Часть 1

      Он нашел этот гримуар. От кожаного грубого переплета исходил холод. Этот холод обжигал и влек. Хотелось открыть гримуар и окунуться в ту тьму что сочилась и изливалась из крепко сомкнутых страниц. Наспех запрятав дивную находку под полы своего черного кожаного камзола, парень спешно отправился домой. Многие, слишком многие предостерегали его от похода в старые руины некогда великой страны, по приданиям которую населяли необыкновенные существа – вампиры. Ныне этих существ никто не видит, ибо объятья мрака, что были призваны укрыть и защитить от напасти в виде людей, стали для них тюрьмой. Мягкая дымка, с материнской заботой укрывшая прекрасные и опасные бессмертные лики, отделила их от материального мира, оставив им возможность лишь внушать слабое расплывчатое ощущение присутствия.       Наконец, пересекая порог дома и закрывая дверь на засов, парень с нетерпением достает тяжелый фолиант и осматривает. Старая оправа с петлей для замка была сделана из неизвестного метала, черного как сама тьма, которую она охраняла. Под небольшим нажатием оправа поддалась и распахнулась с еле слышимым щелчком. Аметистовые глаза парня жадно всматривались в причудливую вязь непонятных и незнакомых символов. Язык этот никогда прежде не встречался юному ученому. Ни одно из известных ему письмен не подходило для расшифровки загадочной книги.       Парень пустился в изучение языков и поиски хоть какой бы то ни было информации о символах и чертежах странных кругов в гримуаре. Однако ничего не находилось. Парень спал в обнимку с гримуаром, опасаясь что кто-то может посягнуть на столь внезапно приобретенное сокровище.       Совершенно случайно, однажды парень уснул на открытом гримуаре, и во сне его сознание посетил странный голос. Он был утробный, завораживающе нереальный, прекрасный и… родной? Этот голос говорил что-то на том же языке что и в гримуаре. С первыми лучами солнца, парень распахнул глаза и внезапно его посетило чувство – мир изменился. Взгляд сам собой упал на страницу распахнутого гримуара и парень с ужасом и восхищением понял, что понимает каждую букву, каждую строчку, каждый круг силы, что был описан в гримуаре, вписался в память читающего и стал понятен и прост. Позабыв о жажде и голоде, ученый жадно вчитывался в желанные строки, очерчивая письмена, круги и иероглифы заклинаний кончиками пальцев.       Спустя всего каких-то три месяца, гримуар был старательно вызубрен от корки до корки. Каждое заклинание парень мог воспроизвести, закрыв глаза или даже во сне. Тот необыкновенный прекрасный голос во сне рассказал о уничижении бессмертного великого народа, о том, что самых сильных мира сего смогли изловить несколько десятков веков назад и заточить в темнице глубоко под землей, где и сейчас они томились в ожидании спасения и с каждым годом все сильнее теряя надежду и впадая в бездну отчаяния.       Решено. Гримуар открылся парню и парень будет тем, кто освободит древний народ.       Надев свой излюбленный камзол, перчатки с вырезами для пальцев, взяв торбу и немного припасов, парень приладил к поясу гримуар, а также банку с черной ритуальной краской, состоящей, по предписанию голоса, из праха смертных, крови заклинателя, пепла вороновых перьев и толченого когтя пантеры. Не забыв про кисть, ученый покинул свой некогда любимый дом, теперь внезапно потерявший всякий смысл и ценность. Прекрасно осознавая, что не вернется, ученый пошел в сторону известную одному только его нутру, ибо активированное заклинанием гримуара, оно само вело юношу.       Семь лун сменились на небосклоне, когда парень достиг места назначения. Отважно спустившись в темную неуютную пещеру, где нет ни проблеска света, ученый твердым шагом шел по тоннелю. Взяв с пояса кисть для краски, заклинатель стал наносить на свои руки вязь символов-рун. Два идентичных круга силы на тыльную сторону ладони и конечно же на лицо. Нашептывая слова магического договора с тьмой и ощущая, как она наполняет его нутро, ученый провел кистью по лицу от лба по переносице, носу, губам и подбородку, далее по шее, оставив непрекращающуюся черную линию. Еще две под глазами и наискось к скулам от носа.       «Отрицание смерти» было завершено, когда до чуткого нюха заклинателя донесся запах крови. Чей-то голос смеялся и выкрикивал что-то, прерываемый лишь ударами хлыста. Неслышимый и не видимый, парень ступил в громадный подземный зал что оказался очень высокой цистерной, а стены его, о Великие Темные Боги, были увешаны все еще живыми телами прикованными цепями. С потолка свисали черные клетки, которые также не пустовали. Повернув голову налево, ученый почувствовал, как внутри него закипает сама тьма, от ярости и ненависти к тому смертному что длинным кожаным хлыстом избивал одного из пленников, окрашивая и без того ужасные стены кровью несчастного, которая слетала с хлыста обильными ручейками.       