Часть 1

      Старый неприметный сундук. Он бросился в глаза лишь потому, что своим видом выделялся среди прочих новеньких вещей и предметов мебели в библиотеке. Он словно без слов говорил о том, что принадлежит семье не первое поколение, но ценится за свои качества, как места для хранения. Анна и не думала, что найдет в нем нечто невероятное, удивительное или попросту необычное. Скорее полагала увидеть там какие-то старые книги, которым не нашлось места на полках, или же какие-нибудь манускрипты и свитки, которые нередко хранятся именно так для экономии места. И всё же даже эти вещи были ей интересны, потому что могли разнообразить её день, который выдался не таким уж хорошим. Муж, как обычно, вынужден был уехать по рабочим вопросам, которые требовали всего его внимания. Подруги либо уехали к родственникам, либо отправились отдыхать туда, где потеплее. И не то чтобы Анну так уж тяготило одиночество и пребывание в доме. Отнюдь. Это было её время, которое она могла посвятить себе и своим личным интересам. К тому же она ещё не до конца освоилась в доме и многое ещё нужно было изучить. Вот поэтому она и оказалась в библиотеке, куда не успела наведаться ранее. Изначально её целью было просто посмотреть книги и может быть взять почитать какую-нибудь энциклопедию или изучить один из красочных атласов. Но этот сундук сразу приковал её внимание, поэтому стал объектом интереса. Вот только девушка и не предполагала, что может найти внутри этого раритета.       Среди обычных вещей предков её мужа, вроде фотографий, генеалогического древа и наград, было несколько объемных пачек писем, перевязанных бережно шелковыми лентами. Казалось бы ничего необычного. Все пишут письма. Многие ведут деловые и дружеские переписки с теми, кто находится вдали друг от друга. Это удобно и позволяет передавать новости, не дожидаясь непосредственной личной встречи. Анна сама периодически пишет родственникам из других городов. Так что в самих по себе письма не было ничего странного. И вряд ли бы они вызвали интерес, если бы не начало писем и не подписи в конце. Везде было написано либо “Любимому” или “Любимой”, либо “От твоего возлюбленного” или “От твоей возлюбленной”. И вот эти обращения смущали. Удивление Анны было обусловлено непониманием значения. Она никогда не слышала, чтобы кто-либо в обществе использовал подобные слова. Но шестое чувство подсказало ей, что это не просто изощренные придумки, а что за этим кроется нечто большее. Поэтому она не пожелала просто отложить письма в сторону, закрыть сундук и перейти уже к изучению собрания книг в библиотеке. А раз уж её муж великодушно разрешил ей пользоваться абсолютно всем в доме на правах хозяйки, то юная миссис не углядела чего-то предосудительного в том, что она прочитает пару-тройку писем. Просто чтобы попытаться найти объяснения заинтересовавшим её словам.       За одни письмом последовало второе, затем третье, четвертое и вот Анна уже не заметила, как удобно устроившись в одном из кресел, с головой окунулась в оживленную переписку двух влюбленных. Сверившись с нарисованным деревом, она вскоре поняла, что это прапрапрадедушка её мужа и его будущая супруга. Они начали обмениваться трогательными письмами ещё задолго до свадьбы. И их бракосочетание стало как бы само собой разумеющимся именно благодаря чувству, которое росло и ширилось в них, а находило отражение в трепетных письменных признаниях. Вот только это отнюдь не давало юной леди в настоящем понять, что же именно это за чувство такое “любовь”. Чем дальше, тем сильнее было её смятение. Написанное на пожелтевших страницах казалось ей чем-то странным в своей непонятности. Но вместе с тем отчего-то она чувствовала и неясную грусть. В какой-то момент эти чувства, вносящие разлад в её видение мира, заставили её отложить очередное письмо, встать и решительно направиться к одному из книжных шкафом. Там она отыскала словари и тут же схватила один из них. Торопливо, словно она куда-то опаздывала и дорога была каждая секунда, перелистала страницы до вожделенной буквы “Л”. Лишь затем, чтобы среди множества слов и их обозначений, отыскать одно-единственное, которое занимало сейчас её мысли. Любовь. Такое короткое слово, но столь многое кроющее в себе. Вот только пояснение в этой книге не удовлетворило её полностью, поэтому один экземпляр сменился другим. Снова поспешное перелистывание и жадное вчитывание в объяснение заветного слова. Но понадобилась ещё пара словарей, чтобы Анна смогла наконец оставить поиски и вернуться обратно в кресло, где на столике рядом лежали стопки писем.Вот только девушка не схватилась тут же за чтение чужой переписки. Или точнее мечущиеся и теснящиеся в голове мысли напоминали бушующий поток, от которого нельзя просто так отвернуться. Мысли требовали от неё всего внимания, мешая сосредоточиться на чем-либо другом.       