Часть 10

***       Все тот же день, но его сменила жаркая во всех смыслах ночь. Воздух казался не таким уж свежим, как был в Вашингтоне, не дарил приятной прохлады, не соблазнял открыть окно. Часы показывали ровно час ночи. Дверь в номер 312 тихонько приоткрылась и в него вошла статная фигура, державшая что-то в руках, а затем плавно отпустив это на кровать. Этой фигурой был Морт Рейни, отдохнувший, полный сил и надежд на будущее. Он принёс на руках уставшую Кару, которая сполна натанцевалась, посмотрела представление, и заснула у него на руках. — Кара, просыпайся. Мы дома. — мужчина аккуратно убрал пряди с лица, поцеловал сонную девушку в щёчку, а затем удалился на пару секунд — проверить, закрыта ли дверь. Когда он вернулся, Кара сидела на краю кровати, все такая же красивая, с распущеными черными волосами, спавшими брительками и в обуви. — Я не могу уснуть в них. — Кара улыбнулась, а затем Морт встал на одно колено перед ней. Он взял её маленькую ножку, медленно снял неудобную обувь, затем поступил также и со второй ножкой. Минута, две, три… Морт застыл перед Карой, словно рыцарь, который исполнял свой долг, а потом просто засмотревшийся на волшебное создание. В лунном свете, Каролина казалась чем-то мистическим, похожим на слишком идеальную ведьму, которая испытывала Морта на прочность. Она улыбалась, но все ещё была сонной, не пытавшаяся поправлять ни волос, ни спавших бретелей. Её ручка потянулась к его очкам. В одно мгновение Морт остался без своих верных стеклянных помощников. А потом…       Мужчина снова взял маленькую ножку в свою большую чуть шершавую ладонь. Он начал медленно стягивать носочек с гладкой кожи, а когда ткань оказалась на полу, Морт не смог больше сдерживать себя: он накинулся на Кару, навис над ней, даря поцелуи каждому кусочку её кожи. Кара в свою очередь, разорвала рубашку, пуговицы полетели в разные стороны, но было плевать; они готовились наслодиться друг другом прямо здесь, в этой старой гостинице, где скрипела мебель, и такие тонкие стены. Ремень, а потом и брюки Морта расположились на полу, далее, присоединились вещи девушки. — Ты готова? — Морт снова наклонился к Каре, лишь мучая её своими не быстрыми действиями, а когда он увидел её большие глаза, то сразу все понял.        Боль сменилась на приятные ощущения, давно уже не испытываемые никем из них двоих; поцелуи стали жарче, словно кто-то вернулся из длительной командировки; касания, сжатия — оставляли синяки, но это будет потом, а сейчас подъёмы тела, эротические позы, сладкие стоны… Все это в совокупности и составляло личное счастье Морта, который с каждой секундой благодарил Бога за встречу с этой юной дьяволицей, кружившей ему голову. ***       Первым утром проснулся Морт. До ужаса знакомая боль в мышцах дала и себе знать сразу же после того, как Морт повернулся на левый бок. Он успел испугаться, но вечерние, а затем и ночные события проехались экспрессом вдоль головы. Танец, музыка, представление… Кара, такая красивая, тонущая в его объятиях и любви… Морт заметил, что некоторое время просидел с улыбкой. Теперь не хотелось курить, пить, делать какие-то грязные поступки.       «-Ты действительно считаешь, что у все у вас встало на свои места? Ты думаешь, что она не заперлась где-нибудь, и не проклинает тебя за то, что ты сделал с ней ночью? — Я думаю, ей было хорошо со мной. — Ну и где же она сейчас, раз ей было так хорошо с тобой? Где же твоя юная чёртовка, которая манипулирует тобой, когда ей захочется? — Наверное, она на море. Встречала рассвет. Я на знаю. Не знаю. Она девушка, у неё может случится все, что угодно! — Какой же ты глупый. Сумки-то нет. Посмотри внимательно, Морт. Посмотри. Она кинула тебя. И сбежала. — Нет, она не способна на такое. Нет.» Морт вскочил с постели.       