Часть 1

Тсунаеши кашляет тихо, говорит, что горло противно щекочет, когда он вдыхает слишком глубоко. Сипло дышит. Прикрывает большие карие глаза, зарываясь под одеяло. Нана качает головой, много вздыхает про себя, чтобы не волновать сына, и, вновь прося его подержать градусник, поднимается и уходит на кухню — налить воду для компрессов. Ее Тсу-кун всегда так — болел редко, но так, что успевал напугать всех. И никогда не говорил о том, что у него что-то болит, первым. Нана… немного винила в этом Емицу — тот много наговорил их мальчику о том, каким должен быть мужчина. Тсуна послушался. И даже теперь, когда Емицу навещает их едва ли дважды в год, продолжает следовать упакованному в сознании детскому, мальчишескому такому кодексу. Думает, что так мама будет волноваться меньше. Что так будет честнее. Нана качает головой в сотый, тысячный раз за сегодняшний день, выключает кран, из которого льется едва теплая вода, подхватывает на руки большую плошку, наполненную водой. Возвращается в комнату, где Тсунаеши так и не выглянул из-под одеяла. Нана опускает плошку на тумбочку рядом с диваном, на котором улегся сам Тсуна (ничего, думает она; как заснет — сама в родную комнатку перенесет), и сдвигает шторы в комнате — думает, что Тсунаеши свет мешать может. Подходит обратно — просит его вылезать, потому что нужно компрессы поставить, иначе может стать хуже. Ребенок выбирается послушно, молчит и тяжело дышит — Нана кладет на покрытый испариной лоб сложенную несколько раз ткань, смотрит со скрытым беспокойством, пока Тсуна глаза закрывает, ее чуткий мальчик. Тсуна сопит и кашляет во сне, когда Нана наконец отправляется на кухню, чтобы унести плошку с выполнившей свою функцию водой, и позволяет себе перекусить чем-то, понимая, что температура у Тсуны спала. Тсунаеши думает, так будет честнее. Нана вздыхает вслух, думая совсем наоборот. Честнее будет рассказать ей сразу, чтобы она знала, что ей доверяют. Что она может помочь, уверенная, когда у сына начала подниматься температура и почему. Честнее будет, если ей сразу позволят заняться каким-то лечением. Все-таки у Наны мальчишеского кодекса — нет.