Глава 9

      Они спустились в подвал, где их ждала уже подготовленная печать Соломона. На концах четырёх лучей были расположены головы призываемых домовых эльфов, а на оставшихся двух предполагалось стоять во время ритуала самой Гарриет и Кикимеру. Сам же Драко, как лицо проводившее ритуал, будет стоять в самом центре. Домовики, что придут на зов, изначально по умолчанию будут подчиняться тому, кто их призвал в свой мир. Именно поэтому было необходимо участие в ритуале Гарриет. В конце, когда основная часть пройдёт, Драко передаст все права на эльфов ей, как новой хозяйке дома. Уже после этого первым приказом девушки станет назначением Кикимора старшим из слуг. Можно было бы сказать «старейшиной», но волшебники мудро заметили, что слишком мало для подобного звания эльфов будет в доме на Гриммо.       Встав в центр, Драко осмотрелся, оценивая проделанную девушкой работу. Вместо традиционных точек между лучами были начерчены рунные символы, нёсшие в себе все значения связанные с домом, работой и подчинением. Вдоль круга, опоясывающего шестилучевую звезду, на латыни были прописаны обязанности каждого из призываемых эльфов. Написано кривовато, но для волшебника, который никогда раньше не занимался подготовкой к ритуалам, вполне неплохо. Главное, что сработает.       Гарриет же, пока Малфой рассматривал начерченные ей символы и знаки, раскладывала по лучам звезды дары. Ничего дорогого или драгоценного. Всё связанное лишь с трудом и работой по дому. И, конечно, никакой одежды.       Когда всё было готово и все участники заняли свои места, ритуал начался. Девушка невольно удивилась тому, насколько свободно говорит на латыни её бывший враг. Так, словно язык был ему таким же родным, как привычный слуху английский. Не менее удивительным показалось и то, что парень может говорить так чётко поставленной речью. Поттер за столько лет знакомства привыкла к его привычке тянуть слова, и поэтому другая речь из уст Малфоя наводила на мысль, что он может быть другим, незнакомым ей человеком.       В какой-то миг все дары вспыхнули огнём, из-за чего не ожидавшая этого Гарриет вздрогнула. Не прерывая своего монолога, Драко посмотрел на неё с каким-то странным беспокойством. В его взгляде было что-то, что заставило сердце девушки пропустить удар, но ритуал продолжался, а следовательно, никому из них нельзя отвлекаться и покидать свои места. Благо, что Поттер только вздрогнула, а не подпрыгнула на месте.       Ещё спустя несколько фраз волшебника появилось ощущение присутствия чужеродной силы. Огоньки свеч, что освещали подвал, задрожали, из-за чего по стенам стали бегать тени, а у Гарриет мелькнула мысль, что это и не тени вовсе, а нечто потустороннее мечется на границе миров. Но всё закончилось в ту же секунду. Драко замолчал, смотря на стоящих перед ним домовых эльфов, переминающихся с ноги на ногу и озирающихся по сторонам. А ведь Поттер даже не заметила, в какой момент у голов появились тела. Когда эльфы перестали озираться и преданно посмотрели на него, Малфой заговорил на привычном английском, но непривычно торжественно: — Я, Драко Люциус Малфой, сын Люциуса Малфоя и Нарциссы Блэк, призвал вас для служения благородному и древнейшему дому рода Блэк, а потому передаю каждого из вас законной владелице, Гарриет Лили Поттер, в служение и полное послушание.       Теперь настала очередь Гарриет вступить в эту часть ритуала. Девушка, как хозяйка, должна была дать новым домовикам имя и первый приказ. Это требовалось для окончательной привязки эльфов к ней и дому. Также, до начала выполнения первого приказа, нужно было закончить со всеми назначениями на должности и обозначить, кто из эльфов главнее. Поттер вздохнула про себя и продолжила заключительную часть ритуала. — Я, Гарриет Лили Поттер, дарю каждому из вас имя: Одри, Вилли, Адре, Пэро, — называя каждое новое имя, девушка задерживалась взглядом на эльфе, которому оно предназначалось. — И первым своим приказом назначаю Кикимера старшим домовым эльфом в великом доме рода Блэк, к которому каждый из остальных эльфов должен прислушиваться, а в минуты необходимости и подчиняться. Служите верой, правдой и честью этому дому.       