Глава 3.

Весь вечер, который Илья проводит с лучшим другом Владом в баре с незамысловатым названием «PAB», ему прошлось выкурить полпачки сигарет друга. Его же либо остались в квартире, либо выпали в такси. Илья не знал. Сигареты во рту начали отдавать горечью, вероятно, на это повлиял и выпитой алкоголь, что столь давно он не употреблял и непривычно крепкие сигареты друга. Он затягивается и августовский ночной ветер проникает до костей, пепел от сигареты улетает в сторону с ветром. Он смотрит в стеклянные окна, наблюдая за еле-еле заметным огоньком сигареты. Последний раз затянувшись, Илья выбрасывает бычок в урну, пиная камень. Голова после выпитого алкоголя стала приятно тяжёлой, многие мысли отступили на задний план, оставляя только мысли о прошедшем разговоре с другом. Илья достаёт телефон, который сегодня пару раз извещал о пришедших уведомлениях. Он заходит в «Телеграмм», просматривая сначала новости, потом отвечает сестре и видит ещё одно сообщение, которое очень его удивило. На пару секунд Илья опешил, смотря в телефон и два раза перечитал имя отправителя, и то сообщение, что ему пришло. Астия «30 августа Только сейчас увидела ваше сообщение…спасибо))» Илья выключает телефон, взъерошивает волосы и заходит в бар, в котором уже давно горит приятный приглушённый жёлтый свет. Проходит первый этаж, где находятся барная стойка, небольшая сцена, на которой играла какая-то местная приглашённая группа и поднимается по лестнице к их столику. И этим вечером у них приятная компания из двух красивых девушек, что подсели к ним около полутора часов назад. Одна блондинка Ника со стрижкой до плеч всё время общалась с Владом. И сейчас что-то ему рассказывала, жестикулируя рукой и улыбаясь. А другая девушка Саша, брюнетка с длинными волосами, смотрела вниз, вероятно в свой телефон и уголки её губ слегка приподнимались. Поначалу, Илья пытался втянуть её в разговор, но понял, что ему это не надо и ей, скорее всего тоже. Илья бросает пачку на стол, привлекая внимание Влада и девушек, и садится за стол. Влад сразу предлагает выпить, а после просит отойти до бара за коктейлями для девушек. — Бра-ат, ты как будто так и не расслабился. Ты в порядке? — спрашивает Влад, облокачиваясь и ставя локти на барную стойку. Он уже был сильно охмелевшим, а потому мог начать мести о чём угодно. Пожалуй, единственный минус, который Илья мог видеть в алкоголе — это развязность человека. Словно, те замки, что были заперты хорошо, отворяются и закрыть их уже будет невозможно. И удивительно, как он - врач с опытом работы - считает именно так. — Спасибо тебе, — Илья слегка хлопает по плечу Влада, — всё просто отлично. Бар, алкоголь, еда… даже девушки очень красив… — Илья не успевает договорить как его перебивает Влад. — И ты практически не говорил ни с одной. — Я запомнил, как их зовут. И я пытался, — дипломатично говорит Илья, но всё же мысль о том, что он оправдывается, ему не нравится. — И я уже понимаю к чему ты клонишь. — нахмурившись, произносит Илья. Влад закатывает глаза. — Ты не сможешь жить так вее-чно. В конце концов уже всё