Часть 11

*** Этот путь Каролина и Мортон Рейни провели в тишине. Никто из них не горел желанием что-то обсуждать, показывать, спорить. Морт внимательно следил за дорогой, вспоминая точный маршрут, вцепляясь в руль на крутых поворотах. Каролина же то и дело, засыпала, что-то бормоча себе под нос. Её сны превратились в сказку после посещения Майами, где они помирились с Мортом. Теперь же предстоял путь в самый необычный город, мифы которого разошлись по всей Америке и не было ни одного человека, который бы не знал, к примеру, про орлеанский ураган 2005 года. Девушка продолжала спать даже тогда, когда бьюик останавливался на заправках, чтобы подкрепиться. Не было ни сил, ни желания куда-то выходить из машины, тем более, когда страшную жару сменили ливни. — Хей, Кара, все в порядке? Ты какая-то неживая. Загляни в карту, много ещё осталось? — Всё в порядке, наверное, просто не отошла ещё от жары. Сейчас посмотрю. — карта лежала в бардачке, так что девушке пришлось потянуться за цветной бумагой, а затем чётко и ясно произнести «Мы подъезжаем». Морт был рад такому стечению обстоятельств; глаза слишком устали пялиться в одну и ту же точку, концентрироваться на дороге и следить, чтобы никто не столкнул на обочину, случайно вылетевший на трассу. — О да, скоро приедем. Нужно будет поспать часок, другой. А там, глядишь, и погуляем на славу. У меня есть пара билетов на круиз, а ещё мы можем отправиться в музей или же в океанариум. — Морт заканчивал свой монолог, останавливая бьюик на обочине. Все-таки пришлось это сделать, так как невыносимая боль в мышцах и глазах дала о себе знать уже в настойчиво манере. — Нам придётся переночевать в машине, дорогая. Прости, я очень устал. — но девушке словно не слышала его — она выглядела ещё бледнее, чем была; лёгкий румянец и тот больше не появлялся на лице, а в глазах засела пустота. — Что с тобой, Кара? Тебе плохо? — Я не знаю, Морт. Мне не хорошо уже с половины пути, наверное. — писатель тут же обернулся и потрогал лоб. — Черт, только этого не хватало. Ты, наверное, простудилась, когда мы ходили на пляж. Черт. Кара, держись. Всего лишь одна ночь здесь, а потом я постараюсь вылечить тебя. — Морт покинул машину в поисках пледа и термоса. Это был единственный способ решить проблему, которая так внезапно накрыла их обоих — для Кары простуда означала постельный режим, а для Морта все остальные хлопоты, включая походы в туалет. К сожалению, иммунитет Каролины был слаб. Самая лёгкая простуда могла выбить её из равновесия, а сейчас, когда они далеко от дома, стало неудивительным то, что Кара слегла после купания. Морт заботливо накрыл её пледом, присел рядом и обнял. Термос он так и не нашёл среди багажного хлама, но смог подарить ей тепло. — Как же ни к кстати этот поршвый ливень. Ну, хорошо, что мой бюьик ещё может защищать нас от него. — Рейни предпринял попытку подбодрить Кару, поднять ей хоть немного настроения в эти минуты. Темнело. Машины больше не проезжали ни в одну из двух сторон. А ливень набирал обороты, вдали слышался гром. Колосья раскачивались один за одним под порывами ветра, повинуясь ему и не смея сделать лишнего движения в другую сторону. Все это пришлось сейчас наблюдать Морту Рейни, согревающему спящую пассию, температура которой не собиралась спадать. Мужчина проклинал буквально весь белый свет из-за глупости — он не смог удержаться от того, чтобы не затащить Каролину в воду. Теперь же, она страдает от боли в голове, горле и ушах, а он теряет всякие надежды на интересные прогулки. Сверкнула молния. Сверкнула вторая. Часы показывали 02:30, а сон у Морту так и не приходил. Кара давно лежала на коленях, посапывая