Алый небосвод

Солнце слепило, заставляя жмурится от яркого света. Лето вступило в свои права знамения период жары и тепла. Везунчики получившие уже отпуск спешат домой, чтобы бросить вещи и запрыгнуть в ближайший автобус идущий к морю. Дети закончившие учёбу с веселым криком играют на площадках, пока свободные родители отсиживаются в тени раскидистых деревьев. Остальным же достаётся печальная учесть – работать. Джерар почти никогда не брал себе отпуск больше чем на пару недель, привык со временем тайного сыска, там впринцыпе понятие выходных было чем-то выдуманным. Сейчас же ему даже забавно наблюдать как его коллеги с тоской поглядывают в окно, причитая о безалаберных студентах. В этом году ему нужно отвести пару практик и скорее всего придумать чем заняться остаток лета, так как разгребать бумажки абитуриентов желания не было. -Как же они мне надоели. – Уртир уронила на его стол увесистую стопку журналов. Почти с первого дня его работы здесь Мелкович избрала Фернандеса своим негласным слушателем, а рабочее место историка-пит-стопом перед финишем за соседним столом. – Неужели нельзя сдать все вовремя. -Можешь просто им меньше работ давать. Тогда и не придётся все это разгребать. – Джерар окинул взглядом чьи именно журналы удостоились чести быть ему показаны. -Задавай я им даже один доклад в семестр, все равно нашлись бы те кто в последний момент будут сдавать, тот же Драгнил или Редфокс. Тебе то легко говорить, спешить некуда. За свои годы успел уже на солнышке отлежаться, а я вот нет. Девушка придирчиво открыла верхний журнал, проверяя наличие работ и контрольных. Фернандес лишь покачал головой, вытаскивая из стопки списки посещаемости. Даже ответить нечего, к его удивлению, Мелкович из жизни в жизнь знала его секреты. Ей удавалось с поразительной частотой перерождаться и каждый раз оказываеться рядом. Так что за столько лет он уже привык, что девушка с филигранной точностью читает его. Уртир на самом деле права, ему некуда торопиться, таких летних деньков в его долгой жизни было много и скорее всего будет ещё больше. А вот его подруге есть куда спешить, судя по её последним сетованиям на Грея с Леоном, у них намечается «Семейная поездка», как её обозвал сам Джерар. -И все же разве тебе не надоело каждый год такие райские деньки просиживать разбирая отчёты по практике? Вроде к тебе сестра приехала, она же тоже мм.. такая? -Джу? Да, такая же. Думаю ей будет больше интересна компания одногруппников, нежели старших братьев. Даже семья имеет свойство надоедать. -Архх..-С усталым вздохом девушка захлопнула журнал, выписав несколько фамилий. – И не говори. Мне надело каждый «отпуск» следить за тем чтобы эти два спиногрыза друг другу глотки не порвали. Но мама настаивает что её ученики- часть семьи, а значит « семейный отдых» нужно проводить вместе. -Не думаю что все так плохо. Все таки они ещё молоды, где-то же им надо тратить свою энергию. -ответил Джерар ,не поднимая глаз от списков. Эта ледяная парочка попала в разные группы, но даже так умудрились ругаться. Весь преподавательский состав был бы готов вешаться, если бы Уртир, ведущая физику, не растаскивала парней. -В прошлом году мне пришлось платить за ремонт какой-то статуи, которую они умудрились сломать. Фернандес буквально чувствовал как девушка сверлит его недовольным взглядом. Хотя едва ли он был легче остальных, сейчас только он оставался спокойным, что неимоверно бесило и без того доведенный до ручки профессоров. Молодой преподаватель, а так легкомыслен в зачетные недели, вздор не иначе. Кажется ходил даже слух, что он что-то употребляет. -Посмотри с другой стороны, в этом году Грей у меня на практике, так что хотя бы пару недель отпуска ты проведёшь спокойно. -А ты и рад, что тебе досталась эта группа, как я вижу. - Может я решил проявить благородство и спасти тебя от необходимости быть нянькой двух взрослых оболтусов? -Не верю я в это «благородство». Сначала я думала, что ты настоял на этой практике из-за своей сестры, но…-Мелкович заставила поднять на неё взгляд, забирая листок, ухмыльнулась. -Это ведь из-за Скарлет? -С чего такое предположение. – Скрыть неестественный для него румянец не получалось, даже при всех актерских способностях. Всё что смог изобразить из себя Фернандес- подозрительную мину: суженные глаза, напряженные брови, сжатая линия губ и несколько неаккуратных морщинок. -Серьёзно?