После торжественной части полагалось дать домовым эльфам первое задание, связанное с тем, чем в будущем они будут обязаны работать. Отдавая приказ за приказом, Гарриет чувствовала, как вымотал её ритуал, и словом не описать, каково было её удивление, когда с последним словом на неё обрушилось такое опьяняющее ощущение силы. Это произошло настолько неожиданно, что девушка на мгновение потерялась в пространстве. Она не заметила, домовые эльфы с хлопками исчезли из зала, чтобы приступить к своим заданиям.       Из состояния эйфории Гарриет вырвал щелчок пальцами перед носом. Часто заморгав, она посмотрела своими зелёными глазами на лицо Драко и вдруг осознала, что никогда раньше не видела его так близко. И пока Поттер со странной внимательностью рассматривала его, Малфой хмыкнул и с усмешкой заметил: — Выглядишь так, словно единолично налакалась огневиски. — О, я и по состоянию очень близка к этому, — честно признала девушка. — Оно и видно, — ответил ей парень.       Гарриет больше ничего ему не сказала, скользя взглядом по чертам лица. Драко и сам невольно засмотрелся на собеседницу. Его и раньше поражала яркость оттенка её глаз и постоянная встрёпанность волос. Даже сейчас, когда Гарриет стала следить за своим внешним видом, из причёски нет-нет, но выбится прядь. Правда, данный конкретный момент девушка и вовсе не заплела свои длинные кудри, и теперь Драко понял причину её встрёпанности. Лёгкий волос так и норовил взвиться облаком и лечь по своему, а не так, как его уложили.       Взгляд Гарриет плавно опустился по его шее к плечам и ключице, от чего глаза её чуть прикрылись. Драко наблюдал за тем, как чуть подрагивают длинные ресницы, позволяя девушке рассматривать себя. Сам он, ещё спустившись в подвал, уже успел оценить фигуру Поттер и признать её… привлекательной.       До чего странная, неправильная ситуация. И ему она нравится! Им обоим она нравится. Обоим в этот момент была приятна близость и внимание друг друга. В какую-то секунду парень остро захотел снова встретиться с Поттер взглядом и тут же лёгким движением приподнял её лицо за подбородок. На краю сознания мелькнула мысль, что, кажется, они стали ещё ближе, но ни он, ни она за неё так и не зацепились. Цепляло лишь притяжение в чужих глазах и ожидание чего-то большего. — Благородная госпожа Нарцисса ожидает хозяйку и её гостья в гостиной, — чопорно объявил Кикимер, и волшебников словно ушатом холодной воды облили: они в ту же секунду отпрянули друг от друга в разные стороны.       Стесняясь и, по правде говоря, боясь снова заглянуть Малфою в глаза, Гарриет отвернулась так резко, что распущенные кудри тут же закрыли её лицо. С раздражением убирая их с глаз, девушка сказала домовику: — Спасибо, Кикимер. Мы скоро придём.       Эльф поклонился и с хлопком исчез. Расправившись с волосами и всё также не смотря на волшебника рядом, девушка направилась к выходу из подвала. Драко шёл следом, не обгоняя и не пытаясь поравняться, и Гарриет зудом между лопаток ощущала его направленный на неё взгляд и старалась ничем не показать своего смущения. Подумать только! На какую-то долю секунды она позволила себе потянуться к Малфою с намерением поцеловать! Она с ума сошла! Это же Малфой! — Поттер, переодеться не забудь, — бросил ей блондин за один шаг до выхода с лестницы. — И без тебя помню, — тихо, на грани собственного слуха огрызнулась Гарриет и пулей умчалась в собственную спальню.       Невежливо и невоспитанно. Уважающие себя леди никогда не бросят вот так своего гостя, но девушка настолько испугалась своих чувств и желаний, что ей срочно нужно было оказаться наедине с собой. Не может же она, в самом деле, предстать в подобном виде перед матерью того, из-за кого и была в таком состоянии смятения и ужаса от почти содеянного. Закрыв лицо ладонями, Гарриет прижалась спиной к двери и замерла. Она простояла в таком положении несколько долгих минут, наплевав на приличия и не спеша к ожидающей гостье. Стояла до тех пор, пока её мысли не прояснились и осознание чуть было не произошедшего не отошло на задний план, не уходя совсем и готовясь вернуться новой вспышкой, когда Поттер точно будет одна.       