☆☆☆☆

Джокер в последний раз призвал гостей сорвать банк и получить главную роль в его гениальной постановке. Ворох купюр на подносе опасно колыхался, угрожая рассыпаться, а сценарист паясничал, или очень ловко балансировал со своей ношей, или, что скорее, исполнял и то и другое одинаково мастерски. — Маленький фокус, без которого секунда моей жизни пройдёт зря, а я этого терпеть не могу, как и неаккуратность в деньгах! Джокер тряхнул подносом, и все банкноты сложились в аккуратные пачки. Родительница Алексы, Ангелина, оказавшаяся рядом с правым плечом банкующего, стоило появиться деньгам, тихо выдохнула: — Но так их стало больше… Как? — Так же просто, как женщина тратит деньги, так же ловко, как женщина их считает, — Джокер, удовлетворив любопытство дамы, победоносно осмотрел гостей. — Я добавил от каждого до ровного счёта весёлому клоуну за работу. Посмотрите, никого не обокрал? Ха! Ха! Ха! Под победную насмешку все судорожно схватились за мобильные: сообщения от банка о списании суммы с личных счетов значительно большей, чем представление о подарке, пришли всем. Гости подняли глаза, не зная, как это расценить: как непринуждённую шутку, ловкий развод или уже настоящий грабёж. Джокер упивался уплотняющимся растерянным молчанием. — Видели бы вы свои лица — нельзя не умилиться! Ну а мы продолжаем! Для всеобщего прогресса наука точно не помеха! Чтоб во тьму вернулся свет, проведём эксперимент: вот такая денег куча, сильно ли она горюча? Джамба, тëмнокожий брат, огонёчком не богат? Гости тревожно вытягивали шеи и всматривались, с удивлением обнаруживая на подносе среди пачек банкнот то, чего раньше там не было — маленькие гильзы со свечками. Джамба кузнечиком прыгнул к адскому режиссёру и щёлкнул над подносом пальцами. Все свечки вспыхнули, словно в руках Джокера был оригинальный денежный торт. — Их ровно двадцать, Алекса! И время загадать желание! Поддержим, похлопаем! Хеппи бёздей ту ю!!! Хеппи бёздей ту ю… — девушка убрала за уши прядки волос, зачарованная огоньками, наклонилась над подносом, мечтательно улыбнулась, придумав-помечтав, и дунула. Пачки с деньгами весело вспыхнули под стон и визг гостей, осознавших чудовищность этого конкурса. Не растерялась только Ангелина. Дама не отошла ни на йоту со своего поста у плеча клоуна. Она выхватила поднос у Джокера, смахнула пачки на пол и начала быстро сбивать огонь серебристым клатчем, очевидно точно рассчитав разницу между ценой брендового аксессуара и полыхающим кушем. Ведущий, дико хохоча, схватил Ангелину и закружился с ней по сцене, дважды получив при этом сумочкой по голове. — Учитесь, детки, вот, что я называю финансовой грамотностью. В таких руках деньги как в банке. — Джокер поцеловал пальцы рассерженной женщины. — Моя леди, я решительно утверждаю вас на главную роль, жаль, я шут, а не король! Что деньги горят и сгорают — теперь все прекрасно знают, но дружбу с Алексой превыше финансов считают! С чем её поздравляю, а вам бабло возвращаю. Марфа осмотрелась: более напряжённой и захватывающей импровизации она ещё не видела. И реакция гостей была неподдельно ошарашенной. Парень рядом с Марфой выхватил портмоне и тихо сказал другу: — Офигеть, Макс, у меня из налички всего триста баксов было, я их совершенно точно бросал на поднос… А они вот… опять тут лежат… Как это? Смотри, краешек словно опалился… Охуеть! Марфе становилось жутко с каждой новой улыбкой Дена. Пока все выдыхали и аплодировали Ангелине и Алексе, Джокер снова раскручивал маховик. — Диджей, музыку! Предлагаю дружно сесть, чтобы выпить и поесть! — он словно чувствовал, как у всех гостей немного дрожали и подкашивались