Дело близится к развязке (или нет..?)

Почти пустой автобус подъезжает к автобусной остановке, что находится за пределами города, в котором, собственно и проживают, попутно получая образование главные герои нашей повести. Голос из динамиков холодно призывает немногочисленных пассажиров покинуть транспортное средство, так как эта станция является конечной. Люди расходятся по своим делам и быстро уходят с остановки, пока наконец не остаётся лишь двое студентов, стоящих у автобуса. – И куда нам теперь..? – тихо, пытаясь скрыть дрожь в голосе спрашивает девушка, борясь с желанием обратить свой взгляд к собеседнику. Поведение юноши серьёзно напрягало её, абсолютная никак не могла предположить, чего ей стоит ожидать от сложившейся ситуации. Всю дорогу Корекиё был непривычно холоден, может даже местами пугал девушку своей отстранённостью... Но этот страх не был похож на тот, который поспособствовал симпатии Т/И, этот страх шептал ей, что стоит бежать куда подальше, превращался в чувство чем-то схожее с паранойей. За 40-45 минут езды в молчании девушка успела придумать немало сценариев дальнейшего развития событий, и не все пришлись ей по вкусу. Почему же поведение Киё так изменилось..? Этот вопрос не давал Т/Ф покоя. – Охх, потерпи. Осталось совсем немного, Т/И-сан.. – Шингуджи сделал нерешительный шаг вперёд, словно сомневался в принятом решении, но взглянув на спутницу, вздохнул и пошёл вперёд быстро и уверенно, словно пытался сбежать от навязчивых сомнений – Прошу не отставать. Дорога здесь не из лучших, потеряться весьма легко, кх-кхех-кх... – Последний смешок прозвучал тихо и неестественно, будто был скорее попыткой успокоить юношу, чем способом выразить его эмоции. Не сказав ни слова, Т/И последовала за антропологом. Абсолютные свернули от шоссе в сторону леса и шли по узенькой тропинке, то и дело переступая через корни, торчащие из земли, обходя колючие заросли и аккуратно перебираясь через ручейки с бурлящей в них кристально чистой водой. По дороге Шингуджи иногда срывал тот или иной цветок, пристально разглядывал тот, будто оценивая его по неизвестным Т/Ф критериям, после чего либо оставлял себе, либо безжалостно выбрасывал в траву, дабы тот разлагался в наказание за своё несовершенство. Всё это юноша делал машинально, словно повторял эту процедуру ранее не один десяток раз. И вот путники дошли до территории, окружённой невысоким железным забором с облезлой краской. Киё неспешно отворил скрипучую калитку и простым жестом указал Т/И на вход. Девушка зашла, не позволяя внутренним колебаниям повлиять на её действия. Она доверится Корекиё сейчас, ведь тот точно не причинит ей вреда, а лишь расскажет ей что-то. Но для чего тогда был весь этот путь..? Место оказалось ни на шутку странным. Трава выросла настолько обширно, что достигала пояса абсолютной и закрывала почти все тропинки. Иногда встречались торчащие из земли камни со стёртыми от времени надписями, из которых ничего нельзя было разобрать. Похоже, здесь давно не ступала нога человека... В воздухе витала тревожная, тяжёлая, чуждая Т/И атмосфера, но Шингуджи не обращал внимания на окружающие странности, из чего абсолютная сделала вывод, что он бывал здесь раньше. Но зачем..? Это ведь не назовёшь приятным местом для прогулок... Вскоре студенты оказались у камня, похожего на те, что Т/Ф встречала на пути. Перед ним была небольшая площадка из песка, напротив же расположилась деревянная скамеечка, выглядящая относительно новой, по сравнению с остальным окружением. Корекиё подошёл к камню и положил перед ним собранные по дороге цветы. – Вот мы и здесь... – тихо, обращаясь к невидимому слушателю проронил Шингуджи, после чего присел на скамейку. Эти действия показались девушке странными. Однако присмотревшись к камню