Смерть злодейки
21 декабря 2020, 18:18Поместье семьи Дуань. Главный зал.
Двери в просторное помещение, в котором находилась толпа людей, с мрачным торжеством открыли слуги поместья семьи Дуань. Двое солдат ведут хрупкую на вид девушку через них. Ее причёска напоминала птичье гнездо. Платье потрепано, местами даже порвано. Шла она сгорбившись совершенно босая, слегка хромая. Толпа расходится в разные стороны, не смея мешать вести преступницу в центр зала. Они с презрением смотрели на нее, не пропуская ни один ее шаг. Не находись все эти люди сейчас в поместье министра, где за каждым следят стражники, то скорее всего они уже бы разорвали девушку на мелкие кусочки. Но сегодня палачи не они. Значит нужно насладиться представлением, хотя бы качестве зрителя. Виновница получит наказание за свои грехи, она не сможет ни сбежать, ни выкрутится. Как только солдаты подошли к женщине со свитками в руках, они грубо поставили девушку на колени. Женщина спокойно смотрела на нее. В ее синих глазах не было ни жалости, ни презрения, только усталость. Подождав, пока толпа успокоится, женщина начала говорить: — Выражаю всем присутствующим огромную благодарность за то, что почтили своим присутствием данное мероприятие, — со стороны толпы послышались смешки, — Надеюсь, что все знаю ради чего мы пришли сюда. Если нет, то слушайте внимательно… Девушка сжала руки в кулаки. Ее взгляд был направлен в пол. Внутри бушевала обида и злость. Хотелось кричать, но ком в горле давил изнутри, мешая дышать.Омерзительно
Когда-то все эти омерзительные недоумки были готовы валяться в ее ногах. Подносили ей самые дорогие украшения, платья, самые редкие цветы, чтобы получить хотя бы один взгляд. Воспевали ее красоту в песнях и стихах. И что теперь! Ее, дочь уважаемого министра, вся это лицемерная толпа теперь желает смешать с грязью! Не абы где, а в ее же собственном доме! Тем временем женщина развернула один из своих свитков и начала говорить: — Я пропущу вступительную часть документа, чтобы не тратить время. Так же кратко перескажу его содержание. Есть ли кто против? — Толпа согласно закивала. Преступница заскрипела зубами от злости. Если у вас так мало времени, так зачем пришли сюда?! — Дуань Мейли обвиняется в преступлении против семьи Ши, в покушении на жизнь собственной кузины, в убийстве, как минимум, трех аристократов и шести слуг. Также она причастна к массовому отравлению крестьян в городе Чэнгун …, — продолжала синеглазая женщина.Отвратительно
Дальше слушать Мейли перестала. Вся эта ситуация была отвратительной. Все это было организовано, чтобы окончательно ее опозорить. В этом зале точно найдется человек, который совершал преступления пострашнее ее. Но сейчас она преступница в глазах этих людей… Почему?!Обидно
Мейли кажется, что с каждым словом, подобно молоту, ее честь, репутация, создаваемая с самого детства, разбиваются на более мелкие осколки. Они оседают на ковре главного зала. Теперь каждый может по ним пройтись. Что ж, может быть она и виновата, но этого унижения точно не заслужила! Терпеть эти снисходительные улыбки и смешки, взгляды полные превосходства, обидные слова и предвкушение очередной сладкой сплетни. Лучше бы ее повесили!Безнадежно
Ситуация действительно была безнадежной. Никто из присутствующих не захочет протянуть девушке руку помощи за просто так. Все хотят увидеть грандиозный скандал. Стать его свидетелем, но при этом никто не хочет марать свою репутацию. Даже ее родители. Мейли повернула голову в их сторону. Любимая матушка, Дуань Сяомин, вся дрожала и была бледнее снега. Ее тонкие пальцы мертвой хваткой вцепились в шелковый платок. Глаза блестели от непролитых слез. Поймав взгляд Мейли, она опустила голову вниз и сделала шаг назад, прячась за спиной своего мужа. Дуань Гюрен – министр финансов, глава семьи Дуань и отец Мейли. Благородный человек средних лет. Известный