ноги. Ангелина тем временем ловко подобрала банкноты — это были пачки резаной глянцевой бумаги. Разочарование было сравнимо с удивлением, иначе бы женщина расплакалась как ребёнок, у которого лопнул воздушный шарик — кончик напудренного носа покраснел, а глаза увлажнились. — Вот видите, прекрасная леди, когда я врал? — утешал победительницу Джокер, гладя по голове, ничуть не заботясь, что мог сломать идеально уложенные пряди. — Никогда мне не верьте! Ха! Ха! Ха! Джокер сполз со сцены и уволок Марфу в уголок — пошептаться. Там уже ждали Миха и Джамба. Марфа даже не думала, чем её опять собирался поразить Денчик — всё равно не угадает. Немного насытившись движухой с поджиганием денег, сейчас Джокер выглядел удовлетворëнным. Как игрок, у которого на руках флеш-рояль и в запасе краплёная колода. Марфа почти осязала природу этой сытости. Ден взвешивал все порочные мысли в людских головах, а публика «Рикка» располагала к самым изысканным извращениям. Огонь в глазах Дена менял цвета от золотого к алому, потом становился иссиня-чëрным, потом снова вспыхивал золотым. Марфуша уже не помнила, какими изначально были глаза Дениса. Вообще, каким он был до одержимости Джокером. Сейчас он стал взрослее на целый срок, выше и острее. Его измученная татуировками кожа трещала, сдерживая тысячу чертей, рвущихся изнутри. И один Дьявол ведал, какие козыри распаляющийся Ден прятал в рукавах своей фиолетовой рубахи. Собрав аниматоров, Джокер хищно облизнулся. Ему нравилась компания, неведение людей вокруг и привкус осторожности. Джамба, конечно, варился просто и без приправ; Рыженькая Кошка злилась, но держала себя в руках и была начеку; Медведь, казалось, подтупливал, но клоун видел глубже первых двух слоëв Шрека; администратор «Рикка» уже мысленно покупал эксклюзивные права на это шоу для площадки своего клуба. Джокер обвёл всех глазами ещё раз и закончил собрание, так и не начав. Он уже посовещался. С собой. Вдруг почувствовав голод, решил перекусить — схватил большую гроздь янтарного винограда и, держа её над лицом, стал жадно собирать губами ягоды с грозди, закатывая глаза и хрипло взрыкивая. От Джокера пахло алкоголем, сигаретами и опасностью. — Ден! Наелся? Давай поаккуратнее со спиртным — мы всё-таки на работе! — приказала Марфа, на что последний смачно сглотнул, хихикнул, скорчив виноватую мину, мол, простите, ребята, всё сам съел. И вдруг снова резко вернулся боссом. Подвижность размалёванного лица поражала, как и скачки состояний — их нельзя было отнести к одному лишь актёрскому мастерству, до этого дня дремавшему в Денисе. — Ты ведь хотела сказать, поаккуратнее живи, да, детка? Зря волнуешься. Всё по плану! Разве нет? Гости довольны, хотя степень и шкала удовольствия — та ещё мутная водица. — Так вот о плане, — Марфа, помня, кто юридически отвечает за действо и кто расписался в получении денег, обвела строгим взглядом заговорщиков — она всё ещё тут главная. — Не хочется мне никого расстраивать, но Алекса заказала Моргенштерна… — Воу! Воу! Воу! — вклиниваться посреди фразы, мгновенно оживляясь, — к этой манере Дена-Джокера Марфуша привыкла почти сразу и не считала таким уж большим нарушением этикета беседы — творческие все такие, ей ли не знать. Вот Джокера она перебивать не стала бы. Особенно когда ей нужны любые его ответы. — Горячая штучка Алекса. Мало того что её гости сорят деньгами, едва ли заработав их тяжёлым трудом, так они ещё и любят специфические развлечения?! — Джокер, доев виноград, возмущённо бросил пустую ветку за колонну. Укоризненный взгляд администратора был вообще не по адресу: уборщикам в этом зале подкинут работу