и что-то бормоча под нос. " — Ну вот, идиот. Доигрался с ребёнком, теперь лечить придётся, иначе, дорога домой вам обеспечена. Объективности ради, это ты всегда во всем виноват — сначала у неё случился инфаркт, потом ты довёл её своей изменой с маленькой рыжей бестией, следом дал ей пощёчину, а на последок ты угробил её иммунитет. Поздравляю, Морт. Ты сорвал куш! — Я знаю, что для моих поступков оправдание даже рядом не стоит. Но я всегда хочу как лучше. — И всегда получаешь одно и то же. Отвяжись от неё, Морт. Она молода, найдёт себе кого-нибудь. — Нет. Я не оставлю её, пока она сама этого не захочет, Пилигрим. Не сыпь мне соль на раны. — Ох, ну и глуп же ты, Мортон Рейни.» Стрелки часов показали 03:00, Морт открыл глаза. Ему удалось поспать всего лишь полчаса, но и за эти полчаса он успел вымотаться так, будто разгружал составы. Кара продолжала спать на том же самом месте. Она была мила, бледна и горяча от сильного жара, который нечем было сбить. — Потерпи, малышка. Папочка скоро тебя отвезёт туда, куда надо. — «Что ты несёшь, Морт?» — Морт. Нет. Нет, Морт. Не уходи. Не убивай. Нет, остановись! — Кара? — Нет, остановись. Не убивай меня! — девушка начала крутиться на коленях; жар охватывал аж до костей, заставляя нести бред во сне; Кара пыталась схватить Морта руками, чуть не упала на пол, ударила его в живот, а затем оаять уснула, словно не было ничего подобного. Спустя час заснул и Морт, встречая рассвет с закрытыми глазами. — У меня больной ребёнок на руках, а вы не хотетите нас заселять? Вы в своём уме? А если она умрёт? Что вы скажете? В больницу? Да вы знаете какая там атмосфера? Она с лёгкостью подхватит ещё что-нибудь! — Сэр, мы сможем вызвать врача, но вам придётся разместиться в холле. Мы не можем, согласно уставу, заселять вас в номер. — Вы обязаны предоставить нам ночлег! В чем дело? — Сэр, прошу вас, успокойтесь. Давайте все обсудим спокойно. Вот смотрите: я спокойно набираю номер госпиталя, а вы спокойно располагаетесь в холле и ожидаете белую карету. Я уверяю вас, здесь обслуживание на высшем и недорогом уровне. — кареглазая женщина, Элис, сейчас безуспешно пыталась успокоить буйного Морта. Он держал на руках Кару и чемоданы в придачу. Ярости не было переделала. Но ему пришлось отойти от стойки, так как другие люди уже нагло тыкали его в спину. — Пять звёзд, а сервис никакой. — хмыкнул писатель и присел в кресло. Кара спала, жар немного спал, чему Морт успел порадоваться, но ожидание скорой помощи выбило его из привычной колеи жизни. — Вы ехали целый час! За что я должен вас платить? А если бы она умерла?! — Успокойтесь, папаша. У вашей дочери банальное орви. Видимо, слишком слабый иммунитет, иначе, организм быстро справился. Рекомендую отправиться в госпиталь, чтобы решить вашу дальнейшую судьбу. — Я не нуждаюсь в помощи. Мне только нужно знать, куда вы её положили. Куда вы дели МОЮ КАРУ? — Морт с каждой миллисекундой старался сдерживать порыв гнева, но получалось это сквозь зубы. В последнем случае, писатель сошёл на крик, который пронёсся эхом по всему коридору. Он сейчас не совсем понимал, кто перед ним стоит — молоденькая медсестричка, или же опытный врач. — Ваша дочь лежит в 6 палате. Но к ней нельзя, вы могли и сами заразиться. Вам нужно сделать укол. Пойдёмте. — Со мной все в полном порядке, мисс. Не дергайте меня, оставьте у покое! Я уйду. Сейчас же, но вернусь завтра. И очень надеюсь, что вы не попадётесь мне на глаза! И он действительно покинул белое здание. По пути в гостиницу, Морту пришлось ехать по страшным лужам, в которых бьюик утонул бы, будьте намного глубже. Теперь же, когда писатель остался один, его заселили без