Чуть позже вернувшись к гостям, Поттер чувствовала себя не лучше, но хотя бы уже могла совладать с эмоциями и не показывать их столь явно. Когда она вошла в гостиную, Малфои сидели рядом на диване и тихо переговаривались. На журнальном столике уже стояло всё необходимое для позднего чаепития. — …остановись. Ты не понимаешь, в насколько опасную игру собираешься погрузиться! — услышала девушка обрывок монолога Нарциссы.       Словно почувствовав её присутствие, женщина манерно обернулась и в приветствии учтиво кивнула: — Доброй ночи, мисс Поттер. Прошу меня простить за столь поздний визит, но боюсь, что у нас есть общая тема для разговора, которую безопаснее обсудить здесь и сейчас. — Здравствуйте, миссис Малфой, — взаимно поприветствовала волшебницу Гарриет и присела в одно из кресел. — Общая тема? — О том, что вы нашли с Драко в школе.       Брови Гарриет приподнялись, и она поспешила отсрочить свой ответ чаем. Делая глоток за глотком, девушка думала, что мало ей неожиданно свалившихся на голову впечатлений, так в эту ночь ещё и такие же свалившиеся проблемы объявились! Поттер не знала, что об этом думать. Она в принципе не хотела как-либо участвовать в этом. — Что именно вы хотите обсудить? — решила она прервать своё затянувшееся молчание и снова обратилась к миссис Малфой, игнорируя попутно направленный на неё задумчивый взгляд Драко. — Что вы об этом думаете, Гарриет?       Обращение по «новому» имени дало Нарциссе плюс к уважению от девушки, хотя Поттер всё равно чувствовала неловкость, находясь рядом с этой женщиной. Ещё одна личность, о которой она не знала, что думать. Спасая своего сына, Нарцисса не выдала её Воландеморту и при этом всегда действовала исключительно в личных интересах. Она была слизеринкой. И почти до самого конца войны с Тёмным лордом была на стороне врага. Условно, конечно. Но при этом Гарриет всегда восхищала грация и выдержка этой женщины. — Если честно, я не особо задумывалась о нашей находке. Но если подумать… — девушка сделала ещё одну, уже более короткую паузу, быстро обдумывая минувшие события в школе и кабинете директора. — Не могу быть уверенной, что записи принадлежат директору. — Они написаны его почерком, — включился в беседу, в миг ставший раздражённым, Драко. — Хочешь, открою тебе тайну? Я, как человек, часто списывающий раньше у Гермионы, знаю, что её почерк очень похож на то, как пишет профессор МакГонагалл. Уверена, что исключать такой вариант и с теми записями нельзя.       Малфой стиснул челюсти от злости и несогласия, но ни слова больше не сказал. То ли сдерживаясь перед матерью, то ли устав от споров, что определенно уже не раз происходили в Малфой-мэноре. Гарриет видела, что они были, по взглядам, которыми мать и сын одаривали друг друга. — Что ж, признаюсь, я рада услышать такую позицию, — произнесла Нарцисса, когда напряжённое молчание снова затянулось. — Весь этот разговор был затеян лишь для того, чтобы попросить вас не вмешиваться и по возможности присмотреть за Драко.       Гарриет в удивлении посмотрела на женщину. Она это серьёзно? Просит её стать нянькой-надсмотрщиком для своего сына? Поттер настолько не ожидала такого поворота, что в неверии посмотрела на Драко, как бы спрашивая, серьёзно ли его мать это говорит или это у них шутки такие. В это мгновение девушка позабыла своё смущение и по угрюмому, недовольному лицу блондина поняла, что всё сказанное было правдой. — Не думаю, что ваш сын прислушается ко мне, как голосу разума, — заметила Гарриет, справившись с потрясением.       Нарцисса в ответ лишь впервые на памяти девушки улыбнулась, ставя этим под сомнение слова Поттер. Поставив чашку, что весь разговор держала в руках на коленях, и расправив складки юбки, она бодро ответила: — Время позднее. Будет высшей степенью безобразия и дальше тратить столь драгоценное время друг друга. Доброй ночи, мисс Поттер, — после чего плавно поднялась, взглянула на сына и, дождавшись его согласного кивка, пошла к камину. — Доброй ночи, — отозвалась Гарриет, наблюдая, как уходят Малфои.       Безупречная Нарцисса шагнула в камин первой. Напряжённый Драко в последний момент обернулся, бросив последний злой и в то же время задумчивый взгляд на девушку, кивнул, прощаясь, и тоже исчез в зелёных всполохах пламени. Тяжёлый день подошёл к своему концу.