погрязнее, чем просто подмести мусор, но зачем портить праздник мыслями о том, что будет после. Да уж, сарказм Рыжули был на слабую троечку. Хотя… Что она там сказала? — Ден, вижу, ты отлично понимаешь нашу проблему. Может, знаешь, что делает Алишер Моргенштерн? Джокер стал серьёзным, как прокурор, потом потëр лоб. — Мне ли не знать? Душу продают в одном месте, но по разной цене — от первой вечерней звезды до последней утренней. Если дама желает гутен морген, мы ей сделаем такой конкурс, тем более что почти закончили его подготовку, — клоун выразительно вытаращил глаза на админа, тот кивнул. — Какая же это сказка — работать с исполнительными людьми, особенно когда они вы́полняют, а не и́сполняют. Марфа скрестила руки на груди: — Немедленно хочу знать, что вы затеяли, и это не просьба — я здесь ответственное за программу лицо. С твоей «финансовой грамотностью» прошлись по грани. Я видела, как некоторых гостей протрясло! — Это очень хорошо! — заликовал Джокер, оживившись мимикой и поднимаясь. — Хороший электрошок — своевременная реанимация. Пусть включают мозги! — Клоун вклинился между Марфушей и Джамбай, обняв за плечи ершистую деваху и своего подручного. — Конкурс на роль внучки будет называться «Утренняя звезда»! Кстати, детка, ты тоже участвуешь и ничего не боишься, потому что учишься доверяться мне. Джокер полайкал себя пальцем в грудь, но «Рыжуля» отрицательно покачала головой. Клоун театрально скуксился: — Ну вот! Детка, детка, а так всё хорошо начиналось… — Я подумаю, если расскажешь, что утворишь в следующий час. — Ладненько, а ты мне расскажешь про вкус плодов пассифлоры, потому что выглядят они отвратно, как и называются. Маракуйя… Бр-р-р! Джамба не сводил глаз со своего патрона и был готов каждое его слово принимать как откровение, ну, или минимум — великолепную остроту. Глупым стажёр Дена не был, держал восторги при себе и смеялся там, где действительно было смешно. Вот сейчас было смешно. Ну смешно же! Марфа захлопала глазами, потом снова рассердилась. Ден слишком быстро переключал каналы, а пульт не отдавал, как упрямая обезьяна. Гости уже передохнули, подпитав тела закусками и подогрев кровь просекко и ромом. Молодые и сравнительно молодые люди уже забавно вытягивали шеи, озираясь и ища новый очаг возгорания в зале. Но сцена была девственно пуста. Алекса начинала волноваться: ещё немного, и чей-нибудь наглый рот приоткроется и отметит тот факт, что вечер перестаёт быть охрененным. Девушка была готова даже просить маму доплатить к гонорару бонусы сверх, чтобы аниматоры выложились на полную. Джокер словно уловил тревожные сигналы от Алексы и снова выдал хищную улыбку: вкус нетерпения и безрассудной жажды он бы не перепутал даже с обожжённым языком. Любые другие бонусы его бы оскорбили. Подав знак светорежиссëру Воробкину, Джокер медленно вышел на сцену, вступив во вспыхнувшее световое пятно. Ден купался в тотальном внимании, словно только так становился по-настоящему видимым. — Кто бы знал, что прекрасной Алексе и её гостям нравится такое?.. Я и подумать не мог, что вытащу его из моей обоймы. Итак, мои драгоценные, представляю вашему вниманию нашу особенную часть программы. Если до сего момента вы могли лишь гадать, то вот вам правда: этот уникальный образец уже здесь. И я утверждаю, что без его участия провести следующий конкурс на роль Внучки было бы не так весело и резво. Встречайте-е-е-е… образец оружия ударно-зубодробящего действия, детки: звёздный Морген…ште-е-ерн! — зал потонул в едином вопле восторга. Алекса подскочила с места, оправляя вздёрнувшееся и без того катастрофическое мини, и подбежала к Джокеру, готовая