Часть 7

— Все ли люди, которые попадают в список отправляются на Землю? Тут Фёдор приобрело мрачное выражение лица. — Нет. Более того, они все мертвы. — Мертвы. Кёка побледнела. Она и так догадывалась, что произошло с её знакомыми, но теперь не оставалось никаких сомнений. — Мертвы. Я их убил. — З… зачем? Там были и ваши товарищи. — Если б я их не убил, они убили бы меня. Это игра, которую придумал какой-то дворянин. Туда попадали те, кто думал о свержении власти. — В итоге те, кто хотел стать правосудием, стали лишь убийцами. Вы выиграли эту игру? — Да, но словам знати веры нет. Если бы я не приготовил портал в этот мир заранее, я бы был перекручен, а кровью моей утоляли бы жажду дворяне. Впрочем, не будем об этом. Могу ли я узнать, как вы сюда попали? — Я, подобно вам, создала сюда портал. — И что вы теперь собираетесь делать? — Признаюсь вам, конкретного плана у меня нет, но теперь с вашей помощью… — Извините, но моей помощи вам не видать. Вы верно забыли, что разговариваете с убийцей, который убил и ваших знакомых, а теп… — И Гончарова. Достоевский замолчал. Гончаров был его товарищем, которым Фёдор всё таки дорожил. — Я не смог его убить. — Что же с ним случилось? Он же тоже был в списке. — Он и я были последними выжившими в этой игре. Эти твари, прошу прощения за выражение, однако своих слов назад я не возьму, они ошибочно полагали, что между нами начнётся драка на выживание. Гончаров просил меня убить его, однако я не смог. В итоге он убил себя. Совершил самоубийство, чтобы я не страдал. Знал бы он, что всё зря и меня всё равно собирались убить. — Прискорбно. Но вы можете отомстить им всем. Помогите мне, пожалуйста. — Месть? Всё что я пытался сделать было разрушено этими людьми. — Мы сможем, я верю. — Какая глупость. Я теперь другой человек. Вы просто встретили человека, который очень похож на вашего знакомого, но вы ошиблись. Я не он, я учитель русского языка и литературы, а не маг. На этом всё до свидания, госпожа Кёка. — До свидания, сударь. Хоть я и не знаю, как вас зовут нынче, однако очень приятно было вас повстречать. Достоевский отправился дальше. На лице его сияла зловещая улыбка. Возможно он уже что-то придумал, но пока это лишь предположение. Ацуши всё ещё недоумевал от происходящего. — Кёка, я правильно понял, он такой же как и ты? — Нет. Теперь он уже не тот человек, которого я знала. Вернее сказать, что это вообще не он. Я обозналась. — Кем же был Фёдор Михайлович, которого ты знала? — Самым могущественным магом, который смог бы поставить всю знать на колени. Однако этого человека убили. Осталось лишь его тело, душа же его уже давно покинула. С этими словами Кёка направилась к дому, Ацуши последовал за ней. Зайдя в квартиру, парень положил продукты в холодильник. — Никак не могу представит, что наш учитель не из нашего мира. Кошмар. Как я теперь на его уроки ходить буду? — Меня больше интересует, как он так быстро приспособился к этому миру. — Кто его знает. Кстати, а вы используйте магу? Или это просто выдумка. — Используем. — Но здесь же её нет. — Есть. Любая энергия — это мана. Солнечный свет, ветер, даже свою внутреннюю энергию можно использовать. Есть, конечно, и чистая мана, но её всё равно нам никогда не давали, чтобы никто не свергал власть. Точнее, чтобы сил на это не хватило. — Ясно, лады я уроки делать пойду. Можешь пока погулять, например. — Хорошо, я как раз хотела кое-что сделать. Кёка отправилась на улицу. Ацуши сел делать домашнее задание.