она всё поняла. На нём была изображено лицо молодой симпатичной девушки, лет 16-17, а под ним слова, которые скорее всего являлись её именем и фамилией. Неужели это... Могила? – Добрый день, Минако-сан. – с сочувствием и пониманием произнесла Т/И, затем поклонилась надгробию. С детства её приучили уважать покой мёртвых, да и если Корекиё пришёл сюда в такой момент, значит эта девушка была ему дорога... – Присаживайся, Т/И-сан. – всё так же тихо, но с некоторым удовлетворением произнёс антрополог. Видимо он был рад, что его спутнице удалось сохранить самообладание и даже повести себя так, как и следовало в этой ситуации. Когда Т/И послушно села рядом с Шингуджи, тот произнёс: – Настало время просвятить тебя в тайны, что скрывает моё прошлое, Т/И-сан. Не очень хотелось мне этого делать, но с моей стороны было бы, как минимум, неправильно оставлять тебя в неведении. Если ты поймёшь, что услышала достаточно, то дай мне знать и я остановлюсь... Возможно ты не захочешь после этого слышать меня вновь. Т/И нервно сглотнула, пытаясь убрать застрявший в горле ком из негативных подозрений.. Хэй, это же Киё, её возлюбленный, что он может скрывать от неё настолько страшного? В любом случае она примет его странности, как принимала их раньше. – Начну прямо и без лишних слов, но также постараюсь быть максимально честен с тобой и не утаить ни одной детали, которая может быть важна. Девушка, что покоится в земле перед нами есть ни кто иная, как моя старшая сестра: Минако Шингуджи. Она предпочла быть захоронена вдали от городской суеты, а потому я лично обустроил ей могилу на забытом жителями кладбище, куда лет пятьдесят уже никто не ходит, так как до покоявшихся здесь душ уже никому нет дела... "Звучит немного странно, но в целом... Он довольно заботлив" – рызмышляла Т/Ф, попутно пытаясь понять, к чему клонит её собеседник. – При жизни сестра была самым важным человеком в моей жизни – продолжал Шингуджи свой рассказ, временами поправляя сползавшую на глаза фуражку – Я был готов на любые поступки, лишь для того, чтобы хоть на мгновение увидеть улыбку на её устах. В том числе и антропологию я стал изучать после появления к ней интереса у моей сестры... Бедняжка была прикована к постели, а потому не могла целиком ощутить все тонкости этой науки. Я отдавал сестрёнке всё: в ее распоряжении были моё тело, душа и поступки. Даже свою личность я принёс ей в жертву... Всё это было, как мне тогда казалось, во имя чистой моей любви к её персоне. Одинокий лист оторвался от ветки дерева и упал на колени Т/И. Девушка осторожно взяла его в руку, он, оказалось, был настолько хрупкий и беззащитный, что, казалось, мог порваться от любого небрежного прикосновения. Абсолютная, услышав слова Корекиё о его сестре, поняла, что дело было вовсе не в силе братской любви, это больше напоминало одержимость, причём весьма нездорового характера. Скорее всего сестра, воспользовавшись своим положением и желанием маленького Киё помочь ей, манипулировала его действиями, делая из него удобную для себя марионетку. Злость охватила девушку от одного осознания положения, в котором оказался столь родной для неё человек. Невольно она смяла лист, который держала в руке, а когда разгладила, увидела многочисленные складки, которые, увы, не получилось убрать. Значит и с Корекиё так же... Пусть его сестры больше нет, он всё так же болен. Ему нужна помощь, и, без сомнений, Т/Ф сделает всё, чтобы её оказать! – Мне остановиться..? – спокойно поинтересовался Шингуджи, но как показалось девушке, в его вопросе была нотка страха. Страха того, что спутница сейчас отвернётся от него – Я вижу, что ты побледнела, не нужно молчать. – Нет, всё в порядке... Ты должен выговориться мне, Шингуджи-кун – натянув улыбку, ответила Т/И, боясь