11

      Коридор показался особенно мрачным, когда шаги стали приближаться. Гермиона ощутимо вздохнула, надеясь, что кто-то из учителей не спит в такое время. Было странно чувствовать себя такой уязвимой. Рядом с Малфоем было спокойно, кого бы они не встретили во время патруля. Но сейчас, гриффиндорка чувствовала себя маленьким ребенком в стенах темного старого замка. Шаги стали громче, человек приближался. — Грееейнджер. - потянут мужской, слишком довольный своей находкой голос. — Монтегю? - заметила силуэт Гермиона, когда слизеринец показался из-за поворота. — Не видел время? Уже давно отбой. Минус двадцать баллов со Слизерина. — Плевать на баллы. - издал тот лаящий смешок. — Вот только Грейнджер, а ты то чего тут одна? Слизеринец подошёл ближе и в нос ударил сильный запах спиртного. Рвотный рефлекс буквально заставил попятиться назад. Вкупе с Грэхемом этот запах казался тошнотворным и вызывал отвращение. Совсем не то, что от Малфоя. Его запах смешивался с крепкостью огневиски и казался дурманящим. Гермиона еле удержалась, чтобы не закатить глаза. — Я староста девочек и обязана ходить на ночные патрули. Чтобы ловить таких как ты. - идиотов. — Что-то я не вижу рядом с тобой Малфоя. Или я ошибаюсь и он не должен тебя сопровождать? - подходя ближе, скорее, с усмешкой, поинтересовался Грэхем. — Он недалеко. - получилось как-то жалко, но Гермиона молила Мерлина, чтобы пьяный мозг парня не распознал лжи. — Как-то с трудом верится, учитывая, что сегодня вечеринка у Слизерина, в честь его возвращения. - Монтегю самодовольно улыбнулся, оценивающе проходясь взглядом по телу гриффиндорки. Гермиона поспешила проигнорировать взгляд. Так вот, куда ушел Малфой. — Знаешь, Грейнджер. - потянул слизеринец, подходя ближе и буквально заставляя вжаться в каменную стену. — Ты похорошела, учитывая первые курсы. - его рука бестактно легла на талию, спускаясь ниже. Прикосновение было требовательным и слишком грубым. По спине пробежали ледяные мурашки, а к горлу подступил ком тошноты. Грейнджер не собиралась стоять и просто наблюдать, быстро достав палочку и вытянув перед собой, у самого горла слизеринца. — Отойди. От меня. - слова буквально сочились ненавистью, брезгливостью и злобой. Грэхем усмехнулся, но все же отошёл на пару шагов, продолжая зверски улыбаться. — Грязнокровки не должны пользоваться палочками и магией в целом. - спокойно проинформировал тот, резким движением ударяя Гермиону на руке. Обратную сторону ладони будто ошпарили кипятком и палочка вылетела. Грейнджер попыталась оттолкнуть противника, чтобы успеть поднять древко и выпустить Петрификус. Но не успела, мужская рука до боли сжала предплечье, в то время как другая, обхватила плечо, прижимая к стене. Затылок больно ударился о холодный камень. — Ты должна быть благодарна мне, Грейнджер. Чистокровный волшебник решил воспользоваться твоим грязным телом. - усмешка в его глазах выглядела настолько омерзительно, что Гермиона не была уверена, что сдержит подступающий к горлу ком. Левая рука пригвоздила руки к стене, над головой. В то время, как правая начала исследовать тело девушки, больно сминая грудь, бока и ягодицы. — Отпусти