Глава 3

Сердце грозилось пробить грудную клетку, холодные руки ужаса до противного ласково прошлись от висков к шее. Я была не в силах пошевелится и даже посмотреть в сторону того, кто ходил совсем рядом. Лёжа в полной темноте, я могла только слушать потусторонний шепот, что доносился отовсюду. Но всё это как всегда отступило. В этот раз я точно проснулась. Рубашка прилипла к спине от холодного пота, приведя дыхание в порядок, с трудом стянула её с себя и упала в постель. Вот уже который раз мне снился этот кошмар. Я не всегда успевала сбежать в свой уютный, маленький мирок, который строила всю свою жизнь здесь. Не могу понять, что со мной происходит. Просто сонный паралич на фоне постоянной тревожности? Или же на меня послали какое-то проклятье? Из-за этих снов все мои старания и каждодневная практика телекинеза пошла коту под хвост. Я просто не могла контролировать магию из-за всех переживаний, что лезли в мою больную голову. Всё будто вернулось как минимум на семь лет назад, когда я едва могла передвигать предметы. Мои способности до этого момента были хоть каким-то гарантом тому, что смогу дать отпор в случае чего. Просто благодаря эффекту неожиданности. Но теперь я осталась абсолютно беззащитна. К примеру, смогу ли теперь придушить или отрубить башку грёбаному Питеру, если он вдруг окажется рядом? Его ещё не поймали! Эта крыса прячется уже почти десять лет! Никто же теперь его точно не ищет, господа авроры явно отложили это дело в архив, да забили на него. Чтобы отвлечься от всего, я вызубрила все купленные книги, проведя их через четыре этапа моей новой обработки информации. Сначала я листала книгу не вникая в суть, просто запоминая страницы. А уже в сердце своего подсознания вчитывалась в неё и сокращала на 50-80% отбрасывая в сторону всю ненужную воду. В третий раз переписывала всё это более кратко, своими словами. Почему-то только сейчас до меня дошло, что можно сотворить со всеми моими знаниями что-то вроде большой википедии. Когда вся информация разложена по полочкам, и достаточно подумать например о магическом хорьке — джарви. И я тут же "вспомню" всё что читала о нём. Чувствую себя невероятно тупой, что додумалась только сейчас начать этим заниматься. Теперь я могла проводить в своём подсознании добрые двенадцать часов, либо вообще не попадала туда, когда меня мучили кошмары, из-за которых потом и спать невозможно. В тайне от Дурслей попрятала по дому кучу оберегов. И кажется они действовали только на них, меня от тех же кошмаров не спасали. Петуния наверное чисто из вежливости и любви ко мне, носила не особо симпатичные браслеты, которые я во время бессонницы плела и часами читала над ними наговоры. В первой жизни меня обошла шарлатанская магия стороной, и слава богам, никто из моих близких не покупал те же "волшебные" кристаллы и вообще не были подписаны на инставедьм. И вот я сейчас делала что-то подобное, надеясь что мои танцы с бубном чем-то помогут Дурслям. Вернон ворчал на мою идею посадить во дворе рябину, но всё же помог и клятвенно пообещал, что при моём отъезде будет за ней ухаживать. Кажется я своим поведением немного пугала и беспокоила их. В будущем обязательно найду альтернативу по-лучше. Когда Марк узнал, что я уезжаю в сентябре до самого Рождества, то сильно расстроился и даже с неделю дулся на меня. Но когда его отпустило, мелкий требовал для себя больше внимания чем когда-либо. Я была его единственным другом, и понимала, что ему будет тяжело самостоятельно как-то справляться с социумом в средней школе. Родители отправляют его в школу-пансион в Лондоне, только на выходные он будет приезжать домой. Стоимость обучения выйдет Джонсонам в приличную копеечку и Марк чувствовал себя подавлено из-за