к встрече с «утренней звездой». Ведущему очень понравилось её изумленное лицо, когда он «из воздуха» вынул длинную булаву с навершием в виде шипастого шара. Алекса в испуге рефлекторно отшатнулась от опасной штуки, её сияющее личико опалило плохо скрытое негодование от глупого розыгрыша. — Что это?! — Как что? Моргенштерн — серьёзное средневековое орудие битвы. — Но я хотела современного мегапопулярного певца… — девушка злилась и досадовала, ощущая себя немного глупо перед гостями. Джокер недоумённо покрутил палицу в руках. — Не вижу особой разницы, детка: и тот и этот сильно бьют по голове с тяжёлыми последствиями. Человек мне в конкурсе помочь не сможет, тем более что живых звёзд тут уже более чем предостаточно. — Джокер раскланялся с шутовской галантностью, ничуть не смущаясь гнева хозяйки бала, будто он был частью запланированного шоу. Алекса захлопала ресницами, как немного раньше Марфа, но оттаяла полностью, в отличие от рыжей начальницы Дениса, и уже с интересом и боязливым любопытством смотрела на довольно устрашающее оружие. — На, подержи моргенштерн на весу, детка. Уверен, что такой шутки твои пальчики ещё не касались. Алекса неуверенно протянула руки, взяла жутковатую булаву. — Тяжёлый! — Разумеется, и это только характер, а если мы начнём взвешивать грехи… Пха! — Джокер забрал опасную вещь из слабых девичьих рук под нарастающий гул оживления зала — всё больше одобрительный и вовлекающийся в ликбез. На Марфу лучше было не смотреть — она превысила градус закипания и вместе с рыжими локонами являла собой зрелище живого факела. Вопрос, откуда Ден взял музейный экспонат, даже не стоял — он поднялся на верхний этаж! Съедая с каждым словом фунт довольства собой, Джокер намурлыкивал условия очередного конкурса, исподтишка любуясь Марфушиным гневом и страхом — настоящим — безупречным! — Итак, в конкурсе на роль Внучки участвует богичная Алекса — раз! Представительница группы аниматоров прекрасная Мар-р-рфа — два! А подружки именинницы — три, четыре, пять — никому не убежать! Алекса, издав странный писк, бросилась в зал и вытянула трёх девушек, не принимая отказов. Джокеру хватило одного взгляда для проведения «кастинга»: двое лам и одна… «я бы вас посмотрел ещё раз!». Обнимая Марфушу одной рукой и поигрывая булавой во второй, Джокер более чем походил на маньяка. Она не понимала, почему ещё никто из гостей не вызвал полицию. Ни одно слово Джокера не оспаривалось, а он сам казался злым духом, захватившим всех людей этого клуба в гипнотический плен. — Вот почему я так люблю умных женщин рядом, детка! Так вас легче держать в поле зр-р-рения, — шепнул Марфе на ухо Джокер, скрипнув зубами и раскатав последнее слово на языке, словно отвечая на её мысли, прочитать которые ему не стоило труда. — Но мы не пугаемся, мы развлекаемся! Ха! Ха! Ха! — Мысли вслух, мысли вслух! Не собираться меньше ста двух. А мы дальше играем — сказочку баем! Внучка — роль непростая, неслабая — вторая женская по счёту главная! По факту что знаем про внучек из сказок? Вот они топают в лес с пирожками, вот говорят с серыми волками, вот прыгают в колодцы за вёдрами и нипочём им Морозы с бóродами — всплывают богачками бодрыми, а ещё есть внучки — ледяные штучки — их из снега под Новый год лепят, а они оживают — вот и потеха, пока костры жечь не станут… Тут: стоп! С нас внучек станет! Я уже встречи с Внучкой боюсь до трясучки. Хотя бы у нас Жучка — не сучка? Ха-ха! Несу бред! Или это рэп? Не-е-ет?! Не прёт? А какой рэп — не трëп? Ну-ка, расступитесь да отхлыньте назад. Для посадок нужно мно-о-ого пространства. Пошёл Дедка в огород! Не для слабонервных место, детки: