Часть 1

      Я закрываю глаза и погружаюсь в недавние события, пытаясь собрать воедино разрозненные мысли и чувства. Воспоминания об обрядах, о древних словах, которые улетали с уст, словно песни ветра, мелькают перед глазами. Я вспоминаю, как вообще оказалась здесь, на этом странном парящем острове, отделенном от всей привычной мне жизни       Мы произносим древний текст одновременно. Я держу его руки в своих руках. Чувствую тепло и легкое покалывание на самых кончиках пальцев. Мне тяжело принимать тот поток энергии хаоса, что он может дать и я прикрываю глаза, чтобы иметь возможность сосредоточиться на обряде. А он смотрит прямо на меня. Настороженный и напряженный, однако при всём при этом он без труда произносит необходимые слова, а ведь прочитал их всего раз. Я читала их сотни и всё равно мне необходима концентрация.       Наши руки на миг размыкаются, когда мы поднимаем их на уровне груди, но мы переплетаем пальцы сразу после этого. Я вновь чувствую мощный прилив энергии.       Последние слова и наши лбы легонько касаются друг друга. Мы стоим так некоторое время, пока последний поток соединяющий нас не иссекает.       Когда мы отстраняемся друг от друга закатное солнце заливает весь холм своим теплым, мягким светом. Стоит мне поднять глаза как я не сдерживаю вздоха восхищения. Тихий горячий воздух обдувает грудь ехидны напротив меня. Его красные иглы и безупречная осанка окаймленные свечением добавляют фигуре почти неземной величественности. Сомневаюсь, что я со своими блекло оранжевыми иглами создаю такое же впечатление, даже с учётом золотых украшений, но и это не удивительно ведь он Хранитель мастера изумруда, а я лишь…я?       Ранее всё казалось таким простым. Я была просто ехидной, стремящейся узнать больше о своих силах и о мире, в котором живу, хотела просто спасти своих, если можно так сказать, товарищей. Всё казалось ясным и чётким ещё вчера. Теперь же, оказавшись связанной с Хранителем, я чувствую, как вес ответственности давит на мои плечи неимоверной тяжестью. У меня возникло множество вопросов: что делать дальше? Как наладить отношения с тем, кто знаем обо мне больше меня самой и в тоже время не знает ничего?       И вот я лежу и отхожу от произошедшего. Лежу, кстати, в постели своего новоиспеченного партнёра по совместительству Хранителя мастера изумруда. Того самого из-за которого сегодня я телепотировалась на парящий остров, использовав крохи имеющейся у меня энергии хаоса и странные машины хранящиеся где-то в подвалах храма в котором я жила. Не то чтобы Хранитель оказался таким уж ужасным, нет. Даже наоборот. Но я всё равно до ужаса хочу назад, домой. Там спокойно и понятно, там Настоятельна, она бы точно знала какой дальше сделать шаг. Как себя вести, что говорить и как всё не испортить. Но её здесь нет и мне остаётся только снова погрузиться в воспоминания в поисках ответов на свои вопросы.       - Уве, помни, что от тебя зависит судьба всего храма, — произнесла Настоятельница, и её голос звучал как звонкий колокольчик, который нарушил тишину в ожидании чего-то великого. Она всегда была воплощением идеала: её наряд без единой излишней складки, а иглы, укрытые в сложной причёске, ловко удерживались золотыми скобами, искрящимися при каждом её движении. Но сегодня на её безупречном лице застыло выражение, мне незнакомое. Холодные глаза горели нетерпением, подрагивающий изредка нос тоже выдавал нервозность. Возможно, она волнуется за меня или за успешное выполнение моей миссии.       - Повтори всё, что ты скажешь. Слово в слово.       - Здравствуй Хранитель мастера изумруда. Я Уве послушница Храма хаоса и нам нужна твоя помощь. Семнадцать лет назад наш храм по неизвестным причинам перенёсся в неизвестный нам мир. И мы все там застряли. Но если ты позволишь мне воспользоваться силой мастера изумруда, то я перенесу его назад и мы будем свободны.- я монотонно повторила заученный монолог, уже третий раз за сегодня, силясь найти в себе искру уверенности.        - Продолжай. — Настоятельница не выглядела довольной, но в этот раз не стала делать замечаний и я постаралась придать голосу больше силы.       - В нашем храме есть всё необходимое оборудование для перемещения, нужно только большое количество энергии хаоса и я, как знающая тут энергию что пронизывает храм и владеющая ей.        - Если он не поверит тебе, а так оно скорее всего и случится, просто напомни ему, что его отец Лока многое бы отдал, чтобы найти следы пропавших собратьев и был бы рад, если бы его сын преуспел в этих начинаниях…       - Вы были знакомы с Хранителем лично? Но откуда вы знаете, что сын предыдущего Хранителя сейчас занимает его место. А если предыдущий ещё на месте. Или кто-то другой. Неужели не было исключений? — меня переполняла тревога и я лишь хотела унять её хоть немного.        - Я хорошо помню Лока. Он бы не допустил иного. Не ставь под сомнения мои слова. И не перебивай. Я думала, ты усвоила этот урок достачно хорошо. — Настоятельница берёт свои мраморные четки в правую руку и выжидающе смотрит на меня.       Я открыла глаза только когда услышала скрип входной двери. Спускаться не хотелось всё ещё чувствую себя выжатой как инжир, хотя понимаю, что в моём положении хорошо бы встретить хозяина дома. Слышится возня: шуршание, бряконье. Но до того как я собираю волю в кулак дверь опять скрипит, оповещая меня о том, что я снова одна. Вставать не было сил, сначала перемещение, потом этот энергообмен — всё это оказалось таким утомительным, страшно представить сколько сил придется приложить к перемещению домой. Что бы не погружаться в пучину тревоги и страха, я всё же заставляю себя встать. Умыться перед сном дело ведь обязательное. Удачно, что в этом небольшом доме есть благоустройства. Быстро справившись с водными процедурами я нырнула обратно в постель и мгновенно провалилась в сон.       Утро встретило меня теплым светом, пробивающийся сквозь неплотно задернутые, явно очень старые льняные шторы, прохладой ещё не прогретого дома и урчанием живота.       - Если задуматься, когда я ела в последний раз?       Весь вчерашний день ушёл на знакомство и уговоры Хранителя, а потом на обряд и его подготовку. Хорошо ещё всё получилось с первого раза, не уверена, что смогла бы повторить такое в скором времени. Если подумать, то, что Хранитель согласился помочь так быстро — тоже чудо. И даже не пришлось упоминать знакомство Настоятельницы и предыдущего Хранителя.       Пока одевала одежду храма, мою голову не покидал странный вопрос. Откуда в доме Хранителя шторы? Тут явно царит необходимый минимализм: один шкаф, одна тумба, одна кровать и шторы, уже не выполняющие своего прямого назначения, явно не вписываются. За этим потянулся целый ворох других вопросов. А его ли это вообще дом? Пренадлежал ли он кому-то, кто сейчас заперт в храме или другой пропавший ехидне? Настоятельница рассказывала, что исчезновение представителей нашей расы началось задолго до происшествия с храмом. Что стало с другими домами? Кажется, вблизи никаких построек нет. И почему вообще меня интересуют эти шторы?       Я спустилась с неполного второго этажа и скорее умылась, выданная вчера зубная щетка была как нельзя кстати, хорошо, что Хранить позаботился об этом столь предусмотрительно.       Мой желудок снова предательски заурчал, как только взгляд упал на переполненную овощами миску, стоящую на столе кухни, совмещённой с большой комнатой. Сочные морковки, яркие томаты, баклажаны с каплями росы на гладкой кожуре… Никогда не видела овощей такими живыми. То немного, что выращивалось в храме или находилось за его пределами напоминало больше сухую траву или безвкусный огурец, спасибо, что без запаха.       Пальцы сами потянулись к еде, но я резко сжала их в кулаки. «Чужая собственность — твоё табу», — эхом отозвался в голове голос Настоятельницы. Я представила её ледяной взгляд, пронзающий меня сквозь расстояние: «Ты так слаба? Ни минуты без еды не можешь?»       Горло сжалось. Да, я голодна. Да, живот сводит от пустоты. Но ещё сильнее боялась того презрения в её глазах, если узнает, что я…       Я резко отвернулась от стола, прикусив губу до боли. - Найдётся же что-то в лесу, — пыталась убедить себя, зная, что в чужом саду даже упавшие плоды брать не стану. Стыд оказался сильнее голода — привычное, вымуштрованное чувство, въевшееся в кожу, как клеймо.       Последний взгляд на миску — и я буквально выбежала из дома, будто убегая от собственного искушения. Хорошо, что вчера мы с Хранителем обговорили этот вопрос и теперь я знаю куда мне можно идти, а куда нельзя. Вопрос питания, пожалуй, тоже нужно будет обсудить.       Проведя в лесу, по ощущениям, не меньше часа не найдя ничего съестного я пришла в уныние. И на что надеялась, это в книгах герои лихо находят в лесу и пропитание и сокровища и сокрытые тайны, а в жизни только трава да камни.       Я опустилась на поваленный дуб, и солнечные лучи мягко легли на лицо. Моргнула от неожиданности — здесь так тепло. Это тепло было другим. Не как в храме — не то удушливое пекло от раскаленных камней, не сухой жар палящего солнца. Оно наполняло теплом не только кожу, но и душу.       - Как это возможно? — я поддалась на миг этой обволакивающей атмосфере но тут же отдёрнула себя.       Спина сама собой вытянулась в безупречную линию, плечи расправились — годами вбитая привычка. Даже сейчас, когда никто не видел, я не смела сутулиться. Где-то между лопатками заныло — старый удар посохом Настоятельницы напоминал о себе.       -Твое тело — инструмент служения. Расслабленность — грех.       Я сжала кулаки. Солнце продолжало греть щеки, но я не позволяла себе наслаждаться этим. Лишь осторожно провела пальцем по нагретой коре — так, будто краду чужое.       Ветер шевельнул листву, и солнечный зайчик прыгнул мне на колени. Руки сами потянулись поймать его — и тут же опустились. - Неприлично.       Я резко встала, сбрасывая с себя предательское тепло. Спина горела от напряжения, но я держала осанку. Так надо. Так правильно.       Переводя дух я задумалась о том, что же на самом деле произошло вчера. В относительно новых книгах ритуал описывается сухо. Просто как факт обмена энергиями и, как следствие, создание связи между участниками. Настоятельница тоже говорила общими фразами, будто отмахиваясь от моей назойливости. Но я, желая узнать больше, нашла в храме древние писания. Там и описания более красочные и подробностей больше. «Когда две души сплетаются в танце древней магии, между ними натягивается нить из внутреннего света — неразрывная, трепещущая. Она ведет сквозь бури и тьму, согревает в стужу чужих земель. И тому, кто осмелится заглянуть в ее сияние, откроются потаенные чертоги чужого сердца…»       - Чем не свадьба? — думая, что одна я по привычки озвучила мысли вслух, но неожиданно получила ответ.       - Древние именно для этого его и использовали. Правда формально, больше для красоты, — Хранитель вышел из-за деревьев. — Что ты здесь делаешь?       Его голос прозвучал так грозно, что я невольно вздрогнула. В груди что-то сжалось, будто холодная рука сдавила сердце. Медленно, без особого желания поворачиваясь в его сторону, я почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Его взгляд был тяжёлым, почти физически ощутимым.       - Я подумала, может, найду немного фруктов. - Голос дрогнул, выдавая мою неуверенность. Я невольно прикусила губу, чувствуя, как стыд разливается по щекам - Извини, если я зашла не туда…       Он молчал секунду, но этого хватило, чтобы тревога внутри меня выросла.       - Я оставил на столе достаточно много овощей. Чем они тебя не устроили? - Его тон был резким, но где-то в глубине звучала усталость.       - Но ты же не сказал, что мне можно их есть. — Мне было не совсем понятно, чем он недоволен и я по привычке опустила глаза, что бы не злить его ещё больше своим глупым лицом - До этого ты достаточно подробно обозначил границы дозволенного, вот я и не решилась брать без спросу.       - Я по-твоему монстр? Или ты решила строить из себя жертву? - Его интонация приобрела стальные нотки, и я почувствовала, как внутри всё сжимается. Нет, я не хотела, чтобы он так думал…       - Прости. Я вижу, что ты и так зол из-за всего этого, просто не хотела доставлять ещё больше дискомфорта. — Мои слова прозвучали искренне, но в них слышалось что-то беззащитное, словно я пыталась оправдаться не только перед ним, но и перед самой собой.       - Я не злюсь, это было моё решение.- Его голос немного смягчился, и дышать стало как будто легче.       - Я просил только не ходить к Мастеру Изумруду. Пока ты здесь — сказал он, тщательно подбирая слова, — еда в этом доме — общая. Все моё — твоё.       Мои щёки внезапно обдало жаром, а сердце учащённо застучало, будто пыталось вырваться из груди. - Надеюсь, я не простыла тут на сквозняке… — промелькнула глупая мысль, лишь бы не думать о том, что его слова задели что-то глубоко внутри.       - Идём домой, я тоже голоден.       - Хранитель?       - Я Наклз. Просил же...       - Хорошо…прости! — я поспешила согласится, лишь бы не вызывать новую волну его негодования, мельком подмечая, что до странного уверена, что именно эти эмоции вскипели в нём при моём обращении.       Однако, прежде чем продолжить помедлила, чувствуя неловкость. Называть его по имени… это казалось слишком личным.       - Наклз… я не умею готовить.       Признание вырвалось с лёгкой дрожью в голосе. - Настоятельница была бы недовольна, — мелькнуло в голове, но я тут же отогнала эту мысль.       - Не важно. - Он развернулся и направился в сторону дома, не оглядываясь.       - Если хочешь, я научу тебя.       - Хочу!       Это вырвалось у меня раньше, чем я успела подумать. В глазах вспыхнул неподдельный интерес, а на губах появилась лёгкая улыбка.