Глава 9. Снежки и паучки

— Змея! — воскликнул Гарри, хлопая ладонями по столу и пугая друзей, сидящих в гостиной Гриффиндора. Рон вздрогнул, и на его сочинении появилась лишняя кривая линия. Гермиона читала книгу, а потому она просто вздрогнула и гневно, но с любопытством посмотрела на нарушителя покоя. — Во-первых, мы еще не отошли от змеи в Большом Зале, может, хватит пока? Да, кстати, Дамблдор сказал что-то насчет этого? — Он сказал, что парселтангу может научиться любой, но встречаются случаи, когда им владеют с рождения. Да, такое случается чаще среди черных магов, но он так же сказал, что мага определяет не его сила, а поступки, которые он ей совершает. — Мудро. — Он предположил, что Волан-де-Морт мог передать мне часть своих сил в ту ночь. И поэтому я могу говорить со змеями. — Хорошо. А во-вторых, что значит «змея»? — продолжила Гермиона. — Да-да, так вот. Этот Ужас из Тайной Комнаты могу слышать только я, верно? Его друзья кивнули. — И со змеями могу говорить только я, понимаете?! Гермиона, судя по взгляду, начала что-то понимать, Рон… Ну, тоже. — Так вот, скорее всего, это чудище змеиного происхождения. Это так же объясняет еще несколько пунктов. На гербе Слизерина — змея, хотя может это просто потому что Салазар был змееустом, но тем не менее, это связано. И еще, мы не видели источника звука, он будто перемещался внутри стен. Трубы! Канализация, понимаете?! Все это Гарри вылил на друзей с бешеной скоростью, и если Гермиона более-менее успевала усваивать большую часть, Рон некоторое время еще сидел и размышлял. — Черт, в этом есть смысл! — воскликнул он. — Гарри, ты просто гений! — Вот только что нам это дает? — спросила Гермиона. — Ну, мы можем узнать конкретно что это за чудесо такое. Оно змееподобно и может заставлять людей цепенеть. Скорее всего. — Слушай, а может тебе попробовать с ним поговорить? — Я не знаю. Я его давно не слышал. Может, тот, кто его выпустил и управляет им, стал более осторожен. И потом, я не уверен до конца. Я должен услышать его еще раз и понять, что это точно парселтанг. В общем, расследование продвигалось медленно, но верно.

***

Пару дней спустя друзья сидели в Большом Зале и играли в волшебные шахматы. Гарри уже играл почти так же хорошо, как и Рон, и теперь они вместе пытались натаскать Гермиону. Не то что бы они боялись наткнуться на еще одну головоломку по типу той, с первого курса, скорее просто от нечего делать. В данный момент Гермиона досадно и слегка азартно цокала из-за взятого слона. Она, кстати упорно продолжала называть все фигуры их «неправильными» именами, чем раздражала Рона. Гарри же тем временем размышлял о всяком, смотря на живописную пургу за окном. Когда ученики в школе узнали про то, что Гарри — змееуст, они поначалу были напуганы, разумеется. Все-таки, уже почти все знали: наследник Слизерина, все дела. Больше всего боялся Джастин Флинч-Флетчли, тот пуффендуец, с которым они пересеклись в библиотеке. Он как-то обмолвился в разговоре, что тоже рожден в магловской семье, и, видимо, считал, что Гарри должен непременно нацелиться на него. Однако слухи достаточно быстро сошли на нет, ибо друзья цитировали всем Дамблдора, и те затихали. Осадок, однако же, остался. Это очень сильно раздражало. Внезапно их свободное времяпрепровождение было прервано воем: — Нападение! Опять нападение! Спасайтесь, люди и духи! Спасайтесь, кто может!

