Часть 1

- Я к этому не притронусь! Голос ледяного мага сейчас звучит особенно недовольно и громко, так, что заставляет добрую половину гильдии обернуться в его сторону. - Ну же, Грей-сама, попробуйте! Джувия так старалась! Синеволосая девушка кружит вокруг предмета своего обожания, то и дело, стараясь подпихнуть ему коробочку с собственноручно приготовленным бенто. Картина для всех уже привычная, происходит едва ли не каждый день. Многие даже поражаются упорству Локсар – она каждый раз получает отказ, но каждый раз так старательно пытается отдать Грею обед, шарф и многие, многие другие мелочи, сделанные своими руками. И каждый раз Фуллбастер с недовольным видом отказывается от «подношений», в надежде, что завтра волшебница не придумает что-то еще. - Не притронусь я, сказал же! Бенто с моим изображением – да это ж страшно выглядит! Какое мне удовольствие лопать еду, где изображен сам я?! Оставь меня в покое, в конце концов и забери это! В гильдии резко повисает тишина. Все, конечно, привыкли к подобным выходкам Фуллбастера, но… сегодня он, кажется, перегнул палку. Грей грубо отталкивает руку Джувии и, порывисто развернувшись, быстрыми шагами покидает гильдию. Локсар молча хлопает глазами, провожая ледяного волшебника взглядом. Она не бросается вслед, не плачет, а лишь молчит, чувствуя, как сотни взглядов устремлены в ее сторону. Хочется провалиться сквозь землю, исчезнуть, раствориться… - Наверное, Джувия перегнула палку сегодня, - внезапно бодро произносит девушка, нарушая повисшую тишину, - Джувия… такая глупая! Она должна была понять, что Грею-сама не до нее сейчас. Да… просто не до нее. Просто… Волшебница изо всех сил старается сохранять самообладание и не расплакаться прямо посреди гильдии. Хотя и чувствует, как слезы рвутся наружу, буквально разрывая грудную клетку. Собравшись с силами, она растягивает на пухлых губах улыбку и, прижав к груди столь драгоценную коробочку, поворачивается лицом к стойке. - Мира-сан… придержи для меня пару одиночных заданий, ладно? Джувия… заглянет к тебе завтра. Утром. Спасибо… И, не дождавшись ответа, Локсар быстро направляется к выходу из гильдии. Эрза было порывается догнать ее, но синеволосая слишком быстро скрывается за дверями гильдии, заставляя Титанию лишь тяжело вздохнуть и устало потереть переносицу. - Каким же бездушным идиотом ты бываешь, Грей Фуллбастер. Джувия буквально бежит по улице, все еще прижимая к груди бенто. В голове стучит одна мысль – «Не плакать, не плакать, не плакать». Девушка кусает губы, стараясь сдержать слезы. Она не должна плакать на улице. Дома, в своей уютной тихой комнатке, она сможет дать волю накопившимся чувствам. Локсар бежит, не замечая и не слыша никого и ничего вокруг. Даже оклик Леона не приводит ее в чувства, а лишь заставляет бежать быстрее. Она не имеет право грузить кого-то собственными переживаниями и чувствами. Достаточно одного Фуллбастера, который четко и ясно дал понять ей – навязывать кому-то свои чувства нельзя. - Оставь меня в покое, в конце концов! Слова все еще эхом звучат в голове волшебницы, а раздраженный взгляд возлюбленного стоит перед глазами. Она и впрямь такая надоедливая? Такая… лишняя в его жизни. Раньше Джувия не задумывалась о том, что столь открытая демонстрация ее чувств может быть неприятна. А сейчас… - Джувия… изменится. Больше не будет терзать Грея-сама своим присутствием! - дрожащим голосом шепчет волшебница и, наконец, замедляет шаг. Общежитие уже совсем рядом – буквально рукой подать. Синеволосая облегченно вздыхает – еще немного и она даст волю своим чувствам. Девушка