7 глава

(Место недалеко от Браавоса –11 З.Э.)             Брэндон Сноу выдернул свой клинок из черепа Кхала, когда Нейп Сноу, ублюдок из Дома Болтонов, перерезал горло последнему из кровавых всадников этого человека. Брэндон с отвращением наблюдал, как Нейп слизывает кровь мужчины со своего ножа. -Тебе обязательно это делать? -Что? - спросиля. Нейп ухмыльнулся, -Это нервирует местных, - он указал на оставшихся двух кхалов и их кровавых всадников, которых удерживали члены Компании.             Покачав головой, Брэндон указал на труп у своих ног: -Ты видишь, что происходит, когда твои крикуны врываются в мой лагерь. Нападайте на моих людей, пытайтесь сбежать с нашими женщинами и детьми. Я не буду проявлять милосердия к насильникам или работорговцам, вы, дотракийцы, еще раз приблизитесь к Свободным городам. Я убью каждого мужчину, которого найду, и заставлю твоих сыновей войти в Дотракийское море, неся кости своих лошадей.             Переводчик из Браавоса повторил угрозу Брэндона на дотракийском языке. Некоторые из связанных мужчин выглядели готовыми к бою, но стрелы Железнорожденных быстро пронзали любого, кто осмеливался дернуться. Гвен Харлоу опустила лук: -Любовь моя, неужели тебе обязательно злить бедных всадников? Мы действительно хотим, чтобы хотя бы парочка из них вернулась в свое жалкое подобие города.             Торрен Амбер рассмеялся, глядя, как кровавый всадник, которого он сдерживал, боролся, а его Кхал был тем, кто теперь лежал мертвым со стрелой, вышедшей у него из глаза. Торрен свернул мужчине шею: -Почему бы не отправить их тела обратно привязанными к их любимым лошадям? Этого было бы достаточно.             Браавосский эмиссар кашлянул: -Компания Розы действительно хочет нажить врагов дотракийцев? -Нет, -Брэндон нахмурился, - но они сделали нас врагами, когда напали на наш гражданский лагерь в Кохоре. Мой народ не насытится до тех пор, пока мы либо не освободим наших братьев и сестер, которых они загнали в рабство, либо они не отплатят нам жизнью за жизнь.             Один из кхалов, понимавший общий язык, посмотрел на своих павших товарищей. Они не были частью кхаласар, совершивших набег на лагерь вестеросцев. Хотя им подарили несколько рабов, взятых из лагеря. Они отправились в Пентос, чтобы собрать подарки от слабаков тех мест. Он присоединился к своему кхаласару вместе с шестью другими людьми такого же размера. Они были не самыми маленькими из кхаласаров, бродивших по землям, но и не самыми крупными.             Он был вынужден поднять глаза, когда тонкая рука схватила его за бороду и рывком подняла голову. Женщина, стоявшая перед ним, была той, кто пускал стрелы в его товарищей. -Браавоси, скажи этому дикарю, что у него есть один шанс сказать мне, кто из его друзей здесь был тем, кто посмел изнасиловать мою дочь,-Гвен была в ярости -Я...я понимаю, -выдавил он на ломаном общем. Его взгляд метнулся к девочке, которой едва исполнилось девять, которую охранял самый большой волк, которого он когда-либо видел, -Не одна из нас, - он склонил голову набок и сплюнул на пол, -Я выиграл ее у Кхала Домо. Я намеревался отвезти ее в Вейес Дотрак. Мой сын ее ровесник.             Женщина крепче ухватила его за бороду и вывернула шею под неудобным углом. -Как ее мать, я не согласна на этот брак, - Она посмотрела на мужчину, который был их очевидным лидером, -Муж, что ты думаешь об этом браке? -Ты действительно шутишь по этому поводу? Выясни, убил ли этот работорговец Кхала Домо или нет, -Вытирая кровь со своего меча, Брэндон Сноу свирепо посмотрел на него.             Кхал с трудом кивнул: -Домо мертв, его всадники присоединились ко мне или бежали со своими кровавыми всадниками. Все, что принадлежало ему, теперь мое.             Брэндон Сноу ухмыльнулся, глядя на поле боя, где его солдаты все еще подметали раненых. Направив свой меч на Кхала, командир Компании Розы прищурился: -Ты проиграл мне и моим, так что, как я вижу, все, что принадлежит тебе, теперь мое. Где твой сын? -На хребте, если он еще не отправился в Вейс Дотрак, чтобы отдать свою мать дош кхалину. - Склонив голову, Кхал ответил. -Элмар Брэкен и Титос Блэквуд, отправляйтесь на хребет и соберите их мирных жителей. Покажите им, что мы лучше их. Не убивай, но любой, кто обнажит против тебя сталь, - Брэндон посмотрел на двух речников, у каждого из которых было по дубинке, - сломанные кости срастутся. (Браавос – несколькими часами позже)             Брэндон наблюдал, как его старшая дочь беспокойно спит, прижавшись к боку его страшного волка. Бэйну всегда было хорошо с ней, несколько месяцев разлуки после рейда этого не изменили. Его пятилетний сын Рикон, которому исполнились именины, спал, положив обнаженный тренировочный меч на колени. -Ты заботливый муж, - Гвен положила руки ему на плечи, прежде чем прижаться лбом к его лопаткам. - Со временем она поправится, по крайней мере, нам посчастливилось вернуть ее. Скольких речников удалось вытащить? -Всего дюжина, -проворчал Брэндон. -Я разговаривал со взрослыми. Этот Кхал Домо был главарем кхалов, который счел хорошей идеей напасть на наш лагерь, пока Компания была в отъезде. Этот другой Кхал, Кхал Арго, имел какую-то кровную вражду с Домо. Арго помог нашей дочери не из доброты или чувства порядочности. Я должен был кастрировать его и вернуть ему мужественность вместе со всем остальным. Гвен повернула его к себе: -Отец предупреждал меня о том, что нельзя спать со Старками, - она сверкнула глазами, когда он попытался поправить ее. -Не говори мне о том, что ты не Старк. Тебя вырастил твой лорд-отец в Винтерфелле. -Торрен вел себя по-отцовски, когда дело касалось меня, - фыркнул Брэндон. - К тому времени, когда я появился, отец был уже в годах, а я был довольно молод, когда он умер. Хлопнув мужа по груди, Гвен продолжила: -Северяне, которые последовали за тобой, не считают тебя менее Старковым. Имя не имеет значения, это человек. Ты сплотил повстанцев и изгоев из каждого региона Вестероса. Черт возьми, ты даже заставил моего отца вытащить меня и моих братьев и сестер из Харлоу. Дядя все еще злится из-за того, что он разорвал мою помолвку с моей кузиной дома. - Ты была бы ужасной Хозяйкой Харлоу, - ухмыльнулся Брэндон, прежде чем оглянуться на их спящих детей. - Я должен был знать, что покидать лагерь возле Кохора небезопасно. Лицо Гвен исказилось от отвращения: -Мы собираемся отплатить им за то, что они отдали наших людей этим дотракийским крикунам? -Миледи, -Брэндон взял ее за щеку, прежде чем наклониться к ней, -во имя Старых Богов, Новых Богов и Утонувшего Бога. То, что я планирую для Кохора, будет воспеваться веками вперед. В будущем жители Кохора не посмеют произносить мое имя, опасаясь, что я могу восстать из своей могилы, чтобы еще раз навестить их. Ухмыляющаяся Гвен посмотрела ему в глаза: -Все дома в восторге от каких-то румяных драконов. Они забывают о гневе вас, волков. - Огонь может превратить человека в пепел, - Брэндон провел большим пальцем по ее губе, - но лед требует времени. (Браавос – 271)             Он стоял и наблюдал, как лидеры Золотого Отряда и Компании Розы спорят во время своего полугодового конклава. Его отец сказал, что так здесь все делается. Две группы вестеросских изгоев сидят за столом и пытаются прийти к соглашению. Рабин Розстарк, нынешний руководитель Компании, созвал конклав для решения неотложного вопроса. -Кто из твоих идиотов, помешанных на золоте, сделал это? -Розстар зарычал. Будучи очевидным наследником Рабина, Кален стоял рядом со своим дядей по материнской линии. - Дядя, - вздохнул Кален, - тебе не обязательно было втягивать в это дело слонов, не так ли? - Молчаливый мальчик, - Рабин повернулся к командиру Золотого отряда, - Кто из вас счел разумным продать дочь Дома Блэкфаер тирошским работорговцам? Нынешний генерал-капитан Майлз Тойн кашлянул. -Это была группа призывников, они не поняли, что покинули лагерь, прежде чем мы были слишком далеко, чтобы вмешаться.             