***

Мда, ученики Хогвартса действительно были напуганы. После двойного нападения на Джастина и сэра Николаса все стали еще более беспокойны и недоверчивы. Что самое неприятное, все не объединялись, не становились более сплоченными. Скорее наоборот: отдалялись друг от друга, косо смотрели на товарищей, порой даже ссорились. Буквально вчера к Гарри в коридоре подошел Эрни МакМиллан, друг Джастина, и заявил: — Чтобы ты знал, я ч-чистокровный маг в одиннадцатом поколении. Гарри вздохнул. — Поздравляю. Почему меня должно это интересовать? — Просто так. — Я не наследник Слизерина. — Я не могу знать наверняка. — Тогда почему ты не можешь быть наследником? Вокруг них начали собираться зеваки, гриффиндорцы и пуффендуйцы. — Я не говорю со змеями. — Я очень за тебя рад. Я тоже не очень сильно горел желанием. — Хочешь сказать, ты не знал, что ты — змееуст? — Нет, не знал. И эту способность я случайно получил от Волан-де-Морта, когда тот попытался меня убить. Эрни усмехнулся. — Если этого тебе недостаточно, вспомни, что моя лучшая подруга, — Гермиона — маглорожденная, — он смотрел прямо в глаза Эрни. — Я говорил это много раз, но скажу еще: мне плевать на чистоту крови, расовую принадлежность или количество денег у человека. Те, кто возвышают себя над другими, основываясь на этих факторах, мне противны, — Драко стоял неподалеку, прислонившись к стене, и внимательно слушал, как и еще человек пятнадцать. — Конечно, мои слова ничего не значат, делом я их подкрепить не могу. Так что ты не можешь знать наверняка. Но люди, которые здесь учатся, дороги мне. И я не остановлюсь ни перед чем, чтобы помочь им так, как только смогу. После этих слов Гарри развернулся и с каменным лицом пошел в гостиную. Что самое поганое, он действительно не могу ничего сделать. Как максимум — перерыть библиотеку в поисках подходящего по описанию существа, чем они с Гермионой уже занялись. Он не мог найти эту змею, не мог отследить, не мог узнать о следующем нападении или предотвратить его. И это бессилие сильно давило и обескураживало. Но все это оставалось позади, ведь близились рождественские каникулы. Рона с Гермионой в этом году не ждали на праздники, а потому Гарри пригласил их вместе с ним, согласовав это с Андайн и Альфис. Друзья были вовсе не против, все равно в Хогвартсе они не могли многого сделать, да и большая часть людей уезжала. Гарри предложил взять и Джинни с ними, но она почему-то достаточно резко отказалась. Парень списал это на смущение.

