1 глава

23 сентября. 421 год новой эры. Айдахар 

      Утренние лучи солнца мягко опускались на всё ещё сонный город. Остывший до нулевой температуры сырой воздух неприятно щекотал лёгкие при вдохе. Спасаться от наступающего осеннего холода приходилось всем, что могло хоть как-то дарить тепло. Тёплые шарфы и перчатки в этом году шли на «ура» и продавались с молниеносной скоростью. Острову придётся пережить ещё одну серьёзную зиму.       Из-за нескончаемых сильных дождей песок, покрывающий остров Вита, слёживался и переставал лететь в глаза. Это, несомненно, было большим плюсом. В особенности при тех яростных ветрах, что дули в городе-на-побережье. Ближе к океану воздух становился теплым, только вот дышать им было тяжелее. Происходило это из-за химического испарения над водой, оставшееся миру после мировой ядерной войны в 2035 году до новой эры. На рыбу оно повлияло мало, а вот на население в своё время произвело неизгладимый эффект, подарив миру новый виток эволюции.       Испарение над водой переливалось от бледно-жёлтого до перламутрового, но при солнечной погоде практически исчезало. Однако самым интересным для учёных оставалось то, что вода в океане всё время оставалась ледяной, вне зависимости от времени года или погодных условий.       Прямо от самого берега вдаль на сотню метров шла широкая деревянная пристань, вдоль которой было пришвартовано множество лодок от маленьких деревянных до средних судов для небольшой команды. Большинство из них принадлежали правящей в городе династии.       Почти в каждой лодке огромной кучей валялись скрученные в клубок рыболовные сети и ржавые снасти. От такого ужасного обращения с инструментами, сети быстро изнашивались и приходили в негодность. Скупщики то и дело жаловались на куски крючков и ржавчины во рту и желудке у рыбы, которую приходилось часами осматривать, разделывать и промывать. Только вот драконы-рыбаки на такого рода претензии лишь нагло разводили руками и грубо отвечали «не нравится – не берите».       Тёмно-синяя чешуя драконов-рыбаков в такие моменты начинала странно переливаться, будто рисуя волны. От такого зрелища скупщики моментально замолкали и, зло щелкая зубами, уезжали с купленным товаром. Рыбаки знали – везти рыбу из других городов было невыгодно. Да и то количество рыбы, что приходилось на Айдахар не мог предоставить ни один город на всём острове.       Город Айдахар в большинстве своём населяла раса «драконов». Высокие, прямоходящие рептилии с вытянутыми мордами, острыми зубами и короткими, но толстыми когтями. На всём острове Вита они были самой многочисленной расой, одна из своего города выезжали крайне редко. Все драконы имели несколько вариаций окраски. Зачастую именно по ней и можно было определить род деятельности того или иного дракона. Ошибка могла произойти лишь в редких случаях.       Недалеко от причала, в нескольких метрах от берега, высилась башня. Никто уже и не помнил, когда она появилась. Казалось, будто она стояла там всегда. Высокая, построенная из пористого серого кирпича, башня стала чем-то вроде склада, куда ленивые рыбаки сбрасывали прогнившие насквозь лодки и остальной ненужный хлам.       Вдалеке от башни, ближе к городу, располагалась небольшая кучка домиков. В них жили старики, большую часть жизни отдавшие работе на пристани и теперь наотрез отказывавшиеся покидать её. Эти дома, окончательно просевшие и гниющие, было приказано снести ещё пару лет назад. Но стоят они там и по сей день.       На чердаке складской башни пахло сыростью. Тут и там по помещению ползали насекомые, заползая между рассохшимися досками на полу. Кирпичную кладку стен покрывал слой склизкой плесени и мха. Свет в это помещение попадал сквозь огромную дыру в стене. Возможно, когда-то на этом месте было окно. Выходила эта дыра прямиком на широкое поле дикорастущей травы. Терпкий запах этого растения постоянно провоцировал настойчивый зуд в носоглотке и жжение в глазах.       Помимо плесени, в стенах башни небрежно торчали мелкие ржавые гвоздики. На таких гвоздиках висел самый разный хлам: от сального шнурка военных ботинок до тряпичной куклы с разодранной головой и отваливающимся глазом.       В дальнем углу башни, как можно дальше от входа, лежала огромная куча одежды. Она располагалась кругом, накладываясь друг на друга слой за слоем, образуя форму гнезда. Каждую минуту сердцевина гнезда медленно вздымалась и опускалась.       