спугнуть поток искренних речей антрополога. – В таком случае я продолжу. – Киё вздохнул, словно готовясь к самой болезненной части своего рассказа – Между нами было много не самых приятных контактов различного характера. Они не были так желательны с моей стороны, но я понимал, что у сестрёнки не было альтернативы, а потому отдавался без сопротивлений. Не хотелось мне причинять ей боли, уж пойми... Само описание этих контактов я пожалуй опущу, дабы не позволить твоему хрупкому сознанию разбиться вдребезги. Новая волна ярости с большей силой нахлынула на Т/И. О каких вообще контактах идёт речь?! Если её догадки правдивы, то... То сестра Киё была по настоящему отвратительным человеком! Разве можно так поступать таким образом с собственным братом?! И после этого он так спокойно называет её *сестрёнкой*, да ещё и оправдывается! По щеке девушки скатилась первая за этот день, но, увы, не последняя слеза. А Шингуджи тем временем продолжал: – Но в один ужасный день... Моей сестры не стало. Мне позвонили из больницы, пока я находился в одной из экспедиций, сказали, что она самостоятельно отключилась от аппарата жизнеобеспечения. Мы немного поссорились незадолго до моего отъезда, а потому чувство вины в её кончине упало на мои плечи тяжёлым грузом, который я несу и по сей день. Я понял, что не смогу искупить свой грех, пока не верну сестрёнку к жизни, и, к сожалению, даде здесь потерпел неудачу. Но однажды её дух пришёл ко мне, пока я был в одном шаге от гибели... "Ужасно... Это просто ужасно!" – только об этом думала девушка, уже не в силах сдержать слёз. Ей было до боли жаль Шингуджи, ведь раньше он не упоминал ни о чём подобном. Сколько же страданий довелось испытать этому несчастному ребёнку... По своей натуре Т/И была человеком чувственным и эмпатичным, а потому история о терзаниях Корекиё пронзила её чуткое сердце, а переживания и печали, испытываемые юношей в момент повествования передались и девушке. – ... И после этого я понял, что лучшим подарком для моей, уже покойной, сестры будет общение с новыми, интересными ей людьми. Но так как она мертва, то и друзей для неё приходилось отправлять на тот свет.. На протяжении нескольких лет я искал подходящих девушек, после чего становился им лучшим другом, а потом... Дальнейшие действия решали обстоятельства: я мог убить быстро, а мог пытать, мог брезговать коснуться лишний раз тела жертвы, а мог сливаться в страстных поцелуях... В любом случае никто не уходил живым. Кх-кхех-кх... Поражаюсь, как полиции ещё не удалось найти меня..? Сейчас я понимаю, насколько ужасно это звучит, но преступления подобного рода казались для меня смыслом существования. Убить сотню прекрасных девушек ради сестры: вот что было моей мечтой. Кх-кхех-кх... И снова этот грустный, полный боли смех... От услышанного у Т/И потемнело в глазах, неужели помимо того, что Киё подвергался различного рода насилию, так ещё и убивал людей ради столь размытой цели..? В голове не укладывается! И в этом человеке абсолютная видела образец спокойствия и благополучия, за ним она была готова идти до конца.? Но ведь не зря антрополог рассказал ей всё это, совсем не зря... – Значит, теперь ты убьёшь и меня, Шингуджи-кун..? – вытерев с щеки очередную слезу спросила девушка – Я здесь для того, чтобы стать следующей подругой твоей сестры? Принести меня ей в жертву прямо на её могиле, как мило... Т/Ф поднялась со скамьи, встав спиной к собеседнику, плечи её тряслись от страха и слёз. Она была готова к чему угодно, но только не к этому! Умереть от рук того, кого она любила, за что судьба с ней так жестока?! Сделав глубокий вдох, девушка наполнила лёгкие воздухом и набравшись сил, произнесла: – Ну так убей меня. Здесь и сейчас. Только прошу, не медли, Шингуджи-кун... Вонзи мне