меня! - стараясь высвободить, прокричала девушка. — Не дёргайся. Голос был спокойным, но в нем было столько всего, что по тему пробежала ещё одна волна пугающих мурашек. Паника в груди начинала нарастать. Она совсем одна. Одна. Одна в этом темном и страшном коридоре. Монтегю приблизился, видимо, намереваясь поцеловать ее. Мысли об этом впилась в мозг, будто иголка. Гермиона поспешила отвернуться, сделать хоть что-то, только бы не почувствовать его губы на своих. Но рука больно сжала скулы, обездвиживая. Когда осталось всего несколько сантиметров между ними, Гермиона воспользовалась потерей бдительности, резко подняла голову и плюнула, попав под глаз слизеринца. Тот немного отстранился, не отпуская женских рук и замолчал. Его глаза будто налились кровью. От молча вытер слюну, вздохнув. — Я ведь хотел по хорошему, грязная шлюха. Обманчиво спокойный тон резанул по ушам. А следом за ним правая щека отдала ужасной болью, от которой выступили слезы. Ещё мгновение и голова встретилась с холодным полом, отдавая новой волной боли по всему черепу. В ушах звенело, а в глазах все плыло. Она еле смогла различить силуэт, что приближался. Чья-то рука обхватила талию, придвигая ближе и сминая одежду чуть выше груди. Отдаленно был слышен голос, но она не могла разобрать слов. Мозг отказывался работать, любые мысли заглушались непонятным шумом. Как только шум в ушах стал терпимым, Гермиона почувствовала как грубая рука расстёгивает ширинку джинс. Девушка старалась подняться, отодвинуться или хотя бы отвернуться, но вес тела слизеринца пригвоздил ее к полу, словно каменная стена. — Пусти меня! - не собиралась сдаваться Гермиона. Ком в горле не уходил, было уже не разобрать: страх это или откровенная неприязнь. Безысходность положения пробиралась все ближе к сознанию. Взгляд застилали слезы, пока мозг в ускоренном темпе искал хоть что-нибудь. Малейшую возможно побега. Горло сдавило под жёсткой хваткой, паника нарастала все сильнее. Гермиона запрокинула голову, в надежде закричать. Хоть кто-то должен услышать и придти на помощь. Хоть кто-то... Но как только малейший звук вырвался из гортани, хватка на шее усилилась. Взмах палочки и что-то неразборчивое. Сначала Грейнджер обрадовалась, ведь на какой-то момент грубые руки перестали нагло исследовать ее тело. Но позже разум затопило липкое осознание. Монтегю наложил на нее Силенцио. Несколько истошных криков, от которых начали гореть связки и абсолютно ничего. Гриффиндорку окатил липкий, тягучий, словно деготь, страх. Мозг отказывался искать новые идеи, пути спасения. Девушка закрыла глаза, стараясь потеряться в собственной голове. Это не ее грудь сейчас сжимают до боли, не ее шея сжата другой рукой, от чего больно дышать. Это все не с ней. Такое липкое, мерзкое и пугающее. Все совсем не так. В сознании всплывали образы Малфоя. Его требовательные, но при этом, нежные касания. Поцелуи которые отключали голову и лишали любой умственной способности. Не от страха и неприязни, нет, это было похоже на сладкое забвение. Теплые руки, которые, если отстранялись, дарили тоску и холод. Все совсем не так. Это пугает до дрожи и рвотных позывов. Малфой. Драко. Это не Драко.

