Глава 6: «Неужели новые знакомые?»

             Справившись довольно быстро, Элайджа подходит ко входной двери с двумя большими пакетами. До сих пор вспоминается реакция женщины с ребенком, которая стояла после него в очереди. В её взгляде так и читалось: «Вроде интеллигентный мужчина, в костюме, а скупает алкоголь пачками. Позор». Правда, в её голову даже не пришла мысль, что алкоголик не стал бы брать дорогостоящее виски. Но в данный момент Майклсона это волновало в последнюю очередь.       Перехватив левой рукой второй пакет, а правой достав ключ, Майклсон собирается вставить его в скважину, но в последний момент замечает, что дверь не заперта. Нахмурившись, первородный прячет ключ и, взявшись за ручку, осторожно приоткрывает дверь. Свет в доме горит. Неужели Британи уже вернулась? Переступив порог дома, Элайджа медленными, но уверенными шагами направляется в сторону гостинной, где отчетливо слышалось два сердцебиения. — Британи? — Остановившись около входа в комнату, зовёт подругу, которая что-то активно искала в шкафчиках, за баром. И всё бы ничего, но сидевший на диване русоволосый мужчина вызывал множество вопросов, ответы на которые Майклсон может получить только из уст подруги. И что-то ему подсказывает, что то, что он может услышать очень ему не понравится. — Черт, Элайджа, ты что, всё выпил? Когда успел то? — Возмущенно, но совершенно беззлобно, спрашивает, скорее риторически, рыжеволосая кицунэ. — И, кстати, ты надолго уходил? Почему дверь была заперта? — Продолжает допрос девушка, закончив наконец лазать по шкафчикам, оборачивается в сторону друга, вопросительно выгнув бровь и оперевшись руками о барную стойку. Кажется её совершенно не волнует охотник сидевший на диване в её доме. От такого привычного тона Элайдже всего на мгновение показалось, что ему привиделся Алан, но, быстро взяв себя в руки, первородный поспешил ответить. — Твой первый вопрос является причиной того, что у тебя возник второй. — Четко отвечает первородный, заставив Британи посмотреть на пакеты в левой руке. — Ты решил основательно подойти к ситуации. — Приподняв брови проговаривает Бри, выходя из-за стойки и направляясь к вампиру. Подойдя на расстояние шага, девушка забирает приобретения, ставя их на поверхность стойки. — Изволь объяснить, что он здесь делает? — Не противившись действиям подруги, переходит к делу Майклсон, кивая головой в сторону молчавшего мужчины, который должен был умереть в эту ночь. — Мне тоже интересно почему я ещё в этом городе. — Повернувшись корпусом в сторону девушки, наконец подаёт голос охотник, которому также непонятны действия гибрида. — У нас был уговор. — С неким укором продолжает Алан, вызывая вопросительно поднятую бровь первородного вампира, который возвращает взгляд на совершенно спокойную Британи. Иногда вампира поражает то, как гибрид порой может легкомысленно относиться к угрозе своей жизни. Ему то известно как она дорожит собой, но при этом совершает такие странные и непонятные для его мышления действия, что это не может не вводить в ступор. Хотя чаще всего её нестандартный подход даёт такие ошеломляющие результаты, что он каждый раз жалеет, что считает это легкомысленностью. Некая врождённая черта характера, которую большинство называют сумасшествием, совершенно не оправданно. — Во-первых, я обещала оставить тебя в живых, а не отпускать. Во-вторых, ты знаешь слишком много, и я пока не знаю как мне с тобой поступить. — Мельком глянув в пакеты, отвечает обоим мужчинам Волкер, продолжая сохранять спокойствие. — Тогда зачем ты вообще оставила меня в живых? — Задает интересующих обоих мужчин вопрос Алан. Зачем было сохранять ему жизнь, если он знает кое-что, что может подвергнуть жизнь кицунэ опасности, чтобы потом держать, как зверушку? Или зачем было им вообще всё это рассказывать? Безрасудство, не иначе. — Считай, что предавший тебя брат, стал началом твоей новой жизни. — Неоднозначно отвечает на вопрос девушка, больше переживая за мнение Элайджи. Она ведь говорила, что они не смогут выжить, но всё же один остался... — Британи... — Непонимающее проговаривает первородный, кидая взгляды то на девушку, то на мужчину. В лесу определённо что-то произошло, и пока Майклсон не узнает, что именно, он не может правильно реагировать. — Я должна объясниться. Знаю. Пошли. — Не тратя времени, спокойно ответила девушка, направляясь к выходу из холла, проходя мимо друга, собираясь направиться на кухню, которая, судя по всему, скоро станет их местом совещаний.       