Даже сам не до конца осознавая, что именно он говорит, парень начал читать вызубренное заклинание из гримуара, прожигая пристальным ненавистным взглядом абсолютно черных глаз мучителя и медленно подходя, рисуя в воздухе печать.       - Framea, suscitare tenebrae! Surge a profundis ad universum! Comedet omnis creatura mortale. Libertatem et imperium filios vestros!       Последнее сорвавшееся с губ слово активировало заклинание, и танцевавшая вокруг парня тьма быстрым потоком понеслась к истошно вопившему мучителю и порвалась в его тело через все имеющиеся в теле отверстия, высасывая из него жизнь и кровь. Изничтожив мучителя, оставив лишь горсть молочно-белых костей, заклинатель устремил тьму увеличив ее количество в тысячекратном размере к пленникам, наполняя их силой и размыкая удерживающие их оковы.       Спустя час этой безумной ужасной спасительной вакханалии оковы пали и на пол грациозно и твердо приземлились удивительно прекрасные и смертельно опасные существа. Все они, не смотря на проведенные в заточении и пройденные мучения излучали некоторую уверенность и стать. Окружив ученого, они на мгновение замерли.       - Ты не вампир… - Отозвался один из девяти самых безобразных существ. Они были несколько выше остальных и они были лысы. Руки их длинны, а пальцы когтисты.       «Древние..» - Пронеслось с ужасом и восхищением в голове парня.       - Нет, не вампир. – Ответил парень, спустя мгновение добавив. - Я отрицаю и презираю свою сущность.       Уловив одобрительную вибрацию, краем глаза заклинатель заметил движение и выставил перед приближавшимся руку, останавливая его.       - Жизнь мне была дарована другим богом, и вечность я приму только в дар. – Сказал тихо и твердо парень, не поднимая глаз. – Или ваш бог меня примет или я умру.       Ощутимая волна уважения и самую малость восхищения коснулась сознания заклинателя. «Даже несмотря на многовековые мучения, принесённые моим народом они не потеряли былого достоинства.» - чувствуя, как глаза защипало от слез, вызванных ненавистью к своим собратьям, пронеслось в голове парня.       Не успев как следует совладать с чувствами, ученый почувствовал странный запах. Власть, сила и ярость – отголоски странных чувств-фантомов в этом запахе подгоняли заклинателя на пути к их источнику. Пройдя глубже в пещеру, сопровождаемый будто свитой, полуобнаженными освобожденными, парень наткнулся на еще одну пещеру, последнюю в подземелье. Зайдя в помещение, заклинатель почувствовал, как пространство вокруг буквально затрещало от сгустившейся внезапно тьмы из негативных чувств и эмоций что испытывали освобожденные. В пещере был еще один вампир.       Его длинные до лопаток черные волосы ниспадали на истерзанные сильные плечи. Лицо выражало лишь покорность и спокойствие. Шея, запястья и ноги были закованы в кандалы, а сам мужчина стоял на коленях, удерживаемый от падения цепями.       Подойдя к пленнику, заклинатель снял с пояса кисть и повторил надписи что были начертаны на себе самом на заключенном. Сознание парня диктовало ему что это единственный шанс освободить от этих магических оков. Закончив вязь символов и линий, парень убрал кисть и прошептав нужные слова, поцеловал вампира, едва коснувшись его губ.       - Fortitudo tua.       Спустя мгновение оковы с шипением расплавились, стекая с тела мужчины ручейками подобно воде, однако, ошейник остался на прежнем месте. Пленник встал, а за спиной заклинателя послышались удовлетворенные шепотки. Взяв безвольного вампира с мутными глазами за руку, парень потащил его на выход из пещеры.       - Он еще не свободен. – Коротко пояснил он свои действия.       Добравшись до поверхности, ученый не стал медлить, уводя пленника в сторону полуразрушенного алтаря. Зайдя под навес, парень увидел ритуальный стол, рядом со знакомой ему статуей. Приказав пленнику лечь на стол, заклинатель снова взялся за кисть вырисовывая на атлетическом теле вампира руны силы, сплетая их в магический узор. Закончив вязь, парень взял появившейся из камня кинжал со статуи и порезал себе ладонь. Закончив узор кровью и окрасив губы пленника в алый, учёный вонзил ритуальный нож носивший дивное название «акме» в грудь вампира, под испуганные вздохи за своей спиной.       