кончено. Развод. Казалось, вот она та самая свободная пора, а ты закапываешь себя в яму вины. Ты, — пальцем показывает Влад на Илью, — не виноват, брат, ты же понимаешь, — взгляд Влада направленный на Илью очень внимательный и цепкий. Будто, гипнотизирует, чтобы узнать всё-всё, что на душе Ильи. Но Илья спокоен. -Влад, ты прав. Сейчас у меня полная свобода. И всё-всё осталось в суде. Илья произносит это вроде равнодушно, спокойно, а сам вспоминает тот день, который запомнился не только тем, что он получил штамп о разводе, но и увидел девушку с красивыми холодными байкальскими глазами, красивым именем и курящую сигарету из-за горя. — Но это не значит, что мне надо бросится на первую девушку, с которой я познакомился. Секс на одну ночь или свободные отношения никогда не были для меня в приоритете. Влад, сигареты у тебя, конечно, херовые. Ты как их куришь, хирург? — Влад сразу же заливается смехом. Таким, после которого тоже хочется рассмеяться. И Илья улыбается, радуясь, что смог перевести тему с его личной жизни, на Никитину, зная, как тот любит об этом говорить. Влад заказывает два джин-тоника и вновь переключает внимание на Илью. — Нет, сейчас мы не едем ко мне, но послезавтра у нас свидание. — правый уголок губы Влада приподнимается, а глаза счастливо сияют. — Ты видимо невероятно очарован Никой, раз так радуешься. — Да-а, хорошая ведь, правда? –Влад берёт поставленный барменом джин-тоник и идёт вперёд, но понял, что позади нет движения остановился. — Ты иди, а я сейчас подойду, — говорит Илья, доставая телефон. Он вновь заходит в «Телеграмм» с какой-то странной мыслью и толикой надежды, что увидит значок, обозначающий «онлайн». Какая же глупая и странная прихоть. Заходит в сообщения и видит, что она была недавно. Какая-то крохотная волна разочарования его накрыла. Странная. Илья всё думал, что можно было бы написать девушке, которую видел раз. «Наверное, позвать на свидание». — твердил внутренний голос и на поводу которого очень хотелось пойти. Илья смотрит на те два сообщения, что уже есть и набирает новое. Стирает его сразу, понимая, что новое сообщение его никак не удовлетворяет. Он кладёт телефон экраном вниз на барную стойку, переключая своё внимание на играющего музыканта. Нервно дёргает стопой и потом вновь берёт телефон. «В сети» видит он надпись и не знает то ли завыть от отчаяния, то ли от радости. «31 август Вы учитесь в нашем городе или уже уехали?» Илья смотрит на написанное сообщение и отправляет, решая, что лучшего вопроса он бы и не придумал. Он убирает телефон в карман джинсов испытывая странное волнение, которое не посещала его столь давно. Он ощутил себя вновь неопытным подростком, коим был в школьные годы. Илья проводит рукой по волосам и поднимается к своему столику, из-за которого начали выходить Влад и девушки. — Такси подъехало, — сообщает Влад. А вид у него какой-то раздражённый. Илья кивает и приподнимает руку будто в приветствующем жесте, но сейчас он прощался. Садится за стол и выпивает остатки рома из своего бокала. Слышит звук нового сообщения и застывает с бокалом в руке.