***

      Дыхание сбивалось от ритма. Он слишком долго бежал, пока не услышал крик. Короткий. Слишком короткий. Сначала Драко подумал, ему вовсе показалось, но решил проверить, свернув. Несколько поворотов и что-то темное, по-настоящему темное, поднялось внутри него. Грейнджер. Беззащитная, такая маленькая Грейнджер плачет, в кровь кусая губу и стараясь не открывать глаза. Парень и не понял, что именно, но что-то внутри него щёлкнуло при виде лица гриффиндорки и однокурсника. Буквально секунда и Монтегю оказывается на полу, совсем рядом с ней. Слишком близко. Драко ударяет его куда-то в районе лица, он не смотрит куда, даже не чувствует боли. Только бесконечный поток ярости и страха. Чего он так испугался? — М-Малфой? - прорезает сознание испуганный голос, от которого по телу проносится ещё одна волна беспробудной агрессии. Ещё удар. Ещё. Ещё и ещё. Он никогда не понимал маглов, до этого момента. Махать кулаками как дикие животные, оказывается, это помогало выпустить эмоции куда лучше, чем древко в руке. Ещё удар. Ещё. Руки были залиты кровью, вперемешку. Разодранные казанки и разбитая физиономия Грэхема. Но ярость никак не проходила. Драко заносил руки снова и снова, даже когда крики однокурсника стихли. Гермиона не поняла, в какой момент дышать стало легче. Поднялась с пола отползая к стене. Малфой. Он пришел. Драко был похож на демона. Серые глаза, казалось, даже в темном коридоре горели злобой, пока их обладатель продолжал заносить кулак и бить. Она не могла разобрать: боится ли его сейчас или хочет спрятаться в его крепких объятиях от всего мира. — Остановись! Ты убьешь его!- но не единого звука. Как только разум начал осознавать происходящее, Гермиона попыталась встать, ноги тряслись, казались ватными. Опираясь на стену она подошла ближе, осторожно проведя рукой по черному пиджаку. Кажется, подействовало. Мягкое, еле заметное касание в районе лопатки остановило его. Драко обернулся, чувствуя, как злость понемногу отступает. Будто в этих заплаканных карих глазах был спрятан какой-то антидот. Он отступает, только сейчас чувствуя ужасное жжение в кистях и фалангах пальцев. Но сейчас это не важно. Грейнджер. — Как ты? - Драко осторожно кладет руки ей на плечи, немного встряхивая, чтобы пропала пелена ужаса в медовом взгляде и прекратилась дрожь. Гермиона молчит, стараясь сдержать подрагивающее тело и указывая на свое горло. Парню потребовалось пару секунд, чтобы понять и достать палочку. От осознания причины ее немоты, его захлестнуло новой порции агрессии. — Драко, нет! Стой! Ты убьешь его! Прошу...- стараясь подавить дрожь в собственном голосе, Гермиона хватает его за руку, понимая, зачем слизеринец повернулся к однокурснику. Ее голос, прикосновение, все в ней успокаивает. Она не хочет насилия. Драко сдерживается, присаживаясь и поднимая лицо Монтегю за окровавленные пряди. — Ещё раз, сукин ты сын, я узнаю о чем-то таком - ты покойник. - голос отдает таким холодом, что Гермиона невольно ежится. Грубо отпуская слизеринца, Драко снова поворачивается к ней, осматривая с ног до головы. — Он успел? - прозвучало с какой-то тревогой. Гермиона отрицательно замотала головой, не доверяя собственному голосу. Осознавая, что все ещё плачет только тогда, когда рука Малфоя легла на щеку, вытирая мокрую дорожку слез. Он нерешительно касается ее лица. Вдруг его прикосновения сейчас пугающие, вдруг после этого она никогда никому не даст дотронуться. Но Гермиона поддается головой немного ближе, позволяя. Он внутренне расслабляется. — Идём. — А как же? — Он не посмеет кому-то сказать. Наверняка, слизеринцы пойдут его искать и отведут к Помфри. - спокойно заверил Драко, осторожно беря руку девушки в свою и направляясь в сторону Башни.