Они прям как две бабули-сплетницы, которые обсуждают всё что только движется и строят коварные планы по захвату мира. — А ты сиди здесь и не рыпайся. Попытаешься сбежать, сделать что-то, что ты явно не должен делать в такой ситуации — убью. И это последнее предупреждение. — Не оборачиваясь, говорит намного более серьезным и угрожающим тоном Британи, окончательно покидая общество охотника. Пусть не считает себя особенным, в таких ситуациях если не оправдываются её ожидания Волкер второго шанса не даёт.       Последний раз взглянув на Алана, как бы говоря: «Даже не пытайся. Она не шутит», Элайджа отходит от прохода, разворачиваясь, уходя вслед за девушкой.       Остановившись посреди кухни, Британи разворачивается к выходу, встречаясь взглядом с немым вопросом своего друга. — Только не нужно на меня так смотреть, ладно? Я не думала, что всё так выйдет. — Примирительно подняв ладони, произносит смиренно Бри, думая, что сейчас её отчитают, как восьмилетнего ребенка.       Но, к удивлению девушки, Майклсон молчал. Не злился, не возмущался, не пытался бить тревогу, просто смотрел, как бы изучающе, пытаясь удостовериться в правдивости возникшего предположения в голове. В их дуэте не только Британи может заставлять раскрывать глаза и застывать в оцепенении от действий другого. — И что ты на меня так смотришь? — Теряя терпение, взмахнув руками, спрашивает гибрид. Пусть лучше кричит, высказывает всё в лицо, злится, чем вот так оставляет метаться её в попытках угадать о чем тот думает.       Загадочная улыбка появилась на лице первородного, знатно пугая девушку. Странное проявление непонятной эмоции, совсем не свойственной для тысячелетнего мужчины... — Ты меня начинаешь пугать... — Подозрительно щурившись, прямо проговаривает свои мысли рыжеволосая, не зная, как реагировать. Если первородный захочет, он сможет удивить... — Британи, я понимаю, что между мужчиной и женщиной иногда возникает влечение, и не по наслышке знаю, как ему сложно устоять. Но всё же, ты могла сразу мне сказать, а не разыгрывать эту сценку. Я бы всё понял. — Добродушным голосом протягивает Майклсон с едва заметной игринкой и глазами в которых пляшет веселье, будто говорит с четырнадцатилетней девочкой, которая даже не целовалась ни с кем. — Господи, Элайджа. Сказать о чем? Ты что, где-то нашёл лошадиную дозу наркотиков и тебя теперь никак не попустит? Какое ещё влечение? — Шокированная словами своего лучшего друга, Британи удивлённо раскрывает глаза, совсем не готовая к такому заявлению. — Или ты подумал, что Алан мне интересен? — Выгнув бровь, спрашивает девушка, перенеся вес на левую ногу, немного наклонив голову в туже сторону.       Элайджа вмиг стал серьезным, потеряв прежнюю игринку в глазах. Знатно же он оплошал... Увидев резко переменившееся выражение лица Майклсона, кицунэ не смогла сдержаться и в следующее мгновение комната заполнилась громким и заразительным женским смехом. Оперевшись руками о колени, лисица пыталась взять себя в руки, но всё никак не получалось. Выпрямившись, Волкер вытерла указательный пальцем появившуюся слезинку около глаза, глубоко выдыхая, немного успокаиваясь. — В принципе, если дела обстояли немного иначе, твои слова вполне могли бы быть правдой. — Наконец сказала девушка, посмотрев на своего друга, которому стало... стыдно? Щеки Элайджи немного заалели, с головой выдавая их обладателя. Первородному определённо неловко... — Ты что, покраснел? — Неверяще, окончательно прогнав веселье, спрашивает девушка, вновь округляя глаза. — Вампира, которому более тысячи лет, вообще возможно смутить? — С ухмылкой продолжает Бри, немного издеваясь над первородным. А