«А я в этом году не поступала»

И ещё одно:

«Решила дать себе время передохнуть» «Илья, а чем занимаетесь Вы?»

Илья, не рассчитывавший, что получит ответ на свой вопрос, который уже несколько раз посчитал глупым и примитивным, не сдерживаясь улыбается. Тут появляется Влад и он пряча улыбку, старается не показать своего восторга. Алкоголь сделал Илью развязным. — Саша, подруга Ники, очень активно пыталась перевести мне деньги за вино и джин-тоник, — произносит Влад со злостью и черты его лица даже стали выглядеть грубее. — Она видимо из тех самых… — он щёлкает пальцами, вспоминая слово, — феминистка… Во. — А что плохо в этом? Думаю, она просто не хотела оставаться перед незнакомым человеком в долгу. Впрочем, можешь оплатить за меня. Я честно не буду тебе предлагать денег. — Илья ухмыляется, а Влад закатывает глаза. — Пошёл ты, — он бросает салфетку в друга и тоже улыбается. К ним подходит официант и Влад просит принести счёт. Илья берёт телефон, чтобы ответить Асте. «Верное решение, сейчас столько возможностей найти работу по душе и без образования.» «Я работаю стоматологом» *** Утром первого сентября, к своему сожалению, Аста проснулась в своей комнате от нервной суеты и шума из кухни. Было непривычно проснуться дома после столь долгого нахождения вне него. Голос матери из кухни вновь донесся до её ушей, но, что она сказала невозможно было разобрать. По тону казалось, что она ругается. Аста переводит глаза на кровать брата и обводит взглядом комнату. Его нет и в комнате по-прежнему ничего нового. Дверь со стуком о стену открывается и заходит злой брат, расстёгивая рубашку так, что чуть ли не отрывает пуговицы. — Что случилось, Серёж? — спрашивает Аста, приподняв голову и смотря на него, всё ещё полусонным взглядом. — Я видите ли надел не ту рубашку, — он гневно комкает и бросает её на кровать. — Ещё и наорала, что я не надел тот костюм, который она и не погладила. — он застёгивает уже новую рубашку. Ту, которую ему сказали надеть. — Ненавижу. Аста смотрит на него и закатывает глаза. Ничего нового не следовала ожидать от её матери. — Проходили. Не обращай на неё внимание. Ей с утра настроение испортили, и она решила подпортить его всем. Ставлю сотку, что папа быстрее укатил, чтобы не смотреть на её недовольную моську. — Поздравляю, ты только что выиграла сотку. Он уехал минут двадцать назад злой. Мама зовёт его из гостиной, наверное, погладила костюм. — Аста, я иду в восьмой класс. Какой на хер костюм? — в его синих глазах такая печаль. Ей становится так жаль этого мальчика, на котором так любят отыгрываться и которому она старается помогать всеми силами. Она протягивает к нему руки, он подходит к ней и они обнимаются крепко-крепко. А потом заходит мама и прелесть этого момента брата и сестры рассыпается. — Я, что, попугай? Иди быстрей одевайся! — говорит она, смотря на Серёжу, а затем переводит взгляд на Асту. — А ты если бездельничаешь не отвлекай других. — и выходит из комнаты, бормоча что-то под нос. — Змея, — говорит Серёжа и уходит надевать свой костюм и убедить свою мать, что она по крайней мере не попугай. Аста лежит в постели до тех пор, пока дверь за братом и матерью не закрывается так, что наверняка слышал весь этаж и могли потрескаться окна. Аста останавливается на пороге гостиной, складывает руки в замочек и прикладывает голову к стене. Смотрит пустым взглядом на пылинки, что кружатся в воздухе и, на которые светит яркое сентябрьское солнце. И вроде должно быть радостно. Школа давно позади, учёба в этом году её не ждёт. Впереди ведь столь желанная свобода, взрослая жизнь… но отчего-то так горько и грустно в середине грудной клетки, что дыхание от разных воспоминаний спирает. В голове, словно смотря в калейдоскоп, проносятся те дни, что она провела у бабушки. Двенадцать дней. Двенадцать дней, когда она не видела родителей. Двенадцать дней — именно столько она не видела дедушку. В последний раз, когда разлуку с семьёй была столь длинной, было четыре года назад. Аста уехала в санаторий-лагерь на три недели, а в конце смены её встречали мама и дедушка. Он не любил чрезмерную эмоциональность, но тогда они стояли и обнимали друг друга. Асте было одиннадцать. Она улыбается приятному воспоминанию и со вздохом качает головой. На кухне она ставит чайник, чтобы выпить кофе. Смотрит на часы 10:33. Целый день впереди для «бездельничества» — ехидно произносит внутренний голос. Аста садится за стол с заверенным кофе и включает интернет. Интересно посмотреть, как своё первое сентября проведут бывшие одноклассники и знакомые. Но спустя несколько минут просмотра историй, она видит, что у многих всё однотипное. Вот бывшая одноклассница с одногруппниками на фоне универа, другая одноклассница с цветами стоит на ступеньке, ещё одна выкладывает видео, где сообщает, что ей остался последний учебный год. Потом заходит в «Телеграмм», где несколько сообщений от Киры о том, как она собиралась, не зная, что надеть, чтобы впечатлить всех, потом, как Паша пролил кофе, как она чуть не заблудилась, но успела вовремя. Последние сообщение пришло пятнадцать минут назад, в котором Кира рассказывает о группе, которая ей пока не очень нравится.