как патриот своей страны, который не пожалеете свой жизни ради ее благополучия. Нрав его был строг, но справедлив. Если человек был в чем-то виноват, то без сомнения министр Дуань добьется справедливого наказания для него, независимо от статуса и положения в обществе виновника. Господин Дуань смотрел на свою дочь прямо. В его глазах можно было разглядеть злость, боль, разочарование. Этот взгляд давил, не давал лишний раз вздохнуть. Не выдержав этого давления, девушка отвернулась в другую сторону. Если раньше у Мейли была надежда, что приговор будет смягчён, то сейчас вся вера в более-менее светлое будущее была разрушена окончательно. Спешки и колкие фразы толпы оглушали. Оставалось только молча терпеть. Хотелось спрятаться от проживающих взглядом. Скрыться и больше никогда не появляется в этом прогнившем обществе. Как же все до этого дошло?! — По сколько Дуань Мейли является единственной наследницей семьи Дуань, она находится под защитой своей семьи, — все продолжала говорить женщина с синими глазами. Толпа недовольно загудела. — Что это значит, господин Дуань?! — Зачем тогда мы здесь собрались! — Тихо! — Пересек всеобщее недовольство мужчина. Голос его был громкий, полный раздражения, и слишком неожиданным было его услышать. По сколько его обладать за все время, пока шел «суд» над преступницей, не произнес ни одного слова. Не сдержав любопытства, Мейли повернула голову сторону говорившего и тут же об этом пожалела. На нее, прожигая взглядом, смотрел Ши Уду. Вздрогнув, девушка носом уткнулась в пол.Страшно
— Лин Вэнь еще не закончила, — продолжил Ши Уду. — Благодарю, старина Ши, — устало кивнула ему женщина со свитками в руках, — Как и было сказано мной ранее, Дуань Мейли находится под защитой семьи Дуань. Учитывая все обвинения и доказательства ее вины, это бы не стало бы проблемой. Но случай молодой госпожи Дуань своего рода исключение. По сколько, семья Дуань преподносит магическую клятву королевской семьи… — И что?! Семья Дуань не единственные, кто дает магическую клятву короне! — возмутился молодой аристократ. — Не примите на свой счет, но все же клятва моей семьи слегка отличается от других. Обычно когда глава своего рода преподносит свою клятву монарху, он обещает служить своему правителю до конца своих лет. Главы моего рода дают клятву быть опорой для короля не только всю свою жизнь, но и дают обещание, что их наследники так же будут на службе королевской семьи, — обыденно, как-будто он говорит это каждый день, сказал Дуань Гюрен, — Так что будет слегка некорректно сказать, что Дуань Мейли находится под защитой семьи Дуань. Она находится под защитой клятвы, преподносимой короне. Толпа резко замолчала. Люди не верили своим ушам. Да, аристократы знали, что с магическими клятвы было трудно сломать и обмануть. Но получается данное событие было создано просто так!? Преступница сможет избежать наказания?! Это падшее создание не будет опущено еще ниже?! Неужели Дуань Гюрен решил их всех перехитрить! Они этого не допустят! То ли предвидя, то ли ожидая, зарождающего негодование толпы, уже на этот раз заговорил Ши Уду: — Раз молодая госпожа Дуань находится под «защитой» своей семьи, то наказание за ее деяния вынесет господин Дуань. Толпа замерла в ожидании. Действительно отец покарает свою дочь? Всем ведь было известно, как оберегал он свое чадо. Наконец-то, вот ради чего пришла большая часть людей в Главном зале. Драма отца и дочери скоро дойдет до своей кульминации!Безысходно