что? Сказал, пусть теперь терпит. Это ж надо такое представить... Ему бы в писатели с такой-то фантазией... — Если причина не в твоей симпатии тогда в чем? — Пытаясь уйти от этой темы, Майклсон потихоньку возвращает контроль над эмоциями. Он всю свою жизнь контактировал с людьми, может понять, что сделает собеседник по нескольким движениям. Всегда люди поражались его умением предугадать действия противника, но сегодня он так нелепо ошибся... Ему хотелось дать себе по лбу или же сломать пару стульев, но он смог удержаться. Хотя девушка явно бы была рада его проявлению эмоций. — Если коротко, самый смелый и вспыльчивый оказался братом Алана. Когда я его нашла, тот без зазрений совести оставил братишку взамен себя и смылся. Я же оставила охотника в живых, с условием, что тот прикончит своего брата. — Равнодушно поведала предысторию кицунэ, закончив насмехаться над Майклсоном, возвращаясь к делам насущным. Она бы ещё по смущала своего друга, но не хочется всё ещё больше растягивать. И так слишком много событий за один только день. — И Алан согласился... — Продолжает за девушкой Элайджа. По его спине пробегают мурашки, заставляя расправить плечи и выровнять спину. Слишком знакомый сюжет. Слишком... — Но это ещё не всё. — Возвращает в реальность девушка, заинтриговывая собеседника. — Наш охотничек на нечисть, сам оказался ею. — Под поднятую бровь продолжает Британи. Кажется, она перенимает его привычки. Такими темпами и до костюмов не далеко, ей бы подошло... — Он оборотень. — Сразу же догадывается Майклсон, мимикой никак не реагируя, устал уже удивляться. — Скоро полнолуние, он обратиться. Поэтому пусть пока побудет с нами, для безопасности. На крайняк Клаусу его скормим. Или он себе подобных не ест? — Подшучивает над недо-волком Волкер, выгибает одну бровь на последнем предложении, вызывая у Элайджи улыбку, немного разбавляя напряжение. — В любом случае, пусть пока побудет с нами, а после полнолуния я решу, что с ним делать. Сейчас он не на первом месте. — Делает заключение Британи, посмотрев на друга. У Элайджи слишком много проблем, не нужно нагружать его ещё и своими. — Бри... — Хочет что-то сказать Майклсон, но не решается, доверяя это дело своей подруге. — Тебе сейчас лучше думать о другом. Это был трудный день, иди отдохни. — Заканчивает девушка, а Элайджа не может не согласиться.       В следующее мгновение девушка прикрывает глаза, сплетая пальцы в жесте, который зачастую делает её друг, когда задумывается: соединившись подушечками, большие пальцы смотрят в сторону девушки, указательные и средние также месте, смотрят наверх, а остальные просто переплетены. — キツネの偉大な精神よ、私の家を不幸から救ってください。 彼を守り、間違った人が私の家に入ったり出たりしないようにして、害を与えたいと思ってください* — Произносит на японском девушка, на мгновение обнажая одну из своих сущностей. Появившиеся рыжие лисьи уши, с черными кисточками, а внутри белой шерстью, которая сплеталась с шикарными рыжими волосами, навострились, а один хвост белоснежного цвета с рыжим на конце, и также тонинькой черной кисточкой, как на ушках, ходил из стороны в сторону. Открываю глаза, когда они ещё горели янтарем с каплей крови. Спустя мгновение уши спрятались вместе с хвостом, а глаза вновь налились темной синевой.       Быстро переведя сказанную фразу, Майклсон удовлетворённо кивнул, согласившись на такой подход. — Теперь можем идти.       Выйдя с гостиной, Элайджа и Британи вернулись в холл. Алан всё также сидел на диване, кажется, будто он даже и не двигался. — Значит так, день был долгий и трудный, поэтому буду выражаться кратко и быстро. — Сразу же сказала я, желая уже побыстрее закончить этот вечер. — Ты оборотень. Скоро полнолуние, наверняка в курсе. Останешься здесь, выйти из дома без моего ведома не сможешь. После обращения решу, что с тобой делать. Можешь выбрать любую свободную комнату. А сейчас спать. — Быстро продолжила скороговоркой я, после чего развернулась и, поднявшись на второй этаж, зашла в свою комнату, наспех переодевшись, обессиленно рухнула спиной на кровать, блаженно прикрывая глаза.       Наконец-то этот день закончился...