там, не дрогнув, упёк Дед Репку. На опасной почве растёт внучка с малолетства, время неустанно мчится: девочка теперь невеста. Дед посадки охраняет от семян до листика, так увлёкся старикан, что занялся флористикой, — оборвав скороговорку, Джокер оскалился, взмахнул рукой, сорвав визг зрителей: древко моргенштерна осталось у незадачливого жонглёра, а оконечник булавы полетел в зал. С него на зеркальный пол с характерным стуком начали падать металлические колючки. Шар рассыпался, не долетев до изрядно перетрухнувших гостей, по дороге усеяв пространство танцпола эспинами. Марфа дёрнулась в порыве остановить опасный конкурс, но в осознании улетучивающегося в небытие контроля различила звук каждого падающего металлического цветка и почувствовала болезненные уколы ступней о них — так ощущаешь оскомину при одном лишь виде лимонных ломтиков. Она собралась и резко повернулась к Дену, окончательно понимая, что их знакомого милейшего тихого парня больше нет. На неё смотрел гениальный злодей Джокер как насмешка судьбы, напоминающая, что помимо доброты Деда Мороза нужно помнить про его морозильный посох. Марфа собралась крикнуть — отменить всё, но язык словно онемел, рука на плече сжала на грани боли, в тёмных зрачках мелькнуло неодобрение этому сопротивлению: — Всë, что пугает, оно же и завораживает. Иначе Алисы не прыгали бы в чёрные норы только потому, что кролик милый и белый. Концепт соблазна неоднозначен и велик. Детка, я плохой певец, но хороший садовник, а на этом огороде закопана не только репка, но и… Начинаем конкурс! — хрипло и самодовольно выкрикнул Джокер притихшим гостям, так и не открыв Марфуше своих профитов. Он отвёл девушек к дальней стене, каждой целуя похолодевшие от волнения пальцы. Одна из них, с медовыми волосами, которые, казалось, пахли весенними цветками вишни и акации, слегка хмурилась, видимо, чувствовала небезопасность мероприятия, отчего заметно улетучивался кураж. А это всегда цепная реакция в обе стороны — как бы остальные подопытные не перехватили её волну. Марфа, эта вот… Весна… Ещё одна трепыхнётся — и перевес будет на стороне рассудка. Какая скучная чушь! Никто не испортит веселья! Джокер потянулся к переносице излишне тревожной участницы, чтобы надавить и разгладить хмурую складочку, но палец застыл на подлëте. Что за дела? Клоун заглянул слоем глубже и увидел Весну глазами Дена, безголосого и застывшего без сознания. Но даже в таком состоянии он не позволял прикоснуться к Ней. Ах, вот оно что — любовь! Джокер выдавил усмешку над такими чистыми чувствами. Не те сейчас девчонки, чтобы оценили порывы Денчика! И этой розе отчего не быть с той же клумбы. Ведь говорил ему уже! Вот и шанс Джокеру расстараться показать Дену, как обманчива бывает Весна. — Белый и густой туман в деревнях по вечерам. С заливных ползёт лугов, аромат несёт цветов. Внучка вечером идёт поливать весь огород. Только что тут говорить, Дед забыл предупредить о колючках на дороге. Береги на грядках ноги! Клуб наполнился белым непроглядным дымом, который стелился по полу до колен, и не было видно, куда ступать. Девушки переглянулись. Джокер спокойно зигзагами пробежал по «заминированному» туману до противоположной стены и поманил участниц обеими руками. — Ну же, ну же, страх на ужин, разве приз уже не нужен? Всегда к успеху труден путь, но ножки надо не проткнуть. Кто смелее и быстрее — взять заветное сумеет! Обещаю расстараться — дам, что жаждет сердце ваше. Ну же — желайте, желайте! У Алексы и подружек загорелись глаза, Джокер узнал этот блеск. Так смотрели мачехины дочки, обрезая себе пятки и пальцы, чтобы впихнуть ногу в туфельку