Часть 1

      Ночь. Тишина. Коридоры дворца пусты, ведь все спят. За окном шелестят листья деревьев, и редко когда пролетают черные вòроны. Миранда мирно отдыхала в своих покоях, пока не услышала чей то голос. Сначала девушка подумала, что это ветер насвистывает свою последнюю осеннюю песню, но нет. Тоненький голосок то приближался, то наоборот — отдалялся. Скинув с себя одеяло, девушка спустилась со своей кровати и на цыпочках подошла к двери открыв ее. — Эй? Здесь кто нибудь есть? — спросила она в пустоту, прячась за одной из дверей. Не услышав ответа, Миранда решилась пройтись по коридорам в поисках человека, которому принадлежит это пение.       Покинув свои покои, девушка начала все так же на цыпочках идти по коридору, прижимая одной рукой крестик на своей груди, а другой держа подсвечник, что бы освещать себе путь. В момент она вновь услышала чей то голос, что напевал до ужаса знакомую мелодию. Миранда немного замедлила шаг прислушиваясь к звуку. Ночная рубашка белого цвета шлейфом ползла по полу за женской фигурой.       Бардовые стены коридора освещал свет полной луны, что разливался через окна. В такой обстановке казалось, что за девушкой кто то следит. Или на самом деле кто то следил? Дойдя до большого зала, в котором довольно часто проходили светские мероприятия, Миранда осмотрелась: камин был разожжен, и его свет освещал очертания старинных портретов; роскошный, чёрного цвета диван, а так же рояль, что стоял в дальнем углу комнаты. Девушка начала всматриваться в глубь зала, и у окна она увидела утончённый женский силуэт, что смотрел в окно. — Кто ты? — Миранда тихо задала вопрос, подняв руку вместе с подсвечником. — Меня зовут Гельда. Миранда, прошу тебя, не бойся меня. — девушка все так же смотрела в окно, не отводя взгляда. — Сегодня очень красивая ночь, не правда ли? — Откуда ты знаешь мое имя? — хозяйка дворца вновь задала вопрос. — И что ты тут делаешь?       Игнорируя все вопросы Миранды, Гельда продолжила напевать песенку. Ее рука поднялась вверх, и тоненькая кисть прикоснулась к окну, проводя пальцами по ее холодной поверхности. Стоя в проходе, хозяйка не спешила входить в зал. Она осторожно сделала шаг назад, но в миг сзади неё показалась незваная гостья. Она впилась в тоненькие плечи Миранды холодными пальцами, что сильно сжимали человеческую плоть. Девушке хотелось кричать, но из-за страха ее голос пропал. Гельда наклонилась к ее уху и прошептала: «Пройди в глубь зала, и ты все поймёшь.». Голос по истине был завораживающим и бархатным, будто говорил не человек, а что то из другого мира.       Миранда осторожно прошла в глубь зала и ужаснулась увиденной картине: на полу лежало ее бездыханное тело. Такое бледное и холодное, словно фарфоровая кукла. Из голубых глаз тоненькой струйкой стекали слёзы на пол, а вокруг мертвой плоти была лужица жидкости бардового цвета. Платиновые кудрявые пряди волос прилипли ко лбу, а остальные уже были окрашены в красный. Одна ладошка была сжата в кулак. Аккуратно разогнув ледяные пальцы, она увидела тот самый крестик, что висел на ее шее. — Как…? Этого не может быть… — Миранда не узнала собственный голос. Такой охрипший и такой тихий. Для всегда жизнерадостной девушки это было в диковину. — Ответь мне, Гельда, кто это со мной сделал? — с надеждой в глазах она посмотрела на девушку, что продолжала напевать одну и ту же песенку, словно шарманка. — Принц Рудольф Гредиш V. — ответила она. — Он хотел власти, поэтому пришлось убить тебя.       Тишина повисла в помещении. Миранда смотрела то на собственное тело, лежащее в луже крови, то на Гельду, что смотрела в окно. Девушка больше ни о чем не думала. От неё осталась только душа, и та была разбита. Посмотрев на портреты, которым больше 100 лет, она улыбнулась. — Миранда, нам пора. — дух подошёл к девушке и взял ее за руку. — Что за песенку ты все время напевала? — этот вопрос хозяйка задала прежде, чем они подошли к окну. — Хах… скоро ты все узнаешь. — с этими словами 2 полупрозрачных силуэта исчезли за окном. That I'd fallen for a lie? You were never on my side Fool me once, fool me twice Are you death or paradise? Now you'll never see me cry There's just no time to die…