Рабин хлопнул ладонями по столу и приподнялся со стула. Если кто-то сомневался, что Рабин был родственником Мандерли из Уайт-Харбора, им просто нужно было встретиться с этим человеком. Собственная мать Калена утверждала, что Рабин и лорд Вайман могли быть близнецами, казалось, они даже набирали вес с одинаковой скоростью, чтобы сохранить это сходство. Выдыхая через нос, Рабин посмотрел на своих собратьев-изгоев и изгнанников. -Мы не смогли удержать Мейли в узде, и поэтому мы не справились со своими обязанностями. Хорошие мужчины и женщины Вестероса пострадали за это. -Я знаю этого Розстар, - прорычал Тойн. - Я был там, когда Смелый отрубил обе его чудовищные головы, - он указал на знамя позади себя, увенчанное двумя позолоченными черепами, -Это ваша Компания поклялась защищать нашу бывшую родину, а не мы. Мы согласны на перемирие Золотой Розы только для того, чтобы ты не натравил на нас своего питомца дотракийца.             Кхал Рейго зарычал, недовольный тем, что его назвали домашним животным: -Люди Розы не держат дотракийцев на привязи. Мы свободные люди. Свободны жить и умирать так, как нам заблагорассудится. -До тех пор, пока вы не начнете насиловать и мародерствовать, как это делали ваши предки, - заговорил один из Капитанов, неизвестных Калену, -Разве не предок сира Калена выкрасил Ваэс Дотрак кровью пятидесяти кхалов. Этот человек преподал вам, дикарям, урок, как пользоваться лазейками.             Кален хорошо знал историю своего предка. Рэндилл Старк въехал в Ваэс Дотрак впереди двухтысячной армии. Когда дош кхалин предупредил его, чтобы он не обнажал сталь в священном городе дотракийцев, Рэндилл улыбнулся, поднял каменный боевой молот и выпустил на волю стаю Лютоволков, которых он привел с собой из Вестероса.             Чрезмерная самоуверенность дотракийцев погубила их, поскольку к рассвету следующего дня каждый раб в Ваэс Дотрак был освобожден, а каждое здание либо сожжено, либо снесено до основания. На этом унижение Рэндилла не закончилось. Он заставил выживших кхалов и их кровавых всадников восстановить свой город на глазах у их бывших рабов. Кхал Рейго сплюнул, прежде чем заговорить. -Кровавый Волк сделал только то, что сделал бы любой человек, жаждущий мести.  Кхалы того времени были глупцами, думая, что они в безопасности в Вейс Дотраке, в безопасности за законами своей собственной религии.  Люди Розы следуют другим богам, могущественным богам, против которых преступили мои предки.  Как и твой Кохорик, или это дерево всегда росло в храме Черного Козла?             Получив упрек от Кхала, капитан Кохорик, казалось, утонул в своем кресле. Тойне свирепо посмотрел на двух офицеров Эссоса, прежде чем снова повернуться к Рабину: -Мы вернем девушку, а с дезертирами разберемся.  Хотя, возможно, это будет не в таком порядке. -Меня не волнует, как будет решен этот вопрос, просто это будет сделано до того, как я отплыву в Белую Гавань, - Рабин опустился обратно в свое кресло, которое протестующе застонало. -Мой король будет недоволен, если мне придется сообщить, что мы потеряли контроль над родословной Блэкфаер. Если кому-нибудь из этих магистров взбредет в голову, что он может посадить на трон бастарда. Мы будем желать наступления Долгой Ночи, ибо это было бы единственной мыслью, удерживающей его от того, чтобы обрушить гнев Севера на Эссос. Рейго отступил со своего места, встав по бокам от Рабина: -Они пересекут ядовитую воду ради этого? -Они бы так и сделали, -вздохнул Кален. - Нас сочли бы не справившимися с нашими обязанностями.  Ни золото, ни подарки не смягчили бы гнев моего кузена.  Если вы думаете, что слоны Золотой роты устрашают, то они бледнеют перед северными мамонтами. Города Тирош, Мир и Лис увидят конец своему процветанию, когда их рабы будут освобождены, а правители принесены в жертву Старым Богам.             Капитан Кохорик с трудом сглотнул, поскольку был воспитан на рассказах о Брэндоне Сноу разграбившем Кохора. Рабство было коварным зверем, с которым можно было бороться лишь понемногу в каждом поколении. Во времена Брэндона Сноу это было возвышение Вейса Дотрака и разграбление Кохора. С приходом Золотой компании, которая уволила Кохора во второй раз, борьба продолжилась, когда Браавос выкупил услуги обеих компаний и отправил их против Пентоса. -Жажда ваших древесных богов крови работорговцев никогда не утоляется, - усмехнулся Рейго. -Ваш народ не обращает в свою веру тех, кого вы покоряете, хотя вы сажаете свои деревья везде, где проливаете кровь таких людей. Бровь Калена приподнялась при этих словах. -Это Кхал Арго посадил чардрево на вершине твоей Матери Гор. Мой предок подарил его только для того, чтобы ваш народ помнил, что происходит, когда вы встречаетесь с волком. Рабин покачал головой: -Вы двое сможете работать вместе, пока меня не будет? -Конечно, - быстро ответил Рейго, - мой кхаласар все еще находится на контракте, а ты обещал нам великую битву, которую нам еще предстоит увидеть. Кивнув, Рабин показал свиток: -Морской Владыка только что прислал это. Кажется, один из твоих сородичей возвращается к старым обычаям. Он напал на несколько городов возле Пентоса. Я ожидаю его голову вместе с головами его кровавых всадников на блюде, когда вернусь из Вестероса. Рейго сплюнул: -Если он берет рабов, то он мне не родственник. А что с его кхаласаром? -Любой мужчина, уличенный в том, что он силой овладел женщиной, - нахмурился Рабин, - вы, без сомнения, слышали о подарке, который основатель поручил Рэндиллу передать дош кхалину после встречи с собравшимися кхалами Ваэс Дотрак. (Ваэс Дотрак – 11 AC) Рэндилл Старк шел по все еще тлеющим руинам единственного дотракийского города в мире. Кочевники были пьяны и не готовы к битве, которую вестеросцы устроили у их дверей. Они послали своего дош кхалина приветствовать приближающуюся Компанию. Он смеялся, когда старухи запретили его людям носить мечи. Он специально сказал своим людям перейти с клинков на молотки и дубинки. - Как ты смеешь проливать здесь кровь свободного человека? - обернувшись, Рэндилл заметил одну из каргун, приближающуюся под охраной его людей. -Это священный город. -Свободные люди? -Рэндилл изобразил неведение, но быстро бросил притворяться. - Я не вижу здесь свободных мужчин, старуха. Я вижу рабов и их работорговцев. И то, и другое является оскорблением моих богов и богов тех, кто следует за мной. -он проигнорировал тот факт, что Железнорожденные держали рабынь и соляных жен. Его тетя Гвен никогда не вдавалась в подробности, но, очевидно, они отличались от рабов. Женщина плюнула ему под ноги: -Вот что я думаю о ваших богах. У них здесь нет власти, только у нашего бога есть сила. Рэндилл шагнул к женщине: -Я здесь не для того, чтобы спорить, чьи боги имеют право на существование.  Вы вольны поклоняться любому богу, какому пожелаете.  Ад, насколько я знаю, твой вполне может быть одним из моих. Их много, и мы не называем ни одного, но их сила простирается далеко. -он повернулся туда, где его люди собирали тела убитых кхалов и их кровавых всадников. - Ты провидица, не так ли?  Разве ваш бог не предупредил вас о моем приходе? -Он сделал это, -кипятилась старуха, -Огромный черный волк из-за ядовитой воды, его челюсти сомкнулись на горле жеребца. От его дыхания исходил холодный ветер смерти, даже призрачная трава не пережила его ухода. Ты наш конец. -Нет, -вздохнул Рэндилл, -я не стану твоим концом.  Есть еще другие кхалы, которые выжили, потому что их здесь не было, и им очень повезло.  Хотя, вы, конечно, призовете их.  Если они еще не отправились в путь после того, как увидели дым от этих пожаров.  Они прибудут, они предадут себя моему суду, и если я обнаружу, что их не хватает.