Эпилог

      Очередной солнечный день. Только-только начавшаяся осень ещё не успела окрасить листья деревьев в огненные цвета и закрыть небо синими тучами, проливающими дожди на урожай. Школьная рутина для детей только начиналась, как и подготовка к зиме. Кто-то уходил работать на пшеничное поле, кто-то собирал команду для похода в лес за крупной добычей. Пожелые женщины, будучи не в состоянии целый день махать серпом и таскать снопы, возделывали собственные небольшие огороды. Среди них была и Маргарет Николсон, хоть её и вообще нельзя было назвать старушкой. Всю жизнь женщину мучали боли в спине, оттого она и не могла трудиться на благо всего Фаорина. Зато времени оставалось на собственные небольшие грядки. Вот и сейчас хозяйка вышла на улицу проверить, не пора ли просить мужа собрать тыквы. За невысоким забором из пары длинных палок сновали смеющиеся дети, возвращавшиеся с занятий домой, знакомые из соседних домов что-то бурно обсуждали, неторопливо прохаживаясь по земляной дороге. Никто и виду не подаёт, что пару недель назад все ожидали конца света. Сначала тот страшный грохот, а затем тьма, закрывшая пеленой небо на рассвете. Сказать, что все перепугались — вообще ничего не сказать. Сколько предположений было выдвинуто в те тревожные для всех часы, но верно было лишь одно: кто-то смог спустя две сотни лет открыть проход в логово чудовища, и драконья кара готова вот-вот обрушиться на мир. Сомнений в том, что портал открыл парень в маске из дошедших до Фаорина историй, почти не было. Всем оставалось только молиться, чтобы гнев Дракона не был столь сильным и не истребил всё живое. Люди готовились к худшему, бежали в лес за дровами, прятались по домам, затачивали оружие. Но через несколько часов мгла рассеялась, очистив небо и подпустив к земле солнечные лучи. Дракон убил смельчака и впервые пощадил людей, или же это смельчак убил Дракона, освободив всех от гнёта зверя? Легенды о мастерстве и новаторстве Дрима в бою впечатляли, но никто не смел и предполагать, что он победит. Это казалось невозможным. И какого же было людское удивление, когда через пару дней из леса к городу вышла орава мобов всех видов вперемешку, а во главе неё шёл старый на вид эндермен. Поначалу жители насторожились, но быстро поняли, что толпа пришла с благими намерениями.             Мобов пустили в поселение, и они завезли две большие телеги звериных шкур и мяса, а предводитель вручил главе города невиданной красоты меч, переливающийся голубо-лиловым светом. Даже не зная человеческого языка, мобы сумели передать свои извинения за причинение вреда городу на протяжении стольких веков, а дары были вручены в знак мира и окончания войны между расами. Тогда-то все и осознали, что Дракон побеждён. Радости горожан не было предела, но вот сердце родителей исчезнувших ребят всё ещё было не на месте. Мальчики пропали без вести несколько месяцев назад, и не так давно от приезжего странника жители услышали историю о четырёх охотниках и юноше в маске, а в описании этих ребят родичи узнали своих детей. На душе стало легче, ведь они были живы. Но теперь, зная, что, скорее всего, сыновья проникли в логово Дракона, родители не знали, что и думать. Никто не возвращается из Эндер-мира, это всем известно. Но ведь чудовище повержено, может, всё обойдётся? Надеяться на хорошее страшно, ведь надежды могли не оправдаться. Но Маргарет продолжала тихо верить в то, что однажды её сын вернётся домой. От мыслей и рассматривания созревающих тыкв женщину отвлекла песня трубы. Обычно дозорный извещал об опасности или прибытии важных персон короткой незатейливой мелодией, но сейчас инструмент выдавал странные весёлые пассажи. Разве для того был повод?       