и не замечает, как над ней скапливаются тучи, постепенно закрывая собой голубое небо. Но дождь не спешит проливаться на землю, словно ждет момента, когда сама водная волшебница заплачет, чтобы пролить свои слезы вместе с ней. Локсар легонько толкает дубовую дверь и переступает порог здания. В общежитии непривычно тихо. Большинство его жительниц сейчас в гильдии, еще часть где-то на заданиях. Ведь зарабатывать на оплату жилья все еще нужно. Но это то, что сейчас необходимо девушке. Тишина и отсутствие лишних вопросов о ее состоянии. - Почему Джувия… такая неправильная? Волшебница переступает порог своей комнаты и закрывает дверь, выдыхая. Сил держаться на ногах больше нет, и она медленно сползает на пол, чувствуя, как по щекам текут горячие слезы. Они буквально разрывают ее, заставляя изо всех сил сжимать ткань пальто. - Джувия… такая эгоистка. Ей давно нужно было понять, что ее чувства только обременяют Грея-сама. Что все ее подарки, ее слова… лишь обуза для него. Как она могла быть так слепа? Как… Локсар не договаривает, вновь заходясь в рыданиях. Коробочка падает из ее рук, а содержимое рассыпается по полу, но девушка не замечает этого. Ее душат слезы и ненависть к самой себе. Эгоистка. Всегда способна думать лишь о себе и о том, чтобы ее чувства заметили. - А что… если любовь Джувии не настоящая и ей стоит… отпустить Грея-сама, чтобы не мучать? Вопрос всплывает сам собой и от чего-то страх сковывает сердце девушки. Ей не хочется верить в то, что все ее чувства – выдумка, но… разве настоящая любовь может быть такой эгоистичной? Может быть из-за того, что все чувства волшебницы выдуманы ею самой, они и доставляют Фуллбастеру столько неудобств? И он чувствует фальшь в этой придуманной «влюбленности», чувствует и потому так отчаянно отталкивает Локсар от себя?.. - Джувия… должна отказаться от своих чувств к Грею-сама. Пусть ей будет и больно… но так ему станет легче, да? – задает вопрос в тишину волшебница и, всхлипнув, растягивает на губах улыбку. Так ведь будет лучше. Ледяной маг больше не будет обременен ее назойливым вниманием. Больше не будет злиться и сердиться. А она… она погасит в себе все то, что ошибочно называет «любовью». Синеволосая поднимается с пола и, вновь всхлипнув, стирает с лица соленые дорожки от слез. Да, наверное, ее решение правильное. Единственно правильное в сложившейся ситуации… - Ну вот. Джувия такая неаккуратная… - бормочет волшебница, замечая рассыпавшееся бенто, и качает головой. Ее взгляд падает на изображение Грея, которое, хоть и развалилось, все еще похоже на него. Только искореженного, испорченного… к горлу подкатывает очередной ком, но Локсар машет головой, отгоняя от себя все мысли. Нельзя. Нельзя, нельзя, нельзя! Она уже дала себе обещание… со вздохом девушка начинает собирать остатки еды в руки и старается отвлечься, напевая под нос незатейливую мелодию. Ведь так будет правильно. - Доброе утро, Мира-сан! – бодро произносит волшебница, приветствуя Штраусс, которая уже с самого раннего утра в гильдии, на своем привычном месте. - Привет, Джувия. Ты сегодня ранняя пташка, а? – с улыбкой замечает официантка, но во взгляде голубых глаз читается беспокойство. Она ведь видела вчера все. И беспокоится за Локсар, - Как ты себя… чувствуешь? - У Джувии все просто прекрасно. Разве может быть иначе? – удивленно приподнимает брови водная волшебница и усаживается на стул, - Вчера Джувия просила Миру-сан придержать пару заданий… есть что-то? - Да, конечно, я нашла тут… пару… - отвечает Мираджейн, но тут же запинается, заприметив Фуллбастера, что только