Золушки. Марфа же надеялась всё это безумие прекратить и искала способ. Часть её здравого смысла упиралась и продолжала верить, что Ден опять обратит всё в жестокую шутку и остановит. Но Джокер не выглядел удовлетворённым половиной задуманного. Не успела Марфа вынуть телефон, как увидела через зал Никиту. Она чуть не вскрикнула от радости. У Елецкого таки было всё под контролем! И бесподобная игра Дена была согласована! Когда ребята всё успели переиначить и сделать такой грандиозный сценарий?! Раз всё продумано с Никитой, разве Марфа покажет себя неуверенной трусихой? За любимым — и по полю из игл! Она не видела, как по ту сторону зеркала ухмыльнулся довольный кукловод. Каждой деве Джокер показал свой индивидуальный соблазн. Алекса видела напротив крутого молодого певца-миллионера Моргенштерна. Она лучше и опытнее его бывшей, и конечно, поддержит во всех проектах, поможет с имиджем! Двоим её подружкам Джокер тоже показал двух обласканных глянцем перспективных женихов. А после того как задавака Алекса и рыжая ведущая рванули вперёд, надеясь опередить и добраться до желанной цели первыми, девушки, сбросив каблуки, пошли на обгон. Про опасную флористику под ногами забыли все. Весна была другого огорода помидорка, и на пачку бабла в руках сорящего деньгами Моргена не повелась бы. Но Джокер знал, что у девушки пропала собака полгода назад, досадно, но горячий кобелëк рванул за наглым котом и, видимо, заплутал в лабиринте чужих дворов. Теперь грязный исхудавший пёсик сидел у ведущего на руках, и сердце Весны, всё это время винившей в случившемся себя, дрогнуло, а ноги сами понесли вперёд по задымлённому полу. Гости же с тревогой смотрели за стремительным стартом пятерых зачарованных девчонок, не зная, за кого болеть. Понятно, что Алекса — именинница, поэтому приз и роль должны были достаться ей по праву. Но четверых участниц тоже хотелось поддержать и у каждой нашлась своя группа поддержки. Дым, казалось, путался у участниц под ногами, клубился и вил опасные петли. Две подружки Алексы вроде бежали, держа туфли в руках, но на деле едва двигались, это выглядело мистически и жутковато. Марфа плыла вперёд одухотворённо и плавно и была похожа на солистку ансамбля народного танца, Алекса опережала всех на добрую половину пути. Но Джокер пристально смотрел на Весну. Она напомнила наивную малышку Харлин, ещё до безумства влюблённости, разряда тока и купания в химикатах, тогда она принесла крошечного вонючего котёнка — жалкого мокрого сгустка беспомощности. Сейчас держать в руках даже мираж грязной псинки было противно! Джокер изо всех сил играл добросердечного мистера Джи. Четверо отстающих девчонок споткнулись одновременно и с визгом полетели на пол. Марфа ждала, что сейчас в ладони и колени вонзятся страшные металлические колючки, но вместо этого она приземлилась на множество маленьких плотных воздушных шаров, часть из которых лопнула, выпуская плотное цветное облако дыма. Джокер неожиданно оказался рядом с Весной, не дав ей упасть, подхватил за тонкую талию и удержал. Туман рассеялся, вокруг взрывались шарики с цветной мукой. Марфа и две девчонки выглядели растеряно и комично. Алекса, победоносно опираясь о стену, сжимала в руке невредимый моргенштерн. А Джокер держал в объятиях Весну, понимая, что сделать это его заставил Ден. Кое-кто из гостей ринулся в «огород», взрывами смеха высвобождая напряжение с очередной взрывающейся дымной бомбочкой, пачкаясь ароматной цветной пудрой. — Алекса, детка, что там дальше? Ты хотела разбить пиньяту? Так бей же тупую розовую сущность! Сверху опустилась пузатая лупоглазая лама из папье-маше. Алекса дунула на