- Выражение лица девушки напротив говорило о полной разочарованности его ответом. – Ты бы ещё чаще возле неё ошивался, чтобы такое спрашивать. -Она староста. -Да-да. Древнее бессмертное существо отрицает влюблённость в студентку, такого ещё этот мир невидовал. Мелкович снова спряталась за журналом, всем видом показывая, что разговор окончен. Мужчина лишь устало вздохнул, растрепав волосы. Глупо было полагать что это будет не заметно. Ещё пару лет назад они с Джу подшучивали над Мерком за его томные взгляды на свою секретаршу. А сейчас Джерар ничем не лучше, как дурак пялится на Эрзу. Видимо влюбленный идиотизм их семейная черта. Вроде и возможность есть начать разговор, даже куда-то пригласить, только….Только он вообще не смысла как это делать. Ему больше сотни лет, за спиной десятки прожитых жизней, но кто сказал что у него были отношения больше чем на одну ночь или пары свиданий. Как вообще люди знакомятся? Спросить такое у Уртир- все равно что подписать приговор. А если вспоминать прошлое, то….тоже ни черта не подходит. Они с Эрзой познакомились в такой же солнечный летний день. Только тогда она не сильно обрадовалась его вниманию…

***

Очередной рабочий день в поместье. Едва ли он чем-то отличался от всех прочих. Встать когда начнут просыпаться взрослые, одеться, разбудить остальных детей, пойти к старшей горничной за поручением и до вечера работать, с перерывом на обед, чтобы вечером сидя в большой комнате для прислуги жечь такие дорогие свечи, что элианнцы стащили из храма, когда отвозили господ, и слушать истории старших, слухи из главного дома и сплетни из порта. Может даже получится почитать ту книгу, которую Джерар стащил из библиотеки. Не так уж плохо. Ему отдают поручение на развешивание белья и помощь в перестилание крыши. Работа не сложная, а день теплый. Так что можно будет и отдохнуть где-нибудь в траве, на нагретой солнцем земле. -Джер! Поможешь нам поднять то дерево! -Да, дядюшка ! Сейчас только простыни повешу! -Добре! Белые накрахмаленные простыни тяжёлой ношей тянут корзину вниз. Здесь главное не уронить, а то придётся перестирывать, так что приходится идти медленными небольшими шагами, чтобы избежать худшего. Дойти до знакомых вешал и накинуть на них белье не так уж сложно. Если бы не красная макушка мелькнувшая среди развевающихся белых полотен. Появилась на мгновение и исчезла. У них вроде нет формы такого цвета, да и из слуг такими волосами никто не обладает. Может одна из девушек купила на рынке себе платок? -Волли, старшие не ходили в город?-На голос обернулся темноволосый мальчик с угловатым лицом. -Неа. Господа запретили в город ходить пока дорогу после шторма не очистят. -Тогда к нам новеньких привезли? -Неа. Чего меня все спрашиваешь, это же ты всегда в курсе всего и вся.- Сирота смотрел на друга с непониманием. С чего бы их местному гению сомневаться? Джерар поставил корзину, осматривая ровные ряды вешал. Ничего. Вон Сё отчитывают за неправильно повешенную рубашку, вон тётя Хильди поправляет скомканные наволочки, а всплеска непривычного цвета нет. Против воли хмуриться, а взгляд цепко выискивает не состыковки. Не могло же ему померещиться. Снова мелькнула алая вспышка среди царства белого. -Я скоро вернусь.- Крикнул бросаясь в след за нарушителей его спокойствия. -А как же белье!?-Донёсся обеспокоенный голос друга за спиной. Взмах руки и простыни, подхваченные золотым свечением, взлетают из корзины морскими чайками и садятся на натянутую веревку. Не хотелось тратить магию на такие мелочи, но найти возмутителя с яркими волосами казалось важнее. В какой-то момент мальчик вновь потерял объект преследования. Задний двор местом ещё не расчищенным, оттого и опасным. Куча поваленных деревьев, покосившийся сарай и ещё несколько держащихся на честном слове массивных дубовых брусьев. Прислуга сюда не ходила, так что беглец точно был не местным, чтобы здесь прятаться. Тратить силы на сложное поисковое заклинание не хотелось, да и возможно ему просто померещилось от жары. Но дурацкое упорство не давали бросить преследование. Медленные тихие шаги, как у хищника чтобы не спугнуть