«1 сентября Привет. Если тебе нужны мои поздравления с началом учебного год, то прими их.» «Что там с группой? Как преподы? Уник нормальный?»

Аста листает новостные каналы особо не вчитываясь. Потом заходит в чат с Ильёй и поджав губы слегка их приподнимает в подобие улыбки. Она раздумывает о том не написать что-нибудь, но откладывает эту идею. Да и что можно написать человеку, с которым ты путём не общалась? Она не хочет навязываться, не хочет мешать, не хочет, чтобы он подумал о ней как-то не так. Аста чувствует некий укор вины будто она забыла, будто она не имеет права двигаться дальше, продолжать общение и наслаждаться тем, что есть. Вдруг он вообще маньяк, думает она отложив телефон на противоположный край стола. Поджав под себя ноги Аста продолжает пить кофе, но на вкус он стал будто горче, будто противнее. Со стуком она ставит кружку и пара капель выплёскивается. Курить хочется. Аста выливает кофе в раковину и идёт в спальню за сигаретами.

***

Никогда в своей жизни Аста не думала, что её пребывание дома будет настолько скучным, хоть лезь на стену и бегай по потолку. Она отдраила всю квартиру, перебрала вещи и теперь половину надо отдать куда-то, пролистала всю тысячу каналов, залипнув на каком-то, где шла турецкая драма. Кажется, парень узнал, что его бывшая скрывала от него ребёнка. Какой неожиданный поворот, думала Аста, всё время закатывая глаза, то раздражаясь, то смеясь от глупости происходящей на экране. Стоя на балконе Аста курила и смотрела на детей, которые в своих белых рубашках носились по двору и кружились на карусели. Кто-то из них возвращался домой за руку с мамой. Когда-то она тоже так возвращалась с мамой с линейки и мечтала сидеть за школьной партой. Со временем мечты немного поменяли вектор и в свой родной дом Асте совершенно не хочется больше возвращаться. Аста вздыхает и выбрасывает бычок в окно, не желая оставлять его в отцовской пепельнице. Вдруг ругаться будет? Взяв пачку и открыв ещё одно окно, вздрагивает от резко начавшего звонить телефона. Мама. — Да? — Аста, ты ничем не занята. Съезди с Ариной в стоматологию. — Аста сначала выпучила глаза, а потом закатила. Ни пожалуйста, ни вопроса, ни приветствий. — А у неё, что матери нет или ей пять лет? — раздражение внутри Асты начинает нарастать как снежный шар и чтобы занять себя и успокоить, начинает ходить по балкону. — Ольга в женской консультации. А тебе, что трудно я не пойму? Ты у нас чем-то занята? — мама и сама начинает раздражаться, по голосу определила Аста и не отвечая на вопросы, надеясь, что она орать не начнёт. — Приём через час. Встретись в центре. Номер Арины я тебе пришлю, как и деньги на такси. — мама отключается. Аста заходит в гостиную и бросает телефон на диван. — Дура! — злостно бросает Аста и идёт в ванную. За двадцать пять минут до назначенного времени встречи Аста вызывает такси. Краситься она не стала, решив, что надобности нет. Ну кто её увидит? А надела брюки коричневого цвета с бежевой футболкой, рукава которой до локтя почти доставали, а на плечи накинула коричневый свитер. На улице оглянувшись, Аста решает покурить, потому что потом навряд ли сможет. Слегка размяв фильтр поджигает сигарету и затягивается, наслаждаясь. Пока у неё были эти несколько минут единения с сигаретой, Аста думала, что помнит эту Арину смутно. Да и виделись они, кажется, полтора года назад. И лет-то сколько этой девчонке? Если сейчас она одна к стоматологу не может сходить, то дальше что? Аста терпеть не могла несамостоятельность других. Не выносила. Такси заехало во двор и сделав несколько тяг Аста выбрасывает бычок и садится в машину. Она договорилась, что встретится с Ариной возле кафе, что находилось в пяти минутах от стоматолога. И девочка уже стояла там, когда подъехала Аста. На вид ей было не больше пятнадцати. На глазах были красивые очки в округлой оправе и две косички. — Привет, — здоровается Арина. — Привет-привет, дитё. — Аста улыбается натянуто. Больше даже рефлекторно. — Пошли, то у нас осталось несколько минут. Арина с Астой шли быстрым шагом, поглядывая на время. — Ты же будешь ждать? — А у меня разве есть выбор уйти? — спрашивает Аста, повернув голову в сторону девочки. Та, поджав губы мотает головой и Аста усмехнувшись, кивает. Завидев белые большие буквы стоматологической клиники Аста ещё раз смотрит на время. Успели. Холл клиники был выполнен в светло-коричневых тонах. Очереди не было, а за стойкой стояла миловидная женщина, на вид не больше сорока. — Здравствуйте. Круглова Арина записана на шестнадцать тридцать. — Аста кладёт руки на стойку и уперев нос ботинка в пол, начинает качать ногой. Алина Игоревна, значилось имя на бейджике, что-то напечатала в своём компьютере, посмотрела в свою тетрадь, а