***

      Как только портрет за учениками закрылся, Гермиона почувствовала новый приступ паники. Только сейчас пришло ощущение безопасности и мозг смог прокрутить все произошедшее. Грейнджер тихо всхлипнула, садясь на диван, просто боясь не справиться с подъемом до комнаты. Ноги все ещё казались ватными, даже после дороги обратно. Девушка притянула колени к груди, обхватывая их руками и стараясь почувствовать защиту. — Какого хера ты не вернулась назад? - наконец подал голос Малфой, все это время наблюдающий. Он звучал как то устало, обеспокоенно. И все же, рядом с ним было какое-то подобие безопасности и спокойствия. — Я...- начала Гермиона, но голос звучал охрипшим. Несмотря на отсутствие звуков, связки повредились от криков. В глазах появилась новая доля слез. Драко осмотрел ее ещё раз. Нормальный свет дал заметить синяки на шее, руках и самое главное - огромное багровое пятно на щеке, вкупе с кровоточащей губой. Этот уебок позволил себе ударить ее. Это его вина. Конечно, Грейнджер не оставит свой пост. Он знал это и все равно ушел. Оставив хрупкую девушку гулять в полумраке. Сейчас она казалась ему маленьким цветком, оставленном на убивающем морозе. — Я не должен был оставлять тебя. Пока Грейнджер подняла голову, собираясь ответить, он опустился на диван рядом. Осторожно заправил выбившуюся прядь каштановых волос за ухо и взглянул в карие глаза. Сейчас она не выглядела такой испуганной и потерянной. Это зародило некое облегчение, сродное тому, что он испытал, когда понял что успел более-менее вовремя. Драко достал палочку, придерживая здоровую щеку другой рукой. Несколько плавных взмахом палочки и багровое пятно понемногу светлело. Карие глаза зажмурились. Точно, ощущение от целебной магии не из приятных. Большой палец свободной руки осторожно поглаживал другую щеку, стараясь притупить боль. Драко про себя усмехнулся, разве это могло помочь? Но ему помогало, отвлекало, когда Нарцисса делала так в детстве. — Спасибо. - не разрывая зрительного контакта произнесла девушка. Драко отметил, что голос стал более ровным и спокойным. Осторожно сместил руку на шею, отодвигая воротник. Болезненные на вид сине-желтые синяки выглядели омерзительно, он почувствовал как при виде их собственная рука дернулась. Видимо, это заметила и Грейнджер, легонько сжимая все ещё кровавые пальцы и вымученно улыбаясь. Блять. Эта девчонка остаётся такой сильной, даже после произошедшего. Она улыбается, стараясь поддержать и говоря "со мной все в порядке". Сколько же в ней сил? Она имела полное право безостановочно реветь, кричать и показывать свой страх Закончив с шеей Драко залечил синяки на запястьях, ещё раз осматривая девушку. — Хочешь чего-нибудь? — Принять душ. - незамедлительно ответила гриффиндорка и добавила, подумав. — Но это подождёт. Мягкие, маленькие ручки обхватили его собственные, очищая от крови и залечивая казанки. После чего, несколько взмахов для очистки их одежды. Несколько кровавых мазков на шее и щеке от его, Драко, прикосновений. Он осторожно провел палочкой, убирая и их тоже. Если не считать опухшие от слез глаза, покрасневший нос и спутанные волосы - Грейнджер выглядела нормально. Они просидели так какое-то время, не разрывая зрительного контакта. Карие глаза становились все спокойнее, в них проявлялась усталость.