-Он указал на собранные трупы, -Я добавлю еще одно тело к этой куче. - Убьешь ли ты также наших сыновей и внуков, - в ярости выплюнула женщина, - Или позволишь им вырасти, чтобы отомстить за своих отцов, дочерей, дядей и двоюродных братьев? -Каждый мальчик, достаточно взрослый, чтобы ездить верхом, пойдет со мной, -нахмурил брови Рэндилл, - За каждую жизнь, которую дотракийцы отняли у моего народа.  Твои сыновья прослужат год в Компании Розы.  Каждый всадник, проливший кровь моего народа, до конца своих дней будет пленником Браавоса. -Рэндилл указал на груду гробов. - и каждый человек, который использовал их для нападения на другого, потеряет их. Сбитая с толку женщина подошла к ближайшему гробу и подняла крышку.  Она быстро закрыла крышку, отступая от этого зрелища и запаха. - Зачем ты это принесла? - спросила она. -В качестве урока, -Рэндилл повернулся, продолжая обозревать опустошение, -Ваш народ разорял Эссос еще до Гибели Валирии.  Вы считаете себя выше всех других народов из-за вашего умения обращаться с лошадьми.  Столетие назад повелители драконов, вероятно, считали себя величайшими из народов.  Мне не доставляет удовольствия унижать ваш народ, я делаю это потому, что один из ваших кхалов считал, что имеет право лишить невинности мою кузину. Что ребенок принадлежит ему и он может делать с ним все, что ему заблагорассудится. -Ты убил и осквернил останки нашего народа, - женщина начала плакать. - -Разве недостаточно того, что ты лишил их места в божьем кхаласаре. Рэндилл повернулся к ней: -Вы неправильно поняли, - он указал на гробы, -Эти мужчины все еще дышат, те, кто признался в совершении изнасилования. Теперь они евнухи и должны прибыть через несколько дней с костями своих лошадей на спинах. Моим всадникам не терпелось добраться сюда, поэтому мы не могли их ждать. Для таких быстрых наездников ваши люди наверняка будут ходить медленно. Женщина побледнела: -Сын мой, - она склонила голову, - Он известен как Арго, был ли его кхаласар среди тех, кого ты уже уничтожил? - Так оно и было, - Рэндилл не был жесток, поэтому быстро продолжил, когда женщина начала всхлипывать, - но за услугу, которую он оказал моим родственникам, он был избавлен от всякого наказания. - Что? - женщина выглядела смущенной. - Какая услуга? -Кхал Арго убил Кхал Домо раньше, чем это сделал мой дядя, он также взял мою кузину под свою защиту. За эти деяния он и его кровавые всадники избежали ножа болтонского ублюдка. Хотя, в соответствии с законами Браавоса, они все равно должны были быть наказаны в той или иной форме.-Рэндилл фыркнул. - Так что теперь они гости Компании Розы. Твоего сына держат в цепях, пока его кровавые всадники служат разведчиками. Если они попытаются освободить своего Кхала, что ж, мы оплатили наши долги, пощадив их один раз. Мы не даем третьего шанса. - Что стало с моим внуком и женой Арго? - пожилая женщина обеспокоенно посмотрела на гробы. Рэндилл вздохнул: -Ваш внук - паж моего дяди, и его мать сопровождает своего мужа во время домашнего ареста в Браавосе. Когда я видел их в последний раз, все они были в добром здравии. (Два луны спустя)             Через три недели после того, как Ваэс Дотрак превратился в пепел и развалины, прибыл последний Кхал. Дош кхалин сообщил, что он был последним пропавшим без вести Кхалом, о котором сообщалось. Мать Кхала Арго рассказала, что несколько отколовшихся кхаласаров все еще числятся пропавшими без вести, но подчинятся требованиям своего завоевателя.             Рэндилл стоял перед собравшимися кхалами и их кровавыми всадниками, все связанные. Было забавно наблюдать, как его люди разоружают и связывают этих людей. Дош кхалин приказал им не сопротивляться, используя гниющую груду их товарищей, чтобы подчеркнуть свое положение. Повернувшись к матери Кхал Арго, он сказал: -Скажи им, что у меня нет ни времени, ни терпения общаться с работорговцами. Что все рабы свободны, и что дотракийцы должны оставаться в пределах Дотракийского моря и никогда больше не беспокоить Свободные города.             Кивнув, женщина перевела его слова, добавив, что захватчики верят в старых и могущественных богов, но не требуют, чтобы они поклонялись их богам.  Один из кхалов выкрикнул вопрос, и она повернулась, чтобы сказать Рэндиллу, хотя и опасалась его ответа: -Он спрашивает, почему мы должны склоняться перед таким маленьким отрядом. Рэндилл повернулся к тому месту, где сидел один из его ужасных волков: -Приведи мне лошадь этого человека.             Кивком паре дотракийцев приказ был выполнен.  Кхал, задавший вопрос, был сбит с толку, узнав своего коня.  Со свистом и рывком головы Рэндилл, лютоволк прыгнул на спину лошади.  Лошадь, сопротивлявшаяся, упала, когда к первому присоединились еще два волка. -Скажи им, что следующий, кто задаст такой вопрос, будет сидеть на их лошади, когда я скормлю ее своим друзьям, -Остальные дотракийцы быстро упали на колени, когда в поле зрения появилась еще дюжина волков. -Вы не поверите, как трудно прокормить этих парней.  Хотя они и не так любите конину, как ваш народ, она все же заполняет ту пустоту, которая у них вместо желудков.             После еще нескольких переводов туда-сюда один из кхалов задал резонный вопрос.  Мать Арго повернулась к нему: -Кхал Менго спрашивает, чего ты хочешь?  Ты мог бы уничтожить Вейс Дотрак, как ты это уже сделал, а затем отправиться в путь задолго до того, как кто-либо из них прибыл.  И все же вы подождали и захватили их всех, только покалечив или убив тех, кто сопротивлялся или пытался сбежать.  Какова ваша цель? Рэндилл кивнул и жестом велел Кхалу встать. Мужчина колебался, наполовину ожидая увидеть, как выводят его лошадь, но был удивлен, когда подошел крупный вестеросец и освободил его от цепи. Рэндилл жестом пригласил его подойти и, выйдя вперед, начал говорить: -То, чего я хочу, и моя цель одинаковы. Мир и безопасность для моего народа. Мы изгнанники со своих земель, изгнанные из наших домов и семей человеком, который жаждал завоеваний. Мой отец дорогой ценой защитил наш народ и его свободу. Он принес клятву братства с завоевателем, и этот брат затем убивал женщин и детей. Затем он осудил одного из моих братьев за пьяные комментарии. -Рэндилл покачал головой, -Я не буду заставлять ваш народ кланяться мне, я пришел сюда не как завоеватель. Мой дядя считает, что с вашим народом не поспоришь. За преступления, совершенные против его дочери, и убийства двух его детей. Он увидит дотракийцев, сведенных к песням, и пыльные фолианты, написанные моими учеными мужами. Он переправил бы твоих сыновей через ядовитую воду к нашей Стене, где они лишь изредка ездили бы верхом. Твоих дочерей отдали бы септонам, которые последовали за нами, чтобы основать новый орден безмолвных сестер. -он дал женщине время перевести его слова, прежде чем продолжить, -Я все же допросил его, спросил, нет ли менее кровавого варианта. Итак, мы разработали план. Слухи привлекли каждого из вас в разные уголки ваших владений далеко отсюда. Остались только те, у кого были маленькие кхаласары, и вы видели, какую работу я с ними проделал. Твои клинки менее эффективны против пластинчатых доспехов, и еще менее эффективны, когда их держат вдали от тебя, -Он поднял свой боевой молот, -Я не обнажал сталь против них, как ты можешь видеть. Хотя, я признаю, что пролил их кровь, но для меня они не свободные люди. Они были работорговцами, работорговцами, которые были рабами своего собственного высокомерия.             