***

      Сонно потерев глаза, я потягиваюсь. Блаженно вздохнув, наконец открываю глаза, раскинув руки в стороны. Чтобы снова не уснуть, я, не медля, встаю с кровати, после чего плетусь в ванну.       Взяв зубную щетку и пасту, выдавливаю немного на ворсинки, после чего возращаю её на место. Включив воду, мочу щетку, затем начинаю чистить зубы. Сплевываю пасту, чищу щетку, затем мою руки и умываюсь. Немного взбодрившись, понимаю, что на моей голове творится полный кавардак. Раздевшись, переступаю через бортик ванны, задвигаю шторку, чтобы не намочить пол, и настраиваю душ.       Горячие струи быстро заволокли моё тело, мгновенно расслабляя. Стою так и греюсь несколько минут с закрытыми глазами. Затем, взяв шампунь с ароматом зелёного чая, наливаю немного на ладонь, после чего массирующими движениями втираю его в голову. Смыв его, беру гель для душа с запахом корицы и апельсина. Не используя мочалку, так и наношу на тело гель, вспенивая его, а потом смываю. Вообще, люблю такое сочетание запахов, уже давно им пользуюсь. У зелёного чая запах сладкий, но также в нём есть и горчинка. Он вместе с запахом корицы, которая мне просто нравится, и цитруса, создают приятное сочетание.       Выключив воду, отодвигаю шторку и выхожу, после чего достаю полотенце и быстро вытираюсь, параллельно суша волосы.       Возвращаюсь в спальню, прохожу в гардеробную, думая, что же надеть. Выбор пал на светло голубые шорты, укороченную белую футболку из легкой ткани, а сверху коралловая рубашка с кнопками. Подкатив рукава чуть выше локтя, беру расческу и привожу свои волосы в порядок. Расчесываюсь, затем наклоняю голову вперёд, собираю волосы, немного закручиваю их рукой, после чего беру черный крабик и фиксирую им волосы. Поднимаю голову, подхожу к зеркалу и поправляю хвостик. Макияж делать слишком лень, поэтому сразу направляюсь к двери.       Выйдя с комнаты, я спускаюсь по лестнице, вдыхаю и ощущаю успокаивающий запах пачули и сырой древесины, как после дождя, понимаю, что мой друг уже на кухне, откуда и доносится этот привычный аромат, вместе с запахом бекона, жаренных яиц и кофе. Вновь делаю глубокий вдох, довольно прибавляя шаг. — Я тебе говорила, что ты просто Бог кухни? — Проговариваю я, заходя в нашу «собеседовальню», кладя голову между шеей и плечом друга, видя уже привычный черный костюм с белой рубашкой, закатанной до локтей. — Каждый раз, когда я тебе готовлю. — С улыбкой ответил Элайджа, перекладывая бекон с яйцами на тарелку, берёт вилку и кладёт мой завтрак на стол. — Ты не будешь есть? — Спросила я, садясь на стул, видя, что порция одна. — Я не голоден. — Отвечает Майклсон, ставя кружку с, как я понимаю, рафом. — А сироп какой? — Уточняю я, беру кружку и вдыхаю этот восхитительный аромат кофе, молока и.. шоколада? — У тебя не было сиропа, поэтому я добавил немного шоколадного топпинга. — Отвечает первородный, садясь напротив меня. — Кстати, алкоголь я расставил по шкафчикам в мини-баре. — Добавляет мой друг. — Спасибо. — Говорю я и приступаю к поглощению пищи. — Приятного аппетита. — Наш оборотень не объявлялся? — Прожевывая белок, спрашиваю я. — Стоит за стенкой и не решается войти. — Отвечает друг, посмотрев за мою спину.       Далее послышались шаги и на соседний стул приземляется охотничья задница в синих джинсах. — Утро доброе. — Говорю я, даже не посмотрев на присоединившегося собеседника, полностью поглощенная беконом. — И тебе. — Отвечает Алан спокойным голосом, наблюдая, как я беру рафик и делаю долгожданный глоток, довольно замычав и прикрывая глаза. Чистый черный и горький кофе я не люблю, поэтому пью только что-то супер сладкое. Спасибо регенерации, а то давно бы стала постояльцем в стоматологии. — Холодильник в твоём распоряжении, можешь приготовить себе чего-нибудь. — Говорю я, кладя последний кусочек бекона себе в рот, пережевывая его и глотая. — Ясно. — Хоть что-то отвечает оборотень, не зная, как реагировать. Он сидит за столом с очень сильными существами, вроде как в плену, но при этом с ним нормально общаются и даже не ограничивают в действиях. Ну, почти не ограничивают. — Что ж, мальчики, не шалите пока я буду проводить время в обществе глупых подростков. — Говорю я, допивая раф, вставая со стола, после чего кладу посуду в мойку. — Ты после школы пойдешь ещё куда-нибудь? — Спрашивает мой друг, думая, как правильно воспользоваться временем, что он с охотником останется наедине. — Не-а. Сразу домой. Если что-то изменится, я тебе наберу. — Заканчиваю я, выходя с кухни. Взяв телефон, сумку чёрного цвета, беру ключи от машины и, обув белые кроссовки, надеваю черные очки и выхожу из дома. Сев в машину, завожу её и, выезжая с участка, еду в сторону школы. А ведь эти малыши даже не подозревают кто их учитель...