такой ответственности перед ними. — Мне нужно будет ещё больше сидеть над книжками. — пожаловался он и пихнул меня в бок. — Ну поговори со мной, хватит читать эту порнуху. Я быстро зажала ему рот рукой. К сожалению мои закосы под одного одноглазого сенсея были им давно раскрыты. Вытерев руку от чужой слюны всё же отложила чтиво в сторону. — Как ты можешь это читать? Скукотища же невыносимая, то ли дело комиксы про Бэтмена. — Ну я комиксы тоже почитать люблю. — пожала плечами. — Ну хоть что-то шедевральное ты оценил. — он наиграно начал вытирать несуществующие слёзы. — Мальчики, будете мороженное? — с первого этажа послышался громкий голос Ханны. Мой друг едва не споткнувшись, быстро выбежал из комнаты, я неспеша последовала за ним. — Марк, ты уже собрал свои вещи? — строго поинтересовалась она у сына. — Да, мне Гарри как раз помог, всё по списку собирали. — похвастался он протягивая ей листик исписанный моим мелким почерком. Ханна удивлённо посмотрела на него, и наконец-то положила на стол две порции лакомства, она с довольной улыбкой растрепала рукой светлые волосы Марка и поблагодарила меня за помощь. — Ты же завтра тоже уезжаешь? — Угу. — ответил вместо меня мелкий. — Спорим, ты будешь завтра плакать. — не смогла я сдержать насмешки. — А вот и не буду! И вообще, скучать за тобой не стану. — заявил он и продолжил хомячить. Почти до самого вечера я просидела у них и пошла домой. Петуния от очередного восстания гормонов расчувствовалась и практически принудила сидеть с ней в обнимку в гостиной. Я сама старалась сдерживать свои эмоции, но тоже расклеилась. Поделилась с ней своим сожалением, что не смогу быть рядом, когда родится сестра. Вернон зашёл к нам, тяжело вздохнув от картины двух рыб-капель, и вышел. Он частенько осуждал меня за излишне женственное поведение для мальчика, пытался как-то перевоспитать. Завлечь тем же баскетболом, что так любил смотреть, или боксом, которым занимался будучи в колледже. Но я слишком долго шла по пути принятия себя новой. До сих пор вот говорила о себе как о девушке, пускай это и было только в мыслях. Хотя мне уже не хочется менять пол, как это было раньше. Какие-то продвижения всё же есть... Проснувшись рано утром, надолго застряла в ванной, чтобы привести себя в порядок. Шрам на лбу уже набитой рукой быстро спрятала за тональным кремом. Это даже шрамом было сложно назвать, просто темная отметина в форме неровных линий, подобно настоящей молнии в небе во время грозы. И всё это счастье на весь лоб. Челку я терпеть не могла и всегда зачесывала её назад, и если не использовала тоналку, то надевала кепку или носила спортивную повязку. После очень сытного завтрака я подошла к машине Джонсонов. Те как раз загружали сумки в машину. Марк завидев меня неловко подошёл ко мне и сдавил в объятьях так сильно, что дышать стало сложно. — Задушишь. — просипела начав быстро хлопать ему по спине. Послышался тихий всхлип. — Ну-ну, не расстраивайся ты так, я буду каждую неделю отправлять тебе письма через тётушку. — У вас что, телефонов в школе нет? — пробубнил мне в плечо. — Кажется нет, очень консервативное место. — Вот гадство... Я буду отправлять тебе самые огромные письма, только вздумай не читать их. — Хорошо. Скоро мы встретимся, так что не вешай нос. Он отпустил меня и быстро вытер рукавом глаза. — Передавай мне письма через тётушку на выходных, хорошо? — Угу. — шмыгнул Марк носом. *** Вернон всю дорогу до Лондона рассказывал о своей средней школе, Гарри чтобы отвлечься часто задавал ему уточняющие вопросы и с интересом слушал порой очень веселые истории. Уже на вокзале мужчина дав последние наставления, позволил себя обнять на прощание и нарочито спокойно пожелал мальчику удачи. На платформе 