Кхал Менго перечислил, что перевела старуха, хотя на самом деле он не нуждался в переводе. Подобно Кхал Арго, он выучил общий язык, как его жена выучила дотракийский. Как только женщина замолчала, он огляделся и увидел свою жену среди других женщин, наблюдающих за происходящим. -Я взял рабов, подарки от других кхалов, более слабых, чем я, от горожан, которые боятся грохота копыт моего каласара. Однако до того, как ваши люди стащили меня с лошади и заковали в железо, никто из моих людей не подвергался жестокому обращению. Моя жена когда-то была рабыней, захваченной одним из моих кровных всадников и подаренной мне. Она говорит на вашем языке и научила ему меня. -Похоже, она хорошо тебя обучила, -ухмыльнулся Рэндилл. - Твоей жены, должно быть, не было среди тех, кого увели из нашего лагеря. Она здесь? Кхал кивнула и сделала ей знак, выйдя вперед из толпы, показав, что она беременна: -Милорд, пожалуйста, мой муж - хороший человек, он делает только то, что необходимо для нашего народа. -Твой народ? -Рэндилл кипел от злости: -Вы, дотракийцы, были вынуждены попасть в рабство, а затем выучили общий язык, прежде чем были подарены ему? Женщина покачала головой: -Меня зовут Менса Гарденер, моя родня когда-то правила Пределом как Король Гарднер. -Миледи, -кивнул Рэндилл, - я не знал, что кто-то из ваших родственников выжил. Как ты здесь очутился? Кхал заговорила: -Она сказала мне, что беременна, ее первый муж был ее двоюродным братом. Ее родственники отправили ее в холодное место в старом городе, но после того, как они были убиты, она сбежала на первом же корабле, пересекающем ядовитые воды. -Менсе разрешили подойти к ее мужу, -Пираты захватили корабль, на котором она была, и продали ее. Она не знает, что случилось с ее дочерью, ее забрали у нее после рождения. -Мне жаль это слышать, - вздохнул Рэндилл. - вы выступаете от имени вашего мужа без просьбы, поэтому я буду милосерден в своем суждении. По закованным кхалам пробежал смешок. Мать Арго перевела: -Они намекают, что Менго нуждался в защите от волка со стороны своей жены. -Приведите их жен и посмотрите, сколько из них подтвердят их добропорядочность, - прорычал Рэндилл, заставляя группу замолчать, когда его слова были переведены.  Достаточно сказать, что ни один из других кхалов не был так любим своими женами. (Спустя луну)             Кхал Менго наблюдал, как его товарищи Кхалы трудились над восстановлением зданий Ваэс Дотрак.  Сидящий на своем коне, окруженный своими кровными всадниками, и его жена верхом на своей собственной кобыле.  Потребовалось несколько обезглавливаний и, по крайней мере, один человек, которого буквально скормили волкам, чтобы заставить дотракийцев сделать то, чего они никогда не делали.  Они строили из камня и дерева.  Менго было поручено добыть материалы с оговоркой, что он должен делать это без пролития крови или захвата рабов. -Мы могли бы нанять рабочих в помощь, - сказала Менса, наблюдая, как рухнула некачественно сделанная стена, едва не раздавив людей, которые работали на ней. - Я уверена, лорд Рэндилл согласится, что было бы безопаснее нанять квалифицированных рабочих для строительства наших домов. Менго покачал головой: -Он сказал, что работа должна быть выполнена дотракийскими руками и только нашими руками. Я не нарушу свою клятву довести работу до конца. -Рэндилл отбыл с тремя сотнями своих людей через два дня после того, как освободил Менго и велел им восстанавливать все своими руками. Некоторые кхалы утверждали, что они могли бы сбросить иго захватчиков. Именно дош кхалин положил этому конец, показав, что они были не рабами захватчиков, а пленниками продажных мечей, посланных наказать их. -Мой Кхал, -заговорил его кровавый всадник Мото, - кхалиси, возможно, прав. Мы все еще могли бы строить своими руками, но ... нанять ... кого-нибудь, кто научит нас, как лучше это сделать. Некоторые из освобожденных рабов остаются наблюдателями, возможно, один или двое из них знают, как это делается. Менго прорфчал: -Кажется, это выходит за рамки того, что он сказал нам делать. - Он сказал “строй своими руками”, - Менса взяла его руку в свою, -Он не говорил, что ты не можешь попросить о помощи. Многие из вас думают, что оставшиеся освобожденными рабы здесь только для того, чтобы наблюдать, как вы терпите неудачу. Зегго и Лосо были замечены беседующими с освобожденными мужчинами, и их районы города развиваются быстрее, чем многие другие. -Неужели это так? - спросил Менго посмотрел на своих кровавых всадников, которые все кивнули. -Они оба подали запросы на дополнительные материалы и предложили вам своих сыновей в качестве нокаутов, чтобы мы могли отправить больше отрядов на сбор. -Зегго продвинулся так далеко, что смог послать несколько своих собственных каласаров на помощь Кхалу Дако в его районе. -Мото вздохнул: -Мы продвигаем мой Кхал, но нам нужно больше работать. Я думаю, что именно это и имеет в виду Черный Волк. Я слышал, как он разговаривал с твоей тетей перед уходом. Он сказал ей, что мы не можем просто ждать, пока легенда воплотится сама собой, что мы должны двигаться вперед, иначе нас сметут зимние ветры. Менго посмотрел вниз на город, когда прозвучал сигнал рога, призывающий к окончанию дневной работы: -Скажи другим кхалам, чтобы ждали меня в моей палатке. Пошлите за большим вестрози, тем, у кого на щите изображен разъяренный великан. Кхалам не потребовалось много времени, чтобы явиться по вызову Менго. Кхал Хорро в целом был лидером Кхала, отвечающим за само здание. Кхал Кано отвечал за поддержание мира и координацию действий с вестеросским гарнизоном в защите освобожденных людей от их бывших хозяев и дотракийцев от их бывших рабов. Когда человек, которого Менса назвал Амбром, с сердитым видом вошел в палатку, Менго кивнул всем: -Я благодарю вас за то, что вы все пришли так быстро. Прошел всего месяц, а мы уже восстановили пятую часть города. Однако только половина из них находится в состоянии, в котором мы можем безопасно жить. Кано усмехнулся: -Мне удобно в моей палатке, - он повернулся к Амбер. -Твоя сестра, кажется, не возражает против этого. Костяшки пальцев мужчины хрустнули, когда он сжал кулак: -Надеюсь, она раздробит твои бедра, крикун.             При этих словах Менго приподнял бровь, сестра лорда Амбера была гораздо меньше великана.  Очевидно, между ней и Кано возникло что-то вроде симпатии.  Он все еще помнил то утро, когда Кано вбежал в свою палатку, чтобы спрятаться от разъяренного брата своей возлюбленной.  Он отговорил мужчину убивать или калечить своего племянника, хотя своевременное прибытие сестры спасло их всех. -Брат, как только ты дашь это благословение, она пожелает, чтобы мы поженились, - Кано толкнул его локтем. -Ты же знаешь, дотракийские свадьбы довольно занимательны.             Менго боялся подпускать лорда Амбера к одной из их свадебных церемоний. Этот человек громко заявлял о своей неприязни к дотракийцам, сравнивая их с одичалыми с его родины, которые, очевидно, имели какое-то отношение к изгнанию. Хорро побледнел, очевидно, подумав о том же. -Кано, ты и эта вестеросская девушка должны пожениться по обычаям ее народа, - старик поморщился. -Я уверен, что дош кхалин согласился бы. Кано фыркнул: -Прекрасно, найдите мне одно из белых деревьев, и вы все сможете съежиться перед моей кхалиси. - Это Чародрево, - прорычала Амбер, - и единственная причина, по которой я хочу видеть тебя рядом с одним из них, это то, что мой клинок снесет твою грязную голову с плеч. Кхал Зегго поморщился, хотя и не понимал слов, но понимал их смысл. Он указал на пару, прежде чем заговорить: -Было ли разумно пригласить их обоих на эту встречу? Пожав плечами, Менго начал: -Я намерен нанять нескольких освобожденных мужчин в качестве консультантов по строительству. У нас было слишком много аварий, и мы потратили впустую слишком много наших ограниченных ресурсов. Я знаю, что некоторые из вас беседовали с ними по этому поводу. Если я собираюсь это сделать, то это должно быть согласовано со всей этой группой. -В свою защиту, -Кхал Зегго взглянул на Амбер, которая все еще слушала, как Кано переводит слова Менго, - ко мне подошел один из освобожденных мужчин, который раньше был здесь строителем. Он родился рабом в Ваэс Дотраке, и он, и другие, кто остался, всегда жили здесь. Кхал Лосо зарычал: -Нам не нужна помощь, мы справимся сами. Мы бы справились быстрее, если бы кто-то проглотил свою гордость. -Не прикидывайся таким высокомерным, Лосо, -фыркнул