Если бы кто-нибудь удосужился приподнять лежащую поверх всей этой вакханалии поеденную молью старую шубу, то обнаружил бы под ней необычное существо. Оно было ещё совсем ребёнком. Это был далеко не дракон. Светло-коричневые, кусками обрезанные волосы были упрятаны под толстую тёплую шапку с дыркой на виске. Тонкие губы были приоткрыты и при выдохе существо издавало тихий свист благодаря небольшой щели в зубах. Если хорошо присмотреться, то можно было распознать в этом существе человеческую девочку лет 8 - 10 с острым маленьким носиком и большими, круглыми как у кошки глазами. Скрутившись в позу эмбриона, она как загнанный в нору зверёк зарылась в старые лоскуты одежды.       Чем светлее становилось на улице, чем чаще стали доноситься громкие голоса рыбаков, пришедших на работу как обычно на полчаса позже положенного. Как и в любые дни до этого, они были явно возмущены состоянием сетей и снастей. Звонкие удары лодок друг о друга разбавляли громкие крики просыпающегося Рыбного Двора. Такой грохот мог разбудить кого угодно. Кого угодно, но только не девочку, устало провалившуюся в глубокий сон.       На верхние уровни башни никто не забирался вот уже много лет. За исключением, конечно, некоторых детей, интерес которых мог подогреть любой шорох или звук, доносящийся сверху. Но интерес этот быстро исчезал, стоило девочке сбросить пару камешков вниз на простой вопрос «здесь кто-нибудь есть?». После такого ответа слышался только громкий групповой визг, от которого ей тут же закладывало уши. Девочку такая реакция вполне устраивала (во всяком случае, она настойчиво доказывала это себе).       Через пару часов запах свежей, только выловленной рыбы распространился по округе. Плетенные соломенные корзины были доверху наполнены терпугом. Рыба извивалась и выпадала из корзин, но ловкие рыбаки тут же подхватывали её за плавники и закидывали обратно. Совсем скоро часть этой рыбы отправится в другие города на продажу, а остальная поедет на Нарык – самое большое торговое пространство в Айдахаре, где любой желающий мог продать или купить всё, что угодно.       Сквозь сон девочка уловила тонкий запах рыбы. По чердаку прошёл громкий, будто бы квакающий звук. Желудок скрутило спазмом от продолжительной голодовки. Усталые голубые глаза с трудом распахнулись. Дрожащими руками она с трудом сбросила с себя тяжёлую шубу и лениво перевалилась за края гнезда. Ослабшие ноги отказывались держать девочку, поэтому она уверенно поползла к окну. Послышался скрежет. Вслед за девочкой по полу тянулся длинный, больше похожий на скорпионий, железный хвост. Своим острым концом он цеплялся за любой выступ, каждый раз болезненно дёргая её за позвоночник.       Она наполовину вылезла из проёма в стене и, резко сдёрнув с себя шапку, бросила её куда-то назад. Тёмные пушистые ушки, торчащие по бокам, совсем как у кошки, внимательно прислушивались к звукам с пристани. Рыбаков было не много. Они произносили очень много бранных слов, выпутывая рыбу из колючих сетей в одной из лодок. Девочка не обращала на них никакого внимания, прислушиваясь совершенно к другому, более важному звуку.       Быки. Судя по их мычанию, их было всего 2. Кожаные ремни, прикрепляющие их к телеге, не давали им сильной свободы в движениях, однако они всё ещё легко могли лягнуть копытом так, чтобы сломать пару костей. Животные ненавидели таких как она. Запах, шедший от неё, вызывал у животных панический страх, а следовательно, и желание защититься. Действовать нужно было быстро.       Худые потрескавшиеся руки, спрятанные под несколькими слоями рваной одежды, вывешивались из окна. Девочка втянула ноздрями солёный запах океана, свежей рыбы и, словно тряпичная кукла обмякла. Бездействие длилось недолго. Через пару секунд, она быстро нащупала гладкую перекладину под проёмом в стене и, крепко ухватившись, оттолкнулась ногами от пола и вывалилась наружу.       - Цепляйся! – шепнула она и железный хвост тут же скрутился вокруг следующей перекладины, находившейся ниже.       Припав к земле на все четыре конечности, девочка снова затихла. Обойдя башню вокруг, она увидела несколько соломенных корзин с рыбой, накрытые крепкими крышками. Они стояли на большой деревянной телеге, запряженной двумя сильными быками. Теми самыми, которых она услышала. Клеймо в виде шрама от трёх когтей прямо на их плечах говорило о принадлежности правительству. Значит корзины везли в Замок, поняла она.       Улыбнувшись уголком губ, девочка встала на ноги и, оббежав башню с другой стороны, подскочила к телеге. Она быстро, словно кошка, запрыгнула внутрь и, впившись когтями в соломенную крышку, рванула её на себя.       