выбившийся завиток, победоносно оскалила зубки и что есть силы лупанула шипастым навершием по пиньяте. Удивительно, но вместо россыпи конфет и блёсток вверх взмыла стая испуганных белых и чёрных голубей. — Это мысли пустые и мысли светлые. И те и другие обязательно долетают до адресата и достигают цели — время загадывать желание, именинница — настоящее! Не прогадай на этот раз! — прохрипел Джокер и, наконец, отпустил Весну. Иллюзия с голубями — мастерское лазерное шоу от Воробкина, удостоенное оваций гостей, рассеялось. Но шоу ещё не закончилось. Джокер начинал уставать: веселье — всегда энергозатратное дело, в которое каждому охота вмешаться. — Хотел испачкать твои медовые локоны, да забыл о тëмном рыцаре во мне. Рыцари любого цвета всегда начеку, готовы испортить любую смачную шутку. Иди, детка, в зал. — Провёл Весну прицельным прищуром в изящную спинку. — А роль Внучки по праву достаётся победительнице — бо-о-огично-о-ой А-а-а-алексе! А мне дайте стул и тёмный угол. Устал от света. Танцуйте и ждите в голову следующую комету! Марфа подошла к Джокеру. Он часто касался пальцами губ, выдавая нестерпимое желание курить. Вот только у Дена к сигаретам было полное отторжение до тошноты. Паяц поднял на Рыженькую глаза: — Адская сказка, детка, не находишь? И совсем не детская! — Ещё раз так сыграешь на моих чувствах к Никите — не прощу! — хрипло процедила Марфуша. — Играть на чувствах — моя слабость — нет инструментов прекраснее, — Ден захлопал ресницами, грим на бледном лице уже и гримом не смотрелся, и красные губы кривились, словно в улыбке Глазго. — Гости перемазались! — Припудрились! Обмахнуть их пипидастром всех по цене уборки зала — порядок! Пудра — не кровь… — Джокеру стало нравиться, как Рыженькая закатывала глаза. — Ден, дальше по плану Жучка? Или ты трансформируешь её в Серого Волка? — Марфа протянула Джокеру мятный леденец, по привычке взятый с ресепшена. Когда Елецкий бросал курить, он поглощал такие карамельки килограммами. — Мне нужно время для финальной постановки, детка. Жучка — это время Джамбы. Время Эль Дьябло — фаер-шоу. В финале своего номера мой чернокожий брат проведёт конкурс на роль Кошки — его часть истории. — Ден забросил конфетку в рот. Леденец звонко ударился о железные зубы. На все эти изменения Марфа уже старалась не обращать внимания, чтобы не тратить обрывки нервов. — На роль Кошки? — переспросила она с тревогой. — Высосать на скорость детскую бутылочку с молоком? — Ха! Ха! Ха! Хочешь детский утренник — не зови Джокера! — Клоун с шумом гонял леденец во рту. — Просто делайте, как скажет доктор Джамба. Ты, детка, когда всё закрутится-завертится, просто подними вверх правую руку и сожми в кулак, когда захочешь. — И всё? — с подозрительным сомнением спросила Марфа. — Прикинь? Я не хочу ничего усложнять! — глаза Джокера провалились в глазницы ещё глубже, тени стали ещё темнее. — После выбора Кошки — выход Деда. Пусть танцует стриптиз, как в последний раз, словно под ногами горит земля. — А где… всё это время… будешь ты? — строго прошипела Марфа. — Роль Кошки ещё не твоя, детка, не скаль зубки! — огрызнулся Джокер. — У меня есть дела и цель, без которой вся эта клоунада — простая мышиная возня. Я появлюсь на взмахе копья, — провокатор захохотал, потом болезненно скривился. — Не сильно тут веселитесь без меня, детки! Джокер демонстративно громко проглотил леденец и умчался из зала и из клуба. Ден выскочил в тёплый поздний майский вечер. Хищно вдохнул воздух, переполненный заботами, страхами и проблемами. Все проблемы по большей части раздуты самими людьми — всегда одно и то же, и не лечится. Он потëр виски и