Кхал Теммо. -Это твои люди не смогли должным образом обезопасить эту стену сегодня. Трое моих всадников, включая одного из моих кровавых всадников, сейчас находятся под присмотром целителей. - Если бы ваши люди принесли нам крепления, о которых мы просили вчера, все было бы надежно закреплено, - с вызовом бросил Лосо, но быстро сел, когда крупный вестеросец прочистил горло. Кхал Ого, старший из оставшихся кхалов, наклонился вперед: -Возможно, нам не нужно просить о помощи, -Это привлекло внимание остальных “, - сказал Зегго. - Некоторые из бывших рабов остались, потому что у них нет другого дома. Многие из их отцов - наездники наших кхаласаров. Хотя они непризнанны и никогда не назывались дотракийцами, они все равно наш народ. -Они не ездят верхом, они не дотракийцы, - прорычал Кхал Джоммо. -Они ничем не лучше этого вестеросского ублюдка, который ведет себя так, как будто он наш хозяин. У них не было слова для обозначения вратаря, как и единственным словом для обозначения заключенного было то же самое слово, что и для обозначения раба. Менго вздохнул: -Замолчи, Джоммо, - он посмотрел на Ого. -Что ты скажешь, старик? -Все просто, -нахмурился Ого. - Мы не нанимаем бывших рабов консультировать нас по вопросам строительства.  Мы просим наших людей, опытных в этой области, приложить к этой работе свои руки. Менго наблюдал, как Кано закончил переводить для Амбера, и массивный северянин фыркнул: -Наконец-то у одного из вас между ушами оказалось что-то еще, кроме горячего воздуха.  Чем скорее ты приступишь к строительству этой дыры в дерьме, тем скорее я и мои друзья уйдем.  К настоящему времени Сноу осаждает Квохор, и мои люди упускают возможность заняться старомодным мародерством. Это удивило кхалов: -Почему ваш лидер нападает на Кохора?- Спросил Лосо, услышав перевод слов мужчины. Амбер кипела от злости: -Это были кохорики, которые принесли наших людей в жертву некоторым из ваших кхалов, чтобы пощадить их.  Север помнит, и мы никогда не прощаем. (Неделю спустя)             Строительство продвигалось устойчивыми темпами, как только освобожденные люди бросились на помощь. Дош Кхалин сделал большое грандиозное объявление под названием «Освобожденные люди - ходячие дотракийцы». Освобожденные мужчины также начали обучаться владению луком и аракхами. Хотя табу на ношение мечей и пролитие крови в пределах Вейса Дотрак сохранится, вооруженная охрана будет встречать любого посетителя за пределами города. Джоммо был единственным кхалом, категорически выступавшим против вооружения бывших рабов, хотя некоторые разделяли его сомнения. Большинство сочли Джоммо и его разглагольствования о вооруженных рабах менее важными, чем более волнующие вопросы. Из Кохора пришло известие, что город пал в результате бескровной осады. Хотя осада была бескровной, последствий не было, в городе не осталось ни одного магистра. Кроме того, в Кохоре появилась интересная новая особенность: на развалинах центрального храма Черного Козла, сразу за алтарем, было посажено Чародрево, к стволу которого была прикреплена голова идола бога-козла.             Менго наблюдал, как его племянник склонился перед Амбер, пришло известие, и Отряд Розы покидал Ваэс Дотрак. Лорд Амбер и его сестра отправятся с наступлением рассвета, чтобы перегруппироваться со своим народом, забрав с собой последних освобожденных мужчин, пожелавших покинуть Ваес Дотру. Кано туго затянул свою косу, его действия повторили двое кровавых всадников, каждый из которых быстро перерезал свои косы своими кинжалами. Кано бросил косу к ногам Амбер: -Я покидаю свое место Кхала, я покидаю свой народ. Я клянусь своей жизнью служить твоему делу до тех пор, пока ты не увидишь, что я достоин твоей сестры.             Менса в течение трех дней тренировал Кано, какие слова нужно произносить. Кано сказал своим кровавым всадникам, что они могут присоединиться к кхаласару Менго или найти свой собственный путь, но оба мужчины предпочли отправиться в добровольное изгнание вместе с ним. Одним этим действием Менго оказался во главе одного из крупнейших оставшихся кхаласаров, поскольку к нему присоединились две трети всадников Кано. Остальным предстояло последовать за другими кхалами, хотя некоторые предпочли присоединиться к Кано в изгнании. Свирепо посмотрев на молодого Кхала, Амбер скрестил руки на груди: -Ты безжалостный маленький засранец, не так ли, -Не сказав больше ни слова, Амбер направился к своим людям. Закатив глаза, его сестра помогла Кано подняться на ноги: -Не пойми его превратно, он весьма впечатлен тем, что ты сделал. Он слишком упрям, чтобы сказать это самому. Менго усмехнулся: -Ты выбрал нелегкий путь, Кано, ты не присоединишься к своему отцу, когда умрешь. -Я могу жить с этим дядей, -вздохнул Кано. -Ты всегда был лучшим отцом; кроме того, у меня может быть шанс увидеть его в этой жизни. Если то, что сказал Черный Волк, правда, то он в Браавосе, и это наша цель. - Да, это правда, - Менго скрестил руки на груди. - Если увидишь мою сестру и своего брата, скажи им, что я жду того дня, когда мы снова поедем все вместе. Кано кивнул: -Я прослежу, чтобы их отправили обратно, хотя мне придется пропустить эту поездку. -Ерунда, - обратилась к Арго мать, -Хотя ты будешь изгнана из Ваэс Дотрак завтра на закате солнца, ты все равно дотракиец.             Взяв за руку свою возлюбленную, Кано повернулся к их приготовленным лошадям. -Последняя поездка по городу, а потом я посмотрю, какое задание у твоего брата для меня и моих близких. Леди Амбер ухмыльнулась: -О, дорогой Кано, мой брат отдал тебя под мое командование, так что я буду выполнять твои обязанности, пока мы не присоединимся к основным силам. Кано сглотнул. (Место недалеко от Пентоса – 271 AC)             Кален наблюдал, как негодяй Кхал уполз от него к своей умирающей кобыле.  Человек хотел умереть вместе со своей лошадью, кто он такой, чтобы отказывать ему в его последней просьбе.  Рейго, однако, был другого мнения, обрушив свой аракх на шею мужчины, аккуратно перерубив ее: -Ты собирался просто оставить его истекать кровью, Кален? Взглянув на дотракийца, Кален пожал плечами: -Возможно, это было бы уместно после той жестокости, которую он совершил. Ты сбил его кровавых всадников? -Да, - Рейго вытер клинок, прежде чем поднять отрубленную голову, “ Двоих из них срубили наши лучники, остальных троих забрали мои собственные кровавые всадники. Мы также взяли в плен четырех ко, говорят, все остальные погибли в бою. Кален почистил свой клинок, прежде чем вложить его в ножны. -Пусть разведывательные группы выследят любого дотракийца, сбежавшего с поля боя. Они должны быть доставлены в лагерь живыми, если это возможно. Контракт предусматривал полное уничтожение кхаласара. Рейго хихикнул: -Кто сбежал? Разве ты не наблюдал за той же битвой, что и я, дорогой кузен? Мы застали их со спущенными штанами, во многих случаях буквально. Только потомок Кровавого Черного Волка мог додуматься до подобной засады.             