. И все же, Наруто… Я бы никогда не подумала, что ты… О боги, о чем я только думаю?!»       Коря себя за неуместные думы, она принялась живо участвовать в разговоре, активно расспрашивать его о других деревнях и менталитете их жителей. Беседа увлекла ее в дебри, далёкие от оценки внешности собственного напарника.       А там и Какаши явился. «Не запылился, — хохотнула Внутренняя Сакура, молниеносно заметив книгу в примечательной оранжевой обложке подмышкой. — И как всегда вовремя!»       Долгожданный сенсей плюхнулся напротив них, погружаясь в чтение очередного шедевра Джирайи, но по его сосредоточенному — чересчур! — взгляду Сакура поняла, что он все же прислушивается к их речи.       Вечер начался шумно, но мирно.       Харуно даже удивилась, что прилично выпитое саке не сразу оказало на нее влияние. Видимо, годы под присмотром Цунаде-шишо оказали на нее определенное воздействие. Например, выдержку к алкоголю.       И первые полтора часа все было настолько хорошо, что даже не верилось. У Сакуры заплетался язык и, очевидно, отказал мозг, раз под конец вечера она — с ума сойти! — смеялась над шутками Узумаки.       Но когда пришел Гай сенсей на пару с Ли, веселью пришел конец. Демонстративно размахивая кулаками и толкая вдохновляющие речи о силе молодости, Гай настойчиво уговаривал Какаши принять участие в каком-то очередном споре, а Ли подсел к сверстникам, ненавязчиво бросая на изрядно опьяневшую Сакуру томные взгляды. И уж лучше бы он продолжал смотреть на нее, а не на полупустой бокал бренди прямо перед ней.       Сначала Сакура не обратила на это внимание, и в этом заключалась ее самая большая ошибка.       Уворачиваясь от попытки ухватить его за шиворот, Какаши прыгнул на стол, Майто — за ним. Они передвигались по всему заведению, как кошка с мышкой — грациозно и хищно. И тем не менее умудрились напугать несколько посетителей. Но это было ничто по сравнению с тем, что ожидало лапшичную дальше.       Словом, стоило охмелевшему от малой доли алкоголя Рок Ли встать в боевую стойку посреди заведения, все звуки затихли.       Резко. Наруто прекратил свою болтовню, и Сакуре пришлось обернуться. Все взгляды, казалось, были прикованы к человеку за ее затылком.       Взмах ресниц, запах спирта, ударившего в лицо — и мгновенное отрезвление.       Лучше бы она не оборачивалась. Поймав ее испуганный, полуосознанный взгляд, Рок Ли потянул девушку в сумбурный, дикий танец, попутно руша все вокруг. Столы дробились в щепки, недовольные посетители намеревались отвесить ему смачную оплеуху, но он избегал все удары.       Какаши и Гай сесней пытались утащить его из раменной поскорее, пока он не сравнял ее с землёй, но поздно — имущество безнадежно испорчено, посетители расстроены, а хозяин Ичираку предъявляет чек, махая им почему-то перед лицом Сакуры.       Девушка поджала губы, озираясь по сторонам. Напрасно — ни одного из сенсеев не видно.       «Ну конечно, — от головы до пят по Сакуре пробежался всплеск мощнейшего раздражения, — смылись в самый ответственный момент. И это — джонины?! Кажется, я начинаю понимать Саске…»       Счёт пришлось разделить между собой, Наруто и Рок Ли.       Обозленная на этот мир, Сакура направилась домой, специально громко топая ногами — она знала, что верными псами за ней последовали Наруто и Ли.       — Ты куда? — спросил Наруто ей в спину.       — Пожалуй, пойду домой. Либо к себе, — она вихрем обернулась и едва ли не стукнулась с Наруто лбом, а договорила предложение сквозь стиснутые зубы: — либо к Какаши. Еще не определилась.       Узумаки дернулся. По ее тону он понял о намерении устроить сенсею взбучку.       — Ну, — затораторил Наруто, не на шутку обеспокоенный дальнейшей судьбой наставника, — сенсея после тако-ого ты вряд ли дома застукаешь.       — И то верно. — Сакура слишком просто согласилась. Пожала плечами и продолжила путь как ни в чем не бывало. — Значит к себе.       «Можно ожидать вспышки через три, два… — начал отсчёт Наруто, уж больно хорошо знавший подругу. — Один».       