Да, словари безусловно дали объяснение. Несколько определений схожих по сути отличались лишь в степени развернутости. Где-то было уделено все пара предложений, а где-то было дано более подробное пояснение. И всё же это были лишь слова. Они давали теоретическое понимание интересующего объекта, но отнюдь не позволяли уяснить полностью или хотя бы представить, что же за чувство любовь. Ещё больше смущало миссис то, что никогда прежде она не слышала ни о чем подобном. Если же вспомнить некоторые моменты из писем, где влюбленные описывали одно из свиданий или точнее вспоминали особо яркие моменты, то при взгляде на жизнь вокруг ничего хотя бы отдаленно похожего найти не удавалось. Ни одно воспоминание не давало подсказки. Никто среди многочисленных друзей и знакомых не только не выказывал подобного, но и не упоминал в разговорах. Даже слухи столь скорые на обсуждение любой мелочи молчали о чем-то столь необычном. В общем, всё в её мире попросту указывало на отсутствие такого чувства, как любовь. И если бы в руках Анна держала просто одну из художественных книг, то не столь бы волновалась, списав всё на фантазию автора. В конце концов на какие только придумки не гораздо чужое воображение. Да, даже если бы чувство влюбленных упоминалось лишь в одном-двух письмах, то можно было бы решить, что это просто специфическая игра для развеивания скуки. Вот только это не была книга, а писем с признаниями было более десятка. Каждое было пропитано этим чувством. Казалось, что оно наполнило весь мир двоих людей, став почти осязаемым и зримым. Два реально существовавших человека испытывали друг к другу то, что казалось стало по каким-то неведомым причинам вовсе недоступным для их потомков.       Тут невольно Анна вспомнила сказанное однажды одной своей престарелой дальней родственницей. Они тогда как раз затронули тему будущей свадьбы. Фраза произнесенная лишь раз, однако плотно врезалась в память молодой женщины. Старушка сказала ей, что были времена, когда слова “брак по расчету” вызывали у молодых людей только негативные эмоции. Некоторые впадали в отчаяние, и казалось становились грустными на всю оставшуюся жизнь. Другие, которые были против подобного союза, но обладали сильным характером, злились и всячески противились. Вот только родственница не смогла ответить, а почему же такие эмоции вызывали эти слова. Она сказала, что такие времена были до её рождения и что она сама лишь передает слышанные ею в детстве однажды слова родителей. Сейчас же брак по расчету явно не вызывал ни у кого подобных чувств. В конце концов заставить никто никого не мог. А подобный союз не был чем-то странным. По крайней мере не необычнее, чем брак сам по себе. Люди стали реже заключать подобные серьезные контракты, связывая свою жизнь с другой. В этом не видели надобности. Лишь по необходимости и только когда подобный шаг нес выгоду для обеих сторон, то играли свадьбу. Как случилось и с Анной. Её семья имеет благородное происхождение и знатную фамилию, что дает определенные привилегии и может принести дополнительную пользу для дела. Но, увы, их благосостояние давно уже пошло на убыль и спустя примерно пять-десять лет будущее поколение может оказаться на грани нищеты. Семья же мужа не имеет знатного происхождения, да и титул он получил лишь не так давно. Причиной послужило внезапно пошедший в гору бизнес, что позволило стремительно разбогатеть. Однако, одно только богатство не открывает всех дверей. Можно даже сказать, что полученный таким образом титул наоборот накладывает определенные ограничения. Поэтому этот брак для молодых был одинаково полезен. Анна могла не тревожиться о том, что её дети или внуки будут бедняками, а муж получал те блага родства с благородной семьей, которые могли способствовать его работе и ещё больше увеличить состояние. Так что они сделали взвешенный выбор, который, однако, не был основан лишь на выгоде соединения двух семей. Всё было просто и легко, потому что даже характеры их были схожи в той мере, что будущее сожительство не вселяло беспокойства. Они становились партнерами, которые в равной мере уважают и поддерживают друг друга, готовые стать опорой друг для друга в трудную минуту. При этом ни один из них не претендовал на свободу другого, не пытались они менять привычек друг друга, как не старались навязать свои интересы или мнение. Это породило дружбу, которая была подкреплена крепкими узами супружества, обеспечивающего разделение всего на двоих. И всё же во многом они по-прежнему были сами по себе. Правда, это всё же было правильно, а главное разумно для обоих супругов. В конце концов именно на разумности строится их общество, пусть порой эмоции и могут взять верх.       И вот в строках написанных двумя аккуратными почерками, Анна читала о том, что казалось полностью противоречит всему, что она знала о мире. Чувство охватившее обоих людей чуть ли не противоречит разуму. Или точнее настолько захватило их, что многие вещи стали видеться им по-другому, иначе волновать и вообще важными стало то, что ранее казалось для голоса разума незначительным и недостойным внимания. А уж некоторые изречения могли потрясти тем, насколько они противоречили логике. Это всё являлось для юной леди таким чуждым. Непонятным. Но отчего-то неправильным она не могла это назвать. Более того захотелось представить собственную жизнь, если она сама в кого-нибудь влюбилась. Насколько бы всё изменилось? Каким путем пошла бы она тогда? Вот только вообразить не получалось, потому что понимание значения слова не давало понять, а как именно ощущается любовь. Ясно, что она влияла на все прочие эмоции и чувства. Но как? Как это мир мог казаться светлее, чем есть? Или почему вдруг могло хотеться сбежать вдвоем куда-то в уединенное место? Просто так? Не ясно.       Неспособность любить сделала мир возможно более спокойным, размеренным и стабильным. Прочие эмоции, конечно, могли стать причиной конфликтов или столкновений, но всё же не настолько. Тем не менее человеческая сущность при этом потеряла значительную свою часть. Ту, которая не только способствовала сближению и единению с другим существом, но и наполняла жизнь особыми смыслом и энергией. Ощутимо отличалась она от жизни живущих сейчас, так как с любовью жизнь становилась ярче и насыщенней. Это предположение Анны не было таким уж абсурдным. И возможно оно и та возникшая вдруг грусть от неосознаваемого ощущения потери, заставили её вновь взяться за письмо, дабы ещё почитать побольше об излитых в строках душах двоих, что познали такое невероятное чувство, как любовь.