***

      Как только Грейнджер освободила ванную комнату, он тоже воспользовался ей. Безумно хотелось смыть с себя этот вечер. Малфой обещал себе - он будет держаться от нее подальше. Но разве он мог допустить того, чтобы девушку изнасиловали? Не важно, что это было Грейнджер. Никто не должен испытать такого. Но когда он вышел из подземелья, руки трясло мелкой дрожью. Он был напуган. Напуган, что с ней может случиться что-то плохое. Слишком страшно, что этот озорной огонек в карих глазах погаснет. Что к ней прикоснется кто-то другой. Ты просто собственник, Малфой. Ничего больше. Слизеринец вышел в коридор, взгляд сразу наткнулся на кудрявую голову. Грейнджер, облаченная в свою безразмерную пижамную майку и какие-то штаны стояла, оперевшись спиной о стену. — Я подумала...- неуверенно начала она, заметив Драко. Юноша вопросительно вскинул бровь. — Я не хочу оставаться одна сегодня, не уверена, что смогу. - Грейнджер заправила прядь волос. Всегда делала так, когда волновалась. Он запомнил. — Не мог бы ты поспать со мной сегодня? Ее нужно оттолкнуть. Ты уже сделал все, что было нужно, а теперь пускай разбирается сама. Немой кивок. Блять. Он снова не может ей отказать. Гермиона улыбнулась, а в золотисто-карих глазах снова пронесся яркий огонек. — Спасибо. — Только не в гостиной, я больше не собираюсь засыпать на узком диване. Останемся в моей комнате. - спокойно заверил слизеринец, открывая дверь зелено-серебряной спальни. Отлично, Малфой! Теперь ты уже пускаешь ее в свою комнату. Может сразу предложить переехать в нее? Внутренний голос был заткнут. Он просто помогает ей, это ничего не значит. Его вина в произошедшем, он не может оставить ее одну. — Ты уверен что можно? Мы можем остаться у меня и я сотворю ещё одну кровать. - мялась в проходе Грейнджер. — Салазар, Грейнджер. Тебе десять? Может, предложишь ещё поставить перегородку и включить ночники? Гермиона недовольно нахмурилась, уже открыла рот, чтобы сказать что-то. Скорее всего, прочитать лекцию о том, что спать в одной кровати неэтично или что-то подобное. Поэтому, Драко поспешил оборвать речь до ее начала: — Принеси свою подушку, я не собираюсь делить с тобой одну на двоих. - спокойно заверил он. Грейнджер ещё несколько секунд изучала его взглядом, видимо, искала что-то, что по ее мнению, было необходимо сказать. — Мое терпение не бесконечно. Быстрее. - спокойно, но настойчиво. Гриффиндорка слушается, возвращаясь через несколько секунд с подушкой в руках. Усаживается на край кровати, прижимая к себе мягкую, белую наволочку с содержимым. Было странно наблюдать такое, будто та смущалась. Он никогда не с кем не спал в собственной постели, за исключением, Грейнджер. Ненавистно было думать, что кто-то спит рядом. Но Грейнджер была чем-то непонятным, с ней было спокойно и уютно. Рядом с ней не было кошмаров. Чертов антидот. Драко устроился на правой половине, вопросительно смотря на девушку. Кончики ушей немного покраснели, но она забралась под одеяло, оставляя между ними максимальное расстояние. Малфой не решился его нарушить. Он не знал, как она отнесётся к его близости, после сегодняшнего. Он не мог позволить себе снова приблизиться. Он должен держаться как можно дальше. — Ты уверен, что стоило оставлять его? После твоего...после того, как ты его остановил, Монтегю выглядел кошмарно. - кажется, Грейнджер была действительно обеспокоена. — Ты серьезно переживаешь за судьбу человека, который тебя чуть не трахнул? Или может, мне показалось, что это было не общепринятое решение? Он искренне не понимал, как можно беспокоиться о чем-то подобном. Слишком много доброты и сострадания в одном человеке. — Пожалуйста, не говори так. - карие глаза выглядели обеспокоенно и на мгновение, в них пробежался тот же страх, что пару часов назад. — Грейнджер, за ним точно придут, я уверен. - выдохнув, все же постарался прервать тревогу Малфой. И он не врал. Забини точно пошлет Кребба или Гойла. А те либо отнесут его в гостиную, либо додумаются в лазарет. Скорее всего, Помфри уже возвращает его лицу человеческий вид. — Спасибо тебе. - тихо проговорила девушка, улыбаясь ему, немного вымученно, но так искренне. Драко перевернулся на бок, стараясь лучше запомнить это выражение лица. Теплоту карих глаз, маленькие морщинки у глаз, алые губы. Грейнджер потянулась к его руке, но слизеринец перехватил ее, держа за запястье. — Тебе не за что благодарить. Я виноват в том, что оставил тебя одну. - он звучал холодно. Драко Малфой признает свою вину, нонсенс. Но это вышло так легко, обычно он просто отпирается или меняет тему, говорит колкости. Но сейчас он не может просто принять ее благодарность, он не заслуживает. — Ты ведь не знал, что так будет. - спокойно пожала та плечами. Будто ничего страшного и не произошло, будто это не Грейнджер пару часов назад тряслась в панике и страхе. Он провел пальцами по ее руке, замечая как этот жест приковал ее взгляд. Осторожно потянул на себя, заставляя Гермиону придвинуться чуть ближе. Крепко сжал пальцы, целуя где-то между кистью и тыльной стороной ладони. Стараясь выразить этим глупым жестом то, как ему жаль. То, как трепетно он к ней относится. И пускай Драко не признается себе в этом, найдет оправдания и кучу других причин. — Доброй ночи, Драко.