нож в спину, а потом закопай в лесу и дело с концом, да? Что она творит?! Неужели так и погибнет..? Может разумнее было бы попытаться убежать, но нет. Теперь она не сможет посмотреть Киё в глаза. Ей страшно от одной мысли о том, что его руки не раз были запачканы в крови таких, как она... Жить с этой мыслью... Невыносимо! – Глупышка Т/И-сан... – ласковым голосом, с лёгкой усмешкой почти пропел Корекиё – Я здесь не для того, чтобы убить тебя. Я хотел узнать твою реакцию на мой рассказ и, не скрою, был немало удивлён. Твоя готовность умереть ради меня поражает... Поверь, я не причиню тебе вред. Юноша взял Т/Ф за руку и развернул лицом к себе. Увидев опущенное лицо девушки, глаза которой были закрыты от страха, он невольно улыбнулся. Она была прекрасна, ее поведение в непростой ситуации поразило Шингуджи, он понял, что он действительно играет не последнюю роль в жизни Т/Ф. – Знаю, что теперь тебе не просто поверить мне.. – тихо и спокойно, будто охотник в засаде убеждал Корекиё – Не скрою, изначально я собирался убить тебя, но теперь всё изменилось. Одна мысль о твоей смерти вгоняет в меня ужас.. Я изменился, сумел отпустить навязчивые воспоминания о сестре и проникнуться кем-то новым. – абсолютный положил руки на плечи девушки, слегка фиксируя её – Просто поверь мне, Т/И-сан... – Ш-Шингуджи-кун... – заикаясь, не в силах контролировать надвигающийся приступ эмоций пролепетала студентка – Спасибо, что нашёл в себе силы поделиться этим со мной, я польщена, хех... – на дрожащих губах Т/Ф выступила лёгкая ухмылка – Однако я раскусила твой план. Ты намеревался втереться мне в доверие, а затем убить. И лишь одна делать тебя разоблачила.. Никто... Никто и никогда не будет способен так резко измениться! Решительным движением девушка сбросила руки юноши со своих плеч и побежала прочь. Слёзы застилали глаза, девушка то и дело спотыкалась о корни, но её это не останавливало. Ей важно было добежать до остановки раньше Корекиё. Она не позволит себе умереть! Сердце билось с непривычно большой скоростью. В боку кололо. Дышать становилось невыносимо больно... Но вот и шоссе. Значит остановка транспорта где-то поблизости. Т/И приостановилась у обочины, переводя дыхание. Обернувшись по сторонам она обнаружила метрах в ста к северу знак остановки автобуса. Значит она не сильно отклонилась от курса... Значит она сумеет сбежать! Надежда зажглась в её сердце. Следующие пятнадцать минут Т/Ф провела в ожидании автобуса, попутно успокаиваясь и размышляя о сложившейся ситуации. Адреналин уже не так сильно ударял в голову, а потому девушка задумалась – правильно ли она поступила, когда накричала на Киё и сбежала? Может он и правда не предоставлял угрозы..? Девушка и сама не поняла, как уже сидела в хвосте автобуса и наблюдала за тем, как капли дождя стекали вниз по оконному стеклу, то и дело обгоняя друг друга или сливаясь в одну каплю побольше. Капли стучали по крыше, за окнами было почти ничего не видно, девушка вздохнула, придавшись спокойствию окружающей атмосферы. Но лишь одна мысль вырвала её из нежных объятий полудрёмы: Что теперь делает Шингуджи-кун?! Корекиё же некоторое время всё так же сидел напротив могилы, смотря перед собой и не совсем ещё понимая, что произошло. Но потом он понял: он снова одинок, и обречён быть таковым всегда! Никто не осмелится понять, что творится у него на сердце. Даже Т/И, ради которой он отверг призрак сестры, теперь бежала прочь от него. Что ж, может оно и к лучшему... Теперь она даже не посмотрит в его сторону, а значит будет в безопасности. Главное, чтобы она не рассказала ничего полиции, хотя теперь и перспектива сгнить в одиночной камере не казалась Шингуджи такой уж отвратительной. Одинокая скупая слеза пробежала по бледной щеке антрополога. Пусть