добычу, взгляд цепляющийся за каждую мелочь. Так его когда-то учили вести себя на охоте, жаль с родителями так ни разу там не побывал. Приглушённый девичий вскрик, маленький алый всполох и Джерар пригибается, приближаясь к источнику. За поваленным кленом сидела девочка пару лет младше его самого. Простая форма младшей служанки, немного покрытая пылью, бледные тонкие руки с мозолями, лицо запачканное несколькими каплями грязи и алые завязанные в косички волосы. Незнакомка старалась оторвать от одежды колечки репейника, совсем не замечая наблюдателя. Её он точно раньше не видел, для простолюдинов такой цвет непривычен, они как лесные звери, привыкли выживать и прятаться от того и волосы с кожей потеряли свой когда-то возможно яркий окрас. А у элианнцев, в коих ещё могла сохраниться кровь дворянства подшей страны, красный вообще не встречался, синий оттенок не редкость скорее. Может девочка- бастард какого нибудь знатного дома? Тогда что ей делать здесь? Да и мозоли у неё какие-то другие, не как от стирки или мытья полов, что поручили бы такой как она. Только вот разглядывание прервал резкий поворот незнакомки. Видимо она хотела осмотреться, но никак не рассчитывала увидеть своего преследователя перед самым лицом. Выражение испуга и странной потерянности показалось Джерару одновременно и милым и забавным. Поэтому натянув привычную улыбку он задал интересующий его вопрос. -Ты кто? Аловолосая впала видимо в ещё большее замешательство, потому что вместо ответа прижалась ещё больше к упавшего стволу. Прогнивший брус опасно покачнулся. -А ты кто? -Я кажется первым спросил.- Шаг на встречу и дерганное движение девочки от него. -Здесь опасно находиться. Незнакомка молчала прожигая его взглядом. Хотя чего Джерар хотел, если она так стремилась от него убежать. Мальчик вздыхает и решает первым идти на встречу. -Джерар. -Произносит он, протягивая руку. Глупо с его стороны было полагать, что девочка оттает. Неожиданностью стало то, что попятилась она как раз в направлении ели «живой» конструкции.- Стой! Единственное что мальчик успел сказать перед тем как тяжёлый брус решил сорваться прямо на них. Тратить время на поиски в голове наиболее подходящего заклинания было бы кощунством, прижав к себе беглянку, привычно использовал заклинание левитации. Тяжёлый кусок дерева соизволил остановится только у самой его головы, позволив перенаправить себя в другую строну. Больше количество магии измотало его, заставив осесть на землю. А девочка неверующе смотрела на спасителя. Наверное, Джерару надо бы что-то сказать, успокоить, объяснить, как никак редко у низкого происхождения появляются такие способности. Поиск нужных слов прерывает толпа рабочих прибежавших на шум. Уже сидя в медпункте они снова могут поговорить. Кроме небольшой усталости и испуга нечего такого у мальчика нет, да и незнакомка не пострадала. -Ты маг.- Тонкий девичий голосок разрезает тишину, как только дверь за взрослыми закрывается. -Можно и так сказать. Не то чтобы я был талантливым волшебником, но сколдовать что-то простое вполне.- Джерар посматривает на свои руки, пытаясь прислушаться к своим ощущениям, восстановился ли. Все что он только что сказал огромная ложь, его с детства обучали всем тонкостям управления эфиром, причём совсем не как здешних. Только в Элианне могли познать все тонкости силы древних драконов, только там рассказывали о подчинении трех родных стихий. Подобные сегодняшним фокусам для такого как он были не более чем лёгкой разминкой. -Ты так и не сказала свое имя. -Эрза. -Ты не отсюда. – Девочка отворачивается на его словах, сжимает простынь, что-то лихорадочно ища глазами. Точно что-то задумала, делает вывод ребёнок. -М-меня привезли из другого поместья.- Заикаться, будто боится что её секрет раскроют. -И уже в главном доме?- Джерар кивает на форму собеседницы. В ответ сомнительный кивок. Всё это пахнет неприкрытой ложью, но угрозы от Эрзы не исходит, только по этому он улыбается, протягивая руку. Пусть думает что её обман успешен, пусть тешит себя иллюзией. Едва ли мальчик имеет право что-то с неё требовать, когда сам скрывает армию скелетов в шкафу. И девочка верит. Верит улыбке, верит ясному взору, верит тёплым словам. Протягивает свою ладошку, скрепляя рукопожатие.

