Часть 1

— Я победил! — Тенши вскрикнул от радости и подбросил несколько снежков вверх, самодовольно улыбнувшись. Вечный зимний день в регионе Муллинело не предвещал никакой беды. Вечным он был потому что снег никогда здесь не таял. Отличное место, чтобы поиграть, по крайней мере, так думали дети Верховной Богини — Тенши и Кин.  — Неет. — девочка, младшая сестра Тенши, явно не хотевшая признавать свой проигрыш, вздохнула и нахмурилась. — Ты стопроцентно жульничал!  — Я? — с усмешкой, приподняв бровь, мальчик посмотрел на свою сестричку. — Я, что, по твоему жулик? Ну уж нет, я — лучший игрок в снежки! Ты завидуешь мне! — Тенши быстро слепил снежок и кинул в Кин. Девочка лишь показала ему язык и пустилась бежать изо всех ног, чтобы ей не прилетело прямо в лицо. Ловко она пыталась перепрыгивать или обходить все препятствия, что были в заснеженном лесу. Она, словно, убегала от какого-то монстра, даже не оглядывалась. Солнце иногда светило ей прямо в глаза, но уверенная в своих силах Кин не останавливалась и бежала. А тем временем ее принялся догонять Тенши, чтоб не потеряться где-то там, в вечно-белом лесу. Спустя какое-то время, брат потерял свою сестру из вида. Он добежал прямо почти до красивого дворца своей матери и упустил ее, черт. Что скажут родители? А это разве волновало Тенши? Он лишь внимательно осмотрелся вокруг себя, подозрительно прищурив глаза и протянув долгое «хммммм».  — Получай! — крикнула Кин, показавшись из-за ёлки и бросила снежок прямо в старшего брата. Сзади мальчика резко оказалась девчонка с ангельскими крыльями. Ее серый хвост, завязанный небольшим бантиком, развивался на ветру, что придавало ей какую-то грозность в виде. Она приулыбнулась, показывая, что на этот раз выиграла уже она, причем честно. Ее глаза сияли чувством превосходством над Тенши, который упал на землю и получил снежком по затылку.  — Ты, гх, сбрендила? — прорычал мальчик и поднялся, оттряхнувшись и недовольно скрестив руки на груди. — Даже я так резко не нападал!  — Ты упускал шанс, Тен-ши.  — Че-че-чего? Кин усмехнулась и протянула ему руку в знак перемирия.  — Ладно, извини. — протянула девочка и посмотрела на своего брата. — Было больно?  — Сначала кидается, а потом извиняется. — мальчишка перевел взгляд на ёлку, рассматривая её и будто о чем-то размышляя. — Прощаю.  — Тогда пойдем! — Кин взяла Тенши за руку и побежала к матери, в их роскошный и шикарный особняк, где они и жили. Там было очень красиво и богато. Прошел довольно значимый и большой промежуток времени, после этого события. Тенши, не сиявший больше такой жизнерадостью и идеей стать как отец, шел по тому же зимнему лесу, где была их последняя игра с Кин. И докуривал оставшуюся сигарету.  — Блять, солнце. — юноша сматерился, для него это уже было довольно обыденно. Шел он там, где она и пропала. Уже как несколько лет он разыскивал ее, пытался хоть что-то сделать. — Заебало светить куда не надо. Тенши присел на землю и мрачно смотрел вдаль, на ёлки. Он словно что-то подозревал и пытался разглядеть.  — Интересно, моя победа тогда что-то значила? — парень плюнул в снег и потушил сигару. — Или она была моей последней? Агх, чертовка Кин, куда же ты пропала? Взгляд сурового, холодного и безнадёжного Тенши снова покосился в сторону ёлок. На их лапах аккуратно лежал снег, сиявший на солнце. Так красиво и завораживающе, прямо как его сестра. Хоть юноша и верил в то, что на самом деле она уже мертва и никогда не вернётся, то в глубине души страстно желал ее возвращения. Ему бы хотелось снова побегать с ней и поиграть в снежки, прятки, да во что угодно. Он слишком рано повзрослел, слишком. Вся ситуация пугала его, но он сейчас этого не желал показывать остальным. О, эти воспоминания о ней. Они такие манящие и сладкие, что хотелось всплакнуть. Парень был готов на себе уже волосы рвать, лишь бы хоть на секунду забыть об этом. Закрыть глаза, представить перед собой снова картину того злосчастного последнего вечера, когда Кин осторожно обнимала отца и что-то шептала ему на ухо, на что Термало качал головой и целовал дочь в макушку, показывая что всё хорошо. Тенши же был на руках у своей матери, что в тот момент звонко хихикнула и с трепетом гладила сына по голове. Такие хорошие, а самое главное, позитивные события насыщали жизнь нынешнего пессимистичного Тенши.  — Эх. — парень вздохнул, поднялся и оттряхнул с себя снег. — Если бы я смог дать тебе пиздюлей, Элис.  — Наша последняя с тобой игра, сестрёнка началась здесь. — юноша презрительно посмотрел на солнце, давая знать о том что ему не нравился его яркий свет, и ушёл оттуда, грустно вздыхая, бросив потушенную сигарету в тот сугроб, через который однажды перепрыгнула Кин.