Глава 2

Министерский Отдел Магического Обслуживания был местом работы самых талантливых ведьм и волшебников. Разумеется, другие отделы были так же чрезвычайно важны: Невыразимцы, к примеру, изучали тайны Вселенной, не забывая при этом сохранять ауру загадочности; работники Отдела Магических Игр и Спорта организовывали ежегодный квиддичный сезон, а сотрудники Отдела Магического Транспорта были предметом насмешки всего Министерства, даже не осознавая этого. В любом случае, уровень безразличия, который они показывали, был настоящим достижением. Но сотрудники Отдела Магического Обслуживания были выше всего этого. Они могли почистить любую каминную трубу, снять проклятие с любого рабочего кресла, открыть любую дверь. Работники Отдела Обслуживания имели доступ ко всем точкам здания и, казалось, управляли всеми процессами Министерства Магии. Этот Отдел был единственным департаментом, показывающим стопроцентное выполнение годового плана. Но настоящее испытание было ещё впереди. Когда на рабочий стол Гефеста Ниита, главы Отдела Магического Обслуживания, приземлился запрос от Гермионы Грейнджер, едва ли он удивился. Была ли эта заявка необычной? Да, но она была далека от самых странных и причудливых вещей, с которыми Гефест столкнулся за три десятилетия работы в Министерстве. Если женщина хотела, чтобы зачарованное окно в её кабинете показывало все грозовые штормы, надвигающиеся на побережья Британских островов, кем он был, чтобы судить?

