Часть 1

      Полина не испугалась, когда какой-то мужик потащил ее к гаражам. Она еще помнила дрожащий голос Антона, сообщавший ей около недели назад по телефону, мол, Ромка решил сделать из него маньяка. И раз Петрова на эту роль сманить не удалось, видимо, нашелся кто-то более сговорчивый. Здоровый, конечно, мужик, ничего не скажешь. Но брыкаться и вырываться у девочки не получалось, словно он вел ее не за руку, а за самое существо, нутро. Все-таки если Морозовой не было страшно, то это не значит, что она горела желанием куда-либо идти, да еще в такой сомнительной компании!       До гаражных блоков оставалось еще метров десять, когда из-за них показалась темная в вечернем сумраке, но весьма узнаваемая фигура. Полина позволила себе торжествующе улыбнуться — быть главной героиней разыгрывающейся романтической сцены ей весьма льстило, что бы она там не говорила, — но усилившаяся хватка на тонких музыкальных пальцах погасила зародившееся было торжество внутри девочки. "Похититель" сбавил было шаг на секунду, но продолжил уверенно двигаться в прежнем направлении.       — Э, — свист, — отпустил ее живо! — Пятифан и "маньяк" играют случайную встречу очень убедительно, еще немного и Полина поверит в то, что ее и правда пытаются похитить. Наконец, Ромка бросается на ее "обидчика" с кулаками, и завязывается драка, победитель которой должен проводить девочку до дома. Морозова, которую мужик толкнул в снег так, что она довольно неудачно упала, поднимается, но убегать не спешит. Хотя любопытно, как бы отреагировал Рома, если бы скрипачка просто развернулась и ушла? Впрочем, судя по тому, как крепко его мутузит "неудавшийся похититель", всем сейчас немного не до того. Словно дерущиеся совсем забыли, из-за кого весь сыр-бор. Ну и пожалуйста. Полина демонстративно разворачивается в сторону ближайших домов — если хорошо не знать местность, сложно даже догадаться, что там расположено жилье, которое сейчас не выдает себя ни дымом печей, ни светом окон за небольшим пролеском.       Внезапно сильные руки обхватывают девочку поперек груди с явным намерением поднять, но, судя по шуму прерванная было драка возобновляется с удара "маньяку" по почкам, и Полина вновь оказывается свободна. Это что, так изменился сценарий, что не Пятифан будет провожать Морозову, а она его, избитого, из чувства жалости? Драка превратилась в одностороннее избиение, от вида которого девочке захотелось прекратить спектакль. Она уже открыла рот, но была прервана возгласом Ромы "беги, дура!". Это он, влюбленный Пятифан, обращается к еще не своей скрипачке? В сердце Полины прокрались первые ростки сомнений и страха. Будь что будет, а она сейчас развернется и уйдет, не в силах терпеть происходящее.       Пройдя несколько шагов, девочка услышала грубый окрик и тяжелые шаги за спиной, явно не ромины. Она побежала, совсем не понимая, что происходит. Сердце колотилось, а голос преследователя, лишая воли, призывал вернуться, остаться навсегда в Лесу. Полина, приближаясь к домам, закрыла ушли ладошками, лишь бы не поддаться, выбраться из происходящего ужаса, позвать на помощь. Инстинктивно зажмурила глаза, пытаясь спрятаться от страха, и тут же, за что-то запнувшись, растянулась на дороге. Так, наверное, чувствовал себя дедушка, когда спасался от собачьей своры. Сейчас маньяк ее догонит и...       Чужая рука с силой отнимает ладошку девочки от уха, но через шум крови в голове все равно не удается разобрать, о чем говорит взволнованный голос. Полину поднимают, ставят на ноги, и когда она открывает глаза, то видит перед собой милиционера с собакой. Морозова сразу же пытается ему объяснить, что произошло, сама до конца не осознавая, но вместо голоса изо рта вырываются обрывки каких-то невнятных звуков и всхлипов от приближающихся слез. Девочка машет рукой в сторону дороги, по которой бежала, но сама боится оборачиваться.