Быки дрогнули. Их ноздри стали быстро раздуваться.       Рыба была скользкой от воды и постоянно дрыгалась в руках. Обхватив одну из них двумя руками, она запихнула её в глубокий карман кофты на животе.       Один из быков слегка лягнул телегу. Второй мотал головой, дабы рассмотреть непонятное существо, запах которого ощущал.       Ещё одну рыбу девочка зажала в острых зубах. Таких запасов, при условии экономии, ей хватит дня на 3, а холодная осень сохранит её свежесть. Выходить из собственного укрытия с наступлением островных холодов она не любила. Гнездо быстро остывало, а согревать его заново было физически больно.       Громкое мычание быка заставило девочку подскочить на месте. Она судорожно пыталась накрыть корзину крышкой, но окоченевшие из-за холодной рыбы пальцы отказывались слушаться. Отросшие когти не спасали положение и лишь усугубляли его, цепляясь и вытягивая из соломенной крышки отдельные сухие стебли.       Телега дёрнулась из-за сильного удара копытом быка справа. Ещё немного и он обязательно начнёт брыкаться. Так было всегда. Животные бесились с каждой секундой всё сильнее, но следы собственного присутствия оставлять не хотелось. Если её вдруг поймают – ей не поздоровиться. Самое малое, что ей грозило – выселение из её единственного места проживания.       Ухо дёрнулось, внимательно слушая разговоры с пристани. Пока что драконы ничего не замечали. Но долго уповать на их глупость и наплевательское отношение было нельзя. Как только быки начнут беситься по-настоящему, далеко убежать она не сможет.       Наконец деревянные пальцы накрыли корзину крышкой. Быстро развернувшись, девочка спрыгнула с телеги. Левый бык не выдержал первым и, что есть силы взбрыкнул. Соломенные корзины, полные рыбы тут же полетели из одного угла в другой, откидывая лёгкие крышки. Скользкая рыба покрыла деревянное дно телеги.       От слабости ноги заплетались, а по мышцам распространялась сильная дрожь.       - Эй, что там?! – крик одного из рыбаков заставил сердце опуститься в пятки. Она быстро завернула за угол и, с силой дёрнув хлипкую дверь заскочила внутрь башни.       Присев на корточки, девочка прислушалась к голосам снаружи. Из-за зажатой в зубах рыбы, дышать было тяжело, поэтому она выплюнула её на руки. Холодная чешуя слегка оцарапала руки. Обеспокоенные крики с улицы приближались, но дальше телеги не заходили. Это немного успокоило её. Эти глупые, по её мнению, драконы всё-таки её не заметили.       Она посмотрела наверх. Туда, откуда в башню шёл слабый свет. Вылазка удалась. Во всяком случае, в этот раз. Прямиком к последнему уровню, прикреплённые к стенам, шли узкие доски. С первого взгляда могло казаться, что кто-то прикрепил их в разброс от «нечего делать», вот только это было не так. Много ночей и ржавых гвоздей было потрачено на «лестницу в небеса». Если приглядеться, то оказывалось, что по данному сооружению всё же можно было взобраться наверх. Хоть и с трудом.       Желудок противно выл, сжимаясь от голода. Девочке так сильно хотелось быстро запрыгнуть в своё гнездо и быстро расправиться с добычей, но тут ей вспомнилась сцена игры детей, увиденная ею на площади пару месяцев назад.       - Госпожа, - едва слышно начала она. Когтистые пальцы вцепились в полы собственного свитера, она присела в реверансе, - ваша еда ждёт вас в…- плавник выскользнул из захвата, и рыба тут же плюхнулась на покрытый опилками сырой пол, - …грязи.       Вздохнув, она отпустила свитер и схватила рыбу с пола. Колючие плавники тут же врезались ей в ладони. Боли не было. Возможно, дело было в многочисленных мозолях, из-за которых за долгое время руки пожелтели и потеряли чувствительность.       - Ты всё испортила! – обидчиво произнесла девочка и, словно бы в отместку, ткнула когтём в водянистый рыбий глаз.       Стоило только хорошенько оттолкнуться и ноги-пружинки сами понесли её к верхнему ярусу башни. Силы худых ног хватало ненадолго. Пару высоких кошачьих прыжков или полсотни метра бегом и дыхание сбивалось, заставляя лёгкие работать на износ.       Заложив одну из рыб между складок гнезда, она запрыгнула внутрь и бросила другую себе на колени.       - Спасибо тебе, рыбка, что пришла ко мне на…- тут она задумалась, - …на еду.

      Быстро хлопнув в ладоши, девочка сунула хвост рыбы в рот и принялась быстро жевать его. Буквально через пятнадцать минут от рыбы не осталось ничего, кроме кучи чешуек на впалых щеках.