***

После отправки заявления в Отдел Магического Обслуживания и подавления чувства гордости, Гермиона встретилась с Констанцией и сообщила ей, что спонтанный визит в Алкеменс не принёс никаких новых реультатов. Глаза старой женщины сузились, и её губы, накрашенные ярко-розовой помадой, растянулись в неискренней улыбке: — Уверенна, мисс Криссли была счастлива сопровождать тебя, Гермиона, но ты должна знать: у Министерства нет привычки вмешиваться в частный бизнес без уважительной причины. Возможно, в следующий раз ты будешь доверять результатам команды профессионалов и подпишешь отчёт сразу? Кровь прилила к щекам Гермионы. Намёк Констанции был довольно ясным. Плыви по течению, если не хочешь нажить проблем. Это случалось много раз и прежде, с тех пор как Гермиона начала свою карьеру в Министерстве осенью 1999-го. За восемь лет она сменила четыре отдела работы: сначала она не смогла справиться с жёсткостью Отдела Регулирования Магических Популяций, потом не смогла смириться с подлыми политическими играми Отдела Международного Магического Сотрудничества. В конце концов Гермиона была уверена, что работа с аврорами ей понравится, но подход «Сначала прокляни, вопросы задавай позже» ей точно не подходил. Гермиона никому об этом не рассказывала, но Отдел Неправомерного Использования Магии был её последней попыткой: если она не могла найти удовлетворения, вдохновения, элементарного уважения или хотя бы понимания цели своей работы, она сомневалась, стоит ли оставаться. С другой стороны, годы в Министерстве не были бесполезной тратой времени. Они были поучительными. — Я не встречалась с мисс Криссли. Констанция дёрнулась, и Гермиона выждала момент, чтобы продолжить. — Драко Малфой сопровождал меня. На секунду руки Констанции сжались в кулаки. Она была карьеристкой, коллекционировала знакомства с нужными людьми, а потом использовала их, словно козыри, когда хотела повышения. Тот факт, что Гермиона встретила владельца корпорации, должно быть, раздражал. — Мистер Малфой встретил тебя персонально? Гермиона перекинула волосы через плечо. — Разумеется. Мы бывшие одноклассники, знаете ли, — не важно, как сильно они ненавидели друг друга, — и он хотел убедиться, что на все мои вопросы дан чёткий ответ. Приятно было с ним поболтать. Кажется, управление бизнесом ему подходит. Дружелюбная маска Констанции слетела. — Что-то ещё? — Нет, на этом всё, — ответила Гермиона с широкой улыбкой и фальшивым энтузиазмом. — Хорошего дня! Она сохраняла радостное выражение лица, пока не зашла в кабину лифта. Позволив уголкам губ опуститься, Гермиона откинула голову, прислоняясь к стене. Злорадство было мимолётным, но проблема всё ещё оставалась нерешённой. То, что её расследование не дало никаких ответов, ещё не означало, что их невозможно найти. Гермиона вернулась к своему рабочему месту, мрачному и серому из-за отсутствия солнечного света. Что ж, Отдел Магического Обслуживания работал быстро. Старое кресло заскрипело, когда Гермиона на него опустилась и повернулась к окну. Шторм продвигался к береговой линии, и казалось, что сине-серое небо сливается с такого же цвета морем. Даже сквозь моросящий дождь можно было разглядеть округлые вершины каменистых холмов. Гермиона коснулась окна палочкой, и маленькие, почти незаметные белые буквы появились в правом нижнем углу: «Шегра, Шотландия (58.489, -5.126)». Быстро и продуманно, ничего не скажешь. Ей следует отправить благодарственное письмо Гефесту. Записка упала на стол, пока она тянулась к перу. Её имя было написано в адресной строке строгим почерком, и сердце Гермионы сжалось, когда она увидела печать: витиеватая «М» на щите, обвитом змеями. Она разорвала конверт и склонилась над письмом, почему-то переживая, что кто-то сможет увидеть. «Дорогая Гермиона...» Она отложила письмо. Её имя было написано тем же строгим, уверенным почерком, будто он не раздумывал ни секунды, когда писал его. Гермиона обхватила голову руками, зажмурив глаза. С одной стороны, использование имени было словно насмешкой после всего, что случилось между ними в Алкеменс. С другой стороны, возможно, Гермионе следует расценить это как оливковую ветвь — предложение перемирия, сглаживающее вчерашний резкий разговор и оставляющее дверь открытой для дальнейших переговоров. На самом деле, до этого момента она даже не осознавала, насколько незавершённое дело беспокоило её. Что ж, ей не хотелось знать, как всё к этому пришло. Глубоко вздохнув, она опустила руки и открыла глаза. «Дорогая Гермиона, Несмотря на то, что наши мнения о разглашении конфиденциальной информации министерским проверяющим сильно различаются, я прекрасно провёл время в твоей компании за приятной беседой. Из всех компаний, которыми я руковожу, Алкеменс – та, которой я горжусь более всего. Увидев искреннее восхищение в твоём взгляде, я осознал, как далеко наша фирма уже продвинулась и как ей ещё предстоит развиваться, особенно в направлении исполнения всех поручений Министерства Магии. В связи с этим, я хотел выслать тебе приглашение на Ежегодный Вечер Управляющих, проводимый Vincet Semper в эту субботу, 21 Апреля. Все четыре главы дочерних компаний будут присутствовать за ужином. Кроме того, я даю тебе разрешение задавать любые вопросы, которые ты пожелаешь, — кажется, пришло время на них ответить. Ты приглашена в качестве моей гостьи. Вне зависимости от твоего ответа, я жду с нетерпением встречи с тобой. Искренне твой, Драко Малфой.» Она не остановилась ни на секунду для того, чтобы начать думать и анализировать, на это у неё не было времени. Размышления перейдут в серьёзные раздумья, а это последним, что ей нужно в подобной ситуации. Всё, что она сделала, — листнула две страницы своего ежедневника и проверила, была ли суббота свободной. Она была. Гермиона схватила ближайшую карточку для записок, написала имя Драко посередине, а на обратной стороне вывела одно слово: «Да.» Она проверила часы. Был почти полдень. Вполне достаточно для того, чтобы остановиться в совятне около Атриума перед дневным часом пик, спуститься в отдел Магических Игр и Спорта и убедить подругу уйти на обед пораньше. Потому что если кто-то и мог объяснить безумие, которое заставило её принять приглашение на ужин с Драко Малфоем, то это была Джинни Уизли.