Без того натянутые нервы Мейли не выдержали. Она истерично захохотала, начала бить кулаками пол. Ее смех больше походил не то на смех душевнобольного, не то на смех человека, который услышал отличную шутку. Девушка начала извиваться, подобно змее на сковороде. Ее движения были дерганые, резкими, непредсказуемыми. Вот она вцепилась в свои волосы и запрокинула голову назад, смотря на потолок. В следующую секунду Мейли падает на бок и поднимает к животу ноги. И все ее движения сопровождались диким, пронзительным для слуха, заполняющем весь главный зал собой, смехом. — Ты, ты, ты … решил меня запереть, пока не родится новый наследник! — резко повернулась Дуань Мейли в сторону своего отца, показываю на него пальцем, — Да?! Давай же признайся! Раз не можешь меня убить, то закроешь где-нибудь, чтобы не мозолила глаза! Да?! Но раз наследница непригодна, то нужна новая! Ах, ты бесчувственный мужлан! — Девушка резко подскочила в сторону супругов Дуань. Но ее быстро перехватили рядом стоящие солдаты. Она забилась раненым зверем в стальной хватке мужчин. Не переставая кричать, — Тоже мне отец! Какой отец оставит своего ребенка на произвол судьбы!? Только ты мог это сделать! Отвратительный! Ужас… Мужчина державший Мейли, не выдержав потока слов, одним ударом вырубил ее. Она тряпичной куклой повисла в руках солдат. Тишина повисла в зале. Толпа жадно смотрела на хозяина поместья, ожидая его реакции. Дуань Гюрен плотно сжал зубы, резко втянул через нос воздух и так же резко выдохнул. Еле сдерживая себя, он сказал: — Прошу меня простить, но сегодняшний прием завершен. И поэтому, попрошу вас, дамы и господа, покинуть мое поместье, — толпа была недовольна таким исходом. Они ожидали чего-то более масштабного, продолжения семейной драмы. Но возразить хозяину дома никто не захотел, — Господин Ши, госпожа Лин, я надеюсь вы останетесь, как зачинщики данного происшествия. Горничная вас проведет в мой кабинет, — посмотрев на свою дочь, Гюрен приказал солдатам, — Ее же отнести комнату и запереть. Дуань Гюрен мысленно пожелал себе удачи и направился в свой кабинет. Разговор с правой рукой короля и главой портовой гильдии будет тяжелым. Можно было сказать с уверенностью только одно: «Дуань Мейли будет наказана…»***
Кап-кап-кап Вода тихо капала, разбавляя тишину. Во время «суда» о ней Мейли только могла мечтать. Сейчас тишина заполняла собой все пространство, погружая в некий транс. Она дарила покой, уют и покой. Как же хорошо. Только поступающий холод не дает полностью отдаться тишине. «Стать с ней единой, стать ее частью. Но как же холодно. К черту! Не быть мне лесным отшельником, которому нипочем ни холод, ни голод. Или кто там был? Неважно! Сейчас важно то, что я нахожусь в тюрьме, за решеткой, как преступник. Важно, что наступила осень и начался сезон дождей, а там недалеко за горами, скоро придут холода. Я не пережеву этого!» Кап-кап-кап «Бесит, бесит, бесит, все бесит! И бесит отец, что отправил меня сюда, и мать, которая скорее всего даже не пыталась его остановить. Так же бесила Лин Вэнь! Чтоб она была похоронена под свитками, с которыми не разлучается никогда. Бесят эти дворянские ублюдки за то, что за весь срок заключения раз сто перемололи все мои косточки сплетнями!!! Бесит! Эти нескончаемые капли воды!» Не сдержав порыве злости, девушка со всей силы пнула решетку. И тут же отскочила на одной ноге от нее. Резкая боль охватила ногу, слезы сразу появились в уголках глаз. Мейли присела на пол, обняла свою ногу, укачивая ее. Нужно сохранять тишину. В камере напротив появилась человеческая фигура и тут же исчезла в темноте. Кап-кап-кап На самом деле Мейли находится за решеткой от силы неделю. Но создаётся такое впечатление, что ее срок составляет по меньшей мере месяца три-четыре. То ли место было само по себе такое, то ли магические символы, пронизывающие всю тюрьму, так действовали на девушку. Она стала замечать, что ее негодование и злость на несправедливость по отношению к ней постепенно переходит в меланхолию, в апатию. Мейли могла уставиться в пустоту без всякой причины и по долгу не двигалась. А потом резко очнуться от транса. В эти моменты она себя ощущала утопающей. Девушка пыталась за что-то схватиться, пыталась сделать хоть один вздох, ее