***

      Припарковав машину, достаю ключи, беру сумку с пассажирского сидения и выхожу из машины, после чего закрываю её. Медленными шагами направляюсь в сторону школы, попутно открывая сумку и кладя в неё ключи, одеваю её на плечо.       До звонка ещё семь минут, поэтому можно не торопиться. Медленно шагая к своему кабинету, я не ожидала каких-либо происшествий, погруженная в свои мысли.       Ничего не подозревая, я продолжала свой путь, пока из кабинета слева от меня не выбежала девушка, которая явно была поглощена эмоциями и явно не намерена смотреть по сторонам. Ураганом выбежав из кабинета, девушка быстрым шагом врезалась прямо в меня. Среагировав, я остаюсь на ногах, придерживая девушку за плечи. — О Боже, простите меня, пожалуйста. Я не смотрела куда иду. — Мигом начинает извинятся девушка, явно сейчас думая не обо мне, двигаясь немного дергано, из-за переизбытка эмоций. Рыжие волосы взлахмочены, навеивая мысли, что она часто трогала их руками, на нервах. Что же её так выбило из колеи? — Учитывая в каком ты сейчас состоянии, неудивительно, что ты не смотрела по сторонам. Что произошло? — Спокойно спрашиваю я, вместо ожидаемой агрессии, видя удивлённым взгляд зеленых глаз. — А.. Мой парень, он... — Несвязно начинает девушка, пытаясь взять тело под контроль. Руки немного подрагивают и она, чтобы скрыть этот факт, засовывает их в карманы джинс. — Впрочем, это не важно. — Добавляет она, решая не вешать свои проблемы на других. — Как тебя зовут? — Решаю наконец узнать имя этой особы. Пора начинать расширять свой круг общения. Спонтанное решение, которое будет иметь свои последствия, но сейчас это кажется правильным. — Дженна. — Неуверенно протягивает девушка, потихоньку приходя в себя, но снова вздрагивает, услышав первый звонок. — Британи. — Отвечаю я, быстро вспоминая у кого у меня сейчас урок. — Если тебе действительно жаль, можешь загладить свою вину заплатив за мою выпивку в баре. Сегодня вечером. Заодно расскажешь, из-за чего я чуть не вытерла полы школы. — Предлагаю я, удивляя собеседницу. Собственно, почему нет? — Ээ, ладно, хорошо. Тогда в шесть в Мистик-Гриль. — Соглашается девушка, после чего раздается второй звонок. — Мне уже нужно идти. До встречи, Дженна. — Прощаюсь я, направляясь в сторону кабинета, в котором у меня сейчас урок. — До встречи. — Отвечает мне в спину девушка, находясь в смешанных чувствах. Из-за этой девушки она поссорилась со своим парнем, но всё равно согласилась с ней на встречу. Хотя, Британи кажется... милой?..