***

Аловолосая приходит всегда после обеда, старается незаметно оглянуться и машет рукой остальным детям. Джерар каждый раз наблюдает за этим сидя на крыше в свой перерыв, девочка до сих пор не замечает его над головой, как и младшие, а взрослые давно смирились с причудами мальчика. Пока он им выгоден, пока помогает, облегчает жизнь своей магией, они готовы закрывать глаза на его действия. Джерар спускается всегда позже , когда Эрза берет работу которую ей не нужно делать. Он как всегда перехватывает корзину из её рук, под смущенные вскрики « Я бы и сама справилась». Она каждый раз так мило краснеет не понятно от чего, что мальчик просто не может удержаться от своей тайной шалости. Девочка все так же удивляется КАК он использует своей дар. Пусть и не восклицает об этом на все поместье, но по глазам видно это ужасное недовольство. Да, наверное, использовать магию для того чтобы подогреть свой остывший суп или для перестилания крыши считается кощунством. Но сейчас ему эта сила без надобности, с его работой справиться и обычный человек, но будет это дольше. А так можно выгадать время для создание очередного зелья или артефакта, чтобы продать ночью в порту. Правда его маленьким друзьям не стоит знать о такой стране Джерара. Так что он натягивает улыбку и смеётся, говоря что-то о том что не виноват что дар достался обычному простолюдину, а не очередному сыну графа. Получается почти искренне. Эрза уходит каждый вечер прощаясь с ними объятиями. И отчего-то они ему ужасно приятны. Обычный жест, такой же как потрепать по голове за хорошо выполненную работу, но именно от новой подруги он становиться ценнее всего. Реже она остаётся с ними до поздней ночи. Наблюдает как прижавшись друг к другу, будто неоперившиеся птенцы, дети слушают россказни взрослых. Смотрит: как жгутся ворованные свечи и как напевая старые песни пританцовывают некоторые старшие. -Элианнцы.- С удивлением шепчет девочка в один из таких вечеров. Почти все рабочие в этом крыле принадлежат этой падшей стране. -Конечно. -Смеясь отвечает ей Сё.- Ты ещё не слышала как дядя Уолен рассказывает о их мифах. Мифы? Какая глупость. Почти все что здесь называют небылицей- правда. Но это местным знать необязательно, так же как и знать от отчего такая нация без страха рассказывает свою историю. -Джерар кстати тоже из Элианны. – Задумчиво тянет Миллиана. Теперь взгляд всех прикован к нему. Эрза рассматривает мальчика будто видит впервые. Тонкие губки вытягиваться в «О», а в глазах непонимание. Видимо девочка ожидала увидеть монстра с когтями и хвостом, а не самого обычного человека. -Если ты ожидала увидеть морское чудовище, то прости. Мы не так уж сильно отличаемся от людей Альянса. – Девочка тупит взгляд на его слова, скорее всего думает, что задела его.- Все хорошо. Я уже привык, Сё от меня первое время даже прятался. Ребята поднимают шум, вспоминая как младший убегал от Джерара, стоило тому подойти ближе чем на три метра. Эрза смеётся вместе с ними. И он кажется тоже. Искренне.