Тьма объяла тело пленника и когда ошейник накалился до красна, парень резко вынул кинжал из груди, тем самым закончив ритуал. Ошейник разлетелся на тысячи кусочков, а освобожденный резко сел, смотря перед собой наконец осознанным взглядом кобальтовых глаз.       Полуразрушенная площадь наполнилась радостными криками и волна умиротворяющего счастья и радости коснулась сознания парня. Однако, дело еще не закончено, нужно снять наложенный благос с города. Светлая магия не давшая темным жить и превратившая их чужаков в собственной стране – от нее нужно избавится, иначе все старания были напрасны.       По предписанию Голоса, заклинатель должен был принести последнюю жертву.       - Пора вернуть вам ваши земли. Мне придется уйти. – Обратив свой взор на светлое капище на холме над городом, бесцветным голосом произнес парень. – Я либо погибну, либо вернусь уже вампиром.       Неспеша отравившись в сторону подступа к холму, ученый был окликнут недавно расколдованным вампиром.       - Парень! – Остановившись и взглянув через плечо на говорившего, заклинатель замер в немом вопросе. – Спасибо. - Ответив одной лишь улыбкой, ученый ушел.       Достигнув капища, парень снял с себя камзол, оставшись в одних лишь брюках. Начертав необходимые символы на своем худом теле и взяв акме, заклинатель замер, уставившись на ритуальный стол.       - Чего ты боишься?.. – Послышалось за спиной.       - Вечной пустоты полной непроглядной холодной тьмы. – Ответ прозвучал каким-то чужим голосом, сорвавшимся с уст парня.       Больше не раздумывая ни секунды, ученый лег на ритуальный стол и вонзил акме в свое сердце. Последнее что успел увидеть заклинатель, это сгустившиеся черные тучи на небе и столб будто живой тьмы вырвавшейся из его груди.       Закрыв глаза, казалось бы, в последний раз, парень открыл их тут же увидев лишь непроглядную тьму. Липкая и холодная, она была всюду. Будто слайм, она обволакивала пришельца. Прижав в испуганном жесте руки к груди, парень двинулся вперед, крутя головой по сторонам, в надежде увидеть хоть что-то в этой бездонной тьме.       Возле капища, там, в заброшенном ненадолго городе, вокруг некогда святого алтаря собрались девять древних, вздев руки к почерневшим небесам. На темном позабытом ныне языке они просили отца создателя о снисхождении для отважного смертного, освободившего их народ. Ответа не услышав или недожавшись, они закончили свою темную молитву и покинули капище в абсолютном молчании.       Побродив в междумирье по ощущениям несколько часов, заклинатель почувствовал чье-то присутствие.       - Почему зовущий тьму домом внезапно стал ее бояться?       Холодный всепоглощающий невыносимо сильный и сгибающий всякую волю голос прозвучал отовсюду. Замотав головой сильнее и ища глазами источник голоса, парень нервно сглотнул, но ответил спокойно.       - Моя тьма - это дом. Она теплая, родная. Она защитит и утешит лучше всяких объятий… - Сделав паузу, он продолжил. – А эта тьма холодная… Чужая…       - Мои дети просили за тебя… И я не могу им отказать… - Снова прозвучал этот укачивающий голос будто играя на невидимых струнах слабой смертной души. – Не ищи меня… Я всюду. Я и есть тьма. Я внутри тебя.       Замерев и расслабившись, парень перестал искать источник и просто уставился перед собой. На минуту воцарилось ставшее тревожным молчание. Вдруг теплая осязаемая длань легла на лик юноши, накрыв глаза и нежно касаясь кончиками пальцев лба. На момент заклинатель готов был проклясть сам себя за свои слова и голос его, будто обретя самостоятельность, медленно и блаженно стал выговаривать слова.       - Беру свои слова назад…       - На счет чего?       - На счет тьмы… - Легонько прижавшись к ладони, юноша продолжил, будто кожей ощущая, что хозяин длани улыбается. – Она безумно теплая… И родная...       - Ты будешь хотеть вернуться ко мне… - Мягко и приглушенно сказал голос после минутной паузы.       - А я вернусь?       - Как и всякое мое дитя…       В следующее мгновение мир вокруг завертелся, а в легкие ворвался холодный воздух он вновь первого вздоха. Капли дождя скользили по казавшимся хрупким телу, смывая когда-то бывшей смертной кровь. Кинжал валялся на земле, а небо все такое же тяжёлое и темное, смывало с проклятого вновь города остатки света и пыли.       Поднявшись с ритуального стола, парень ощутил объявшее его тепло и на мгновение прикрыл глаза, чувствуя слабый укол тоски по той теплой тьме, что он вновь обрел, казалось бы, вечность назад. Заклинатель-вампир отправился в город, думая по дороге о том, что он будет счастлив снова умереть, чтобы ощутить прикосновение своего истинного Темного Бога.