rayon de soleil

Полуденное солнце прокрадывалось в комнату, скользя лучами по теплому дощатому полу. Ветер помогал шаловливым лучам, играясь с лёгкими прозрачными занавесками и пуская больше света в комнату Наннерль. Девочка сидела на постели с книгой. Тонкая, с красивыми картинками, в твёрдом светлом переплёте и вкусно пахнущими страницами. Наннерль подолгу рассматривала изящные линии рисунков, обводя их пальчиками. А вот Вольферля больше интересовали красивые завитки букв, особенно тщательно мальчик разглядывал заглавные. - Что это? - Это "U", - Наннерль мельком взглянула на начало страницы. - А там? - Вольферль нагнулся, почти утыкаясь носом в книгу, и приподнял уголок листа. - Не мешай, - сестра скинула его пальчики и слегка хлопнула по книге. Мальчик насупился и отвернулся к окну. Солнечный луч побежал к нему и прыгнул на порозовевшие щеки. Вольферль попытался схватить его и хлопнул маленькими ладошками по носу. Лучик увернулся и побежал к двери, мальчик следом спрыгнул с покрывала. Когда дверь скрипнула, и маленькая фигурка почти скрылась за ней, Наннерль подняла голову. - Что ты делаешь? Вернись обратно! - Но там солнышко! - Какой же ты смешной, - сестра покачала головой и снова опустила взгляд в книгу. Вольферль остался у двери. Лучик исчез, но вместо него появилось что-то другое. Откуда-то из глубины квартиры послышались звуки. Такие красивые, лёгкие, похожие на тот самый лучик. Вот их стало больше, и они все запрыгали, скользя по стенам и переливаясь золотом. Вольферль закрыл глаза, запоминая новые звуки. И вдруг музыка затихла, как будто солнышко закрыли облака. Вольферль испугался, что лучики исчезли. Но их же было так много, что-то должно остаться, и мальчик сорвался с места, быстро перебирая маленькими ножками. В музыкальной комнате было пусто. Мальчик замер на пороге - Папа не разрешал быть здесь одному, но Вольферлю очень хотелось найти золотые лучики, и он подошёл к клавесину. Клавиши слегка переливались, и мальчик потянулся к ним, помня, как Папа быстро нажимал на них, извлекая прекрасные звуки. Мальчик нажал одну с краю, потом ещё одну, через одну от прошлой. Звуки не подходили друг к другу. Он нажал ещё одну и звук подошёл. Скромный тоненький луч шагнул на стол. Худенькое личико озарила широкая улыбка. Вольферль нажал ещё две, ближе к середине. Не подходят. Ещё одна. Нет, не та. Соседняя. Ещё один лучик прыгнул на гладкую стену. - Да! - звонкий голосок звенит колокольчиком в небольшой комнате. С каждой клавишей маленькие пальчики двигаются все уверенней, и ножки едва успевают за ними, перебегая от одного конца к инструмента к другому. Мальчик не замечает ничего, полностью погрузившись в черно-белый мир клавиш. Вдруг он взлетает в воздух, и его крепко прижимают к теплой ткани. Совсем рядом Папино лицо, он сияет широкой и очень счастливой улыбкой, и Вольферль улыбается в ответ. - Мой дорогой, - Папа слегка подкидывает его и усаживает в объятьях поудобнее. - Анна, ты представляешь, он уже подбирает терции, - Мама кивает и ласково целует мальчика в лоб. - А ведь ему едва исполнилось три, - Папа тоже целует Вольферля, и мальчик укладывает голову на шершавое плечо. Папа тихо смеётся, и его широкая ладонь тепло касается светлых пушистых волос. Лучик вернулся, и Вольферль снова попытался поймать его, схватив пальчиками папин нос.