***

Впервые Джерар понимает насколько ему дорога беглянка, когда наступает ночь Морей. Под десятками поводов элианнцы уходят со своих мест, как только последний луч скрывается за горизонтом. Ночь принятия, ночь памяти, важнейший ритуал для каждого, кто собирается повзрослеть, для каждого кто родился с морской державе. Никто не говорит об этом дне, никто не называет, страшно для них быть раскрытыми. Он так же уходит, спрятав под плащом сумку со сменными вещами, бежит в лес у портового города. Джерар знает, что его не заметят, а если поймают- сумеет отмазаться. И пусть потом его накажут, оставят болезненные раны от плети на спине, ему плевать, важнее всего эта ночь. Опушка встречает его весёлым смехом, жаром костров и хоровым напевом. Угли с песком рассыпаны по кругу, тонкие линии петляют по траве чудаковатым рисунком , образуя старые добрые печати трех хранителей. Скоро их зажгут да бы начать эту священную ночь. Рядом в свете костра видны старушки, что вырисовывают на телах вчерашних детей символы. Мальчик садится рядом, без слов подставляя лицо и руки на растерзание старшим. Мужчины что-то громко обсуждают , подкидывая ветки в костры, делают ставки сколько из них выживут после этого дня, кто будет сильнее. Костлявая рука выводит очередной символ на правой щеке, приговаривая о том что звезды осветят его путь. А осознание борится с инстинктом самосохранения. Джерар знает, что будет дальше, знает что слабые и сомневающиеся умирают в огне. Поджилки трясутся, ему 16, на родине он бы управлял несколькими кораблями или принял пост его дяди. Ему 16 и в этой стране в таком возрасте детей только отсылают постигать знания в академии. 16…Эрзе 14 и девочка все так же приходит в обед и уходит с закатом. Джерар по традиции должен переступить порог, снять старую личину, переродится во что-то более сильное. Если выживет… Это «если» висит едким дымом над его головой. Вбивается в легкие, заставляя задыхаться. Если он умрёт сегодня ничего не изменится. Просто исчезнет один человек. Ему найдут замену. Никто не будет скорбеть. Те кто могли бы давно записали его в мертвецы. Так чего ты боишься? Ты видел смерть, видел как она забрала твоих отца и мать. Радоваться нужно что умрёшь от огня, а не от жестокой магии Альянса. Ты не боишься смерти. Тогда почему «Если» весит над ним? Если умрёшь, Эрза расстроится. Мысль молнией проноситься в голове. Да… Он не хочет чтобы эта девочка плакала. Не желает даже думать о том чтобы стать причиной её боли. Он прозвал её своей яркой зарей, своей Скарлет. Так как может омрачиться свой свет? Джерар выйдет из под пылающего покрывала невредимым, вернуться в поместье и в обед встретит девочку с алыми волосами. Старческая рука делает последний полукруглый штрих под глазом, оставляя мальчика ждать неизбежного. Рассыпанные угли поджигаются, вспыхивая рыжим пламенем. Тяжёлый бас мужчины смешивается с лёгким напевом девушек, что босыми ногами вступают в пылающие огненные круги. В глазах рябит от дыма, ярких всполохов и отрывистых движений танца среди горящих печатей. Наверное, так люди Альянса представляли себе ад, чудовища похожие на людей отплясывают среди всепожирающего жара. Затухание внешнего круга знаменует начала обряда. Джерар поднимается с насиженного места, ступает по покрытой ночной росой траве, доходя до рассыпанных мелкой галькой морских камней, что впитали соль от вод. Звучит другая мелодия и вчерашний мальчик закрывает глаза, шаг и пути назад не будет. Унимает мелкую дрожь в руках, поднимая их в заученное положение. Первое слово песни и нога скупает на тлеющие угли. Выбор сделан, его путь только вперёд. Ноги жжёт, глаза слезятся от дыма, но он танцует, легко шагая по обожжённому камню. Каждый отзвук мелодии, каждое напетое слово смешиваться с треском огня, унося мысли куда то далеко от него. Боль и страх не исчезают, но Джерар кажется уже не помнит что они значат. Как только его транс становится заметным, а движения ещё более