***

— Это свидание, — сказала Джинни. Их ланч превратился в масштабное, но незапланированное мероприятие, включавшее в себя поход в ресторан, обед, коктейли и вылазку в лучшие магазины вечерних нарядов. Надеждам Гермионы на конструктивный и содержательный разговор не суждено было сбыться: Джинни, похоже, была не склонна к анализу и длительному обдумыванию и, выбрав самый лёгкий путь из всех возможных, прямолинейно выдала оценку ситуации. — Нет, не свидание, — слабо возразила Гермиона, и её слова показались неправдоподобными даже ей самой. Всё это было похоже на вечер Шрёдингера: одновременно свидание и не-свидание, по крайней мере до тех пор, пока они не встретятся и не прояснят ситуацию. Гермиона не была уверенна, сможет ли вынести эти сомнения и не сойти с ума до конца недели. — Эй, что думаеешь? Она подняла глаза, уставившись на Джинни, которая подняла повыше вешалку с коротким кружевным платьем изумрудно-зелёного цвета. Гермиона поморщилась. — Я пока что не в таком отчаянии, знаешь ли. Джинни пожала плечами и повесила платье обратно. — Я бы не была так уверенна в этом, — сказала она, — ты рассталась с Роном целую вечность назад, а у тебя до сих пор никого не было. — Что ж, я была занята. — Мы все были заняты, — Джинни протянула ей ещё одно платье, на этот раз ярко-жёлтого цвета, но всё такое же короткое. Гермиона помотала головой. – Но другим людям удаётся найти время на личную жизнь, знаешь ли. Мы с Гарри… — Вы помолвлены, — ответила Гермиона, — это не считается. — Ладно, — Джинни многозначительно замолчала. – Ты знала, что Рон и Лаванда решили попытаться снова? Гермиона уклончиво издала невнятный звук, больше похожий на кашель. Разумеется, она не слышала этой новости, но сообщать об этом не было необходимости. — Рон занят в Аврорате, а Лаванда – в Отделе Контроля Популяций, — продолжила Джинни, — но в конечном итоге у них всё получается. — В таком случае, поздравляю их с тем, что они нашли время на это. — Время – ограниченный ресурс, — Джини протянула бордовое платье с глубоким вырезом, и Гермиона закатила глаза. – Речь не о том, чтобы находить больше времени, а о том, чтобы с пользой использовать имеющееся. — Ты серьёзно только что прочла мне лекцию о распределении времени и ресурсов? — О, я бы могла. Я работаю в команде, и мы только что закончили проходить этот курс. Но нет, моя лекция на этот раз о расстановке приоритетов. Ты ставила карьеру на первое место на протяжении восьми лет, и куда это тебя привело? Ты несчастна в Министерстве. Мы все это знаем. Мы видим это. Меньшее, что ты можешь сделать, – признаться в этом самой себе. Гермиона стояла и перебирала вешалки, на самом деле не замечая платьев. Раньше ей казалось, что её тоска не была настолько очевидной, но Джинни была, конечно же, права. Гермиона выступала на всех собраниях и всегда выполняла работу задолго до срока сдачи. Она даже посещала все не-обязательные-но-настоятельно-рекомендуемые общественные мероприятия. Что ещё ей нужно было сделать, чтобы скрыть то, какой несчастной она была? — Я приму твоё молчание за согласие, — сказала Джинни спустя какое-то время. – Что ты потеряешь, если попробуешь что-то новенькое? — Что-то новенькое с Драко Малфоем? Джинни пожала плечами. — Что угодно, если это встряхнёт тебя. Гермиона примирительно улыбнулась и вернулась к вешалкам. На первый взгляд мысль о том, чтобы начать что угодно новенькое с Драко Малфоем, не была такой уж ужасной. Он был умён, красив и на удивление – почти подозрительно – вежлив. Но оставалось одно «но». То самое, которое вынудило Гермиону пойти на конфликт с Констанцией Ойкиа и поменять вид из окна офиса на штормы и бури. То самое, о котором Джинни ничего не знала. — Но что, если он не изменился? – спросила Гермиона. – Что, если он всё тот же чистокровный сноб, использующий Тёмную Магию, с которым мы выросли? — В таком случае ты плеснёшь ему шампанское в лицо и уйдёшь, — ответила Джинни. – Всё равно ты получишь бесплатный ужин и новый наряд. А если всё сложится, твой вечер может закончиться гораздо интереснее, и тебе будет что рассказать. Как тебе это? Она протянула Гермионе облегающее фиолетовое платье с разрезом на бедре. — Я больше никогда не возьму тебя с собой, если пойду выбирать вечерний наряд. — Ты придираешься. — Потому что это ужин, а не вечеринка. Гермиона продвинулась к следующему ряду вешалок, начав их перебирать, и остановилась. Она вынула платье и показала его Джинни. — Смело. Ты, кажется, хочешь доказать ему что-то. — Это именно то, для чего я туда иду, — сказала Гермиона. – Теперь туфли. Он оказался выше, чем в моих воспоминаниях. — Каблуки? То есть это всё-таки свидание, — ответила Джинни с ухмылкой. Гермиона закатила глаза, но не смогла сдержать ответную улыбку. Разумеется, это не было свиданием. Хотя, возможно, было.