За высоким зелёным холмом показалось поселение. Двухэтажные домики, никаких каменных стен для ограды, только одинокая сторожевая башня. Слева городок окружал знакомый, давно исхоженный лес, справа стелились небольшие золотые поля, за постройками виднелись невысокие горы. Захотелось сорваться с места и ворваться в родной, надолго оставленный город, но всё же стоило подождать остальных. — Ты был прав, Дрим! Нам действительно нужно было в эту сторону! — крикнул Сапнап идущей позади команде. — Ну вот, а ты всё настаивал к озёрам сворачивать. И всё же хорошо, что ты решил проверить, мои знания географии могли и подвести. — Как видишь, не подвели!       Пятеро человек встали на вершине холма, не веря, что снова оказались в родных землях. Они дома. Улыбка легко скользнула под маской, и ребята двинулись к поселению. Раздался звонкий голос трубы, когда команда приблизилась к башне. Волнение прошибло всех разом. С каждым шагом голоса горожан слышны всё лучше. — Они живы! Они вернулись!! — закричал дозорный, спустившись с башни, и побежал в город, извещая всех, повторяя одни и те же фразы.       Услышав крики, люди повысовывались на улицу. Кузнецы и торговцы оставили лавки, женщины бросили огороды. Жители выходили из домов и переулков на главную дорогу. Через собравшуюся толпу пробилась и Маргарет. Дар речи тут же оставил её, как и всех остальных, стоило только увидеть, кто именно вернулся в Фаорин.       По сухой земляной дороге навстречу людям шли пятеро давно пропавших подростков. Но теперь они совершенно не были похожи на тех сбежавших непосед: за прошедшее время парни вытянулись и окрепли, бои выковали из них статных, сильных юношей. Ребятам хотелось как можно быстрее добраться до родного городка, не заморачиваясь с внешним видом, оттого жители могли наблюдать последствия их приключений в виде полуразбитых доспехов, грязной и наспех зашитой одежды, да старых перевязок.       Люди стояли в ступоре и молча наблюдали за проходящими мимо них парней, заостряя внимание на юноше в маске, шедшим впереди. Дрим чувствовал на себе множество взглядов, которые становились всё тяжелее. Он совершенно не привык к такому вниманию, да и, по правде говоря, никогда не задумывался, как сильно может измениться людское отношение к нему после победы. А оно и впрямь изменилось — всем резко появилось дело до незаметного мальчика-сироты. — Да здравствуют победители Дракона! — крикнул кто-то из толпы, и жители подхватили радостные восклицания, приветствуя вернувшихся домой героев.       Из сборища людей со слезами вырвалась Маргарет и бросилась обнимать Сапнапа. За ней к сыновьям выбежали и остальные родичи. К Дриму тут же подтянулись люди, стремясь пожать руку, высказать восхищение, расспросить о путешествии или просто поближе рассмотреть уже ставшего легендой воина.       В стороне юноша заметил своих старых одноклассников, наблюдающих за происходящим. Кто-то уводил презрительный взгляд в сторону, кто-то обиженно смотрел на собравшуюся толпу вокруг парня, словно жалея, что из-за когда-то брошенных в его адрес унижений не смог заполучить себе в знакомые такого известного теперь человека.       От рукопожатий и бесконечных вопросов Дрима отвлёк хлопок по спине. Он обернулся: сзади стоял отец Энтфроста, зажимающего в объятьях сына и Бэда. — От народа теперь отбоя нет, а? — весело сказал мужчина. — Идём, Николсоны к себе приглашают. Вы, поди, ужасно устали, вот и отдохнёте спокойно, заодно и расскажете, какого чёрта удрали и что в путешествии наделали, — он хлопнул парня по плечу, и они пошли в сторону дома Сапнапа.       