плавными, подчинявшимися другим законам, ленты с привязаны на концах грузиками взмывают в воздух, сквозь стены пламени. Вымоченные в водах залива, тонкие полосы накручиваться вокруг тела недавнего ребенка. Сковывают движения, но не останавливают танец на грани сознания, пока не звучит последний аккорд песни. Движения замирают и тяжелое пропахшее тиной покрывало обрушиваться на его тело. Ленты натягиваться, не позволяя сбежать. Где-то награни затихших напевов слышится чей-то звонкий крик. Кто-то чуждый этому древнему ритуалу пытается его «спасти» от медленно подступающих к покрывалу всполохов. Джерар не понимает кто это, да и не важно. Он чувствует как морская соль с жарким пламенем разъедает его кожу, как горячий едкий дым выжигает его легкие, как древняя магия бунтует ,желая разорвать ничтожное тело на куски. Ленты раскалённым железом режут оголённые мышцы и нервы, а тяжёлая ткань погребальным саваном приколачивает к земле. -Те кто пропитан морской солью и холодным дождем не сгорят в огне под взглядом звёзд. – Разносится где-то за пределами полыхающего ада. Он чувствует как знак вокруг глаза вспыхивает, стремясь остаться ,кажется, даже на черепе. Сознание уходит, Джерар будто погружается в вязкую чёрную массу, пахнущую тошнотворно сладко с отличительными нотками железа. Собственное окровавленное тело будто срастётся с этой жижей. «Не боишься смерти, живешь не видя в этом смысла, умираешь не считая это ценным. Так зачем же стремишься сменить кожу на панцирь, а силу на власть?» Шипящий голос раздается из глубин всепоглощающей тьмы. -Мне это нужно.- Вторит ему Джерар. «Многим нужно, но лишь единицы заслуживают. Для какой нужды ты перешёл грань впервые, но не единожды?» -Лишь власть может защитить близких мне людей, лишь имея её в своих руках я могу получить чего желаю. «Жажда власти, гордыня, алчность и глупое милосердие с альтруизмом. Раз так, Джерар Элианн, встань и достань рукой до звёзд.» Сознание возвращается яркой вспышкой. Вместе с ним приходит боль. Новая кожа покрывает мышцы, яростная магия циркулирует с новой силой по венам, дым прорезая горло, выходит из носа кипящим паром. Слышится первый удар барабана, за ним следующий, на третьем вчерашний ребенок поднимается с колен. С каждым отзвуком расплывающейся мелодии шаги становятся увереннее. С последним ударом покрывало спадает с плеч молодого человека. Первые слова напева вырываются из его прожжённых дымом голосовых связок, хрипловатым непривычно низким голосом. Слова подхватывает толпа, провожая его взглядом до противоположного конца круга. Один шаг через полосу тлеющих углей и покрытое кровью тело окатывают водой. Конец его перерождения. Со всех сторон слышаться поздравляющие голоса. Старуха разглядывает его лица, кивает будто что-то поняв, и склоняет голову. Она не произносит ни слова. Собственная рука тянется к недавно пылающему болью месту. Пальцы находят витиеватые острые рубцы по всей правой стороне.

***

Эрза не приходит ни на следующий день, ни через неделю. Уолен рассказывает, что в главном доме какая-то беготня, а к ним хотят прислать проверку. Мужчина хмуриться рассматривая Джерара, говорит что тот сильно раздался в плечах, да и вообще слишком вымахал после ночи Морей. Парень в очередной раз отшучивается, что теперь работа быстрее пойдёт, сил ведь тоже прибавилось. Иррациональное беспокойство не покидает ни на миг, даже прибавившиеся обязанности не помогают забыться. Джерар не дурак, давно понял что их беглянка никакая не служанка, поведение, привычки, даже мозоли на руках выдавали её с головой. Но он молчал, если аристократке приспичило притворится крестьянкой, то зачем мешать. Только вот если все вскрылось? Если кто-то ещё узнал и не стал прятать язык за зубами? Если её накажут ха подобное поведение? Опять эти «если». Можно вечером пробраться в главное поместье, поузнавать что такое там произошло. Только вот как только голова касается подушки парень проваливается в полный темной пустоты