проблем, и даже дали самый хороший номер, но Морту были плевать на удобства, в голове крутилась мысль о больной Каре, находившийся в пустой палате, изнывающей от жара и уколов. Их кармана джинс Морт вынул два билета. — Натчоз. Двухчасовой вечерний круиз для двоих по реке…получается, что мы туда не попадём. — мужчина равнодушно глянул на две цветные бумажки; порыв ярости снова приблизился, но не перебегал черту «ненорма». — Кому теперь нужен ваш круиз. Кара больна, я одинок и тоже болен, только в переносном значении. — Рейни достал сигарету, открыл большое окно; клубни дыма поднимались, опускались, затем оседали на одежде, оставляя нехороший запах. «Плевать. Буду курить. Вот курил, курю и буду курить.» Так и тянулись бы минуты молчаливого размышления о жизни, если бы не стук в дверь. — Мистер Рейни, там ваша дочь. Пришла в себя. — Отлично, я могу её навестить? Что сказал врач? — Обычное орви, а посещения строго с 4 часов дня до 8 часов вечера. — Я все уяснил, спасибо за информацию и помощь. — помахал Морт, закрывая дверь, не давая шансов дворецкому попросить и копейки. Он прижался спиной к ней, что-то невнятно прошептал, вероятно, какое-то проклятие самому себе, так как отпуск в этом городе не должен был рястягиваться надолго. Вскоре, Мортон Рейни погрузился в долгий и страшный сон, в котором мужчину продолжала мучить совесть. Для него это не стало каким-то удивлением, поэтому во сне Морт вёл себя как обычно — он был равнодушен абсолютно ко всем замечаниям. Да, он добрался до дна; да, поехал с катушек; да, его жизнь превратилась в какую-то колею из странных событий. Но он все ещё оставался тем самым Мортом Рейни, которого знал весь Тэшмор и лишь некоторые осмеливались с ним пообщаться. Через некоторое время, когда небо накрыло тёмное покрывало, будильник на часах отчаянно зазвенел, пытаясь разбудить хозяина. Морт лениво потянулся, все ещё не открывая глаз, а вскоре, он осознал, что проспал. Придётся ждать завтрашнего дня, чтобы пойти в больницу, где опять бы на него странно смотрели, хотя, наверное, так казалось лишь Морту и его паранои. — М-да. Будто бы и совсем не спал. — мужчина почесал затылок. Он осмотрел номер ещё раз: маленькая комната; ничем не примечательная и неудобная мебель, которая так не вписывалась в интерьер… — Напоминает коробку, в которой я оказался как последняя крыса. Интересно, есть ли здесь что-нибудь выпить? Выпивки не оказалось даже в мини-баре, поэтому писателю пришлось покинуть свою коробку, чтобы притащить зад в ресторан. Там его встретила живая музыка, много нарядных людей, куча вежливых официантов и один одинокий бармен, натирающий стаканы и бокалы до блеска. Морт явно не вписывался в такую тусовку, но перед ним стояла цель — закилить в себя алкоголь, чтобы продолжить блуждать в мире снов. — Мистер Рейни? Рад вас видеть. Как жизнь? Морт смутился. Его внутренняя база данных начала произведение всех лиц, которые приходилось когда-то видеть. — Я вас не знаю. Кто вы? — Я был вашим соседом, когда вы жили вместе со своей женой в Ривелдейле. Мальчишкой я постоянно закидывал свой мяч к вам в сад. — Что-то припоминаю. Но никак не могу в точности все вспомнить. Ах да, мне виски. — Морт присел за стойку. Он не собирался поддерживать беседы, которые пытался заводить с ним молодой парнишка. Когда разум Морта окончательно захлебнулся в алкоголе, белая ворона покинула ресторан, слегка пошатываясь и бормоча какие-то стихи. Глыба рухнула на кровать, продолжая обдумывать уже совсем старую тему — тему об его одиночестве… — Боже мой, зачем я так напился? — минуту спустя тело лежало на левом боку и гладило пустую подушку, а затем и вовсе уснуло.