8

      Вечер в "Золотой кирке" обещал пройти в духе старых добрых встреч тогда ещё революционного "кружка". Мегатрон огляделся по сторонам и слегка усмехнулся - это место совсем не изменилось за прошедшие годы кровопролитной гражданской войны и шаткого временного мира. Даже трещина в белой наштукатуренной стене осталась на старом месте, даже коптящий светильник, висевший на жестяном крюке, продолжал там болтаться.       За столом уже собрались все заявленные лица. Саундвейв, как ни в чём не бывало, гладил металлическое нечто, неофициально признанное его домашним любимцем, между датчиками. Дредвинг - рослый широкоплечий парень в синей куртке, которую раньше носили пилоты-любители - крутил между пальцев складной нож. При появлении Мегатрона оба офицера поднялись со своих мест, а подрывник даже слегка поклонился. - Оставь, Дредвинг,- усмехнулся Мегатрон, хлопая парня по плечу.- Не на службе же.       Вообще, Мегатрону нравилось в "Золотой кирке" именно потому, что здешнему контингенту было абсолютно наплевать на всех кроме самих себя, и, если не привлекать внимание, можно посидеть в хорошей компании, обсудить все свои вопросики за кружкой чего-нибудь из широкого ассортимента бара и уйти незамеченным. Когда-то по этой причине сюда любили захаживать два юных каонца, которых из-за рода занятий едва пустили бы в любое приличное заведение.       Сейчас же это была скорее ностальгия. И всё же Мегатрон был изрядно шокирован тем, насколько это место осталось прежним - даже скособоченная табуретка, на которой периодически посиживали захожие "гении", привносящие немного авторской (и не очень, вроде "проспектов, вдаль бегущих") музыки, осталась на том же месте - под металлическим плафоном, лампочка в котором всё так же порой так мигала, что бедные исполнители предпочитали играть в темноте, чтобы избежать столкновения лица с осколками от взрыва. Жаль, на сей раз желающих не нашлось.... А ведь раньше, так сказать, на заре революции, от умельцев пробренчать три корявых ломаных аккорда отбою не было. Иногда, впрочем, попадались и сносные музыканты, да, впрочем, и под завывания большинства сиделось неплохо.

***

- А я шагаю по округе в одиночку...- надрывно сипел небритый мужик, постукивая кривоватыми костяшками пальцев по корпусу гитары. Песня была откровенно дурацкая, а в таком исполнении и вовсе могла бы сойти за особо извращённую пытку. На счастье горе-барда, он настолько сорвал голос, что орать погромче и действительно раздражать толпу не смог бы при всём желании.       Сбоку раздался странный, чуть сдавленный смешок. Мегатрон обернулся и вопросительно взглянул на Скайквейка. Тот кивком головы указал на расчищенную от стульев площадку, которую иногда обыватели использовали то как танцпол, то как ринг. - Понятно теперь, что этот чудила из верхов тут делает. Умора в белых тапочках,- фыркнул парень, отхлёбывая из медной кружки.       Мегатрону даже не нужно было смотреть на "танцпол", чтобы понять, о ком речь. По правде, он и сам не понимал, каким ветром в их компанию, состоявшую в основном из выходцев "с социального дна", занесло Старскрима - смешного, несуразного Старскрима, который просто не должен был тут оказаться. Даже пятилетки прекрасно понимают - дружба между элитой и рабами (ну бывшими рабами, погоды не делало) бывает только в сказках. Такие, как Старскрим по всем законам логики должны посиживать дома за чашкой кофе с сахаром и томиком поэзии Золотого Века или томно вздыхать за каким-нибудь рукоделием в духе вышивки крестиком (ну или предаваться разврату и азарту - тут у кого какие вкусы). В крайнем случае, если уж юной "куколке" возжелается увидеть что-нибудь кроме четырёх стен золотой клетки, сойдёт очередной светский раут или театр, на крайний случай - вип ложа дорогого клуба, если речь о менее "рафинированных" типах. В любом случае, что такие как Старскрим точно не могут делать - так это шляться по грязным кабакам в компании сомнительных субъектов.       И всё же вот он - нелепый, невыносимо смешной - дёргается на танцполе в конвульсиях, которые в верхах называются "танцами", вызывая у присутствующих, как минимум, снисходительную улыбочку...

***

      Мегатрон даже вздрогнул от неожиданно наплывших воспоминаний. Наваждение было настолько сильным, что на секунду слилось с реальностью, и гогот толпы раскатистым эхом раздался в голове революционера.       Но самому вождю было не до смеха. Мысль о Старскриме порождала другую - о его супруге... Во имя Юникрона, он сюда пришёл, чтобы отвлечься от назойливых фантазий, а не чтобы нагонять на себя ещё большую тоску.       После того как компания из приличия пропустила по бокальчику (надо заметить, что качество напитков - единственное, что хоть немного изменилось в этом заведении, и, надо признать, в лучшую сторону) Дредвинг, вероятно глядя на кисловатую мину начальства, неожиданно предложил навестить одну очаровательную даму, которая точно не откажется от компании старых знакомых.       Ну, раз задачей этой ночи было прогулять до рассвета где-нибудь вдали от особняка и попутно не утопить свой дух в неадекватных мыслишках, которые, как Мегатрон искренне надеялся, выветрятся к утру, то почему бы и по старым знакомым не поехать? Глядишь, "очаровательная дама" и в картишки не прочь перекинуться, да и внешне может оказаться не то чтобы редкостной страхолюдиной...