на самом деле капля коснулась лишь маски, Корекиё ощутил прикосновение куда сильнее, чем следовала. Хотя кто знает, может это не слеза? Может это была капля дождя, что первой оторвалась от матери-тучи, дабы напитать землю влагой..? Но это не важно. Юноша опустил маску с лица, дабы полной грудью вдохнуть свежий лесной воздух. Антропологу хотелось кричать, он чувствовал себя выброшенной на свалку игрушкой, о которой уже никто не вспомнит... Т/И была права, никто не может измениться! Как бы Шингуджи не хотел, внутри он всегда будет холоден и жесток. Однако убивать он больше не будет, в этом нет смысла. Он закончит академию, после чего переедет в какую-нибудь деревушку и будет возвращаться в город лишь для того, чтобы купить новых книг. Так он и погибнет, не помня ни слёз, ни жизни, ни любви... – Прощай, сестрёнка.. – произнёс Корекиё, поднимаясь со скамейки – думаю, я нескоро навещу тебя в следующий раз. Ты только не скучай. Юноша надел маску обратно и пошел обратно по той тропе, по которой и пришёл сюда ранее. Совсем скоро он вышел на шоссе. Дождь усиливался, но вопреки плохой погоде абсолютный решил дойти до города пешком. Пусть это и займёт некоторое время, но юноше уже было нечего терять. Однако сделав один шаг, он остановился и подумал: А нашла ли выход из леса Т/И-сан..? В глаза ему бросилась остановка транспорта, в двухстах метрах на юг. На ней стояла девушка, никто иная, как спутница Шингуджи. Совсем скоро подъехал автобус и девушка, сев в него, уехала вдаль. "Значит с ней всё в порядке... Теперь я могу быть спокоен" – размышлял антрополог, после чего осёкся. Почему он вообще переживает о ней сейчас? Кто знает... Порыв ветра сорвал фуражку с головы юноши и резко отбросил в сторону уезжавшего автобуса. Юноша с лёгкой печалью взглянул ей вслед, а затем медленно пошёл по обочине в сторону города, совсем не обращая внимания на ливень. *** На остановке возле академии Т/И встретила Миу. Изобретательница заключила свою подругу в крепкие объятия, после чего принялась допрашивать в привычной манере. – Ты где, блять, была?! Каеде сказала, что видела, как ты уехала с Корекиё-куном! Признавайся честно, он тебя на свиданку возил? – Ирума сделала шаг назад и принялась сверлить Т/И взглядом, ожидая ответа. Блондинка несколько раз выразительно моргнула, после чего добавила – А где, собственно, твой любовничек??? Т/Ф молчала, пытаясь не расплакаться вновь. Ей не хотелось лгать лучшей подруге, но и говорить правду было бы неправильно, как минимум по отношению к Корекиё. Он ведь доверился ей, нельзя просто взять и рассказывать его секреты всем подряд... – Хаах, Ты застала меня врасплох, Ирума-сан! – девушка почесала затылок, размышляя над наиболее правдоподобным вариантом лжи – Ну, мы ездили в лес на прогулку, никакого свидания! А Шингуджи-кун вышел на прошлой остановке, чтобы зайти в магазин... Я бы поговорила с тобой, но чертовски устала, прости. – Тогда марш в шкалку, ты и так вымокла, опять заболеть хочешь?! – Миу схватила Т/Ф за руку и побежала к зданию академии. Т/И была рада, что сейчас с ней рядом человек, который может помочь ей отвлечься от мрачных мыслей, пусть даже того не осознавая. Впервые за долгое время абсолютной удалось рассмеяться, пока девушки стремительно неслись по лужам, разбрызгивая воду подошвами своей обуви, пока вода затекала за шиворот. В вестибюле школы абсолютные наконец перевели дух. Ирума, собирая в пучок порядком наилучшие волосы, материла погоду. Когда нелёгкая "бьюти-процедура" была завершена, обладательница голубых глаз направилась в сторону жилых комнат изрекла: – Ну я тогда почапала! Можешь ждать своего Киё-кунчика или пойти дрыхнуть, мне как-то пох... – Подожди! – неожиданно для себя остановила изобретательницу Т/И – Не будешь против, если