Причитающие матери усадили друзей за стол и накормили похлёбкой, которая после вечно сухой пережаренной говядины казалась пищей богов. Окончательно осознав, что дети дома, сытые и весёлые, родители уселись напротив и принялись обо всём расспрашивать. Бывшие мэнханты начали рассказ со старой часовни, взволнованно объясняли ситуацию на речном утёсе. Дрим сидел рядом и слушал, не желая прерывать вдохновлённую, полную эмоций повесть, но ребята попросили его продолжить с момента падения юноши в реку. Им самим хотелось послушать рассказ с перспективы масочника. Родичи внимательно слушали историю затаив дыхание и изредко задавая вопросы. День и вечер так и прошли за рассказами и удивлёнными восклицаниями.       Родной дом и старая постель погрузили Сапнапа в ничем не рушимый, глубокий и спокойный сон, оттого он смог подняться и выползти из своей комнаты только к обеду. За столом мать и отец сообщили, что утром гостившие семьи разошлись по домам, Дрим тоже ушёл проведать своё старое жилище. Родители не могли отвести глаз с вернувшегося сына даже пока тот хлебал подостывшую кашу, что казалось парню и милым, и неловким. — Ну, чем собираешься заниматься теперь? — прервал томную тишину отец. — Хочу опробовать кузнечное дело, — ответил Сапнап. — О, отличное занятие! Пойдёшь учиться к старику Франку? — Нет. Я поеду искать учителей в других городах. Старик Франк меня не сможет ничему научить, всё, что он мог бы мне дать, я уже знаю. Я не хочу сидеть на месте, мне нужно развиваться, а в Фаорине этого делать больше не получится. — Постой, то есть как? — обеспокоенно воскликнула мать. — Ты снова уедешь? — Да. Каждый из нас собирался обсудить это со своими родителями наедине. Мы долго думали над этим, предполагали вашу реакцию, боялись принятия решения. Но поймите, мы не сможем жить по-другому. Всё детство мы бегали в поисках приключений и новых знаний, с тех пор ничего не изменилось. Я хочу стать лучше и умнее, хочу повидать новые земли и новых людей, научиться ремеслу и быть наравне с великими мастерами. У друзей моих похожие цели. Каждому интересно что-то, и мы хотим вместе искать ответы на наши вопросы и учиться собственному делу. В общем, если вкратце, то мы все хотим изучать этот мир дальше, и мы будем делать это все вместе, нашей сплочённой командой. — Обучение это прекрасно, сын мой, — выдержав паузу сказал отец. — Думаю, раз вы пережили поход на Дракона, то и путешествия в поисках знаний выдержите. — Да, так-то оно так, но... Ты так внезапно исчез четыре месяца назад, и вот, когда ты только вернулся, снова собираешься покинуть родной дом так быстро? — обратилась Маргарет к сыну дрогнувшим голосом. — Не переживай так сильно, мам. Мы не собираемся сегодня же покидать город. У нас есть пара незавершённых дел, да и по вам мы соскучились, поэтому пробудем здесь неделю, может и чуть дольше. Когда мы отправимся в путь, обещаю писать письма. Я не пропаду. Да и к тому же, кто сказал, что мы покинем Фаорин навсегда? — улыбнулся Сапнап.       На лицах родителей скользнули улыбки, и парень с облегчением встал из-за стола. Мать попросила первым делом помочь на огороде, и Сап вышел на улицу. Он успел соскучиться по яблоневому дереву, росшему в саду, по маминым грядкам, по пыльной дороге за забором, даже странно было всё это снова наблюдать. Шум улицы перекрикивали восторженные детские голоса. Подойдя к изгороди, парень заприметил Дрима и кучку окруживших его детей. Они громко расспрашивали юношу о чём-то, кажется, просили рассказать о путешествии, смотря на него, как на невиданное чудо. Парень не отказывал и с улыбкой отвечал на все вопросы малышей, попутно рассказывая историю своего похода. Сапнап скрестил руки на груди и широко улыбнулся. Его многому научило прошлое, и он знал, за кем пойдёт в великое, светлое будущее.       