потом подняла глаза на Асту. — Так. Вы записаны на удаление, — Аста переводит взгляд на Арину и та кивает. — Отлично. Присаживайтесь. Врач подойдёт через несколько минут. Аста села на диванчик, положив к себе на колени свитер, а рядом сумочку. Арина сняла маленький светлый рюкзак и джинсовую куртку. — Можешь, пожалуйста, присмотреть за вещами? — Арина посмотрела на Аста из-за своих очков как-то зашугано. Словно ей сейчас надо было зайти в террариум, а не в кабинет врача. Асте стало её очень жаль. — Конечно. А тебе сколько лет, дитё? — Аста улыбается и во взгляд вкладывает всю теплоту, что у осталась внутри. — Тринадцать. — Аста от удивления вскидывает брови, но Арина этого и не замечает будто. — Ой, я так боюсь. Ненавижу этих врачей. Может ты пойдёшь со мной? — Аста поворачивает голову в сторону Арины с улыбкой на губах. Аста только размыкает губы для ответа, как дверь кабинеты, со стороны, где они сидят с Ариной, открывается и выходит высокий мужчина в светлом медицинском костюме. В руках у него стопка бумаг. Он останавливается возле стойки и к нему из того же кабинета подходит женщина в таком же светлом костюме и они начинают переговариваться с женщиной за стойкой. — Везёт вам Илья Вадимыч, — произносит мечтательно женщина-врач, положив подбородок на руку. Аста поворачивает голову в сторону говоривших, как ещё и замечает, что из коридорчика, который находится за стойкой, идёт ещё один врач. — Владислав Петрович, пациентка на удаления. Круглова. — начинает говорить Алина Игоревна и кладёт какие-то листы на стойку. Пришедший врач пожимает руку другому и здоровается с женщинами очаровательно улыбнувшись. Аста встаёт, а Арина вслед за ней. — Ты как? — доносится до ушей Асты вопрос, который задал мужчина, склонившийся над бумагами и стоящий к ней спиной. Второй, кивает моргнув и поджав губы, выходит из-за стойки. — Здравствуйте, — приветственно улыбается Владислав Петрович и смотрит в листы, — Круглова Арина. Заходите. — он заходит в кабинет. А Аста выпустив свою руку из руки Арины, подталкивает её внутрь кабинета и закрывает его, а перед этим показывает кулачок в знак поддержки. Вздохнув, Аста идёт к своему диванчику. И сев полу-боком к врачам, что остались стоять у стойки, смотрит в пачку, не доставая их сумки. Одна. Откинувшись на спинку закидывает ногу на ногу, чуть покачивая. — Оксан, принеси, пожалуйста снимки и ещё документы. — обращается мужчина к женщине-врачу стоящей рядом с ним. Она уходит, как и женщина за стойкой. Перед этим попросив постоять тут ещё «пять минуточек». Аста складывает руки на груди и поворачивает голову влево. В сторону телевизора, на котором шла какая-то передача про гадалок. Мужчина, положив руку в карман оборачивается и Аста рефлекторно переводит взгляд на него. Мозг срабатывает моментально, узнавая лицо, которое она уже видела. Округлив глаза, наклоняет голову чуть в бок, рассматривает его внимательно и ловя его такой же удивленный взгляд. Узнал. Аста слегка приподнимает уголки губ, бегая своими глазками по его красивому лицу. Тёмные волосы на чёлке были чуть взлохмаченные. Щетина на аккуратной челюсти была едва заметна и небрежности не добавляла, а только гармонировала. Губы больше напоминали две линии, но сейчас он приподнял левый уголок, и нижняя губа казалось чуть больше и заметнее, чем верхняя. Нос был аккуратный и большой, как и у всех мужчин, что ей когда-то приходилось видеть. Аста не знала куда себя деть. А потому немного разволновалась и почувствовала, как кончики пальцев закололи и участилось сердцебиение. Что за глупая реакция тела? Илья делает шаг в сторону Асты. Она встаёт и расстояния между ними снова шаг, совсем ничего. Аста подмечает, что Илья выше неё на голову. Она было рот приоткрыла, но не нашлась, что сказать, поджала плотно губы. — Отлично выглядите, Астия. — произносит Илья, видимо, первый отошедший от их встречи. Аста округляет глаза и чуть скашивает их вниз, будто забыла в чём она приехала. — Спасибо, Илья, — отвечает Аста, сцепив руки за спиной. На губах улыбка, а в голове отсутствие идей, что можно было бы спросить. Ну на маньяка он вроде бы не похож. — Кого-то ждёте? — Э-э, знакомую. Илья кивает и из кабинета выходит женщина. Она тут же останавливается, бросая колючий взгляд на них. Аста переводит с неё взгляд на Илью. И смотрит прямо ему в глаза, что были просто удивительно красивого цвета. Они были не то голубые, не то зелёные, не то карие. Болотные. Аста никогда не видела такого насыщенного и красивого цвета глаза. — Мне уже пора… — Илья оглядывается назад. — работы перед отпуском надо сделать море. Всего хорошего, Астия. — Илья с какой-то особой интонацией произнёс её имя, что Аста могла только надеяться, что не забрызгала слюной пол.

