Часть 1

Знаешь, друг, хочу рассказать О тех временах, что тебе не видать. Когда ели росли выше утёсов, А песчаные дюны несли тонны наносов. В седый те дни, что минули давно, Случилось та явь. А быть может кино... Бродил по лесам, таясь в тени елей От рода людского и от метелей, Изгнанник, что бросил мирское, забыв речь людей. И было так долго. Тысячи дней. Он в облике зверя в дикой глуши Год за годом прожил. Там, где нет ни души. Но лавиной нарушен был хмурый покой Уставшей души, не знавшей жизни иной. Острый нюх уловил в мгле зимней ночи... Узнала кого? Тогда промолчи. Нежный запах цветов зверя сквозь сумрак вел, Когда волк на погибших в катастрофе набрел. Но запах цветочный о жизни молил, И бросился зверь навстречу из сил. Живая... Одна уцелела в чащобе. Лежит подо льдом она в новом сугробе. Волк спас. Он сумел, вынес деву из льда, Что в жизнь ворвалась, всполошив навсегда. Ухаживал долго. Лечил и кормил, Но сам же внутри свою честь он корил, Ведь нет и поныне веры роду людскому. Но увы, Волк не мог поступить по иному. Весна же крепчала, сил набираясь. А у зверя в душе только злость бесновалась: "К чему он вступился? Зачем её спас?! Ведь не видел от людей добра он ни раз!" Очнулась Весна, но боится его. И щемит, в груди тяжело оттого. Как изнеженой девке зверя понять? Что не может Весне он вреда причинять? А за окнами вьюга устало мела Красит землю, природу, все до бела. Сколько раз её спас? Сколько раз рисковал? А в душе он картины своей рисовал. Только разве быть вместе, скажи, им дано? Она дева людская, он в волчьей шкуре давно... Нет, придёт время, отпустит домой. Только чтоб подлечилась. Не вести ведь хромой. Вновь пора на охоту. Вновь дорога несёт. Но кто в этом лесу её где-то зовёт? Грянул выстрел, и боль в тот же миг обожгла. "Невозможно всё это... Как ты могла?" Над лесом вьюга резвилась, ветвями играясь, И далекий гул разлетался, ото всех отличаясь. Что в небо взмывает? Что уносит её? И грудь разрывает, вздымаясь, вытье. "Предала! Обманула! Но как же могла?!" А день уж угас. Вместе с тем входит мгла. Бок ноет, болит, и рана страшна, Но не это заботит, а только Весна. Злость разрывает. Ярость в жилах кипит. Волк в старом доме мебель крушит. "Нет, так лучше. Хорошо, что ушла. Волком быть проще... Такие дела." Месяц минул. Может больше... Как знать? Только исчезла волчья вся стать. Но ветер нежданно принёс запах цветов, Вырвав скитальца из мира волков. "Зачем пришла? Чтобы добить?! В прошлый раз сил ей могло не хватить?". Видит её он. В душе злость и тоска. Близко слишком. Расстоянье прыжка. Но как навредить ей? Предала она хоть. Не мог он чувств к ней в душе побороть. Просит прощенья и жмется к груди. Быть может хороший финал их ждёт впереди? Но как же прекрасна, как она хороша! От ласк веселится, поёт волчья душа. "И всё же не быть нам вместе вдвоём" - Думает Волк и горюет о том. Надо лишь оттолкнуть, растоптать эту связь, Чтобы где было счастье, осталась лишь грязь. Как задумано сделал. Сбежала Весна... А волчья душа уж испита до дна. И снова метели, и снова буран... Но Волку нет дела. Он измучен от ран. Телесно он в норме, вот только душа... Былых дней не вернуть в себе боль лишь глуша. И снова тянулись дни один за другим, Когда впереди узрел селения дым. С чего он решил, что не сможет в неволе? Предпочел бы у ног её спать нынешней доле. Телом окрепнув, воспрянув душой, Он рвался к дивчине любимой, родной, Бархат кожи которой пахнет цветами За камнем дорог, за большими домами. Как все сложилось? Не отвечу тебе, Книгу отложив поближе к свече. Время покажет, сколь труден был путь, Чтобы в волчьи объятья любовь вновь вернуть...