Часть 2

Глава 6

— Ну мааам, можно я дома посижу? У меня правда живот болит! — Хорошо, тогда ешь и идём к врачу. — Нет, к врачу тоже не надо! — Почему же? Он посмотрит и скажет, почему болит и что делать. — Я…я боюсь! — Солнышко, это же совсем не больно. Он просто осмотрит тебя. — Мама, как всегда, непреклонна. — А уколы делать не будет? — Ну, это уж как врач решит. Услышав это, Маша испуганно пролепетала: — Т-тогда лучше уж в школу… — А живот? — А…а он и не болит уже! — девочка вскочила из-за стола, схватила портфель и побежала к выходу. — Куда! А зубы чистить?! — Мама вышла из кухни и, скрестив руки на груди, выразительно посмотрела на дочь. Та, вздохнув, поплелась в ванную. — Засекаю 2 минуты, — сказала мама вдогонку. В ответ раздалось бульканье — и как она не устает возмущаться по каждому чиху? — Ну что за неугомонный ребенок, — вздохнула женщина. Утро Марии Соколовой начиналось как обычно. Дорога до школы успела снова надоесть и испортить настроение просто одним своим присутствием. Вернее, не сама дорога, а место, куда она вела. Школа… Маша ненавидела это слово. Впрочем, как и многие ее одноклассники. Учиться не любил никто, а те, кому нравилось это очевидно пыточное занятие, созданное мучить детей, имели репутацию зануд, «ботанов», заучек и очень часто ещё и «очкариков». Маша к ним, к счастью, не относилась — кто ж захочет терпеть постоянные насмешки и издёвки? Девочка поднялась на родной и оттого осточертевший третий этаж, нашла ещё более противный кабинет математики и заняла свое место на первой парте у окна. Это было самое ужасное место, что только могло существовать в этих стенах. Ближайшая к учителю парта… Немного облегчало лишь то, что сидела она там не одна. Антон Павлючков был типичным «ботаном». Всегда аккуратно одетый в брюки и однотонную голубую рубашку, причесанный (направо и не «прилизанно», впрочем) и сосредоточенно глядевший на доску и учителя, сейчас он сидел, положив руки на парту и опустив на них голову. — Привет, ботаник, — довольно нахально поздоровалась Маша, бросив портфель под парту и усевшись рядом. — И тебе доброе утро, — ответил мальчик с сарказмом, даже не поднимая головы. — Чего приуныл? — Да так. А что? — Ну я ж беспокоюсь. А то заболеешь, а я тут одна сидеть буду! — слегка надулась Маша. — Не выспался. — Он наконец поднял голову. Под красными глазами едва заметно вырисовывались два бледных полукруга. — Контрольная же сейчас. Готовился полночи. Контрольная по математике…как и любая контрольная, она вызывала панику и страх у тех, кто не готовился или плохо знал тему. У Маши не было проблем с этим, доставало другое. Обычно, такие люди дёргали вокруг сидящих просьбами помочь, некоторые даже не бесплатно. Отличники этим тоже пользовались — почти бизнес, считай, но в большинстве своем возмущались, поскольку «не успеют свое решить». А сами шли сдавать раньше остальных чуть ли не на полчаса! «Эгоисты!», думала Маша. Вот, прозвенел звонок, и все уселись в ожидании неизбежного. В коридоре послышались шаги, дверь с грохотом распахнулась, и в класс вошел… Нет, не так. В класс буквально влетел молодой человек лет 30, чуть не растянувшись на полу, поскольку перецепился в спешке через чей-то небрежно брошенный портфель. Тихонько ругнувшись и этим вызвав в классе приступ приглушаемого смеха, он восстановил равновесие и перевел дух. — Добрый день, дети. Зовут меня Кимбаев Вячеслав Витальевич, и ближайшую неделю буду читать вам математику. Предупреждая вопросы, Мария Ивановна заболела и не может вести уроки. — Он поправил рубашку и оглядел класс. Ну тут хоть парт пустых нет. Не то что не парах. — Сегодня у вас должна быть контрольная по-о-о… — Он порылся в портфеле и достал какую-то бумажку. — Ага, по операциям с дробями. Однако спешу обрадовать: поскольку я вас не знаю, а вы — меня, сие событие отменяется. На него смотрели тридцать две пары удивлённых глаз. Слова «отмена» и «контрольная» потерялись среди кучи других, непонятных. Даже у отличников, казалось, дым из ушей пошел. Все были в шоке и учителю никто ничего не сказал. Тот, тем временем, сел за учительский стол, достал из рюкзака ручку, ещё листик и журнал. Посмотрев на ребят ещё раз, он удивлённо поднял брови. — А я думал, что отмена контрольной должна вызвать радость, — недоуменно произнес он. Только после этих слов кабинетом прокатилось дружное «УРА!», которое, наверно, и в соседнем крыле слышно было. — Ну не так же, — пробурчал препод и спросил: — Есть тут староста? — Есть! — подняла руку девочка на первой парте, прямо перед учительским столом. — Хорошо. Как вас зовут? — Обратился к ней взгляд учителя. Он открыл журнал, нашел нужную страницу и приготовился писать. — Соколова Мария, — представилась девочка. — Так, Мария… Как там у вас положено…отсутствующие есть сегодня? — Нет, все пришли. — Хм, это хорошо, хоть и странно. Ладно, тогда сделаем проще. Я тут список ваш нашел, сейчас проведем перекличку и что-нибудь ещё поделаем. Марию уже видел, кто там дальше… После переклички Вячеслав Витальевич ещё раз объяснил, кто он и почему здесь. Сказал, что надолго не задержится, но постарается от графика не отстать и тут же поинтересовался, что было на последнем занятии. — Умножение и деление дробей, — подсказала Маша. — Замечательно. Может, Мария, вы нам расскажете, как разделить одну вторую на две пятых?.. В конце урока учитель попрощался и покинул кабинет. Надо сказать, неприятных эмоций он не вызывал, даже ни разу голоса не повысил за весь урок, не то что Мария Ивановна: у той чуть кто ручкой щелкнет — ор, крик, «как вы меня уже достали, невозможно урок вести!». И так каждый урок! Как у нее только нервов хватает?! Само собой, только этим фактом новоиспеченный учитель мгновенно расположил к себе класс. Даже Антон выглядел слегка повеселевшим. «Слегка», потому что получалось, что он зря пожертвовал сном ради подготовки к отмененной контрольной. Остальные уроки пролетели незаметно. Учителя даже удивлялись, какие спокойные сегодня дети: ни замечаний, ни двоек за невыполненное домашнее — прямо примерный класс. Даже Маша сегодня не подшучивала над соседом, как обычно бывало на каждом уроке. Мало того, даже согласилась, чтобы он проводил ее до дома. Под конец учебного дня Машу и Антона поймал в коридоре Вячеслав Витальевич. — О, Соколова, как хорошо, что я вас нашел. Есть разговор. Павлючков, то же самое и вас касается. Дети удивлённо переглянулись. Все это было довольно странно. — Вячеслав Витальевич, но нам домой надо, — сказал Антон. — Не волнуйтесь, — ответил препод, — это лишь на пять минут. Ещё раз переглянувшись, дети согласились и прошли за учителем в класс. Разговор не занял и трёх минут. Вот только после него Антон и Маша всю дорогу до дома молчали, задумчиво глядя себе под ноги.