***

Дом. В этом слове для Гарри Поттера многое заложено. Спарринги с Андайн, аниме-вечера с Альфис, аромат спагетти Папируса и пирога Ториэль, бесконечные каламбуры Санса и чай Азгора, рассказы Азриэля и игры с ним. Как сказал кто-то гениальный, «Ты всегда можешь вернуться Домой»*. Вроде простая фраза, без особого смысла, но почему-то трогает. На этих каникулах все, как обычно, собрались в Литл Вингдингсе для празднования. И все проблемы на короткое время остались в Хогвартсе. Не было наследников Слизерина и змееустов, не было окаменевших детей, мертвых петухов и кровавых надписей на стенах. Только Дом. Ну, разумеется, в какой-то момент они рассказали обо всем, что там происходило. После их повествования ненадолго воцарилась тишина. — Батюшки, Хогвартс — действительно необычное место, а? — неловко сказал Азгор. Пусть попытка была достаточно слабой, но, тем не менее, это разрядило обстановку. Все как-то слегка выдохнули и посмеялись. — Да, это точно, — протянула Андайн. — Что ж, мелкий, ты все ещё возвращаешься туда? — Конечно! — без заминки ответил Гарри. — Там мои друзья и просто невинные люди. Я должен хотя бы попытаться помочь, даже если это не в моих силах. Монстры улыбнулись с гордостью, а ярче всех сияла Андайн. Она утвердительно кивнула головой. — Ну ладно, судя по твоему тону, настроен ты решительно, так что я просто попрошу тебя быть осторожнее, — она взглянула на него серьезно. Гарри кивнул с ободряющей улыбкой, и Андайн снова улыбнулась. Она притянула пацана к себе, зажав его шею между плечом и предплечьем, и сильно взъерошила ему волосы костяшками пальцев: — Вот это настрой, фу-ху-ху! Гарри захохотал и начал бить ладонью по ее руке: — Ха-ха-ха, отпусти! Постепенно это переросло в шуточную борьбу под смех и подбадривания остальных. Гарри никогда никому не говорил, но ему безумно нравились такие моменты. (Все и так это прекрасно видели.) Какое-то время обсуждали Локонса под защищающие аргументы Гермионы и раздраженные вздохи Гарри. В принципе, та же самая шарманка. — Он совершил множество невероятных подвигов! — восклицала Гермиона. — Мы не видели ни одного из них, а на практике он — бездарность, — возражал Рон. — Он не смог даже один прием палочкой показать. Только выпендривается, аки павлин. — Это просто его образ. Гарри встрял с тяжелым вздохом: — Гермиона, он — всего лишь тщеславный нарцисс, все, что у него есть — это красивое лицо и блистательная улыбка. Как маг и учитель, он — бездарность, и тебе пора бы уже это признать. — Да он так просто маскируется! Невозможно все эти подвиги просто взять и придумать. Гарри снова возвел глаза к потолку. Остальные монстры, не скрываясь, хихикали, а Анадйн вовсю хохотала. Уж она-то знала, о ком идет речь. Этот спор снова зашел в тупик, и они решили сменить тему. В какой-то момент приехали Меттатон с Напстаблуком. Они не придерживались их традиции, все-таки, они — звезды, их график не всегда можно было скорректировать, но тем не менее, их всегда здесь ждали с распростертыми объятими. — Гарри! — разумеется, первым делом робот подошел к Гарри, они виделись гораздо реже, опять же, отпуска Меттатона не всегда выпадали на каникулы. Робот подошел к нему и обвил своими длинными сегментированными руками. — О, дорогуша, я так соскучился! — Ха-ха-ха, привет, Метта! Я тоже рад тебя видеть, — с улыбкой ответил Гарри, дружески хлопая робота по спине. — Приветик, Блуки! — с широкой улыбкой помахал он призраку. Он бы и того обнял, но Напстаблук слегка нематериален. — привет, Гарри… — призрак тоже радостно улыбнулся в ответ, что являлось величайшей ред-костью. (Стоп, это не диалог) — Знакомьтесь, мои друзья: Гермиона и Рон. Меттатон взглянул на слегка ошарашенных детей и тут же подскочил к девушке. — Мисс Грейнджер, наслышан! — он галантно поклонился и поцеловал ее ручку. Та, разумеется, незамедлительно покраснела. — Мистер Уизли, рад наконец-то с Вами познакомиться, — он начал трясти руку Рона. — Гарри так много рассказывал о вас двоих, дорогуши, я просто изнемогал, ожидая встречи с вами. Смотря на смущенных и дезориентированных друзей, Гарри сначала хихикал в ладонь, а потом уже начал смеяться вместе с некоторыми из монстров. О да, голос Меттатона, манера его общения и некоторые жесты нагнали на Рона с Гермионой густую краску. Повезло, что он не начал ногами размахивать, те бы тогда в обморок упали, не меньше. — Успокойтесь ради небес, МТТ со всеми себя так ведет, — Гарри положил руки на плечи друзей. — Ну, обычно чуть менее так, — добавил он, покосившись на звезду с хитрой ухмылкой. Меттатон картинно возмутился, приложил ладонь к груди. — Дорогуша! Сенсоры мои не видали такой наглости! Я искренен, как никогда ранее, — он продолжал ломать комедию с элементами драмы, веселя друзей. — тебя не закоротило, искрометный ты наш? — вставил Санс. Все потихоньку успокоились и продолжили празднование. Гарри между делом рассказал о Меттатоне и Напстаблуке друзьям, оставляя у них приятные впечатления. — Погоди, так он — робот? В смысле, целиком? — спросил Рон. — Душа у него своя, не искусственная. Раньше Метта был призраком, кузеном Блуки. А потом Альфис сделала ему роботизированное тело. — Альфис? Сделала его целиком? — удивилась Гермиона. Она снова взглянула на робота, который дружелюбно болтал с Азгором и Папирусом, кажется об обуви или еще о чем-то. Затем перевела взгляд на саму Альфис, которая слышала их разговор и подмигнула в ответ на немой вопрос. — О-о-о, ты не видела и десятой части. Он — идеальное сочетание человеческих технологий и магии монстров. Одно из лучших ее творений. И, конечно же, Меттатон не пропустил мимо ушных микрофонов комплимента в его адрес. Он подошел к Гарри сзади, положил руки на плечи и максимально… Гм, интригующим голосом (ну, он так с половиной народу говорил) протянул: — Дорогу-у-уша, я не знал, что ты можешь говорить такие приятные слова. — Это факты, Метт, — ни капли не смутившись, ответил парень. Он привык к манере общения робота. Легонько усмехнувшись и взъерошив ему волосы, Меттатон вернулся к собеседникам. На следующий день они все с утра пораньше вывалили на улицу ради хорошей такой снежной битвы. В этом году сугробы, по счастью, были по колено. А за городом было большое заснеженное поле, где им можно было развернуться. Гарри, Рон и Гермиона объединились со скеле-братьями и Азриэлем и пошли против Андайн, Альфис, Ториэль с Азгором и Меттатона. Напстаблук просто не мог играть — снежки пролетали сквозь него. Да он не то что бы и хотел. Он подлетел повыше и поставил активную музыку на своем призрачном проигрывателе. А дальше началась феерия. Дело в том, что монстры вовсе не брезговали использовать свои способности во время игры. И потому снежная битва очень и очень походила на реальное сражение. Поначалу все просто беспорядочно кидались в противников снегом и смеялись. Затем в друзьях проснулся азарт, и они разделились на несколько сражающихся групп.