что возник в дверях гильдии. По его взгляду можно легко понять, что он сегодня не в самом хорошем расположении духа. Джувия, от чьего внимания не ускользнула резкая перемена тона Дьяволицы, оборачивается и по телу словно пробегает разряд тока. Снова хочется заплакать, но она изо всех сил сжимает ткань юбки, сдерживая порыв. Грей молча кивает девушкам и плюхается на соседний стул. В воздухе повисает неловкая тишина и Мире даже кажется, что воздух вокруг стал холоднее и тяжелее. - Доброе утро, Грей-са… Грей, - спустя несколько мгновений решается нарушить тишину волшебница, - Джувия… хотела бы извиниться. Ну, то есть… за то… - Это… ты меня извини, - перебивает ее Грей, буркнув извинения очень тихо, неразборчиво, чем и заставляет Локсар замолчать с полуоткрытым ртом, - Я… перегнул палку, в общем. Извиняться, говорить «спасибо» я не умею. Но… короче благодарен я тебе. За то, что заботишься так. Я не хотел грубить тебе вчера. Просто… так совпало. День плохой и… ну… это… в общем… не могла бы ты еще раз приготовить для меня обед? Я просто… попробовать хотел, вот. Ты ж не зря старалась, наверное. А я так… Джувия лишь удивленно хлопает глазами, не отвечая на извинения Фуллбастера. Последний чувствует себя до ужаса неловко, а тишина и отсутствие реакции со стороны синеволосой заставляют его и бояться. Неужели он настолько обидел ее, что она не хочет отвечать? Но внезапно расцветшая на губах девушки улыбка заставляет его расслабиться. Немного. - К-конечно… Грей-са… сама. Вы ведь… не против, если Джувия продолжит вас так называть? - А… да я не против! Называй как понравится. Это ж роли не играет, - неловко бормочет ледяной маг, потирая затылок. Простила, все-таки? С души словно камень падает, когда он видит, как блестят голубые глаза Джувии. - Ахаха, влюбился, ледяной идиот! – звучит со стороны насмешливый голос Нацу. Грей хлопает себя по лбу и оборачивается. Какого этот огненный придурок забыл здесь в такое раннее время? И в такой момент… - Сам ты влюбился, обугленный балда! Я нагрубил Джувии вчера и решил извиниться. В отличие от тебя мне это доступно, а ты каждый раз врываешься в дом Люси и даже простого «Извини» сказать не можешь! А вот тебе явно есть за что! - Да ты нарываешься, я смотрю?! А ну иди сюда! Я тебе сейчас все твои отмороженные мозги на место поставлю! Волшебник созидания срывается с места и буквально летит в сторону своего извечного соперника, собираясь отвесить ему тумаков за обидные слова. Мира сокрушенно качает головой и вздыхает – что-то остается вечным. А Джувия, покраснев, улыбается и смотрит влюбленными глазами за Греем. Он… извинился. Он позволил ей быть рядом и готовить для него. А это ли не счастье для влюбленной девушки? Локсар думает, что ее чувства и впрямь настоящие. Ведь сейчас ей так тепло на душе от простого осознания того, что Фуллбастер не злится на нее, а наоборот, позволяет быть чуть ближе. - Грей-сама, ваша одежда! – волшебница всплескивает руками и срывается с места, стремясь подобрать за объектом восхищения все снятые в пылу вещи. А Эрза стоит в дверях и качает головой, с легкой улыбкой на губах – все возвращается на круги своя. Иногда Грей бывает таким идиотом – но парочка подзатыльников и он признает, что был неправ по отношению к Локсар. И ему самому от этого неловко и плохо. Иначе, почему все деревья в радиусе пяти метров от него покрыты толстым слоем льда? Титания знает – однажды эти двое поговорят и в их жизни что-то изменится. Раз и навсегда. Но сейчас… сейчас она видит, как Грей улыбается, взглянув на Джувию. И ей становится так тепло на душе.