***

Арина вышла из кабинета врача спустя десять минут после короткого разговора Асты и Ильи. Врач сказал, что всё в порядке и дал разные рекомендации, что можно и что нельзя. Она была бледной и на нижней губе засохла кровь. Аста достала пачку салфеток и протянула ей. Проходя мимо того же кафе, возле которого они встретились, Аста предлагает зайти и выпить тёплый чай, а потом отправить Арину домой на такси. Кафе внутри выглядело очень уютно. Мягкий тёплый свет. Деревянные книжные шкафы заставленные старыми изданиями книг. Зона для детей. Деревянные столы и стулья. Девушки сели недалеко от бара и Асте сразу в нос ударил восхитительный аромат свежесваренного кофе. У подошедшей официантки они заказывают чёрный чай с бергамотом для Арины. И кофе для Асты. Она осматривает ещё раз кафе и взгляд останавливается на доске, на которой весело всего одна бумажка с жирно выделенным первым словом «срочно». Аста подходит ближе и фотографирует. Кафе ищет официантку. Как прекрасно. А Аста ищет работу. Настроение у неё стало ещё лучше. А потому, когда заказ был принесён, произнесла, подняв свою чашку с кофе: — За тебя, Арина! Ты сегодня была настоящим героем. Ура, — и чокнулась с чашкой Арины, которая чуть нахмурившись смотрела на Асту. Посадив в такси Арину, Аста пошла домой пешком. Она достаёт свою последнюю сигарету из пачки и блаженно затягивается, выпуская облачко дыма, подняв голову к небу и подумала о удивительном стечении обстоятельств. Когда Аста получила сообщения от Ильи накануне, она и не думала, что однажды пересечётся с ним ещё раз. Илья вызывал какие-то тёплые чувства, раннее не испытываемые ни к кому и которые было трудно описать себе.