***

Запах тирамису пробрался внутрь грудной клетки, словно лёгкий летний ветерок, заставляя отбросить царство снов и открыть глаза. Грейнджер мирно спала рядом, уткнувшись носом в его плечо, прижимая к себе часть одеяла. Ее ресницы казались ещё длиннее, словно кукольные. Лицо было таким умиротворенным, как и поднимающиеся от размеренного дыхания плечи. Каштановые завитки спадали на лицо и шею, а так же, словно шелк, расплылись по подушке. Зелёная майка, в которую облачилась гриффиндорка, была практически в тон ещё шелковой простыни и одеяла. Они отлично сочетались, будто все так и должно быть. Драко осторожно убрал кудряшки с лица и шеи, стараясь не разбудить их хозяйку. Каштановые локоны пахли чем-то шоколадным и солнечным. Обычно такие ароматы казались Драко через чур сладкими и давили на его обоняние. Но запах Грейнджер был нежным, успокаивающим, его хотелось всегда носить с собой, где-то поблизости. Чтобы можно было проснуться от очередного кошмара, вдохнуть сладость, словно наркотик, и уснуть, не переживая снова быть разбуженным душащими воспоминаниями. Или чувствовать его в моменты безысходности и агрессии, он бы бесспорно помогал. Малфой приподнялся на локтях, проведя костяшками пальцев по мягкой щеке, слишком мягкой. Неуверенно оставил поцелуй где-то на скуле. Рядом с ней было спокойно, он давно понял это. Грейнджер - чертов антидот, сильное наркотическое вещество. Рядом с ней нет кошмаров. И он благодарен. Не готов разбираться и принимать то, что она делает с ним, в какую безысходность заводит. Но благодарен за свежесть и тишину внутри. С ней его демоны засыпали. Их усыпляла болтовня по ночам и нежная улыбка. Пускай Драко никогда не скажет ей этого "спасибо", но он выразил его в лёгком, еле заметном, поцелуе.

***

      Дверь громко хлопнула, заставляя открыть глаза. Изумрудные простыни на правой стороне кровати пустовали. Гермиона провела рукой, еле уловимое тепло, Драко ушел не так давно. Гриффиндорка поднялась, потягиваясь, прогоняя остатки сна. Было не удивительно, что слизеринец просто ушел. Обычно он вел себя тихо, видимо, этот хлопок был специально, чтобы разбудить ее. Взгляд на часы заставил поторопиться. Покидать комнату Драко не хотелось, нотки одеколона и зимней свежести летали по комнате, именно они вчера помогли ей так быстро заснуть. Но время поджимало, напоминая о необходимости идти на завтрак. Прохладная вода окончательно разрушила и без того хлипкие объятия сна. Теперь, когда Гермиона осталась одна, некая подавленность и страх начали проникать в тело и разум. Она знала, ей ничего больше не угрожает, но какой-то камень неумолимо давил на грудь. Хотелось залезть под одеяло и просидеть там весь день, в компании Малфоя. Несмотря на видимое отсутствие, казалось, Гермиона все ещё чувствует прикосновения чужих рук. Она подумала, что больше не сможет никому дать до себя дотронуться. Но, на удивление, прикосновения Малфоя дарили тепло и успокоение. Гермиона устало вздохнула, проходясь полотенцем по телу. День будет сложным. Ей хотелось снова попросить Драко поспать с ней, но это было...странно. Как он отнесётся к подобной просьбе? Складывалось ощущение, что вчера он был перепуган и зол. Но из-за чего? Последнее, во что Гермиона поверит, что Драко Малфой испугался, что кто-то может ей навредить. Малфой был не таким плохим человеком, как они с друзьями привыкли считать - это стало ясно. В нем есть и хорошие стороны. Гермиона даже задумалась, каким был бы Драко, если бы рос в семье с другим достатком и убеждениями.