Ветви дуба над городским кладбищем мирно покачивал ветер. Через шелест высокой травы, поросшей вокруг забытых могил, не было слышно приближающихся шагов. Высокая тень упала на надгробия мужа и жены. Долго же пришлось отчищать место захоронения родителей от сорняков и грязи. Никому, кроме Дрима, не были важны эти люди. Память об их делах в городе ушла вместе с ними. — Давно мы с вами не виделись, — проговорил Дрим, присаживаясь на колени рядом с хутором. — Кажется, с начала весны. Простите, что давно не навещал. Даже и не знаю, дошёл ли слух до вас о том, что успело со мной произойти. Я никогда не думал, что ты пророчила будущее, мама. Мне было приятно, когда ты говорила, что однажды я смогу стать воином и бороться со злом, но я... — взгляд юноши устремился в ясное небо. — Я никогда не думал, что смогу одолеть Дракона. Я жил мыслью о его свержении, хотел положить начало борьбе, которую однажды завершит спустя годы или века истинный герой. Но в итоге всё сложилось иначе. Наверное, теперь я могу точно сказать, что вы с папой отомщены. Больше никто не умрёт ради утехи зверя. Многие войны по всему миру прекратились, мобы больше не враги людям. Миссис Николсон даже рассказывала, что видела, как дети эндерменов выходили из леса и знакомились с мальчишками, играющими в поле. Они друг друга побаивались сначала, а потом, вроде, даже подружились. Хотел бы я, чтобы вы увидели, каким спокойным стал новый мир. — парень вздохнул. — Знаете, это так странно, ко мне очень резко изменилось отношение, к такому ещё придётся привыкать. Даже хорошо, что все запомнили меня в маске. Так гораздо удобнее, и спокойнее, пожалуй. Никогда не знаешь, кто может стать тебе врагом, пусть уж тогда никто не видит ни моего лица, ни моих эмоций, — его взор зацепился за верхушки сосен. — Не знаю, как будут реагировать на нас в других городах, мы ещё нигде не были, сразу помчались сюда. Нужно было забрать кое-что, и парням с родственниками увидеться. Надеюсь, вы не против, что я отдал наш дом под перестройку в приют для сирот. Матери Сапа и Джорджа вызвались работать там воспитателями, думаю, у них это хорошо получится. Кстати, они же и будут теперь ухаживать за вашими могилами по моей просьбе. Они про вас не забудут, вы в надёжных руках. Я это всё к чему... — потускневший взгляд упал на надгробия. — Мы уходим. Не знаю, на сколько. Надеюсь, не навсегда. Я поведу нашу команду открывать для себя и других новые горизонты, изучать науки, путешествовать по городам и морям, может и учавствовать в сражениях, если придётся. Драконьи войны в прошлом, но битвы за троны лордов всегда были и будут. Кстати, на днях нам случайно повстречался странник из города Варес на юге, пригласил на турнир в честь именин сына лорда, сказал, что нашу команду в качестве участников будут счастливы видеть. Возможно, мы и в подобных соревнованиях будем учавствовать, всё же за победу платят деньги, а нам на что-то нужно жить. — юноша привстал и положил на могилы пышные букеты из разных полевых цветов. — Прощайте. Не знаю, когда мы встретимся с вами, когда я вновь вернусь к вашим могилам и принесу цветы в память, посижу здесь, на холме, и посмотрю вдаль на родные просторы. Не знаю, что будет дальше. — он улыбнулся, отходя от хутора.— Но теперь мы сами пишем свою судьбу, верно?       На следующее утро команда стояла на границе города, держа за новенькую упряжку своих боевых коней, подаренных главой Фаорина. — Теперь вам будет куда сподручнее путешествовать, — сказала Маргарет, вручая сыну сшитый прошлым днём плащ. — Пожалуй, — улыбнулся Сапнап, принимая подарок и запрыгивая на лошадь. — И смотри, чтобы не забывал писать письма! Каждые две недели, помнишь? — Помню, мама. Не переживай, обо всём писать буду. — Береги себя, сын мой. И вы, ребята, будьте осторожны, — промолвила женщина, посмотрев на остальных. Глаза её заблестели. — Обязательно, — улыбнулся ей Дрим и пришпорил коня. — Мы будем ждать вашего возвращения! — раздались крики толпы, пришедшей попрощаться.       Добрые кони били чёрную землю, унося пятерых путников вдаль. С ними прощаются, но это далеко не конец. Рассветное солнце и полуночная луна осветят им путь. Для них он только начался.