***

Азгор случайно оказался напротив Санса и, усмехнувшись начал кидать в скелета большие снежки. Комик сначала даже не телепортировался, просто отходил в сторону. Затем он неожиданно замер на месте и прикрыл глаза. Король Монстров непонимающе поднял бровь. Санс открыл правый глаз, в котором зажёгся синий огонь, и из снега поднялся целый ряд неаккуратных кучек снега, охваченных голубым сиянием, которые одновременно рванули к Азгору. Он гулко засмеялся и закрылся плащом, что не сильно помогло. А потому Дримурр на скорую руку соорудил защитную стену. Огонь прекратился, и Азгор выглянул из своего укрытия. Санс мирно сидел там на кучке снега и… Потягивал кетчуп. — Хей! — с улыбкой возмутился он. — хей, — ответил Санс и запустил в него ещё одним снежком. Дальнейшие попытки вылазки пресекались так же. Пока Азгор думал, что делать, к нему сбоку подскочила Альфис. В руках у нее был какой-то аппарат, напоминающий пушку, и она как раз прилаживала трубу для подачи снега. Закончив с этим, учёный передёрнула затвор и взглянула на друга. — все кончено, Азгор! я на возвышенности! Альфис кивнула Азгору и, получив ответный кивок, швырнула ему снегоподатчик и запрыгнула на баррикаду: — Ты недооцениваешь нашу силу! Глазницы Санса расширились. — черт. В следующую секунду он уже со смехом убегал, иногда телепортируясь и отстреливаясь снегом, что не приносило особой пользы. Через некоторое время его энергия иссякла, и он, погруженный в снег и хохочущий, поднял руку вверх. Такой жест означал, что он выбывал из игры и уходил в сторону. Азгор и Альфис отдали друг другу «пять» и пошли искать следующего противника.

***

Андайн взялась за Папируса. Пусть она и хорошо натренировала скелета, преимущество все ещё было за ней. Как ей казалось. — Фу-ху-ху, думаешь, справишься со мной?! — крикнула она. Папирус лишь улыбнулся в ответ. Не тут-то было. С помощью костей и синей магии скелет в прямом смысле посылал на нее волны снега. Той же синей магией он бросал просто мириады снежков, от которых воительница едва успевала уклоняться. Мало того, этот засранец ещё стал прыток, как бес. Он не замирал ни на секунду, не оставляя воительнице ни малейшего шанса взять контроль над его душой и применить зелёную магию. Так скелет постепенно подбирался все ближе и ближе, пока не оказался совсем рядом с Андайн, чтобы ее… Обнять? Воительница не успела опомниться, как ее друг достаточно резко прильнул к ней, чуть не сбивая с ног и сжимая в крепких и искренних объятиях. И не смотря на всю его костлявость, это было очень тепло и приятно, как и всегда. Андайн усмехнулась и инстинктивно обняла того в ответ. — Хе-хех-хех, Папирус, ты как всегда! Мы тут не в обнимашки играем! — Я ЗНАЮ! — весело ответил он. — Чт… В следующую секунду скелет, схватившись поудобнее, просто перекинул воительницу через себя, прямо в мягкий сугроб позади. — НЬЕ-ХЕ-ХЕ-ХЕ-ХЕ-ХЕ! После он продолжил закидывать ту снегом, пока та, хохоча, не подняла руку вверх. — Ладно, ладно, это раунд за тобой, фу-ху-ху! Круто сработано, Папс, я честно не ожидала! — НЬЕ-ХЕ-ХЕ, СПАСИБО! — Иди, порви их там! Скелет шутливо отдал честь и помчался помогать оставшимся напарникам. — Черт, этот прогиб был хорош!