сон. Организм ещё не перестроился оттого и вырубается по щелчку пальца. Наутро приходит торопливая весть, что проверка вовсе не глупый слух. Подрывают всех, даже тех у кого выходной. Все что отложили на потом должно быть сделано ещё вчера. Кто-то в срочном порядке едет в город за нужными вещами, кто-то перепрятывает запретные или даже ворованные вещи, а Джерар во все колдует на несколько фронтов. Где-то магия огня для ускорения готовки, одновременно с ней левитация для разгрузки повозок, немного ветра для недавно развешанных вещей. То неоправданно большое количество его сил сегодня стало козырем. Нужно успеть сделать все быстро и относительно хорошо и заодно сверить ведомости. Стоит только вспомнить о необходимости бумажной работы, как встревоженная служанка прибегает с увесистой стопкой таковых. В общем шуметь и кутерьме не получается полностью разобрать слова, только что-то о том что в город уехали несколько человек обученных грамоте, а значит их работу выполнить некому. Парень хмуриться, устало вздыхая, проводя рукой по воздуху и отправляя очередное заклинание в самостоятельный режим. Перехватывает из рук девушки листы, быстрым шагом направляясь на летнюю кухню – единственное место с горизонтальными поверхности и обзором на рабочих. Перечитка, исправление, перепись занимают почти все внимание позволяя лишь изредка отвлекаться на размыкание одного заклинания и создание нового. Такими темпами они могут и успеть к приходу проверяющих. Время близится к вечеру когда желудок подаёт голос, требуя хотя кусок хлеба. Сколько часов Джерар так просидел, что даже спина и шея кажется срослись в одну костяную дугу? Вокруг подозрительно тихо. Может ушли не перерыв думает парень? Оторвав глаза от аккуратно выведенных цифр, взгляд цепляется за непривычно дорогую одежду стоящего рядом со столом человека. Проверяющий. Во имя всех драконов, как он так глупо попался!? Обычный чернорабочий не должен заполнять документы! Ему точно конец. Бежать или отрицать происходящее глупо. Так что смирившись со своей участью Джерар встает со своего места, немного поднимает голову, ровно настолько насколько позволяет собственное положение, склоняет корпус в поклоне и молчит. Темноволосый мужчина одетый точно в одежды кого-то рыцарского ордена взирает на него долго, будто прицениваясь. Хватает со стола одну из недавно отписанных бумаг, перечитывает, почесывая жёсткую щетина. - Ты это сделал? – Низкий, даже немного рычащий голос пробирает с непривычки. «Чем-то похож на Брейна»- думает парень. -Да, господин. – Простой ответ без оправданий видимо только насмешил мужчину. -Так значит обученный грамоте, да ещё и способный к ведению отчетов парень просиживает штаны в столь отдалённом крыле. – Не вопрос, сухая констатация факта и видимо попытка вывести наглеца на эмоции и слова. Чтож ничтожная попытка. Парень молчит. Небольшой грохот за спиной почти заставляет обернуться, но Джерар сдерживается. «Время левитации исчерпало себя, нужно запомнить»- делает доя себя он пометку. -Удивительно. – С неподдельным удивлением восклицает его линчеватель . Его реакция так схожа с ….Эрзой. Да, она точно также сдвинула брови, расширила глаза и вытянула губы в их первую встречу. Минутная слабость проходит сменяясь наглой и властной ухмылкой. – Так значит это все твоих рук дело, маг. Мужчина уходит не давая и шанса ответить, отпадёт какие-то приказы другим рыцарям стоящим не подоплёку, пока к Джерару подбегают обеспокоенные Миллиана и Сё. Проверка заканчивается хорошо не считая листка пергамента запечатанного и переданного ему ближе к ночи. На дороге материалы ровным жестким почерком выведен приказ явится к маркизу завтра на рассвете и собрать вещи для переезда. Куда переезжать? Зачем аристократ желает его видеть? Неужели из-за сегодняшнего? Лучше пойти, сбежать в темные подворотни порта ор всегда успеет. А если выгонят из поместья то койку в прокуренной таверне, где продаёт информацию, позволить себе может.