Действительно, сумки Каролины в комнате не нашлось, как и её самой, поэтому писателю пришлось пробежаться по этажам, лестницам, спуститься в лобби, выбежать из гостиницы и обнаружить Кару сидящей на шезлоге, в тени деревьев.       Морт облегчённо выдохнул. Ещё пять минут он восстанавливал дыхание, а затем решился подойти с расспросами.– Кара, привет. Как дела? — Привет, Морт. Почитать решила на свежем воздухе. Не стала тебя будить, так как ты очень крепко спал. И снова во сне кричал и звал свою жену.       Мортон смутился. Ему стало максимально стыдно, так как он звал ту самую стерву, которая ему бессовестно изменяла, а не ту, которая искринее любит его. — Прости, меня мучают кошмары. — его фигура тяжело опустилась на шезлонг рядом с тонкими бледными ножками девушки. Минут пять он бессмысленно прожигал глазами газон, а затем решился поделиться переживаниями. Морт рассказал о том, что ему снится каждую ночь и пугает до седых волос — он боится, что когда-нибудь его эмоции выйдут из-под контроля и тогда, Шутер займёт его место вновь. — Я...Смогу убить тебя...Я видел во сне эти сцены...И...Это очень жутко, держать твой труп, понимать, что снова убил… — взявшись за голову, Морт с силой сжал волосы, зажмурил глаза. — Думаю, это просто сны, не более. — детская ручка упало на плечо Морта. Это был знак утешения и поддержки. Её голос завораживал, успокаивал и манил. Её рука нежно водила по плечам, создавая приятную атмосферу расслабления и умиротворения, которая была необходима мужчине практически каждый день. Он уже не мог не поцеловать её, когда рука снова остановилась на плече, легко касаясь губами бледной кожи. — Думаю, нам стоит кое-что посетить. Это будет сюрприз. Давай я для начала завяжу тебе глаза? — Хей, что ты опять придумал? Если это будет путешествие в воду, то знай, что потом ты не отделаешься от синяков, Мортон Рейни. — Нет, Каролина, это не будет путешествие в воду, как ты изволила выразиться. С водой покончено, по-крайней мере, до того момента, пока ты сама не захочешь туда отправиться. Этот сюрприз будет другим. — писатель завязал глаза. Он сделал это очень быстро, также, как и посадил девушку в машину и отвёз в… — А вот и сюрприз! Добро пожаловать в парк «Джунгли обезьян»! Тебе нравится? — Ахаха, Морт, очень смешно. Неужели ты не насмотрелся на моих одноклассников? — Я бы некоторых из них вообще лет 100 не видел. Ну, пошли. Нас ждёт экскурсия. — Смотри, Кара! Вон, видишь? Она похожа на тебя. Такая же отстраненная от всех. — Очень смешно, Мортон Рейни. Вон та обезьяна похожа на тебя. Такая же волосатая и спит постоянно. — Да, смешно. И вправду похоже… Мм. Не зря говорят, что мы произошли от них. — Давай я сделаю фотографию. Типа вы братья — близнецы, ага. Вставай поближе. — и Морт послушался её. Но только писатель то ли от радости, то ли от чего-то другого, блуждавшего в его голове, забыл вытащить из кармана пачку печенья, которую приберег для себя, а в следущий миг, когда камера была готова к съёмке, обезьянка без капли смущения угостилась этой пачкой. Кадр вышел отменный: удивлённо-огорченное лицо Морта и поедающая печенье обезьяна Ом. — Какая же наглая.и не подавился же, ты смотри, Кара. Смотри. — Да, Морт. Это было что-то с чем-то. — Давай больше не будем делать фотографии рядом с клетками? Иначе, я останусь без штанов. — Как скажете, мой повелитель. Через несколько часов, когда солнце село за черту горизонта, машина вновь неслась по узкой дорожке в направлении к Новому Орлеану…