***

Рон с Гермионой каким-то образом оказались напротив Ториэль. «Вряд ли она будет сильно сражаться», — подумал Рон. — «Магию-то огненную она не применит». Ох, как он ошибался. Да, Ториэль не применяла огненную магию, но на снежном поле в ней проснулся неподдельный азарт. И пользуясь преимуществом в размере и силе, (все-таки, она монстр-босс), а так же не пойми откуда взявшейся ловкостью, она достаточно легко уклонялась от снежков Рона и Гермионы. Каждый раз, когда Рон пытался повалить ее с ног, он сам оказывался в сугробе. А Гермиона не была сильно хороша в меткости и снежках, но помогала, чем могла. Все это действие безусловно сопровождалось заливистым смехом всех троих. Первоначальная неловкость со стороны ребят абсолютно пропала, что не могло не радовать Тори. В какой-то момент, когда ей надоело бесплодно уклоняться, она посмотрела на Гермиону и с ухмылкой сказала что-то вроде: — Дитя мое, я всегда могу видеть слабости людей. Затем она поразительно быстро оказалась рядом с непонимающей Гермионой и начала ее щекотать. — Нет! Ха-ха-ха-ха, нет! Прекратите, пожа-ха-ха-халуйста! Рон просто стоял в стороне и умирал со смеху, наблюдая за этой сценой. — Сдайся, Гермиона! Сдавайся, дитя! — ничуть не меньше веселилась Ториэль. — Никогда-ха-ха-ха! — Гермиона не попала бы на Гриффиндор, если бы сдавалась просто так. — А-а-а-а, прошу, хватит! — но это ей не сильно помогло. Еще через пару секунд этой пытки она все же подняла руку вверх. — Так-то лучше, — удовлетворенно заметила Ториэль. Тут в нее сбоку влетел Рон, намереваясь сбить с ног. Он сделал примерно ничего, женщина даже не покачнулась, а для него это было как врезаться в облачко. Ториэль улыбнулась и подняла парня над собой. — Тебе следует с-знать, когда остановиться, хи-хи-хи! («s-know when to stop», «know» произносится как «no», если добавить в начале «s», будет «s-no», «snow», снег.) С этим победным каламбуром она запустила Рона в ближайший сугроб, где тот поднял руку, выдохшись. Гермиона, уже отдышавшись, подошла сбоку, похлопывая. — Я не ожидала, миссис Дримурр. — Хи-хи, спасибо, дитя мое. С вами было ледно сражаться. («ice to fight you», «ice» созвучно с «nice» — приятно.) Она ещё раз тепло улыбнулась и, потирая руки, пошла помогать мужу.

