Торг — 2

      Таня не понимала. Совершенно не видела смысла в действиях соулмейта. Зачем нужно было обманывать Джунпея, заставлять его верить в то, чего на самом деле не было? Зачем натравливать подростка на собственных одноклассников? Как бы ужасно это не звучало, но если подумать, то проклятому духу гораздо приятнее было бы самому расправиться с десятками школьников! Для чего тогда привлекать к этому постороннего человека?..       — Зачем тебе это? — с трудом выдавила из себя вопрос девушка, напряжённо вглядываясь в лицо напротив. Как за такой приятной внешностью может скрываться безумный маньяк, коим хочет казаться Махито?       Вот именно, хочет. А какой он на самом деле? Может Комацу и не могла заглядывать в самую душу, как это делал он, но она видела, что Махито на самом деле очень рассчётлив и жесток, а в некоторых вопросах даже философичен, но никак не безумен.       Это Проклятие не безумно, нет. В каждом его поступке прослеживается точность вплоть до самых мельчайших деталей. Просто представить его истинный замысел не представляется возможным.       — Зачем? Ха-ха! — парень радостно рассмеялся. — Ты правда хочешь это знать?       Студентка не ответила. Её глаза всё так же пристально смотрели на него.       — Я заставлю Итадори Юджи и Джунпея сразиться. И тогда Сукуна возьмёт верх над своим сосудом! — воодушевлённо ответил он.       От услышанного шаманка испытала тихий ужас. Табун мурашек пробежал по её коже, и липкий страх захлестнул с головой. Если Сукуна завладеет телом Итадори, всё пропало. И город искупается в крови тысяч невинных людей. Да что там город? Всю префектуру может захлестнуть череда жестоких убийств! И это будет только начало.       — Ты не пос-смеешь, — с угрозой произнесла Таня, хотя её голос предательски дрожал. — Не пос-смеешь сделать это.       — О, милая, ещё как посмею, — Махито довольно ухмыльнулся. — И никто, и ничто мне не помешает.       — Н-нет, — Комацу замотала головой, жмурясь от досады, — нет, нет, нет, — дыхание перехватывало от отчаяния. — Пожалуйста! — вдруг горько воскликнула она. — Прошу тебя, не трогай их! Ни Ёшино, ни Итадори, ни остальных! Ну пожалуйста…       С минуту Проклятие недоумённо смотрело на близкую к истерике девушку. Дух обхватил рукой свой подбородок, и его взгляд сменился на оценивающий. Да с чего она вообще взяла, что её жалкие мольбы могут повлиять на что-то? Или же она…       — Пха, — он вдруг громко стал смеяться, — пха-ха-ха! Постой-ка, постой-ка минутку! Аха-ха-хах! — он едва ли не давился от смеха. — Ты что же, решила, будто наша духовная связь может повлиять на что-то?!       На лицо шаманки легла тень, когда она опустила взгляд себе под ноги, беспомощно сжимая кулаки, впиваясь ногтями в собственную кожу. Не то чтобы она действительно надеялась на это. Но ведь если судьбе было угодно свести их, наверное, стоило хотя бы попытаться?       — Ну и ну, — Махито покачал головой, — нельзя же быть настолько глупой! Ха-а, — он громко выдохнул через рот, подавив очередной смешок. — Видишь ли, моя милая, наивная дурочка, мне совершенно всё равно на твои чувства. Считаешь, что если ты испытываешь сострадание ко всем подряд, то и я буду делать это? Прости, но это работает не так.       А ведь Таня не была дурой. Просто в одной из прочитанных ранее книг было сказано, что если один из пары соулмейтов испытывает сильное чувство отчаяния или страха, то оно же передастся второму. Но, по всей видимости, в случае с Махито, действительно, всё работало совсем по-другому.       — Я… — голос Комацу прозвучал хрипло, из-за чего ей пришлось прочистить горло, прежде чем продолжить: — Я готова предложить свою жизнь в обмен на жизнь Итадори и Ёшино. Можешь убить меня, но не трогай их, — договорила она, не поднимая глаз на собеседника.       — Какая похвальная и в то же время бессмысленная самоотверженность, — Проклятие отступило от девушки на несколько шагов и подошло к окну, которое было открыто нараспашку, проветривая помещение. — Зачем попусту разбрасываться такими громкими словами? Ты ведь на самом деле не хочешь умирать. Я же вижу, как дрожит твоя душа.       — Шаман должен быть готов пожертвовать собой ради спасения других, — девушка произнесла зазубренную фразу, точно мантру. — А я шаман, — наконец Таня подняла взгляд и уставилась прямо на широкую спину соулмейта.       — Вы, шаманы, так любите хвалиться своими принципами, — в голосе собеседника слышалось презрение. — Но что толку в вашей браваде?       — Я всё равно не дам тебе тронуть их, слышишь? Только посмей тронуть их! Не то я…       — Не то ты что? — грубо перебил парень, оглянувшись на неё из-за плеча. — Мне уже надоела твоя пустая болтовня. Не лезь, если не можешь ничего противопоставить.       Махито схватился одной рукой за оконную раму, вероятно, намереваясь забраться на подоконник.       — И кстати… — неожиданно он снова оглянулся на беспрерывно наблюдавшую за ним девушку, которая медленно стала подбираться к нему, но сразу же остановилась, поймав его взгляд. — Тебе так больше идёт, — и, сказав это, он… вышел прямо в окно.       — Куда?! — не долго думая Таня схватила свою сумку и пулей понеслась на выход из библиотеки, бросив книги шаманов.       Она даже не услышала, как библиотекарши, оставшиеся позади, назвали её ненормальной.

***

      Оказавшись на улице, девушка как будто протрезвела. В квартале от библиотеки была установлена завеса, покрывавшая территорию лишь одного здания. Не нужно быть гением, чтобы догадаться, кто поставил эту завесу и с какой целью. Само собой, это был Махито. Стало понятно, что именно в этой школе должна была состояться резня, которую так предвкушал её соулмейт.       На ходу вытащив меч из ножен, закинув сумку на плечо, шаманка бежала к границе. Все предыдущие разы Проклятие угрожало лишь её жизни, поэтому Тане было не так боязно. Но на этот раз всё куда серьёзнее — на кону стояла жизнь Итадори, насильно втянутого во всё это Ёшино и нескольких десятков других невиновных школьников. И промедление может стоить слишком дорого. Отступать нельзя да и некуда. Ей придётся выложиться на полную и, если понадобится, умереть ради защиты окружающих.       Наконец девушка добежала до угольно-чёрного купола, не пропускающего внутрь ни капли солнечного света. Ещё издалека студентка заметила, что она по какой-то причине не может разглядеть происходящее на другой стороне. И это было более чем странно.       Бросив сумку на землю, остановившись перед завесой, Комацу опустила веки и сделала глубокий вдох и выдох, покрепче перехватив рукоять меча. Подняла глаза. Теперь она готова.       Занесла ногу, приготовившись переступить границу, но… стопа натолкнулась на препятствие как раз-таки в виде завесы. Нахмурившись, девушка подняла свободную руку и медленно поднесла к куполу. Она могла коснуться его, но войти внутрь никак не получалось.       — Чёрт! — Таня разозлённо топнула ногой и резко взмахнула рукой, держащей меч. — Да как он вообще посмел?! Угх!       По всей видимости, тот, кто установил завесу, то есть Махито, сумел поставить ограничение. Не каждый шаман обладал такой способностью, что уж говорить о Проклятиях. Из-за этого ограничения обладатель определённой проклятой энергии не мог пересечь границу барьера. В данном случае под запрет попадала проклятая энергия Тани.       «Да что вообще творится в голове этого наглеца? — негодовала шаманка. — Сначала заявился в библиотеку не понятно для чего, поделился своими планами, отвесил комплимент моему новенькому комбинезону, а после установил завесу, не пропускающую меня! Ну и с какой целью, спрашивается?»       