Часть 1

«Когда на смерть идут — поют, а перед этим можно плакать. Ведь самый страшный час в бою — час ожидания атаки.» © С. Гудзенко       Прошли годы с нашего с братом изгнания из Нарготронда. Долгие годы ожидания. И вот на изломе зимы войско нолдор подошло к границе Дориата. А уже вскоре стало ясно, что мирным путём переговоров и соглашений мы ничего толкового не добьёмся. На наше послание с предложением мирного урегулирования ситуации ответом явился отказ. В тот вечер, когда мы получили эту весть, в командном шатре царило напряжение. Это напряжение, казалось, можно резать ножом, настолько осязаемо оно было.       Мы ничего уже не решали и не обсуждали. Мы знали, что будет происходить через несколько часов. И от этого знания всем было как-то не по себе. Совсем не по себе. Но всё давно уже предопределено, и назад пути у нас нет. И все мы семеро это понимали прекрасно.       Потому, хоть и собрались вокруг походного стола с целью обсуждения предстоящего, но слов ни у кого не было, и все молчали. Молчал, нахмурившись, Майтимо, в последний раз внимательно изучающий план, принесённый лучшими разведчиками. Молчал Макалаурэ, как-то тревожно и печально смотревший, не отводя взгляда, на Старшего. Молчали Морьо и Курво, тщательно осматривающие сложенные у стены доспехи и проверяющие их целостность и пригодность для завтрашней битвы. Молчали близнецы, необычно для себя притихшие и лишь переглядывающиеся изредка, впрочем явно даже без осанвэ. Молчал и я, старательно делая вид, что проверяю остроту и заточку меча. На самом же деле совершенно точно знал, что никого из братьев это не обманет. Лишь пустая, неуклюжая попытка отгородиться от мыслей о предстоящем нам завтра. Как и занятия всех остальных.       Мы все в этот вечер пытались обмануть других и себя в первую очередь. Мы искали причины, но они были не действенными. Мы старательно делали вид, что заняты делом, но это было глупо и бесполезно. Мысли же никуда не девались. И все мы знали, что думаем об одном и том же. Все семеро.       И вот над лесом забрезжил призрачно-серый зимний рассвет. И войско начало готовиться к выступлению. Несмотря на то, что всё было отработано и слаженно, шум и какофония звуков стояли такие, что короткие приказы приходилось отдавать едва ли не крича во весь голос. А совсем скоро нолдор были готовы к началу этой непростой для всех битвы.       И вот над замершим войском разнёсся звонкий и переливчатый голос рога. Сигналил Макалаурэ. Его было ни с кем не спутать, ибо даже команда к выступлению в его исполнении казалась музыкой. Вот в ответ ему с другого края раскатился тяжёлой и грозной волной гул рога Морьо. Третий сигнал прозвучал со стороны воинов близнецов.       Пора…       Я вскочил в седло и тоже просигналил нашим с Курво воинам. А потом войско двинулось вперёд. Медленно. Неотвратимо. Части на ходу отделялись друг от друга, приступая к выполнению задуманного ещё вчера плана атаки.       А я… Я знал, был уверен в том, что это будет мой последний бой. Наверное выработанное за долгие столетия общения с собаками и знания повадок зверей чутьё подсказывало мне это. И сомневаться не приходилось. Смерть уже сидела со мной в одном седле. Но я знал, что она подождёт ещё какое-то время. Знал. И посылал коня вперёд. Навстречу своей гибели. Неотвратимо. Спокойно. Уверенно.       У меня нет ни иного выбора, ни пути назад. Я должен сделать всё, что смогу, и уйти с честью и достоинством, присущим сынам Феанаро.       …Диора я увидел в тронном зале. И на мгновение замер, неотрывно смотря на него. Ибо на меня взглянули глаза Лютиэн с лица, хоть и искажённого человеческими чертами, но всё равно её лица. И я понял. Вот моя погибель. Здесь и сейчас. От этой руки. Глаза в глаза с сыном той, которую так любил и не смог сделать так, чтобы и она меня полюбила в ответ.       Ну что ж… Пора.       Я шагнул вперёд и ударил.