***

Гарри и Азриэль вдвоем напали на Меттатона. — О-о-о-о-о, да-а-а! Станцуйте со мной дорогуши! Напстаблук сверху тут же поставил Death by Glamour, а из-за спины Меттатона вылетели маленькие боты. Они снизились и взяли в руки по кучке снега. В прочем, ни принц, ни Поттер не были напуганы. Да, большое количество ботов выглядело устрашающе, но они уже давно просекли тактику в битве с роботом. Все, что требовалось — это поймать темп музыки, начать танцевать, слиться с мелодией, пропустить ее через себя и выплеснуть в движении. А потому эта часть поля действительно стала походить на танцпол на краткий промежуток времени. Вместе с танцем друзья выбивали ботов снежками, мини-копьями и звездочками. Через какое-то время простой, пусть и зажигательный танец им надоел, и Гарри взглянул на Азриэля, а тот кивнул в ответ. Меттатон почти не уставал, а потому, согласно правилам, он автоматически выбывал, когда падал на землю. Как он еще не упал на своих четырехдюймовых каблуках — загадка. (Примерно 10 см.) Гарри запрыгнул на скрещенные руки друга, и Азриэль подбросил его вверх. Не то что бы высоко, но тем не менее. Меттатон полностью отвлекся на Гарри, который не слишком элегантно плюхнулся прямо в сугроб, и как раз в этот момент Аззи запустил ему в лицу большую кучу снега, залепляя камеры в глазах. Гарри быстро поднялся на ноги и, материализовав копье, оказался за роботом, ставя тому подножку. Азриэль живо приблизился к Меттатону, который как раз убрал снег с лица, и толкнул того, заставляя плюхнуться в снег. — Ха-ха-ха! Прекрасный отвлекающий маневр! — он поднялся и изящно отряхнулся. — Что же, спасибо за танец! — робот поклонился и удалился с поля, наблюдая за Альфис, расстреливающей Санса. Гарри и Азриэль стукнулись кулаками и пошли к финальному сражению.

***

После первого «раунда» схваток на поле остались Папирус, Гарри и Азриэль против Ториэль с Азгором и Альфис со своей снежной пушкой. И по итогу победила первая команда, все-таки, они были более ловкими и быстрыми. В прочем, никто не остался недоволен, все отменно повеселились, как и всегда, а Рон с Гермионой оказались остались очень довольны тем, что смогли принять участие в таком забавном и теплом (несмотря на большое количество снега) ритуале. Ну, а после все друзья дружно отрубились под теплое какао с зефирками и звуки какого-то аниме, предложенного Альфис и радушно и единогласно принятого всеми.

