Часть 1

Я обеими лапами толкнула вожака Своры в бок. Пес пошатнулся, потерял равновесие и свалился с обрыва. Я слышала отчаянный вопль Огнегрива, слышала лай собак, слышала мяуканье других котов, сражающихся со Сворой. Ветер свистел в ушах; в вое ветра мне слышались голоса. Голоса Белогривки и Мошки. «Не сдавайся!» — мяукала моя сестра. «Мамочка, не сдавайся!» — пытался перекричать ветер Мошка. С громким плеском я и собака упали в воду. Вода была холодной, какой и полагается быть воде в начале сезона Падающих Листьев; но спустя миг по венам разлилось приятное тепло. Вода тянула меня на дно. Шерсть намокла и стала невыносимо тяжёлой. Я отчаянно барахталась в воде, пытаясь выбраться из реки. Вынырнув, краем глаза я заметила Вожака Своры — он раскрывал пасть, пытаясь глотнуть свежего воздуха, и молотил лапами по воде. Брызги летели мне в мордочку, и я прикрыла её лапой. Не удержавшись, я снова пошла на дно. Я попыталась вынырнуть, но не тут-то было. Коряга зацепилась за мой пышный хвост и не отпускала меня. Рядом со мной из воды вынырнул еще один кот. Это был белый котенок с серыми пятнами. Мошка! Я потянулась к нему, но коряга держала крепко. «Мама, давай!» Я сжала зубы и рванулась ещё раз. Коряга отплыла куда-то в сторону. Белогривка и Мошка что-то говорили мне, но я не расслышала, что именно из-за шума воды. Внезапно ещё один кот подплыл ко мне и толкнул меня на поверхность. Я в ужасе уставилась на огненно-рыжего кота.  — Огнегрив… — захлебываясь, проговорила я. Глашатай схватил меня за загривок и потащил к берегу. Но я была слишком тяжела для него, и он сам чуть не пошел на дно. Неожиданно я услышала плеск воды. Синевато-серая кошка подплыла ко мне и вместе с Белогривкой, Мошкой и Огнегривом выплыла на поверхность. Это была Невидимка. Моя дочь. Мошка радостно мяукнул, увидев сестру и спешащего к ним Камня.  — Синяя Звезда! Ты в безопасности! — со страхом мяукнул огненно-рыжий. Краем глаза я заметила чью-то рыжевато-бурую тень. Желудь.  — Желудь… я готова… Я выдавила какое-то подобие улыбки, повернувшись к воителю.  — Вы… меня… спасли, — проговорила я.  — Не умирай! — лихорадочно зашептал Огнегрив.  — Я стольким обязана Лужице… за то, что растила и кормила вас… я видела, как вы росли, становились храбрыми воинами… Прошу вас, простите меня!  — Мы тебя прощаем, — шепнула Невидимка.  — Мы тебя прощаем, — повторил Камень. Я едва заметно улыбнулась. Они меня помнили.