И правда. Казалось, у Харуно в мозгу что-то щёлкнуло, и она задрожала от праведного гнева, сжимая и разжимая кулаки. Подошла к близь лежащему валуну и, сконцентрировав чакру в ладони, со всей силы ударила камень несколько раз, раздробив его к чертовой матери. Наруто и Ли побелели, но не смогли сдержать облегчённого вздоха. Хорошо, что это был камень, а не их лица.       Не успел Наруто опомниться — Сакура засеменила прочь, к своему дому. На этот раз ее походка граничила с бегом, и ребята, переглянувшись, нагнали ее.       — Сакура-сан, ну погоди! — Наруто поравнялся с ней с одного бока, а Рок Ли с другого. — Ай да я тебя хоть провожу?       — Как хочешь, — слова сорвались с ее губ с холодком. Она безразлично пожала плечами, и Наруто решил, что это, наверное, высшая степень ярости. Ярость, замаскированная внешним спокойствием. Ей нужна разрядка, потому что хуже этого нет ничего. Лучше выплёскивать эмоции сразу, а не копить-копить-копить…       — И я.       — Ответ тот же.       «Где же была твоя галантность, когда ты крушил Ичираку? — с раздражением повела бровью Сакура, косясь на Ли и мечтая, что ее глаз не дергается. Ах, скорее бы прийти домой и принять контрастный душ! Вот что поможет снять напряжение. — А ты, Наруто, почему не помешал этому?»       Они пришли полпути, и все это время верещал лишь Ли, не давая никому вставить и слова. Он оправдывал Гай сенсея, заверял, что тот обязательно извинится завтра, просил простить ошибки молодости…       Когда он переключился на Какаши, она не выдержала.       — Довольно. Ли, уже ничего не исправить. — Принужденная улыбка и наигранная мягкость в глазах. Этого хватило с лихвой, чтобы Ли растаял. — Иди домой, хорошенько отоспись.       — Я не забуду твоей доброты, Сакура-сан. — Он низко поклонился ей, и она ощутила, как смущение целует щеки. В-вовсе необязательно ей так низко кланяться! — Да прибудет с тобой сила молодости!       И он удалился — только пятки сверкали. Сокомандники остались наедине.       — Мне эта молодость уже во, — Сакура провела рукой по шее, — по горло.       — Да брось, Сакура-сан, — прокомментировал Наруто, на свой страх и риск потрепав ее по макушке, ероша волосы, — это было весело.       Думал, она обозлится, но девушка лишь недовольно поджала губы и поправила прическу.       — Ага, особенно конец вечера. — Если бы Наруто не знал ее так долго, он бы не различил струящийся сарказм. — Чуть не померла со смеху.       — Ты злишься.       Наруто пошел вперёд нее, а Сакура подивилась — она же своими глазами видела, что он выпил прилично, так почему все ещё сохраняет координацию? А его речь… он не проглатывает слова. Вот это да! Похоже, ни одна Цунаде-шишо любит спаивать учеников… тут уж каждый выдержкой на всю жизнь заручится.       — Вот так открытие! И как это ты догадался? Третий глаз, небось, открылся?       — Злись, но не на меня.       — Хитрый какой! — Он ушел вперёд нее, и она догнала парня, шутливо боднув локтем под бок. — Моей злости на всех хватит.       — Не сомневаюсь. — Вдруг он взглянул на Сакуру с не свойственной ему серьезностью, и ее прошибло током от этого взора. — Но сегодня ты была счастлива, признай. Со мной, с Какаши-сенсеем. И пусть кое-кого не хватало… все было почти как прежде. Как в старые добрые времена.       — Ты прав, — признала она, склонив голову и рассматривая сандалии, словно видела их впервые. Словно принимая поражение. Ей пора бы не обманывать себя. Не только насчёт этого вечера, а… насчёт всего.       — Иногда твой смех срывался на истерический. Тяжело учиться у бабули Цунаде, а?       — Не то слово. — Она усмехнулась и взглянула на друга с откровенной оценкой. — А ты повзрослел. Похоже, не только техникам и всяким извращениям учился.       — Да я ни одной пошлости не предъявил за вечер, даттебайо! Что за обвинения?!       — А хотелось бы? — Харуно кокетливо облизнула нижнюю губу. Соблазнительно откинула прядь волос и с тягучей леностью прогнулась в пояснице. Платье чуть задралось, и Наруто, краснея, одернул подол.       — Что? — сглотнув, спросил он, глядя в ее озорные зелёные глаза.       — Поговорить со мной о пошлостях.       — Не с тобой, Сакура-сан. С тобой этим надо… — Слюна была вязкой и скапливалась во рту желчью. Приходилось проталкивать слова, а последнее он и вовсе прохрипел: — заниматься.       