***

Через пару дней Гарри решил сводить друзей в кафе Гриллби и Маффет под названием «Baked Grill». Да, название предложил Санс, только чтобы помучать бедных людей очередным выносящим мозг оксюмороном. Друзьям он просто сказал, что они идут поесть, а потому Рон не выглядел обеспокоенным. В заведении царила спокойная атмосфера. (Я чувствую, там должна играть песня «The 53rd Card» от Ace Waters — ремикс Hip Shop. Или что-то подобное.) Светил не сильно яркий свет, стояла относительная тишина, нарушенная только звоном дверного колокольчика, когда они вошли. На посетителей обернулась официантка. — Гарри! На парня кинулись и обняли шестью руками. — Привет, Маффи! — А-ху-ху, дорогуша, давно же ты не заходил~. Надо полагать, это твои друзья? Рон с Гермионой? — Они самые, — с улыбкой ответил он. — Рон, Гермиона, это Маффет, управляющий «Запеченного Гриля» и предводитель пауков. — А-ху-ху, ты мне льстишь, милый~. Здесь всем заправляет Гриллби. Гарри взглянул в сторону стойки и приветливо кивнул огненному. Тот ответил таким же жестом, продолжив натирать до блеска стакан. Гермиона пожала руку… Одну из рук Маффет. — Здравствуйте, очень приятно. Гарри рассказывал о Вас. Общаться с девушкой-пауком было завораживающе. Одной из шести своих изящных рук она здоровалась с Гермионой, другими двумя держала по подносу, один с чайником и один с несколькими забавно выглядящими десертами. Еще в паре рук были блокнот и ручка, которыми она не прекращала что-то писать. Последней рукой она периодически ловила паучков, сползающих с потолка на тончайших нитях, и подносила к уху, видимо, чтобы принять очередной заказ, потому что Гермиона могла видеть, как посетители будто говорят с пустотой, смотря на столики. — А-ху-ху, милочка, Гарри о вас тоже много говорил, можешь не сомневаться~. И при этом на нее неотрывно смотрели пять черных глаз, которые моргали в разные времена. Это действительно могло слегка загипнотизировать. Только сейчас девушка заметила, что Маффет ездила на небольших элегантных розовых роликах. Черт, как у нее вообще все это получалось одновременно? Рон, честно сказать, выглядел не лучшим образом. Ну не любил он пауков. У него не возникало панического страха с целью убраться отсюда куда подальше, но неприятные ощущения в желудке появлялись. Однако, Гарри отдал ему должное, он выдавил из себя улыбку и пожал протянутую ручку. — З-здравствуйте. — Хи-хи-хи, и тебе того же, дорогуша~. Пойдемте, я провожу вас к столику. Маффет спокойно поехала к одному из свободных столиков. Друзья пошли за ней. Гарри следил за поведением друзей: Гермиона с восхищением смотрела не потолок, где иногда пробегали паучки по тонкой паутине. Причем нити не висели лохмотьями, как в заброшенных домах, скорее даже наоборот. Какие-то были сильно натянуты, будто струны. Другие провисали будто веревки гондол. На первый взгляд там был абсолютный хаос, но если приглядеться, можно было увидеть некую систему. Рон озирался более с беспокойством. — Чего боишься? — обратился к нему Гарри. Рон чуть непонятливо взглянул на него. — Пауков. — Разве тот кроха, притаившийся в уголке, страшен? Гарри метафорически указал на дальний темный угол под потолком, но его острый взгляд видел сидящего там паучка, которому парень подмигнул. — Да… Вроде нет. Гарри усмехнулся и отодвинул стул для Гермионы, после чего сел сам. — Что будете брать~? — Мы возьмем три небольших сочных бургера, три фирменных пончика и кувшин сидра. Для начала. — Прекрасно~. Пока Маффет записывала заказ перьевой ручкой, когда к ней на плечо сверху спустился паучок и зашептал что-то на ухо. — А-ху-ху, конечно я вижу, дорогуша~. И не говори, а? Гарри, полагаю, Рону нужна чашечка чая? — спросила она, подмигнув. — Ты права как всегда, — подмигнул в ответ Гарри. — А-ху-ху, прекрасно~. Ожидайте заказ, дорогуши. Она уехала в сторону стойки, а Рон вопросительно обернулся на Гарри. — Чай? — Она расскажет. Я не сильный фанат фастфуда, но назвать фастфудом бургеры Гриллби — чистое кощунство. И поверьте, фирменные пончики Маффет просто тают во рту. И паучий сидр просто отменен. — Погоди-погоди, паучий сидр?! — Да успокойся ты. Живых пауков там нет. Мертвых тел тоже. Просто эти пауки — все еще монстры. И как все монстры, они превращаются в пыль после смерти. Пыль добавляется в выпечку и в сидр только ради традиции, она никак не влияет на вкус, но делает консистенцию чуть лучше. Такие обычаи у них передаются из поколения в поколение, как и секретный рецепт выпечки. Что скажешь об этом месте ты, Гермиона? — Тут поразительно. Я никогда не видела, чтобы пауки существовали в такой гармонии с людьми и в такой интересной и проработанной системе. И Маффет просто удивляет, — она сидела спиной к стойке, и не видела, как девушка подошла сзади. — Она делает столько всего одновременно, и вовсе не выглядит занятой. А движения ее рук могут загипнотизировать. — А-ху-ху~! Как мило с твоей стороны, дорогуша~. я принесла вам сидр и чай для тебя, Ронни. Он помогает посетителям с арахнофобией. Рон скептически поднял бровь и взглянул на Гарри. Тот доверительно кивнул в ответ. Гермиона взглянула на парня с подозрением, и тот ей подмигнул. — Спасибо. Маффет снова хихикнула и поехала обратно к стойке. Рон взял чашку в руки и сделал первый глоток. — Хм, а это вкусно. Гарри усмехнулся и налил им с Гермионой по чашке сидра. К нему на плечо спустился паучок. — Приветик, — поздоровался Гарри. — Ты тут всех пауков знаешь? — спросила Гермиона. — К сожалению, нет, по именам их запомнить может только Маффет, но Гриллбз, кажется, делает успехи. Зато меня они знают. Вон, к тебе тоже парочка летит. И правда, на Гермиону приземлились два маленьких паучка. — О, здравствуйте. Паучки какое-то время просто смотрели на нее, будто бы совещаясь. Затем они перебрались на одно плечо и свили на ее джемпере маленькую, но очень аккуратную и красивую сеть, буквально с монетку размером. — Ты им нравишься, — пояснил Гарри. — О, спасибо вам. Паучки поклонились и вновь поднялись на потолок, сопровождаемые взглядами друзей. — Удивительные создания, — прокомментировала девочка. — И не говори. Рон молча глотнул еще чаю, но, если быть честным, он и правда чувствовал себя чуточку спокойней. Может, так подействовала общая атмосфера кафе, может он просто не обращал особого внимания на восьминогих его работников, а может чай и в правду был волшебным. В какой-то момент к ним на стол спустился паучок и повернулся к Рону, слегка наклонив головку. — Чего он хочет? — Рон, — с укором осадил его друг. — Для начала поздоровайся. — Оу, эм… Здравствуйте. Простите за грубость. Могу я чем-то помочь? Гарри удовлетворительно кивнул, а паучок продолжил таращиться на него. Затем он побежал к нему. Обычно Рон бы уже был в десяти милях, но сейчас он просто немного напрягся. Паучок зашел на его руку, побежал по ней вверх. Он двигался постепенно, небольшими перебежками, будто давая Рону привыкнуть. В конце концов он взошел на плечо, и там свил такой же «значок», как у Гермионы. — Эм… Спасибо? Паучок кивнул (Рон мог поклясться, что слышал легкий смех) и поднялся вверх на нити. Честно, он сам себе удивлялся, раньше он бежал от них как от огня. Чай действительно сильно помогал. — Поздравляю, — сказал Гарри. — Вы прошли официальный обряд посвящения в друзей и союзников пауков. Теперь вам здесь всегда будут рады, но предательство карается жестоко. — Что это за секта? — нервно усмехнулась Гермиона. — Да я шучу, расслабьтесь. Просто смотрите под ноги почаще. Маффет как раз подошла с подносом бургеров. — Вижу, вас уже приняли, — улыбнулась она. — Что же… Не расчитывайте на скидку, дорогуши, а-ху-ху-ху-ху~! Гарри усмехнулся и поблагодарил. — Налетайте, это вещь. Ни Рон, ни Гермиона не могли похвастаться большими знаниями в сфере мяса, но черт, это было вкусно. Сочный, прожаристый, горячий, с плавящимся на глазах сыром и вкуснейшими овощами… Это было чистое наслаждение. Пончики, поданные позже, тоже не посмели разочаровать. Гарри не лгал, они действительно таяли во рту. Они не были приторными, вкус был нежен, а консистенция — воздушной. («That's some serious gourmet shit» ©)