***

-Эрза, с этого дня этот парень будет твоим личным слугой. Можешь делать с ним что душе угодно, доченька.- Маркиз растрепал алые волосы юной девушки, пока та с испуганным шоком пялилась на ещё недавнего друга-мага, что дал простой девчонке прозвище Скарлет. Джерар старался не подавать виду, что находился в «изумительном» шоке. За одно утро его перевели из привычного и родного крыла в главное здание, где таких как он с роду не водилось, даже прислуга из какой-нибудь известной семьи, повязали буквально новый ошейник, ведь теперь он маг признанный хозяином дома, а значит сбежать по делам в порт будет задачей не просто трудной, что-то на гране не выполнимого. Теперь шаг вправо, шаг в лево- расстрел, за ним следят и ждут его ошибки. А оплошность стоит в разы дороже чем раньше. А теперь его представляют «юной госпоже», за благополучие которой парень должен отвечать своей головой. Только вот вместо ожидаемой черноволосой девицы, похожей на своего отца, с самомнение сравнимым разве что с Уртир, видит их Скарлет. Джерар знал что она аристократка, но не дочь же Великого маркиза Базилион!? Парень держит улыбку, не выдаёт терзаний. Склоняется перед бывшей беглянке в поклоне чуть высше привычного, ровно настолько позволяет его новый статус по этикету. -Рад вам служить верой и правдой, Юная госпожа. От его действий девушка пугается кажется ещё больше, но виду не подаёт. Лёгкий реверанс от леди заставляет маркиза недобро хмурится, но Эрзе на это будто бы плевать. -Надеюсь мы поладим, Джерар. – Впервые за сегодняшний день она улыбается искренне, и в душе парня будто вспыхивает новое солнце, такое же тёплое и яркое как и его Скарлет. – Мы пойдём, отец. Мужчина кивает позволяя девушке откланяться. Парень юркает вслед за ней, преследуя её по пятам. Спину жгут десятки взглядов, а к его лицу прилипла дурацкая вежливая улыбка. Нужно научиться её держать постоянно, иначе не выжить здесь. Останавливаются они только в комнате девушки. Та захлопывает дверь, почти сползая по ней, вздыхает. Видимо этот цирк не только ему надоел. Первым начинает разговор парень. -Значит молодая маркиза? -Ты никому не расскажешь. – Вроде приказ, а вроде и просьба. Она имеет право сказать ему забыть о её детской игре в прислугу, и Джерар беспрекословно повинуется. Но Эрза этого почему-то не делает. -Кто бы мне поверил, юная госпожа. -Перестань так меня называть.- на фарфоровых щеках заиграл румянец, заставляя парня удивлённо проморгаться, не то от слов, не то от реакции. – Пока мы наедине можешь звать меня как раньше. Ты вообще как сюда попал? -Спалился пока заполнял документацию за других.- Он беспечно потёр затылок. -За знание грамоты тебя бы ко мне не приставили. -Ну за грамоту нет, а вот за использование автономных заклинаний на несколько разносторонних задач вполне себе. -Но ещё недавно ты такого не мог! Неужели после…этого…- Последние слова она почти прошептала, так и не закончив фразу. -Видимо я быстро учусь, Скарлет. – Парень улыбнулся, засмеявшись почти искренне. Потому перед Эрзой по каким-то причине не получалось притворятся.

***

Так началась их история. Джерар уже и не вспомнить как вообще пришли к отношениям. Просто это было как само собой разумеющиеся. Их тянуло друг другу. Каждый позволял показывать партнеру ту часть себя, что другие бы отвергли. Две части пазла тогда будто сошлись. Но в каждом из них было то неведомое, что невозможно было понять по юности. Жестокость, злоба, ярость, эгоизм, прикрытые фальшивыми законами и историями. Все закончилось как в жестокой сказке- и умерли они в один день. Ну по крайней мере такие записи он сам вписал во все тогда ведомые летописи. Только как начать отношения с девушкой, зная что в прошлом вас просто друг другу притянуло. Да и кончилось все печально. Стоит ли вообще пытаться.. Эрза проживёт свою жизнь, состарится в окружении внуков или воспитанников, а он все так же продолжит бродить по свету, в ожидании её нового пришествия. -Что же ты делаешь со мной ,Скарлет .- Устало вздохнул преподаватель . В душно кабинете уже никого скорее всего не осталось, так что его внезапную влюбленную летнюю хандру не засвидетельствует даже вездесущая Уртир. -Что я с вами делаю? – Приятный как мед голос заставил мужчину почти упасть со стула. Только не говорите, что она это слышала. -Мисс Скарлет, что вы здесь делаете? -Эм…Я решила вам донести несколько конспекты ребят с группы, все равно вы последний с кафедры уходите. – Розовый румянец мягко заливал щеки, а уши почти слились с цветом волос. Конспекты? Вся группа знает, что Джу приходится Фернандесу сестрой и живёт с ним в одном доме, так зачем отправлять старосту, если есть проверенный вариант скинуть все на родню дорого профессора. – И… Я знаю, что у вас много дел и ещё и конспекты теперь проверять..Но не хотите выпить кофе….Я не в этом смысле… Просто в благодарность за ваши занятия. Джерар быстро перехватил исписанные листы, пробежался по владельцам и темам, забросил их в стол. Взгляд нашёл брошенный ещё утром пиджак в другом конце комнаты. -С вами хоть на край света, моя дорогая Скарлет. Кем я буду если заставлю тебя платить. -Профессор.. -Можно просто Джерар пока мы наедине.