***

      Темные глаза напротив сразу обратили к нему свой взор, стоило только сесть за стол в Большом зале. Забини молчал, изучая его с нечитаемым выражением лица. Драко вопросительно вскинул бровь. — Я понимаю, насиловать девушку - верх уебанства, даже если это Грейнджер. Но друг, ты на нем живого места не оставил. Объяснишь? - спокойно начал Блейз, выжидающе прищурившись. — Он раздражал. - спокойно ответил Драко, сделав глоток чая. — Блять, Малфой! Что с тобой происходит? Тебя раздражает добрая половина волшебников, теперь ты разбираешься с этим так? - мулат поднял руки в вопросительном жесте. Непривычно было видеть Блейза таким эмоциональным, видимо, Драко действительно удивил лучшего друга. Но что он мог сделать, когда увидел ужас на ее лице? Мозг будто отключился, отдавая бразды правления агрессии. — Как Монтегю? - решил перевести тему блондин. Забини устало вздохнул, поняв, что не дождется достойного объяснения. — У Помфри, как минимум, до завтра. Сказал, что упал с лестницы, хотя она и не особо поверила. Мы отвели его к ней вчера ночью. Не думаю, что он кому-то расскажет правду. - уже более спокойно поведал мулат, вернувшись к завтраку. Драко заметил, как длинные черные ногти скользнули по плечу Блейза и поднял взгляд. Панси устроилась рядом с мулатом, пожелала всем доброго утра и одарила блондина хищной улыбкой. — Практикуешься махать кулаками, как магглы? - ухмылялась слизеринка не спуская с него глаз. — Завались, Панс. Малфой перевел взгляд на заплывающих в Большой зал учеников, лишь бы не слушать шутки Нотта и Паркинсон, посвященные его поступку. Как раз вовремя. Грейнджер неуверенно проскользнула в дверь, осматривая слизеринский стол. Их взгляды встретились и Драко еле заметно кивнул, стараясь показать, что бояться нечего. Этот жест подействовал и девушка уже более уверенно прошла к своему столу, улыбаясь своим тупоголовым щенкам. Ощущение изучающих взглядов заставило переместить взгляд. Ну конечно, Паркинсон и Забини. Драко устало закатил глаза, не желая видеть две довольных усмешки. — Так вот в чем причина резкого геройства. - хохотнула Панси, подпирая щёки руками и по кошачьи улыбаясь, прищурившись. — О чем ты? - Драко снова перевел на нее взгляд. — Чувак, она о Грейнджер! И давно тебя стали привлекать гриффиндорки? - вставил свое слово Забини. — Два идиота со своими подъебами. - спокойно заключил Драко, отодвигая тарелку. Аппетит испорчен. Чтобы он не говорил - этих двоих не обманешь. — Драко. - весело потянула слизеринка. — Салазар, сколько мы знакомы? — Слишком долго. — Именно. Слишком, чтобы не заметить. — Не заметить чего? Что я посмотрел на Гриффиндорский стол, в момент, когда пришла Грейнджер? Тупая случайность. — Твой взгляд, милый. - последнее слово Блейз выделил. — Ты не смотрел на нее так раньше. Будем откровенны, ты ни на кого не смотрел так раньше. — Салазар, вы сами себя слышите? - закатил глаза Драко, искренне надеясь, что так избежит разговора. Блейз открыл рот, чтобы продолжить этот спор, но перевел взгляд и замолчал. В ту же секунду шею Драко обвили руками. Астория. Девушка прижалась к нему, шепча у самого уха: — Доброе утро, милый. Я слышала, что ты сделал. - приторно сладко защебетала девушка, садясь рядом. — Я, конечно, против изнасилования, но это же грязнокровка. Она так докучала тебе, лучше бы Монтегю немного поразвлекался с ней. Она должна быть счастлива, что хоть кто-то обратил на нее внимание. Внутри все вскипело. Как только Астория появилась, сразу начала раздражать его. Но после ее слов - это не шло ни в какое сравнение. —Ты слышишь себя? - не сдерживая злость в голосе. — Разве я что-то не так сказала? - невинно заговорила Гринграсс, потянувшись к его руке. Драко сразу же одернул ее. — Да, Тори, ты не так сказала. По твоему, кто-то должен радоваться тому, что его хотят трахнуть без согласия? Даже если это грязнокровка. — Ну...я... — Просто молчи. Драко поднялся, аппетит испорчен, а друзья бесили как никогда. Краем глаза Малфой заметил переглядки Паркинсон и Забини, напоминающие, что так просто этот разговор не закончится. Это заставило снова закатить глаза.