***

— Блин, и ты так живешь! — позавидовал Рон, когда они уже вышли из кафе. — Ну, я не то что бы часто сюда захожу, но да, не брезгую. Обычно Санс меня сюда затаскивает, вот он тут точно постоянный посетитель. — Эх, жил бы я здесь… Не в обиду маминой стряпне, но это просто потрясающе. — Да, не могу не согласиться, — тоже отвесила комплимент Гермиона. Гарри слегка усмехнулся и незаметно напечатал что-то в телефоне. Гарри, 14:48 Они в восторге :)

Гриллби, 14:48 🔥🔥🔥

(Никому не говорите, но Маффет и Гриллби в кафе победно воздели кулаки вверх.) Рон слегка ушел вперед, и Гермиона спросила у Гарри: — Я правильно понимаю, что это был обыкновенный чай? — Ага. — Принцип самовнушения. — Ага. Или эффект плацебо, как это назыает Альфис. — Неплохо.

***

В общем, как и все на этом свете, каникулы имеют свойство заканчиваться. А потому друзья снова вернулись в Хогвартс, готовые к новому раунду обучения, расследований и… И старых дневников, брошенных в Плаксу Миртл в закрытом женском туалете.

———————————————————————

* — Эта фраза, — «You Can Always Come Home» — название песни из саундтрека к Deltarune. Она играет в конце первой главы, когда Крис возвращается домой. В ней сложены мотивы песен Home из саундтрека к Undertale (играет в доме Ториэль) и Don't Forget, тоже из Deltarune (играет в титрах первой главы).