Часть 1

Хосок всегда относился очень подозрительно ко всяким мистическим явлениям. Каждый раз, смотря ужастик, Чон усмехался и говорил, что всё это — полный бред и вообще постанова. А потом на кухне разбилась тарелка. Резкий звук бьющегося об пол фарфора заставил парня вздрогнуть. Может, это призраки…? Нет. Их же не существует. Правда ведь…?    На улице метёт метель. Всё окно залепило снегом, а по квартире гуляет холодный, пронизывающий до костей ветер, развевая занавески.  Стрелки часов подозрительно медленно приближаются к двенадцати. Через тонкие стены слышно, как соседские дети зовут Деда Мороза и поют новогодние песенки, периодически прерываясь на смех.  Смех… Очень неестественный смех…   Хосок прикусывает губу и обеспокоенно переводит взгляд на выключатель света. В квартире уже потушено всё, что могло хоть как-то освещать. И только в комнате парня всё ещё светло.    На ватных ногах поднявшись со стула, Чон сглатывает густую слюну и нажимает на заветную кнопку.    Темнота… Кромешная темень… И только маленький огонёк свечи, колыхающийся из-за сквозняка, словно проводник, освещает Хо путь в потусторонний мир…    Бам! Первый удар… Всё больше начиная сожалеть о своём выборе, Хосок пододвигается ближе к столу и закрывает глаза в ожидании.    — Ты же не веришь в эту дурь? — Юнги отпил из банки и слегка поморщился. Пузырьки газа резко обожгли нёбо парня — Нет, конечно, — Чон махнул рукой и уставился в небо, уже начавшее затягиваться тёмными тучами   — Тогда докажи! — Блондин достаточно низкого роста спрыгнул с забора и задиристо посмотрел на Хо, — Я думаю, ты точно струсишь… — Чимин всегда отличался чрезмерной наглостью даже по отношению к старшим   — А вот и докажу! — Вспыхнул Чон и, выбросив банку из-под колы, кинул напоследок, — Приятного Нового Года, — и ушёл.   Бам! Второй удар…    — Кажется, я утюг не выключил… — парень пытается подняться, но страх не даёт сдвинуться с места, приковывая намертво к стулу.    Бам! Третий…    Бам! Четвёртый…    Это же всё неправда. Это всё бред! Детские сказки! Чон изо всех сил пытается успокоить самого себя. Он просто сделает это, и всё.     Правда ведь…?    Бам! Пятый…    Спина Хо начинает покрываться холодным потом, глаза бегают, пытаясь найти что-нибудь, на чём можно сконцентрировать своё внимание, дабы отвлечься от волнующих переживаний, но тщетно…    Бам! Шестой…      Что-то в гостиной падает и катится по полу…    Бам! Седьмой… Восьмой… Девятый… Ветер усиливается, окна трещат от напора снега с градом, а огонёк свечи колышется всё больше, грозясь потухнуть в любой момент.    Бам! Десятый… Одиннадцатый… Сердце бешено колотится, живот скручивает от волнения, ладони потеют, а губа начинает слегка кровоточить там, где её прикусили.    Бам! Двенадцатый…    Всё затихает. Не слышно ни гудения ветра, ни соседских детей. И даже стук сердца не различим в этой давящей на уши, жуткой тишине…    — Приходи… Я здесь один… — Шепчет Хосок и крепко зажмуривается, ожидая худшего.    Ничего. Абсолютно ничего. Пустота… Темнота… Тишина…    Хо чувствует холодное дыхание на шее. Оно пришло…    Из горла вырывается немой крик, руки сжимаются в кулаки, а все органы чувств обостряются до предела.    Жуткий, пробирающий до костей, почти беззвучный, насмешливый шёпот эхом пронёсся по комнате. Вот он… Конец…    — Ты звал? ***    — Как он? — Обеспокоенно спросила Джису у выходящего из палаты врача.    — Я должен вам сообщить печальную новость…    — Ким тяжело вздохнул, собираясь с мыслями. Вставив ручку в дверь, мужчина закусил губу, а затем отошёл в сторону, позволяя девушке взглянуть.    Белые стены, белый пол, белый потолок, белое постельное бельё и маленький белый столик были усыпанны кусочками от новогодних конфетти. Окно было открыто, и холодный зимний ветерок пробирался под одежду, заставляя кутаться в тёплый свитер. В углу на железном круче, непонятно как держащимся в стене, на петле висел Чон Хосок. Его искусанные губы были растянуты в жутковатой улыбке, а в руке лежала записка. «Happy New Year» — гласили мелкие, неаккуратные буквы на помятом клочке бумаги. Ау, в которой Чон Хосок — пациент психиатрической больницы.  Его недуг заключается в том, что парень периодически теряет  понимание реального мира и своих фантазий, начиная воспринимать грёзы, как нечто настоящее. Два воображаемых друга — Чимин и Юнги — всячески пытаются подбить парня на окончательный уход из реальности. И вот однажды под новый год случается «чудо», и их желания исполняются…