7. Игра на выживание

— Ты видел? — Что? — Съёмки перенесли на полтора часа. Вот, сообщение — Пиздец, для чего тогда попросили пораньше приехать?! Мороз всё больше укрывал руки холодом, а стоять здесь дольше становилось практически невозможно. — Олег, а поехали ко мне, — эта её многозначная улыбка любит поиграть с ним. Медиум согласился, других возможных вариантов, как провести это время, у него не оставалось. Только вопрос: а чего же она хочет? Олег всегда выглядел холодным, принципиальным, в каком-то смысле даже недосягаемым. Многое учился прятать в себе, бороться со своими же эмоциями и искушениями. Ира же разрушала всё это выстроенное годами мировоззрение, изменила его так, как ей этого хочется. И Олег ничего не может с этим сделать, да и поздно. Ему не нравится ощущение чьего-либо влияния на себе, это его роль. А когда бороться с этим становится бессмысленно — ещё хуже. Игры с этой ведьмой изначально были опасны и очень рискованны. А риск — это про Олега. Вызов для самого себя. Игнатенко достаёт откуда-то из своей сумки красную, как её алые губы, упаковку Vogue, поджигает тонкую сигарету, втягивает терпкий дым. Глаза закрывает от удовольствия, а Олег только морщится. Курить он пробовал, но любой табачный дым всегда вызывал отвращение. Даже когда в перерывах между съёмками стоял рядом с Ирой, еле сдерживал кашель. Этакий «хороший мальчик», не курит, не пьёт, правильный весь такой. Вообще не её тип. — Олег, ты чего? Не куришь что ли? — Нет. И тебе не советую, выброси это — Зачем? — снова подшучивает риторическими вопросами, утрированно выдыхая дым — Ты убиваешь свой организм, это я тебя должен спросить, зачем? А мне проще задохнуться, чем дышать этой хуйней. — Знаешь, никотин ещё никого не убивал. Убивают люди.

***

Квартира Иры ничем не примечательна, хотя бы потому, что съёмная, на время Битвы. У неё не было желания обустраивать всё под себя. Светлая берлога с привкусом ада — что чувствовалось, находясь здесь. Комнаты симпатичные, но в каждом углу всё равно по какой-то ведьминской штучке есть. — Прикольно, — отзывается Шепс, рассматривая глазами комнаты. Вдруг Олег заметил фото ребёнка в рамочке. Ирины глаза. У неё, кажется, был сын. — Это кто? — Мой сын. Я очень скучаю по нему. — длинным ногтем по стеклу проводит, как бы касаясь его щеки. — Очень на тебя похож. Как его зовут? — Артём. Ира быстро перевела тему на что-то другое. А Олег на чужую территорию не заходит, понял. Сидят за столом на кухне, но здесь особо тоже ничем не займёшься. — Не хочешь поиграть там... в «Правду или действие»? — Уверен, что хочешь играть со мной? — Поверь, я лучший в этой игре, — что-то интересное намечается. Сначала задания были легкими, даже детскими. Наподобие достать языком до носа. Но долго, правда, они на этом задерживаться не стали. — Правда или действие, Ир? — Действие — У тебя есть текила? — Ну есть — Слабо выпить? — не переборщил? нет — Ты хочешь, чтобы я опустошила целую бутылку текилы? — Да, а что? Так сложно? Я думал ты... — Мне несложно, а что мне сказать, когда я припрусь пьяная в гот. зал? Извините, Шепс-младший меня немного напоил, — звучит и правда смешно, но его не смутило. — Окей, выпей, сколько сможешь за две минуты, на скорость. — Ладно, но если я это сделаю, ты повторишь! — Валяй Через мгновение трети уже не осталось, а головная боль и тошнота были обеспечены на оставшийся вечер. Желала ему отомстить, а вот Олег уже сомневался, стоило ли давать такое задание. — Ты могла бы и не выполнять, — звучит как очередной вызов. Говорит одно, а думает не то, провоцирует. Это её слабое место, хотя, казалось бы, у Игнатенко их нет. Или так кажется? Пяти минут не хватило, чтобы немного прийти в себя, но Ира всё же продолжила, несмотря на то, что губами шевелить было довольно сложно и просто хотелось свалиться на пол. — Действие выберешь? — Давай — Поцелуй меня, — глазами полуоткрытыми улыбается. Словно лиса, готовит свой коварный план. Но, нет. Всего лишь действие алкоголя. Олегу это будто не чуждо слышать, никакого удивления или других эмоций. Лишь приподнятый уголок губы и сложенные накрест руки. — Ты хочешь этого? — А что? Боишься? Я ведь кусаюсь — Ты можешь кого угодно испугать, но не меня. — Слишком самоуверенно, мальчик. После этих слов его губы внезапно вцепились в её, так резко и страстно. Она ненавидела его в своих мыслях. Но так обожала на своих губах. Убить готова, невозможно! Ею кто-то завладел. Вновь попалась на уловку влечения! Грёбанный Шепс. Этот поцелуй, от которого Ирины губы пылали, слишком затянулся. А Олег сам себя не мог остановить, идиот. В его щеку летит ладонь ведьмы. Он отошел от неё, вопросов не задаёт. А потом: — Ты так кайфово целуешься, — и смеётся громко, бестия — Прости

***

Сидят оба у открытой форточки. На город уже ночь опускается — плевать. Бутылка текилы почти пуста. Олег, как обещал, выпил столько же. Курят. Тоже оба теперь. И табачный дым даже не вызывает отвращения. Своя романтика. Впал в зависимость от никотина, точно как в зависимость от Иры...

***

Съёмки начались в 9 часов вечера из-за этих двоих. Съёмочная команда и сами участники были в ярости. От Иры уже пахло не алкоголем, а её любимым парфюмом. Красной помады на губах больше нет, только матовый нюд. [Олег постарался] С каждой секундой всё сложнее было там стоять. Им обоим. Ведь именно этот день был последним у Иры в этом проекте.