Не хотелось это признавать, но ей на самом деле было приятно, что он заметил её обновку. Комбинезон в стиле милитари был куплен во время шоппинга в Гиндзе. Кугисаки и Зенин откопали его среди множества вещей, лежащих на стойке распродажи, и предложили Тане примерить последний размер. А её и упрашивать долго не пришлось — вещь-то красивая да ещё и с хорошей скидкой!       — Он же это специально! — девушка пошла вдоль купола, надеясь обнаружить хотя бы маленькую трещину. — Чёрт. Я не смогу попасть внутрь, если он сам не снимет завесу. Или же если он не… — но тут она осеклась.       Почему-то договаривать эту фразу ей перехотелось.       На то, чтобы обежать барьер полностью, она потратила целых пятнадцать минут. Вернувшись к месту, где бесхозно валялась её сумка, девушка совсем не знала, что ей делать. Трещин в куполе не было, и отменить завесу было невозможно. Прорваться внутрь никак нельзя.       И что же, бросить всё и уйти? Глупый вопрос. Конечно, она этого делать не будет. Ей следует дождаться, когда завеса спадёт. Тогда она сможет помочь тем, кто оказался внутри. Возможно, ей придётся вступить в бой с Махито. Маловероятно, но, может быть, ей даже придётся противостоять самому Сукуне. И это самый худший из представленных вариантов развития событий.       — Господи, — Таня задрала голову, глядя на чистое голубое небо, — пожалуйста…       А о чём именно она просила, и правда, одному небу лишь известно.

***

      Прошло почти полчаса. Таня напряжённо стояла, облокотившись на чёрный купол, который никто, кроме неё самой не видел. И ей очень повезло, что редкие прохожие не обращали на вооруженную мечом девушку совсем никого внимания.       Но вот неожиданно откуда-то сверху послышался громкий хлопок. Завеса лопнула и начала стремительно исчезать. Комацу облегчённо выдохнула и повернулась лицом к редеющему барьеру. Что успело произойти там за это время? И думать было страшно об этом.       Наконец завеса полностью исчезла, и студентка смогла зайти внутрь. Первым, что она увидела во дворе школы, был Итадори и склонившийся над ним Нанами. По всей видимости, первогодка был в отключке, а мужчина пытался привести его в чувства. Но где же зачинщик случившегося?       — Нанами-сан! — позвала его Таня, когда начала бежать в их направлении.       Шаман сразу же обратил своё внимание на девушку. Он искренне удивился её появлению, но в данный момент было не до разбирательства. Он обязательно расспросит её позже, а пока нужно оказать первую помощь пострадавшим и вызвать подмогу.       — В школе на втором этаже лежит Ёшино Джунпей. Помоги ему, если он ещё жив. Я вызову Иджичи и займусь Итадори-куном, — произнёс мужчина, когда студентка подбежала к нему.       Таня громко ахнула, разглядев раны Юджи, но быстро взяла себя в руки и, молча кивнув, побежала внутрь школы.       К счастью, меньшая часть здания была разрушена во время боя. Если Нанами ничего не сказал про остальных школьников, возможно, их жизни ничего не угрожало. По крайней мере, Комацу на это надеялась. Лестница напротив центрального входа вела прямо наверх. Студентка взбежала по ней на второй этаж.       Окна были полностью выбиты, и пол усыпали сотни мелких и крупных осколков. Вдали была пробита стена. Подросток лежал по правую сторону коридора, напротив ещё одной лестницы. По всей видимости, он был без сознания.       — Ёшино! — шаманка подбежала к парню и, услышав едва слышный стон, опустилась перед ним на колени. — Ёшино, ты меня слышишь? Не волнуйся, всё будет хорошо.       У него не было открытых ран, но наблюдалось множество синяков и ссадин. Возможно, была сломана пара рёбер. Учитывая планы Махито, то, что он остался жив — это просто чудо.       Джунпей с трудом приоткрыл глаза и сфокусировал зрение на девушке. Он явно не ожидал увидеть её.       — Это… ты? — прохрипел он.       — Тш-ш-ш, — шикнула на него Таня. — Не говори. Скоро прибудет помощь, не волнуйся.       Девушка помогла парню приподняться и сесть, опираясь на стену. Он был очень подавлен. Возможно, физические повреждения нанесли ему меньший ущерб, чем осознание того, что Махито обманул его.       Но разве Проклятие не собиралось натравить его на Итадори, чтобы вызвать Сукуну? Почему тогда они оба живы? План Махито не удался? Если так, то это очень хорошо. Наверное, это самый удачный расклад.       — Махито-сан сказал… — начал говорить Джунпей, блуждая глазами по лицу напротив. — Махито-сан сказал, что изначально планировал убить меня, но передумал, — он сделал глубокий вдох и зашёлся в приступе кашля. Таня жалостливо посмотрела на него и позволила себе взять его за холодную руку, чтобы хоть как-то поддержать.       — Не напрягайся, пожалуйста, — произнесла она. — Не волнуйся, вот приедет Иджичи-сан, и мы отвезём тебя к Иери-сан. Она хороший врач, она тебе обязательно поможет.       — Нет, дай договорить, — попросил Ёшино. — Махито-сан просил передать, что он сохранил мне жизнь не из жалости, а потому что твоя душа стояла у него перед глазами в тот самый момент… И это его жутко раздражало.       — После всего, что он с тобой сделал, — шаманка горько усмехнулась, с трудом сдерживая слёзы, — ты продолжаешь с уважением отзываться о нём?       — Я должен быть благодарен Махито-сану, — прошептал Джунпей, прикрыв глаза, — ведь если бы не он, я бы не повстречал Итадори-куна, не открыл бы свою силу, но… — парень сделал паузу. — Махито-сан проклял меня и мою маму. И за это я никогда его не прощу.       Таню шокировали слова подростка. Всё-таки он был слишком добр. Слишком наивен. Слишком…       «Похож на меня», — с горечью констатировала студентка. — «Махито был прав. Ёшино очень похож на меня».       — И тебе я тоже… благодарен, — вдруг произнёс Джунпей. — Прости, что убежал, когда ты пыталась предупредить меня о Махито-сане…       — Благодарен мне? — девушка непонимающе посмотрела на него. — Но за что?       — Я не знаю, как именно вы связаны, но, — Ёшино с трудом проглотил слюну и вновь открыл глаза, сталкиваясь взглядом прямо с Таней, — если бы не ты, Махито-сан, действительно, убил бы меня. Он показывал мне твоё имя на своей руке, хотя я так и не понял, что это значит. Таня-сан…       Таня вздрогнула. Только сейчас до неё дошло, что в библиотеке на руке Махито не было метки. Почему-то тогда она не обратила на это внимание, не до того было, но неужели дух действительно сохранил жизнь Джунпею, потому что она… сумела хоть немного повлиять на него? Это казалось абсурдом.       Неожиданно снизу послышались шаги. Кто-то быстро бежал по лестнице. Комацу встрепенулась.       — Ёшино, пожалуйста, не рассказывай никому об этом, — попросила она его. — Я потом объясню тебе, что всё это значит.       Тут на этаже появился Нанами. Мужчина облегчённо выдохнул, увидев, что подросток жив. Он приблизился к шаманке и произнёс:       — Идёмте. Иджичи скоро будет здесь. Я привёл Итадори-куна в чувства.       Таня улыбнулась одними уголками губ. Она была искренне рада, что теперь оба парня были в порядке. Когда они уже спускались вниз, поддерживая Ёшино, девушка спросила:       — Возможно, мой вопрос будет совсем не уместен… — она тяжело вздохнула. — Нанами-сан, вы ведь сражались с Махито? Что с ним случилось?       — Многое произошло во время нашего боя, — ответил мужчина. — Но проклятый дух сбежал. Кстати, он научился использовать Расширение Территории, если тебе интересно.       А Тане было интересно. Вот только это известие ни капли не обрадовало её. Ведь теперь Махито стал в разы опаснее, и он явно не остановится на достигнутом.       «И за что мне всё это?..»