9¾ уже было достаточно многолюдно, Поттер поспешил занять место в вагоне для первокурсников. День прощаний выдался слишком тяжёлым для него, чтобы ещё стоять возле поезда, к тому же он опасался без какой-либо защиты оставаться рядом с взрослыми волшебниками. Чуть тесноватые браслеты из стекла на запястьях, напоминали ему о собственном бессилии. Ещё тогда, перед походом по магазинах он решил прихватить таким образом свое главное оружие. Как-то пытаться разбить его мальчик не стал, чтобы был больший стимул вернуть себе прежний контроль. Пять минут блаженной тишины нарушил тихий стук. — Здесь не занято? — поинтересовался вошедший и Гарри невольно расплылся в улыбке. — Привет, бро. — они стукнулись с Дином кулачками. — Привет, как лето прошло? — О, просто замечательно, всё время гонял в футбол, ещё к маме на работу ходил поплавать, было здорово. Ты как? — мулат закинув сумку на полку, приземлился напротив. — Та просто проводил время с другом, он откопал где-то приставку и сам починил её. Вот мы и играли в Марио и Соника. — Гарри решил рассказать о чем-то более позитивном, что с ним происходило. — Круто! У меня у одного знакомого тоже приставка есть, но он жутко надменный тип и никому не даёт в неё поиграть. Так за разговором время ускорило свой ход. Поттер едва успевал замечать, как в купе становится всё теснее и более шумно. Рядом с ним сидели крайне гиперактивные, девочки-близняшки из семьи волшебников Фоули. Вот уже на протяжении двадцати минут эти две блондинки пытались убедить его в том, что какая-то Эмилия Майер пьет кровь первокурсников. И с этим было проще согласиться, иначе многочасовая мигрень будет ему обеспечена. Дин почти сразу сдружился с ещё одним ярым фанатом футбола — Симусом Финниганом. Единственный молчуном в купе был светловолосый мальчик в очках по имени Леон. Тот сидел ближе к выходу и читал, изредка прерываясь, чтобы понаблюдать за окружающими. Глаза у него были жёлтыми с вытянутыми зрачками, точь-в-точь как у мадам Рейн из паба при Косом. Гарри тактично пытался не обращать на это слишком много внимания. В первую очередь летом он успел уяснить то, что ситуация с демографическим кризисом у магов была диаметрально противоположной. Мало того, что близнецы стали рождаться слишком часто, так и количество маглорожденных значительно увеличилось. На данный момент в Хогвартсе училось максимальное количество учеников со времён основания, та же ситуация происходила и с другими школами магии по всему миру. Вполне себе новенький поезд очень быстро доехал до Хогсмида, солнце ещё было высоко. К удивлению Гарри, всех первокурсников вместе с другими учениками повели в сторону карет с фестралами. Этих жутких лошадей предварительно хорошо покормили, поэтому они были спокойные и чуть ленивые. Мальчик не мог отвести от них взгляда, какая-то старшекурсница глянула на него с сочувствием и пояснила ему что они из себя представляют. — Ты главное не бойся, они чувствуют страх. Ой! То-есть... Ну короче просто садись в карету, со мной ты в безопасности. — она неврно рассмеялась и едва не споткнулась на пустом месте. — Меня зовут Тонкс, а тебя как? — она покраснела, а вместе с ней заалели и её волосы. — Можно просто Гарри. — мальчик растерянно оглянулся назад, близняшки Фоули как раз подходили к ним. — Оооо! — закричала одна из них. — Как круто! — Нина, тише ты. — осадила её более воспитанная сестра. — Она же метаморф. Это просто невероятно, я о таких только в сказках читала. — она подбежала к Тонкс. — Меня зовут Нина, а это моя сестра Алекс. Нас легко различить, да? Ты такая классная! А на каком факультете ты учишься? А на каком ты курсе? Тебе нравится квиддич? Нам дедушка говорил быть осторожнее с профессором Майер, говорят она