я переночую у тебя..? Я имею ввиду... Раз уж завтра я выхожу на учёбу, почему бы нам не потусить напоследок? Девушке просто не хотелось оставаться в одиночестве. Тишина несомненно заставила бы Т/Ф задуматься о событиях прошедшего дня и о рассказе Корекиё, а это её совсем не устраивало. Да, с Миу шумно, но зато точно будет не до грусти! Может даже удастся домашку списать... – Да, конечно, чего ты сразу не сказала?! – без колебаний согласилась блондинка – Только учти, на одной кровати спать не будем! Я не хочу знать, что тебе там в голову прийти может, вдруг ты скрытая лесбуха-извращенка, а?! Тогда вы с ебланом Корекиё-куном идеальная парочка... Всю дорогу до комнаты Миу, не умолкая несла всякую чушь и подозревала Т/Ф и Шингуджи во всех смертных грехах. – Ха-ха-ха, ты реально поверила, что я говорю это всерьёз?! – рассмеялась "юмористка" у входа в комнату – Шучу я, конечно, ты ж мой бро в конце концов! Несмотря на планы насчёт замечательной бессонной ночи, Ирума уснула за просмотром очередной подборки аниме-мемов. Блондинка вовсю сопела, а Т/И сидела на краю кровати, не зная, что делать дальше. Спать совсем не хотелось. Девушка выключила ноутбук подруги и устало упала на заботливо подготовленный матрасик на полу. Храп Миу – всё, что нарушало тишину в комнате, и этого было совсем недостаточно для того, чтобы позволить Т/Ф отвлечься, и вполне достаточно, чтобы мешать нормально уснуть. Однако естественные потребности взяли верх над психологически вымотанной Т/И, и девушке, наконец, удалось уснуть. *** Антрополог подошёл к зданию академии, когда время уже перевалило далеко за полночь. Выглядел он неважно: волосы спутались от дождя и ветра, под глазами остались синяки то ли от слёз, то ли от усталости, одежда была вся мокрая и в грязи, так как водители несколько раз заботливо окатывали его водой из луж, к сапогам налипла грязь из канав и болот, которые встретились юноше на так называемом "обходном пути". В целом, Корекиё был измотан, а потому быстро добрался до комнаты, но остановился возле двери, ведущей к обители Т/И. Абсолютный едва сдержался, чтобы не постучать, и уже был готов уйти, но кое-что его всё же беспокоило – была ли та девушка на остановке его спутницей или же он что-то напутал, пока был в плену отчаяния? Юноша легонько постучал по двери. Ответа не последовало. Затем Киё осторожно приоткрыл дверь и посмотрел в образовавшуюся щель. Он ожидал увидеть, как Т/И мирно спит и уйти со спокойной совестью, но не тут-то было... Девушки не было на месте, да и комната была в таком же состоянии, как и в тот момент, когда студенты покидали её в прошлый раз. Сомнений не было, Т/Ф не возвращалась в свою комнату, а значит теперь она неизвестно где.. Страх плотным кольцом сжался вокруг шеи Шингуджи. Получается, он сейчас собирался спокойно отходить ко сну, пока его спутница, возможно, прямо сейчас борется за свою жизнь?! От бессилия юноша упал на колени прямо на пороге комнаты. Он не знал, что делать, ибо возвращаться в такое время не получится, так как транспорт уже не ходит, а сам Киё вряд-ли сможет преодолеть такое расстояние с достаточной скоростью, учитывая его усталость. – Что ж, утро вечера мудренее, не правда ли..? – успокаивал себя антрополог – Обещаю, я обязательно найду Т/И-сан завтра, и она точно будет в порядке... Скорее всего она нашла укрытие и теперь ночует там. Да.. Это наиболее вероятный исход... Шингуджи поднялся с колен, закрыл дверь и ушёл в свою комнату, где, быстро сбросив грязную одежду прямо на пол, зарылся в тонкое одеяло и уснул весьма неспокойным, полным сомнений сном, то и дело просыпаясь, в холодном поту и облегчённо вздыхая от осознания, что увиденное было лишь частью его грёз... Полноценно уснуть Корекиё смог лишь в районе шести часов утра.