что-то душило, ее куда-то её тянуло вниз, а сверху давила толща воды. Ужас обжигал все нутро, оседал неприятным чувством где-то внутри. Кап-кап-кап Но больше всего ее пугали люди в других клетках. Эти люди были невероятно тихими и почти бездвижными, как трупы. Как только аристократка попала в тюрьму, она не сразу заметила, что в других камерах были заключенные. Ей казалось, что она была совершенно одна. Поэтому решила отвести душу и со всех сил покричать, поругаться. Но стоило только девушке поднять голос, как со всех сторон послышались болезненные стоны и хрипы. Затем последовали удары об камень камер и нечеловеческий рев, будто-то стены, потолок и пол хотело пробить страшное чудовище. Из камеры напротив появилась человеческая фигура. Она тянула свои тощие руки с сломанными и почерневшими ногтями, с огромной силой билась об решетку, издавала звериные звуки, забрызгиваясь слюной. Существо смотрело на девушку диким взглядом и прохрипело: — За…мол...чи… От страха Мейли забилась в дальний угол камеры, не издавая ни звука. Через какое-то время звуки стихи, а фигура скрылась в тени своей камеры. Больше аристократка старалась не шуметь. Кап-кап-кап Страх в этой тюрьме тоже является чем-то непостоянным. Так же, как и общее настроение, он то хватал за горло мертвой хваткой, доводя до полуобморочного состояния, то исчезал, не оставляя после себя ни следа. Обычно страх давал о себе знать, когда Мейли повышала голос или слишком сильно шумела. Тогда другие заключённые начинали кричать и пытаться пробить стены, решетки, желая добраться до виновницы их беспокойства. И тогда он, подобно дикому зверю, нападал на девушку, доводя до состояния граничившего с безумием. И так же легко отпускал. Эти эмоциональные качели, кидающие из крайности в крайность девушку туда-сюда, разрушали без того потрёпанную психику аристократки. Кап-кап-кап Мейли все это не нравится. Она должна сбежать. Как можно дальше, чтобы начать все с чистого листа. Но куда, как она будет жить? Мейли аристократка, росшая в достатке и роскоши. Она не знает, что такое тяжелый труд. Всю работу делали слуги. У нее нет денег на собственное содержание и связей, чтобы хоть как-то исправить свое положение. Деньги она всегда брала у отца. А связи были оборваны еще до того, как Лин Вэнь объявила прилюдно об ее преступлениях. Девушка не может себя самостоятельно защитить, если кто-то на нее нападет. Ее всегда сопровождали как минимум два рыцаря. Мейли не обладала каким-то редким магическим даром, чтобы ее персоной заинтересовалась Магическая башня и захотела забрать под свое крыло. Она не знает место, где можно укрыться и жить спокойно, от Ши Уду. Своими действия он доказал, что не успокоится пока Мейли жива. Девушка даже не знала, как ей сбежать! Ситуация, как не посмотри, было безысходной. Она умрет. Кап-кап-кап Тишину разрушили шаги, а потом чьи-то голоса. Мейли бы не обратила бы на них внимание, если бы они не остановились рядом с ее камерой. Но она решила, что не будет поворачиваться лицом к пришедшим людям. — Смотрю, пребывание в тюрьме тебе идет на пользу, — раздался женский голос. Дуань Мейли как ударило током. Она резко развернулась и кинулась к решетке, желая увидеть гостью. Голос был ей знаком, но говорившую девушку аристократка не узнала. Ее гостья одета в красную тунику до колена с разрезами по бокам и в белые штаны заправленные в черные сапоги на небольшом каблуке. На кожаном поясе висела сабля. Черные, как уголь, волосы заплетены в свободную косу перекинутую через правое плечо. Челка закрывала правый глаз. Так же незнакомка выше Мейли на целую голову. — Кто ты?! — не стала тянуть Дуань Мейли. В ее гостье было что-то такое знакомое. — Но сожалению, не на твою память, — сказала незнакомка, а на ее губах появилась усмешка, — я не хочу тратить твое драгоценное время, поэтому держи, — протянула девушка Мейли