пьет кровь первокурсников. У тебя она тоже пила? Она вампир, или какое-то другое существо? Парень проходящий мимо истерически расхохотался услышав этот поток вопросов. Он хлопнул девушку по плечу. — Удачи, Нимфадора. Пошли лучше со мной, пацан, нам как раз одного не хватает. — кивнул в сторону четверых мальчиков, которые следовали за ним и увёл Гарри подальше от этого театра абсурда. Тонкс так растерялась, что даже забыла как обычно огрызнуться на собственное имя. Со слов Роберта, Поттер узнал, что поезд дважды едет из Лондона. Первый раз он привозит сюда учеников 1-го, 2-го, 6-го и 7-го курсов, а второй раз — всех остальных. Оглядываясь вокруг, мальчик для себя отметил, что впервые видел так много детей. Большой зал удивил тем, что вместо четырёх длинных столов для учеников, здесь было множество круглых столиков, за которыми могут вместиться по семь человек. — Это столовая для младших курсов. На четвертом вы уже будете есть в другом месте. — пояснил Роберт и заметив как к ним стремительно приближается женщина строгого вида, поспешил уйти, чтобы его чем лишним не нагрузили. — Поступайте куда угодно, но только не на Рэйвенкло! — в конце добавил и в самом деле побежал прочь. — Мистер Хиллиард! Какой пример вы подаёте будущим рэйвенкловцам? — в догонку крикнула ему ведьма, но того уже и след простыл. — О Мерлин. — тяжело вздохнула и обвела строгим взглядом новоприбывших. — Меня зовут Минерва Макгонаглл, я профессор Трансфигурации и декан факультета Гриффиндор. Пока садитесь за столы, подождём остальных первокурсников и начнём церемонию распределения. Спустя ещё двадцать минут в зале набралась почти сотня новичков и десяток преподавателей. Минерва заранее сделав глоток воды начала объявлять имена. Гарри с трудом не уснул во время распределения, лишь изредка его внимание привлекали какие-то ученики. Так, например, молчаливый Леон оказался Малфоем, и в отличие от своего зализаного брата, он попал на Гриффиндор. Также ещё в самом начале были объявлены имена тройняшек Блэк, мальчики явно договорились чтобы оказаться на всех факультетах, кроме Хаффлпаффа. У Гермионы Грейнджер был брат — Николас. Поттер с досадой осознавал, что ночью ему придется сортировать это обилие лиц и имён, иначе их всех запомнить будет просто нереально. Наконец-то и его отправили на факультет храбрых и благородных, чего он не понимал, так как считал себя тем ещё трусом. Его имя на фоне других не особо вызвало ажиотаж и это несказанно радовало. После распределения, группу гриффиндорцев собрала куратор их факультета — Алиса Логботтом, в прошлом аврор. Гарри сначала посмотрел на неё как на призрака, но быстро взял себя в руки. Он решил сосредоточиться на дороге, которую собирался хорошенько запомнить. В замке витала просто сказочная атмосфера, но насладиться ею пока не было ни сил ни времени. Алиса привела их в гостиную факультета и показала свободные комнаты. — Можете сами выбрать себе соседей, но учтите, что потом поменяться нельзя. — сказала она и подмигнув своему сыну, ушла к девочкам. — Ну короче, нас четверо уже набралось, кто будет пятым? — поинтересовался Дин, схватив Леона, который было хотел попасть в другую группу. — Давай-те я. — первым поднял руку мальчик азиатской внешности. Гарри зашёл за ними самый последний, заметив что имя каждого появлялось на двери. Их вещи тут же оказались посреди комнаты, все быстро решили где чья кровать. Поттер дотащил чемодан до кровати у окна и устало упал на очень удобный матрас. — Вы же не против того, что с нами будет жить мой котенок? — Элиас Чанг, как представился мальчик, вытащил из клетки трехцветного кота. — Да без проблем. Только убирайся за ним. — лениво махнул рукой Поттер. — Ой, а как его зовут? — расплылся