В логике Рейго было мало ошибок. Кален одурачил обреченных Кхалов, заставив их въехать в овраг, где они разбили ложный лагерь. Негодяй дотракиец ворвался в пустой лагерь, а затем высокомерно подумал, что защитники лагеря сбежали в страхе перед ними. Они съели еду и выпили эль, намеренно оставленный для них. Ошибка, о которой большинство не доживало достаточно долго, чтобы пожалеть, как только проявились симптомы отравления "Розы". Вернувшись в их настоящий лагерь, Кален осмотрел пленников и тех, кого освободили из кхаласара. Его люди все еще разделяли две группы. Подойдя к группе дотракийских женщин, он перешел на их язык: -У вашего кхала была кхалиси? Молодая женщина не старше семнадцати лет выступила вперед: -Моя мать умерла в прошлом году, ее лошадь была сбита дворянами Пентоши, которые напали на нее. Кален повернулся к пентошскому иррегулярному отряду, входившему в состав контингента, высланного городом: -Как долго этот кхаласар нападает на этот район? - Девчонка говорит неправду, мой господин, - выплюнул пентоши. - Дикарка, любящая лошадей, сказала бы что угодно, надеясь спасти своих сородичей, жаль, что он уже стал на голову ниже. Кален подошел ближе к мужчине: -К твоему сведению, моя бабушка дотракийка, так что следи за своим языком. Теперь отвечай на мой вопрос. -Прошу прощения, милорд, - отступает пентошиец, - но эта девица говорит неправду. Магистры Пентоса - хорошие честные люди. Никто не стал бы пачкаться с кем-то из этой компании, да и как бы они это сделали. Кхалиси находятся в безопасности в кхаласаре, по крайней мере, один кровавый всадник постоянно защищает их. - Не всегда, - вздохнул Кален, снова поворачиваясь к молодой женщине. - Твоя мать была беременна, не так ли? Женщина кивнула: -Она поехала в Пентос, чтобы поговорить с целителем о каких-то травах. Ее лошадь была убита на обратном пути в наш лагерь. Кровавый всадник, сопровождавший ее, и другой стражник также были убиты. Запинаясь, пентоши заговорил: -Ее история становится все более диковинной, некоторые дворяне просто случайно устраивают им засаду и побеждают одиннадцать дотракийских всадников. Кален нахмурился: -Интересно? Откуда ты мог знать, что ее мать охраняли одиннадцать всадников? -Что?  Я просто предположил, - начал отступать пентошиец. - Я просто предположил, что их было одиннадцать. -Хорошая догадка, - Кален подал знак своим людям, которые разоружили другого пентоши. - Тринадцать - ужасно несчастливое число для дотракийцев, и, включая кхалиси, это число равняется двенадцати.  И все же девушка никогда не говорила, сколько охранников было с ее матерью. -Кален повернулся к девушке, -Ты сказала, что пентоши, напавшие на твою мать, были дворянами.  Откуда ты это знаешь? Молодая женщина опустила взгляд: -В отряде было десять человек и две лошади, но десять человек и четыре человека.  Моя мать всегда держала при себе Ходячую дотракийскую леди, и я был с ними. - Что, - выпалил пентошиец, - она лжет, мы бы увидели еще двух женщин. - Интересно, почему Пентос прислал непрошеное подкрепление? - прорычал Кален, обнажая меч. (Край Дотракийского моря – Три недели спустя)             Кален и Рейго наблюдают за приближающимся кхаласаром, когда его всадники легко присоединяются к их войскам. Кхал Бхарбо подъехал к ним, спешился и встал перед ними: -До меня дошли слухи о том, что произошло в Пентосе. Вы возвращаете выживших. -Мы бы доставили их в Вейс Дотрак, но по очевидным причинам не можем, - кипятился Рейго. Бхарбо усмехнулся и похлопал каждого из них по плечу: -Вы оба - кровь от моей крови, добро пожаловать в священный город, когда будете готовы вернуться. Кален хранил молчание, в то время как Реаго фыркнул: -Я вернусь, когда истечет срок моего контракта, дядя, но тебе, возможно, придется вбить немного здравого смысла в эту толстую черепушку. Он планирует возглавить ”людей Зимней Розы". Бхарбо фыркнул: -Если он хочет сделать это, он должен прийти в Ваэс Дотрак и взобраться на гору. Сядь под этим деревом Старых Богов и получи их благословение, - он крепче сжал плечо Калена, прежде чем пристально посмотреть ему в глаза. - Если они не дадут тебе своего благословения, тогда ты примешь свою дотракийскую кровь и позволишь другому с волчьей кровью искать их благословения. -Когда в последний раз в Дотракийском море видели Лютоволка? -Кален сверкнул глазами. -Вчера, -ровным голосом сказал Бхарбо, -Дрого видел это во время охоты. Сказал, что оно заглянуло ему в душу, но что оно там увидело, он не знает. Думаю, оно увидело равного, того, кто не был добычей. Ибо, если бы оно увидело, что он чего-то хочет или неполноценен, мой сын покоился бы у него в животе. Кален фыркнул -Или оно просто не было голодным. - Мне больше нравится моя версия, - усмехнулся Бхарбо. - Так ты заставил этих собак пентоши извиваться, прежде чем воздать им по заслугам? Реаго фыркнул: -С теми, кого послали заставить замолчать любого, кто мог бы раскрыть их неправильные поступки, разобрались. Мы ждем решения Морского Лорда Браавоса о том, что делать с магистрами Пентоса. -Я представляю, что Морской Лорд в ярости, но сомневаюсь, что он позволит нам лично заниматься этим делом и дальше, - кипел Кален. -Ему не понравится, что его использовали для сокрытия такого отвратительного преступления. Рабин будет в ярости, когда вернется и узнает, что нас тоже использовали. Компания Розы уже заручилась поддержкой Пентоса, я бы не потерпел, чтобы мои люди находились где-либо рядом с этой грязью. Бхарбо хлопнул его по спине: -Тогда Компания должна вернуться в свой дом в Иссарии. Отдохни и повидайся со своими родственниками, прошло три года с тех пор, как ты присоединился к Рабину.             Иссария, когда-то известная как Ваес Хадох, город трупов, представляла собой руины, превращенные в скрытое поселение.  Только те, кто родился в Обществе Розы, Дотракийцев Кхалов и дош калин, знали о его существовании.  Как и старый Кротовий городок у Стены в Вестеросе, Иссария была подземным городом, вырытым под руинами бывшего валирийского владения.  Большинство дотракийцев боятся этого места из-за постоянных столбов дыма, поднимающихся из вентиляционных шахт от кухонных костров и кузнечных мастерских.  Его всегда забавляло, когда прибывали новые кхалы, чтобы доказать свою храбрость, войдя в Ваэс Кхадох, особенно изумление на их лицах, когда они узнавали о туннеле, который вел из Иссарии в Ваэс Дотрак. -Ты знаешь, что мы сможем вернуться только после того, как сложим наши мечи навсегда, - напомнил ему Кален. - Молодые люди отправляются на поиски своего будущего.  Мужчины возвращаются, насытившись, чтобы взять в руки кузнечный молот или помочь обучить следующее поколение воинов. Бхарбо нахмурился: -Тогда положи свой продающийся клинок и возьми аракх, твой отец пожелал бы для тебя большего, чем жизнь наемного убийцы”. - Если бы это было так, он должен был прожить достаточно долго, чтобы сказать мне это сам, - Кален отвернулся от кхала и направился к своему коню, - Пока мы снова не встретимся. (Пентос – 271 AC)             Варис напевал, пока его мыши суетились, раскладывая свои находки, прежде чем побежать за едой, которую приготовили для них слуги.  Это был настоящий пир по сравнению с кашей, которой их обычно угощали.  Иллирио получил неожиданную прибыль благодаря своим связям с принцем, который, к счастью, был избавлен от жертвенного ножа благодаря своевременному прибытию Отряда Розы.  Их браавосские повелители своевременно выпустили на волю дикую мощь вестеросской компании "Продай меч", имеющей величайшую легенду и репутацию в Эссосе. - Варис, как проходит день, мой друг, - усмехается Иллирио, входя в комнату. - Наши маленькие мышки насладились наградой за такую добросовестную работу? -Они мои друзья, -слегка ухмыльнулся Варис, - и я действительно верю, что это побудило их работать еще усерднее, -Он обращает внимание магистра на груду макулатуры на столе: -Даже несколько мышей, о которых я редко слышал, вернулись с дразнящими лакомыми кусочками. - Хорошо, - нахмурился Иллирио. - Тебе удалось заполучить девушку? Варис не скрывал своего отвращения: -Мы это сделали, но после мне пришлось убить наших людей. Золотая рота знает, что мы забрали ее из их дома в Браавосе. Мой человек отвез ее на Тирош, чтобы продолжать притворяться, что ее продали работорговцам. Они прибудут на корабле в течение нескольких дней. -Молодец, Варис, - напевал магистр себе под нос. -Что с ее родственниками? Какова была их реакция? Придав лицу невозмутимое выражение, евнух произнес: -Они, конечно, расстроены потерей своей дочери, но я уверен, что они могут утешить себя тем фактом, что другая в безопасности. Я бы не хотел навлекать на наш город Роту Розы, если бы мы забрали старшую дочь. Мопатис фыркнул: -Нет, но какие-нибудь другие идиоты, возможно, все равно пошли и сделали это. Я только