осмотрелся. Ошибиться Джокер не мог при всём желании. Справа со стоянки мигнула тачка. Бинго! Он вальяжно подошёл. — Ты не умеешь разочаровывать, Харли! — это была самая медовая из улыбок Джокера. — До Харли мне ещё далеко! — Весна откинулась на спинку водительского кресла. Длинные ноги, сменившие туфли на удобные мокасины, соблазнительно предъявляли скульптурные колени. — Пока меня зовут Аня Байкалова. А вот то, что я почти получила диплом психолога, ты угадал! — Только не надо меня разбирать по полочкам и лечить по правилам! Я же отправил тебя в зал, девчонка?! — проворчал Джокер, оббегая машину и небрежно плюхаясь рядом. — Как же я рад, что ты такая непослушная! — Куда едем? — Аня зажгла уголками губ мягкую улыбку. — А ты не знаешь? Вот какой ты после этого психо-о-о-олог? — Надеюсь, в бабушку Искру. — Женщина — оголённый провод! Ладно, эта шутка не протухнет — полежит. Ты с Алексой давно дружишь, Харли? — Со школы, мистер Джи! — Тогда ты — чудо, детка! Трогайся! А расскажи-ка мне о… — просьба Джокера потонула в бодром рëве спортивного авто Весны. Артемьев, как обычно, засиживался допоздна. Благо выручали звонками московские партнёры с временной разницей. Бизнес был надёжным и стабильным. Вот только чтобы он был таким, приходилось очень многое делать самому. Да и в очередной новой квартире мужчину никто не ждал, и возвращаться туда становилось всё более тоскливо. С первой женой он развёлся без сожалений, заведя головокружительный роман с молоденькой красоткой вдвое моложе его самого, вернув ощущение и факт свободы. Бывшей супруге и дочери-подростку оставил всё «нажитое совместно», чтобы сволочью недолго называли и потерялся в новом мироощущении. На два года. А потом всё рассосалось. Денег любовница тратила немеряно, и запросы росли. Так делали и следующие после неё. Правда, исчезала каждая очередная всё быстрее. Артемьева до недавнего времени такое положение дел устраивало, пока не стал себе противен — платить за чувства, которые на вкус все больше напоминали пластмассу, глупо и убого. Одиночество не претило. Просто иногда накатывала тоска. Временами всё чаще. Оставаясь всё надольше. Охранник кашлянул в селектор: — Илья Валентинович, к вам дама и… сопровождение, — по тому, как замялся Михалыч, стало даже интересно, что там за сопровождение с дамой. — Скажи, пусть в фойе подождут, я уже спускаюсь! — Артемьев сохранил все документы, закрыл все папки и выключил комп. Подхватив куртку и набитую сумку, бизнесмен всё бегло осмотрел, оставив в кабинете свет, и вышел в пустынный коридор. На охране сдав ключи и поставив кабинет на сигнализацию, Артемьев осмотрелся. Гостей не было. — Они вышли на улицу. Парень курить захотел, — при упоминании парня у охранника как-то нехорошо дёрнулся мускул на лице. — Может, с вами выйти? Там какой-то маргинал диковатый с жуткими глазами и весь разрисованный. — А девушка хорошая? — Просто красавица! — оттаял Михалыч. — Ну и зачем тогда тебе выходить? Молодёжь сейчас выражается, как хочет. Я свою давно не видел, может, тоже бровь пробила или налысо побрилась. — Успокоил охранника, а себя растревожил. Не тем, что сейчас наверняка снова будет слушать слезливую историю о «заболевшей» в Чите маме кого-то из бывших своих любовниц — девушки иногда попадают в безденежную ситуацию и приходят по старой памяти к щедрому папику. О дочке он много думал в последнее время. А тут такой день… Хотел отправить цветы, но стало стыдно поднимать голову, через столько лет «амнезии». Артемьев вышел на улицу. Пахнуло пряными духáми мая и приятный девичий голос окликнул с освещённой фонарями стоянки: — Дядя Илья? Здравствуйте!