конверт. Но она его не взяла. Молодая госпожа Дуань стояла как громом пораженная. Когда знакомая незнакомка протянула конверт, охранник поднес факел ближе к бумажке, чтобы убедится, что заключенная помимо письма не получит ничего лишнего. Благодаря, свету факела Мейли лучше удалось разглядеть лица девушки в красном. Под челкой она увидела черную повязку, закрывающия правый глаз. — Хуа Чэн, — прошептала Дунь Мейли. Она ее узнала. Ее гостья приходится преступнице двоюродной сестрой по маминой линии… Изогнув тонкую бровь, Хуа Чэн убрала письмо от Мейли, а с ее губ сорвался смешок. — Что смешного?! — не сдержала крика Мейли. Гнев настолько затмил разум девушки, что она забыла об соблюдении тишины, чтобы оставаться в безопасности. Стоило только ее гневному голосу разнестись по коридору, как в тот же момент послышались хрипы и стоны за стенами камеры. Готовясь последствиям своей неосмотрительности, аристократка забилась в дальний угол своей клетки. Умом она может быть понимала, что заключённые до нее не доберутся. Но страх, который ждал свое часа, был сильнее Мейли. Хуа Чэн смотрела на действия своей кузины с любопытством человека, который ставит крайне занимательный эксперимент. Ее***
Сколько прошло дней после встречи с Хуа Чэн Мейли не знала. День, два, три… Неважно… Она перестала следить за временем, после того письма. Девушка лежала на худом матрасе не двигаясь, ожидая, когда палачи придут за ее жизней. Но они все не приходят… Почему?... Зачем тянуть уже и так понятный всем финал?... Зачем ее мучать? Дуань Сяомин присылала еще несколько посланий. Только какой толк от них, если как каждый раз она сообщала Мейли одно и тоже? Жди…Надейся….Смешно…Ее никто не спасет... Тишину разрушили чьи-то шаги. Это был патрульный страж. Он остановился у камеры Мейли, положил конверт за решетку и продолжил патрулировать. Девушка даже не шелохнулась. Таким образом она уже получала писема от матери. Ожидая, что содержания этого письма не будет отличается от других, Мейли не торопилась его открывать. Кап-кап-кап Какие-то крохи любопытства все же заставили подняться со своего места и прочитать письмо. Когда Мейли придала вертикальное положение своему телу, у нее резко потемнело перед глазами и закружилась голова. Она оперлась об стену, маленько подождав, когда перед глазами просветлеет, а камера перестанет ходить ходуном. Аристократка двинулась за конвертом, хромая и кряхтя. Как только Мейли добралась до него, она наклонилась, чтобы его взять, и тут же рухнула на пол. Силы ее покинули. Дворянка до это была не особо развита в физическом плане. Но сейчас даже такая нагрузка стала непосильной для заключенной Кап-кап-кап Мейли села на пол, опираясь спиной об стену. Она покрутила письмо в руках, осматривая его. На удивление молодой госпожи Дуань, на нем не было какого-либо печати, ни подписи отправителя. Конверт на ощупь не содержал в себе письма, но в нем что-то было. Это заинтересовало аристократку. От резкого открытия содержимое конверта поднялось розовой дымкой в воздухе. Сегодняшняя посылка была розовым порошком с сладким запахом. От него у Мейли побежала слюна. Как же она давно не ела сладости! Не особо задумываясь об последствиях, аристократа сразу же запихнула порошок в рот. На вкус он был сладковат. Девушка, сдерживая слезы счастья, чуть не одним махом съела сладость. Теперь даже такая мелочь может ее порадовать. Кап-кап-кап Камера стала расплываться. Сон неожиданно решил поймать аристократку в свои объятья. Что ж она совсем не против. Закрыв глаза, она провалилась во тьму. Кап-кап-кап Во время второго патруля было обнаружено мертвое тело заключённой, Дуань Мейли. Рядом с ее телом был найден конверт покрытый неизвестным веществом розового цвета. Сотрудники тюрьмы предполагают, что именно он стал причиной смерти девушки...Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!