Харуно опешила на несколько секунд. Выпала из реальности буквально. Она провела большим пальцем по своей скуле, губе, спустилась к ключицам, груди… поглаживала себя через лёгкую ткань воздушного платья. Хотелось прикоснуться к ней, последовать туда, куда звала ее рука, но…       Наруто остановило то, как она делала это. Не для того, чтобы очаровать его. Она лишь изучала себя, осмысляла собственную женственность и привлекательность. Он подошёл к ней вплотную и положил руку на плечо. Хотелось сдернуть лямку, но вместо этого он заставил себя вложить в свой взгляд все острые чувства, охватившие его этот момент.       Сакуру словно парализовало. Она впервые осознала, кто они теперь. Не дети больше. Парень и девушка. Естественные желания теперь не чужды им.       И она, это ее кокетство… это не шутки больше. Не пыталась она и с самого начала соблазнить Наруто, она лишь резвилась, как дитя. Отныне это превратилось в оружие.       Ее передёрнуло. Это даже страшно. Готова ли она к принятию этого, осознанию, что она не девчонка больше?       Неловкость витала в воздухе, молчание затянулось. Сакуре захотелось как-то замять ситуацию.       — Ну ты и шутник! — Она остранилась от друга и наигранно захохотала. — Правда, вот даёшь, Наруто! Понабрался так понабрался!       Наруто как назло не подыгрывал ей и сохранял молчание. Тогда Сакура обречённо вздохнула и поманила его пальчиком за собой.       «Неисправимая! — Насмешливо прищурились голубые очи. — Похоже, флирт — твоя манера общения». ***       Сакура возилась с ключом. Проклятущий ключ, давно пора сменить этот грёбаный замок! Как бы они ни пыжились, дверь не поддавалась. И это при всей ее нечеловеческой силе!       — Тебе помочь?.. — дыхание Наруто раздалось за спиной, обожгло мочку уха, вызывая неконтролируемую дрожь.       — С чем? — спросила она тупо, не соображая от его дурманящей близости.       — С ключом. А ты что подумала?       — Д-да. — Не глядя на него, она трясущимися руками передала ключ. — Пожалуйста.       Наруто легко разделался с ее врагом и, открыв дверь, пропустил ее внутрь. В прихожей она неожиданно прижалась лбом к стенке и часто-часто задышала.       — Ты чего? Поплохело? — Спросил Наруто с неподдельным беспокойством, погладив ее по плечу.       Она вздрогнула от этих прикосновений, но вовсе не от страха или неожиданности, а оттого, в чем сама себе стыдилась признаться.       — Я просто сильно расстроилась из-за этой ситуации… в Ичираку. — Ложь. Наглая, откровенная ложь, и она почему-то знала, что Наруто об этом догадывается. А впрочем, абсурд. Это же Наруто! — И есть хочу страшно. Давай поужинаем у меня? В холодильнике есть суп. И тебе не помешает время от времени есть домашнюю еду.       — И не поспоришь.       К ее облегчению он отстранился и свободно прошествовал на кухню. Пока она разувалась, он достал из холодильника суп, налил в огромную тарелку на них двоих и поставил разогреваться в микроволновку.       «Быстро освоился, — словно невзначай промелькнуло в голове у Сакуры, — прямо как у себя дома».       Друзья сели за стол, и Наруто завел бравую речь.       — Я так тебе и не успел рассказать, мы с извращенным отшельником…       Сакура с удовольствием отметила, что несмотря на мимолётное влечение, отношения между ней и Наруто остались прежними. Он все тот же дуралей, она все та же взрывчатка. Наруто прервал свой рассказ только чтобы достать суп из характерно пискнувшей микроволновке. Сакура достала ложки и протянула одну другу.       За едой и чужой энергичной болтовней Сакура и не заметила, как внимательно начала рассматривать лицо Узумаки, подмечать каждую черточку, каждую морщинку у глаз, когда он улыбался во все тридцать два зуба. Она и не слушала его вовсе.       — А ты чем занималась, Сакура-сан?       Увидев вопрос в его глазах, она ответила первое пришедшее в голову, надеясь, что угадала с ответом.       — Ага.       — Весело, наверное, было да?       — Вот даёт, — покачала головой она, не вслушиваясь в смысл слов, а полагаясь на интонацию, которую он нарочито менял.       — Ты меня любишь?       — Ой, и не говори…       — Сакура! — Не выдержал парень и щёлкнул пальцами у лица Харуно. — Ты меня не слушаешь.       — Извини, задумалась.       — Я спросил, чем ты занималась эти годы.       — Я? — Ее движения были какими-то вялыми, когда она откинулась на спинку стула и сделала вид, что обдумывала ответ на его вопрос. — Да ничем интересным…       — Ты — ученица бабули Цунаде! Думаешь, я поверю, что ничего не произошло… — Он на секунду сморщился, будто вспоминая что-то неприятное. — А уж с ее-то характером…       — Я изучала медицинские дзюцу и тонну терминологии, выслушивала наставления и даже иногда исполняла мелкие поручения, — перечислила она монотонно, загибая пальцы и надеясь, что Наруто быстро наскучит ее повествование, но он, как назло, слушал с предельной внимательностью. — Ты?       — Да я тебе все рассказал, кроме одного. — Сакура заинтригованно подалась вперёд. — Я научился целоваться.       — Шутишь? — Сакура прыснула со смеху и даже стукнула кулаком по столу. — В жизни не поверю, что ты целовался с кем-то, кроме Саске! Нужно найти его! Он должен знать о твоей измене!       — Ты так свободно говоришь о Саске, — с ноткой настороженности прошелестел голос Наруто тихо, как поцелуй ребенка. — Тебя уже отпустило?       «И это заметил. Прежний Наруто трещал бы без умолку, не подозревая, что его давно никто не слушает, а в этом… что-то определенно изменилось. Причем кардиально».       — Да, наверное. — Сакура грустно улыбнулась, удивляясь, с какой лёгкостью поворачивается язык и слова складываются в фразы, о которых она сама не подозревала. — Я много думала с тех пор… кажется, я никогда его на самом деле и не любила. А тебя?       — Что?       — А тебя отпустило… — Последнее, чего хотела Сакура, так это покраснеть перед Наруто, но щеки уже горели. — Ну, ко мне?       — Не знаю. — Парень беззаботно пожал плечами и, перегнувшись через стол, потянулся к девичьим губам. — Давай проверим?       «Так не пойдет».       Сакура обошла стол и, удобно устроившись на коленях Наруто, не ожидавшего такого напора, впилась в его губы жадным, требовательным поцелуем. Она исследовала его рот, не зная, как делать это правильно, но, ощутив его ответ — не менее страстный, чем у нее — поняла, что не ошибается.       Первые мгновения Наруто не знал, куда переместить руки, но со временем освоился — его ладони легли на ее талию и, не мешкаясь, нащупали замочек на молнии, потянув его вниз.       — Что ты?.. — с придыханием спросила Сакура, отстраняясь от друга. — Наруто, так не делается!       — Но тебе же понравилось… и не говори, что не хотела этого. Я наблюдал за тобой весь вечер.       — Твоя взяла. — Девушка лучезарно улыбнулась и подняла руки в сдающемся жесте. Судя по тому, как она это сказала, она и не собиралась отпираться. — Первая проверка прошла. Может, попробуем… м-м, вторую?       — А ты готова зайти дальше?       Он ненавязчиво погладил ее по колену, готовый к отказу в любую секунду. Он примет любое ее решение.       — С тобой — да. — Она толкнула его прямо на стол — он задел ногой тарелку, из которой они ели, и она упала, разбившись на множество осколков. Наруто испуганно оттопырил губу, боясь гнева Сакуры, но она лишь хихикнула. — Не переживай, это к счастью. Я доверяю тебе. А ты мне?       — Даттебайо… — прохрипел он и запустил пальцы в ее волосы, — ты еще спрашиваешь. ***       Какаши уже навестил Рок Ли. Тот передал, что Наруто отважился проводить Сакуру, а потому лучше заглянуть сразу же к ней — вероятность того, что они там вдвоем, велика.       Оказалось, Какаши-сенсей не позорно смылся с места преступления, а пошел за кошельком. Такие суммы он в кармане не носит.       Впервые в жизни, наверное, он пообещал оплатить ужин, а в итоге его ученикам пришлось оплачивать разгром раменной. Некрасиво вышло.       Хатаке за несколько минут добрался до дома Сакуры излюбленным способом — перепрыгивая с крыши на крышу — и заглянул в окно. Очень предусмотрительно.       Его зоркий глаз, несомненно, уловил взаимное притяжение учеников сегодня, но он и не ожидал, что все дойдет до такого в столь короткие сроки.       Мужчина хмыкнул и положил крупные купюры обратно в карман.       Завтра передаст. Не будет же он мешать ученикам заниматься тем, о чем с таким упоением пишет Джирайя в своих книгах.