в улыбке Симус и взял того на руки. — Мне родители запретили заводить животных. — Великий Властелин Хаоса, ну или просто Владыка. — Ну и имечко. — фыркнул Гарри нехотя вставая с постели и взглянул в глаза Элиасу, тот почему-то удивился. — Чего так смотришь на меня? У меня что-то на лице? — Да нет, я просто вспомнил кое-что. — Так-с, давайте пойдём прогуляемся. Это же целый замок! Как думаете, здесь есть драконы? — оживился Дин. — Куратор сказала ведь, чтобы мы за пределы гостиной не выходили. — тихо вздохнул Финниган. — Ну что тогда будем делать? Может в карты сыграем? — Томас полез в свою сумку. — А давай! Эй, Малфой, хватит спать, пошли с нами сыграешь. — Симус растолкал мальчика и стащил его с постели. Во время игры они немного узнали друг друга по-лучше. Симус и Дин могли часами говорить о футболе, и едва не устроили словесную перепалку на тему того, какая команда лучше. Леон нехотя рассказал как в детстве брат превратил его в кота. Полностью вернуть ему человеческий вид у целителей не получилось. И теперь он страдал плохим зрением днём, дальтонизмом и чрезмерной сонливостью. А Элиас заявил, что абсолютно всегда говорит только правду. — Тогда скажи какие у тебя сейчас карты? — фыркнул Симус. — С какой радости? — Ну ты же сам сказал, что не сумеешь соврать. — А кто мне мешает промолчать или ответить тебе тем, что я не хочу отвечать на этот вопрос? — И как ты тогда можешь доказать свои слова? — с вызовом спросил Дин. — Не знаю, время покажет. — рассмеялся Чанг. К ужину приехали остальные ученики. Первокурсников познакомили со старостами и отвели их в Большой зал. Гарри без труда узнал директора, и к своему недовольству они один раз встретились взглядами. Ничего от этого не произошло, та же голова не начала болеть, но стоило быть настороже. Все младшекурсники переговаривались меж собой, делясь впечатлениями за лето. Поттер заметил, что учеников Слизерина было больше остальных. Такой перевес был из-за того, что они побеждали в факультетских соревнованиях вот уже шесть лет подряд. Элиас был хорошо осведомлен об этом, и пояснил, что у школы были спонсоры, от которых слизеринцы получали такие приятности как: полная оплата за учебники к следующему году, более свободное посещение Хогсмида и ещё много чего по мелочи. Помимо этого на Слизерине училось больше всех маглорожденных, они сплотились меж собой и стали силой, с которой стоит считаться. Теперь в подземельях былые разговоры об ущербности маглокровных волшебников стали табу, за нарушение которого глупцы были излишне жестоко наказаны. У Гарри от таких новостей прошлись мурашки по коже, с одной стороны было очень здорово, что у выходцев из обычного мира не было проблем и их никто больше не травил. Но также мальчик прекрасно понимал, какими опасными могут быть такие сплочения меньшинств. Они ведь могут прикрываться за оговорками, как раньше над ними издевались, и в то же время поступать аналогично по отношению к чистокровным. Гарри мотнул головой, осознавая что его уже слишком заносит, он лишь понадеялся, что его предположение не станут отражать действительность. И решил сначала самому понаблюдать за происходящем, а не строить догадки с чужих слов. После пира куратор повела их назад в гостиную. Когда их группа проходила по второму этажу одна из девочек удивлённо воскликнула: — Почему стены дрожат? Поттер поддалась общему порыву и притронулся к стене, только сейчас он заметил что и пол вибрировал. — Это старшекурсники устроили вечеринку. — засмеялась Лонгботтом. — У них так громко играет музыка, что барьер тишины едва выдерживает. Уже лёжа в постели, Гарри с трудом переваривая все события за день постарался уснуть. Впереди у него ещё много работы в собственном подсознании.