***

      В кабинете Иери, как обычно, пахло лекарствами. Она оставила Нанами и Комацу наедине, а сама ушла в процедурную вместе с Ёшино и Итадори. Таня чувствовала, что шаману нужны ответы на многие вопросы, но пока он молчал, прикрыв глаза, откинувшись на спинку стула. Она решила заговорить первой:       — Спрашивайте, Нанами-сан.       Мужчина ответил не сразу. Он еле слышно вздохнул и посмотрел на неё.       — Ты уже не первый раз оказываешься рядом с этим проклятым духом. Полагаю, это не просто так. Но Годжо-сан ничего не знает об этом. А он, как и я, несёт ответственность и за тебя, и за Итадори-куна. Поэтому я хочу услышать правду.       Таня вздохнула и, немного помедлив, закатала рукав комбинезона, обнажая иероглифы на своём запястье. Она показала метку собеседнику и начала рассказывать с самого начала. Рассказала про первую встречу с Махито, про появление клейма, про секрет, разделённый вместе с Иери, и так далее. Кенто выслушал её, не перебивая.       — Теперь понятно, — произнёс он, когда студентка замолчала. — Признаться, это действительно необычно — стать родственной душой Проклятия. Даже представить не могу, что ты чувствуешь.       — Я боюсь рассказывать об этом Годжо-сэнсэю, — Комацу опустила взгляд себе под ноги. — Могу я рассчитывать на Вас?       — Если тебе так будет спокойнее, я не стану рассказывать Годжо-сану об этом. Но, как я уже говорил, мы, взрослые, несём за вас ответственность. Если ты продолжишь разбираться с этим проклятым духом в одиночку, это может кончиться плачевно в первую очередь для тебя.       — Да, я знаю… — Таня сделала паузу, а затем продолжила говорить: — Скажите, Нанами-сан, а у Вас есть соулмейт?       — Я ещё не встретил свою родственную душу, но есть человек, к которому я испытываю симпатию. Однако она относится к не-шаманам, поэтому пока я не могу позволить себе связать свою жизнь с ней. Это может быть опасно.       — О, правда? — девушка удивлённо приподняла брови. — Не ожидала, что Вы вот так выложите мне всё.       — Не вижу в этом ничего странного, — мужчина пожал плечами. — Ты спросила — я ответил. Полагаю, ты хотела посоветоваться со мной? Прости, но я плохо знаком со связью соулмейтов. Тебе лучше найти кого-то, кто более осведомлён.       — Я просто хотела узнать… Ум… — Комацу пожала губы, не зная, как лучше выразиться. — А что, если я вдруг… Глупо, конечно, но вдруг я начну испытывать… какие-то чувства… к своему соулмейту? Ну к Махито, то есть.       Нанами с минуту изучал собеседницу взглядом. Она ведь ещё ребёнок. Стать заложницей чужого имени и встать перед выбором между эмоциями и долгом шамана — такое было бы нелегко пережить взрослому, что уж говорить о ней.       — Полагаю, речь идёт в первую очередь о физическом влечении, — спокойно констатировал мужчина, от чего Таня тут же вспыхнула и залилась краской.       — Нет! Ну, то есть… Как бы… Это… — она стала ломать пальцы, не зная, куда спрятаться от смущения.       Нанами покачал головой.       — Прости, я не хотел тебя смущать, — он вздохнул. — Испытывать чувства к своему потенциальному партнёру более чем нормально, кем бы он ни был. Вопрос в том, что для тебя важнее: любовь или же работа.       — А если у меня не получится выбрать? Что тогда мне делать? — отчаянно вопросила студентка.       — Я не могу дать ответ на этот вопрос, увы. Если ты не хочешь говорить об этом с Годжо-саном, обратись к директору своей школы. В конце концов, он лучше знает тебя и наверняка сможет подсказать решение твоей проблемы.       — Что ж, наверное, Вы правы, — Таня кивнула и тяжко вздохнула. — Спасибо, Нанами-сан.