что вернулся с заседания совета, вернулись стражники, посланные на помощь Компании Розы. -Так скоро? - спросил я. Варис хихикнул: -Я бы подумал, что кхаласару такой силы потребуется больше двух недель, чтобы проложить маршрут. Покачав головой, Иллирио схватил вино со стола Вариса и налил себе в кубок. -О, с кхаласаром разобрались быстро. Капитан "Розы" Кален Розстарк заманил их в ловушку и проявил милосердие, за которое так хвалят компанию. Нет, наши крестьяне вернулись не своими силами, по крайней мере, не все. Дюжина мужчин вернулась, таща тележки, нагруженные ящиками. Головы их товарищей были обмакнуты в масло, а на их лбах вырезаны руны. Один ученый человек сказал, что руны переводятся как ”недобросовестность" - обычная эпитафия для тех, кто совершает мошенничество или пытается нарушить клятвы. -Это Компания, которая является визитной карточкой Розы. Я так понимаю, выжившие тоже были заклеймены подобным образом, - Варис нахмурился. - Что сказал их эмиссар в совете? -Ничего, -сплюнул Иллирио. -Человек бросил один взгляд на головы, плюнул на пол зала совета и ушел. Я слышал, что он вернулся в дом, который мы ему предоставили, собрал своих людей и поскакал к воротам. Видели, как он направлялся в Браавос, к нему присоединилась колонна из их лагеря за нашими стенами. Мы приказали охране проверить лагерь; его больше нет. Варис замер, когда его пробил озноб, который не имел никакого отношения к погоде, которая в остальном была довольно приятной. -Это не предвещает ничего хорошего, принц отправил сообщение Морскому Лорду об этом? Если мы хотим выжить, мы должны заставить его увидеть, что вестеросцы опасны, что они стали негодяями и разорвали свой контракт. -Это было бы напрасно, - промурлыкал магистр, - Роза умнее этого. Осознав, что запаниковал, Варис успокоился и заново оценил ситуацию: -Ты прав, они бы послали весточку Морскому Владыке, прежде чем доставить сообщение.  Кто были магистры, поставлявшие охрану для подкрепления? -Клика меньших людей, о которых я никогда не заботился настолько, чтобы запоминать имена, -Мопатис сердито уставился на свое вино. - Они донесли эту идею до принца вне совета и действовали без голосования.  К тому времени, когда мы узнали, что они были отправлены, мы не могли отозвать их, не выглядя при этом дураками.             Варис повернулся к книжной полке, где хранил зашифрованные журналы различных скрипов, которые казались полезными, но еще не раскрыли своей истинной ценности.  Возвращаясь ко дню почти годичной давности, он постучал пальцем по странице: -Я вижу, это все объясняет, -он постучал пальцем по другой записи: -да, это вторая, -перевернув пару страниц, он перечитал пару строк: -теперь это начинает приобретать смысл.             Бровь Иллирио приподнялась, поскольку Варис редко пользовался своими дневниками. Дневники были закодированы, так что только Варис знал, что внутри написано. Однажды он попытался прочитать страницу, но каракули выглядели как каракули сумасшедшего. Иллирио едва не сошел с ума от одного взгляда на них. Отведя взгляд от страницы, Иллирио наклонился вперед: -Что ты выяснил? Злорадная улыбка озарила лицо лысого мужчины. -Ты собираешься сделать принца очень счастливым человеком, мой друг. Одним махом ты обеспечишь ему удачу и обеспечишь себе место самого любимого гражданина. -Захлопнув журнал и вернув его на место на полке, Варис быстро вытащил лист бумаги и начал писать распоряжения. Закончив одну из них, он вырывал ее со страницы, призывая одну из мышей быстро доставить ее одному из их агентов. Отступив назад, магистр позволил своему другу работать, уверенный, что евнух раскроет все в свое время. (Винтерфелл – 11)             Эйегон ехал рядом с Брендоном, когда охота въехала в Волчий лес. Поскольку Торрхен не мог ездить верхом, его сын должен был действовать вместо него. Хотя, поскольку это была Охота королевы, Рейнис ехала впереди них. Трое победителей соревнований по стрельбе из лука уже отправились на разведку в поисках подходящей дичи. Он заметил, что наследник Северной короны внимательно наблюдает за взаимодействием своих знамен с Рейнис. Если бы он не был будущим королем Севера, он бы предложил Висении назначить его в королевскую гвардию, которую она формировала после того, как приставала к нему уже больше года. -Если бы это был другой мужчина, я бы усомнился в твоем интересе к моей жене, - тихо поддразнил Эйгон молодого человека, чтобы его не услышали другие. Пораженный Брэндон повернулся к нему: -Простите, дядя, но после того падения, которое она получила во время раунда чемпионов.             Молодой человек говорил так быстро, что Эйегон засомневался, слышал ли он сам себя. Это было странное чувство - быть так принятым другим, быть замеченным как член семьи, хотя у вас нет общей крови. У Эйниса были двоюродные братья, которые разделяли его кровь, сыновья и дочери Орис. И все же они не разделяли той близости, которую он заметил, когда заглянул к своему сыну перед отъездом из Королевской гавани. Эйнис был счастливее, чем когда-либо за последние месяцы, когда он играл с Брендоном Старксом и сыновьями, даже некоторые признаки слабеющего здоровья мальчика исчезли. Зная, что лучше не придавать слишком большого значения оговорке Брэндона, повелитель драконов усмехнулся: -Она не стеклянная, Брэндон, она выдержит удар. -Эйгон поморщился, продолжая: -Ей пришлось, наш лорд-отец не был суровым человеком, но и добрым тоже. Я всегда собирался жениться на Висении, и многие утверждали, что я женился на Рейнис из похоти или что я благоволю к ней. Это неправда, я люблю своих сестер как за их сильные, так и за слабые стороны. Брэндон покачал головой: -Вы не обязаны оправдываться передо мной, ваша светлость. Мы, старки, тоже время от времени практиковали полигамию. Дедушка женился на двух своих женах, все еще будучи женат на первой. -Я знал, что отец присутствовал на одной из таких свадеб, когда был мальчиком, -Эйгон покачал головой. -Он не понимал, зачем твоему дедушке так много представителей других семей, когда у него была совершенно хорошая сестра. Побледнев от этих слов, Брэндон затрясся от подавляемого отвращения: -Нет, мне не нужен был этот образ в моей голове. Двоюродная бабушка Дженна была еще жива, когда я был маленьким. -Она была? -Эйгон промурлыкал: -В каком доме она вышла замуж. -Никаких, - Брэндон нахмурился. -Предполагалось, что она выйдет замуж за Амбера, но за месяц до объявления о помолвке она появилась у ворот, беременная.  После второй женитьбы дедушки она жила у родственников, но они отправили ее обратно, как только она начала появляться. Эйегон был удивлен: -Еще один снег?  Он выпал вместе с братьями твоего отца? -Нет, -Брэндон посмотрел на север, -дедушка растил его рядом с отцом, но когда ему исполнилось четырнадцать, отправил к Стене.  Я знаю, что он навещал меня время от времени, именно он принес весть об исчезновении дяди Кейна за Стеной.  Если будут на то воля Старых Богов, мы упокоим его тело, когда отогнам Остальных назад. Этот вопрос вызвал любопытство Эйгона, поскольку Торрен не упомянул об этом кузене: -Был ли он еще жив, когда мы были у Стены?  Я бы подумал, что он предпочел бы помочь твоему отцу. Бровь Брэндона приподнялась при этих словах: -Он был со мной и Рэндом, сказал, что отец был взрослым мужчиной, который мог сам за себя постоять.  Он не собирался позволять паре зеленых юнцов с мокрыми ушами шататься по Лесу с Привидениями в одиночку.             Звук рога вдалеке привлек их внимание, когда охота быстро двинулась к нему.             Позже тем же вечером охота разбила лагерь, где слуги уже готовили двух оленей, убитых Рейнис и Брэндоном.  Наряду с кабаном, убитым лордом Мандерли, диким зубром, сбитым совместными усилиями трех мормонов, и довольно упитанным зайцем, которого лорд Амбер убил случайно. Эйгон покачал головой, когда слуга принес ему еще порцию тушеного кролика, которого они приготовили на закуску.  Торрен остался в лагере с несколькими лордами, которые не получили места на настоящей охоте.  Лорд Амбер был ошеломлен, когда узнал, что прошел в раунд чемпионов после того, как лорда Гловера лишили наследства.  Хотя, вероятно, это спасло бы его от насмешек за то, что он свалил кролика, слепо бросив камень после потери оленя, которого свалил Брэндон.             Обернувшись на звук смеха Рейни, он заметил, что она разговаривает с леди Толлхарт. Отец Леди был слишком стар, чтобы присутствовать на охоте, а ее брат, будучи финалистом раунда наследников, сломал ногу во время раунда чемпионов. Не имея возможности присутствовать на охоте, он отправил вместо себя свою сестру. Сама не будучи заядлой охотницей или воином, юная леди с площади Торрена выступала в роли одной из пажей Рейнис, и эта честь оказывалась семи победителям раунда наследников.             Стойкая жена Брана Старка из Рва Кейлин стояла за плечом Рейнис. Фрэн Старк проиграла Рейнис в раунде чемпионов, в том, что северные лорды назвали лучшим поединком ближнего боя. Теперь жена-копьеносец была личной охраной его сестры до конца их визита, и эта задача, скорее всего, была поручена ее добрым отцом. -Она хорошо вела себя сегодня, не так ли, муж? -Пораженный Эйгон обернулся и увидел Висению, стоящую рядом с ним. Быстро моргая, он выпалил: -Я думал, ты в Дорне Ухмыльнувшись, она обратила его внимание туда, где сидел Торрен, а рядом с ним на коленях стояла Дерия со слезящимися глазами. -Когда Ранд рассказал нам, что случилось с его отцом, мы решили прийти и посмотреть собственными глазами. -Брови королевы нахмурились. - Нам следовало оставить этих одичалых на произвол судьбы. Эйегон покачал головой: -Мы не можем обвинять целый народ в действиях одного человека, или мы должны наказать весь Дорн за действия лорда Уллера? -Я понимаю твою точку зрения, любовь моя, -Висенья скрестила руки на груди. -Я видела Балериона и Мераксеса во Рву Кейлин по пути сюда. Я отправил Вхагар присоединиться к ним после того, как она высадила нас здесь. Эйегон побледнел: -Они вели себя прилично? Закатив глаза, Королева отмахнулась от вопроса: -Они ведут себя как птенцы. Мераксес заявила права на территорию внутри крепости как на свою, в то время как твой черный ужас бродит за стенами и сует голову между башнями. Тебе нужно будет прислать свежие штаны для стражников, если ты не потеряешь поддержку юного Брана. -Ты ожидаешь, что Вхагар привнесет в них чувство достоинства и приличия? -Эйгон усмехнулся, -Она, несомненно, присоединится к Балериону и будет дразнить Мераксеса так же безжалостно, как мы дразнили Рейнис в детстве. Раздраженно Висенья отвернулась от него: -Ты дразнил ее, все, что я делала, это придавала ей мужества. -Виз? - спросил Рейнис бросилась в объятия сестры: -Тебе следовало предупредить, что ты приезжаешь, ты пропустила чудесную охоту. -Правда? -ухмыльнулась Висенья. -Я оставила Дерию в Винтерфелле и вылетела посмотреть сверху.  Самое замечательное в этой унылой северной погоде. Наши драконы не отбрасывают таких зловещих теней. Рейнис улыбнулась: -Что ж, я рада, что ты проделала весь этот путь, но, как видишь, я могу справиться с северными лордами так же хорошо, как и ты. -В этом никогда не было никаких сомнений, дорогая сестра, - Висеня положила твердую руку на щеку сестры. -Возможно, в следующем году мы с тобой добьемся прогресса сами и оставим Эйгона на произвол судьбы в Королевской гавани. Улыбка младшей королевы превратилась в ухмылку, когда она посмотрела на своего мужа: -Ты же знаешь, что он просто собьется с толку и последует за нами.  Эйгону всегда не хватало концентрации внимания. Эйегон притворился уязвленным, когда Висени согласно кивнул: -Да, нам придется начать с Севера и проложить себе путь до Дорна, затем Торрен сможет оставить его здесь после того, как Балерион выяснит, что ров Кейлин достаточно велик для Мераксеса или Вхагара, но не для него. -Затем Висения указывает на лордов, которые начали обращать внимание на ее присутствие, -Теперь, сестра, ты должна представить меня всем этим прекрасным северным лордам и леди.             Наблюдая за тем, как пара проходит между лордами и леди, Эйгон обратил внимание, что Висенья незаметно поддерживала физический контакт с их младшой сестрой. Рука на плече, сцепленные руки или стоящие так, что их бедра соприкасались. Допив вино, он встал, чтобы подойти к Торрхену и Дерии. При его приближении дорнийка встала и поклонилась: -Ваша светлость. -Скажи мне, что ты понятия не имел о планах лорда Уллера, - Эйгон понизил голос. Сверкая кинжалами, она посмотрела ему в глаза: -Ничего, ваша светлость, если бы я могла, я бы предупредила и позвала своего пасынка гораздо раньше. - Где Ранд? - спросил Эйегон огляделся вокруг. -Вхагар мог бы нести вас всех троих, почему бы ему не пойти с нами? Торрхен фыркнул: -Волки не летают, оставьте небо своим драконам и солнцам. Кивнув в знак согласия на комментарий, Дерия ухмыльнулась: -Кроме того, он сказал что-то о том, чтобы убедиться, что его младшие сестра и братья настоящий северянин. Кто я такой, чтобы требовать, чтобы он вернулся со мной на север, когда это я вызвал его в первую очередь? Эйегон слегка успокоился: -Что Уллер думал получить от убийства моей жены? -Более быстрая смерть, чем та, которую даровали ему боги, -Дерия взяла дорожную сумку и, немного порывшись, вытащила стопку бумаг, неплотно перевязанных бечевкой. -Я попросила его мейстера скопировать соответствующие отрывки для тебя, но Утор умирал от какой-то изнуряющей болезни. Мейстеру еще предстояло окончательно поставить диагноз, прежде чем Утор умер от острой кровопотери из-за того, что Ранд несколько раз ударил его головой о стену. -Она посмотрела на Торрена: -Этим твоим мальчиком определенно управляют его эмоции. -Он умирал, поэтому хотел забрать мою сестру с собой? -Эйгон был сбит с толку. Дерия отрицательно покачала головой: -Он хотел разжечь войну, хотел, чтобы его наследие стало громким призывом к независимости Дорнийцев. -Прежде чем Эйгон успел прервать, она остановила его, -Я знаю, что мы независимы, поскольку мой отец все еще правит как принц Дорна, а я его наследник. Что дорнийцы свободны настолько, насколько это возможно. Чего хотел Утор, так это возвращения к тому, как все было до клятвы, до завоевания. Он не одинок в своих чувствах, но в его предательстве никто не был рядом с ним. -Прошло всего одиннадцать лет с момента завоевания, -заговорил Торрхен, не отрывая глаз от огня. - Здесь и там наверняка есть неровный путь. Мы должны выступить единым фронтом перед лордами, которые знают о клятве. Перед остальными мы должны продолжать притворяться, по крайней мере, у нас есть полдюжины верховных лордов, требующих восстановления их собственного суверенитета. По крайней мере, Тиреллы и Талли должны быть довольны своей участью. Ланнистер и Аррен, однако, ухватились бы за этот шанс. Эйегон нахмурился: -Ты не упомянул Ориса или Грейджоя. -Орис, может, и сменил имя, но он по-прежнему твой брат, - фыркнул Торрен. -Через поколение или два я, возможно, начну смотреть на Баратеонов как на угрозу, но нынешнее поколение бесспорно. Грейджой, однако, остается загадкой; я уверен, что Железнорожденные не будут молчать вечно. Следует укрепить западные прибрежные районы на случай вторжения.             Молчаливо соглашаясь и планируя послать весточку Ланнистеру, Тиреллу и Орису, чтобы они обезопасили свои прибрежные города. Король посмотрел туда, где Висенья и Рейнис добрались до того места, где Брэндон Старк держал двор с несколькими молодыми лордами. Снова повернувшись к Торрхену, он коротко кивнул: -Мы не создали это королевство за один день и не начинали работу. Путь к сегодняшнему дню начался тысячи лет назад, когда Первые Люди впервые ступили на этот континент. Мы всего лишь формовщики, воплощающие работу наших предков в то, что будет дальше.