***

      Хлопок двери и начинающий работать двигатель машины, свидетельствует о том, что хозяйка дома покинула свою обитель, оставив своего лучшего друга и малознакомого охотника-оборотня наедине.       Повисло молчание, никто из мужчин не собирался его нарушать. Элайджа смотрел исключительно на Алана, анализируя каждое его движение, готовый в случае чего сразу же отразить выпад пленника. Пусть он сейчас и занят «семейными проблемами», но всё равно не может позволить его подруге пострадать. Без понятия откуда у неё появилось такое милосердие, но Майклсону ничего не остаётся, кроме как смириться и просто наблюдать. К тому же Британи права, сейчас он не представляет сильной угрозы, но это не дает им права расслабляться.       Никто из них ещё не встал из-за стола, продолжая уже минут десять друг на друга просто смотреть.       Алан также не отстает, ответно изучая поведение первородного вампира. Для него в ново вот так сидеть за столом с нечистью. Причём не абы какой ведьмой или вампиром. Это существо будет намного опаснее. Охотник кожей чувствует этот прожигающий и анализирующий взгляд. Вампиру было бы легче от него избавиться, но он медлит. Неужели из-за просьбы гибрида? Для Алана всё что произошло за последние сутки было как в неком тумане. Вроде один день, но всё так быстро изменилось. Ему неделю как приставили новичка и затем сразу же отправили на серьезное дело. Ночью он потерял обоих напарников, но хуже всего не это. Он потерял брата. Навсегда и бесповоротно. Причем своими же руками его и убил. И тут сложно винить лисицу, хотя очень хотелось. Было бы легко винить во всем гибрида, выставить всё так, что она заставила его совершить братоубийство. Но жестокая правда в том, что это не так. Всё что сделала Британи — дала выбор, дала возможность, а как им воспользоваться решать уже было не ей. И, конечно, можно было бы это списать на лисьи чары, но тут тоже промах. Он чувствует, что произойди это не рядом с лисой, поступил бы также. Узнай он это при других обстоятельствах, поступил бы точно также. Обида, боль от предательства сильно ранят, и в этом кицунэ тоже не виновата. Она не заставляла его брата говорить эти слова. Да, провоцирующие фразы присутствовали, это и так понятно, но что конкретно говорить, она не приказывала. В том, что его брат козел, её нельзя винить. В том, что его любовь к семье оказалась фальшью, её нельзя винить. Правда в том, что никто не виноват в том что вчера произошло. Случилось так, как должно было случиться. Ничего уже не изменить. Остаётся надеяться, что он сможет выбраться из этой заварушки живым. Теперь он сам по себе, идти ему некуда. Да и всё теперь по другому. Он сам стал сверхъестественным существом и нужно научиться с этим жить. Полнолуние совсем скоро и он не знает, что будет. Если раньше будущее было вполне ясным — он знал, что скорее всего умрет на охоте от какого-то монстра, далеко не в семьдесят лет с любящей женой, детьми и внуками. Теперь же его преследует абсолютная неизвестность. Он не знает, что будет дальше и это пугает. Но деваться некуда, так что нужно приспосабливаться к нынешним обстоятельствам.       Решив, что тишина затянулась, Алан смотрит в глаза первородного, который тоже думал о своем. — Не думал, что Британи оставит меня в живых. — Начинает диалог охотник, вставая со стола и двигаясь к холодильнику. Нужно что-то съесть, тем более хозяйка дома сама не против, что её продукты будут поглощены кем-то другим. — Я тоже. — Отвечает механически Элайджа, следя за каждым движением оборотня. Он тоже хотел что-то сказать, но тот его опередил. Нужно взять из этого разговора максимальную выгоду, узнать какие мысли и планы в голове у Алана, чтобы знать, как действовать. Его они навряд ли отпустят со всеми его воспоминаниями. Возможно ему придётся использовать внушение. — Хотя я предполагал, что ты продержишься дольше остальных. — Добавляет Элайджа совершенно спокойно, удивляя собеседника. Тот поворачивается корпусом ко всё ещё сидящему мужчине, оторвавшись от холодильника. — Приму за комплимент. — Тянет заторможенно Алан, возвращаясь к просмотру продуктов. Затем достаёт три яйца, масло и сырокопченую колбасу. Хотя, судя по морозилке, в которую он мельком заглянул, девушка явно предпочитает мясо, в больше степени курицу. Наверно, на автомате купила, если не будет времени размораживать мясо. — Что ты думаешь по этому поводу? — Вдруг спрашивает первородный, решая сразу перейти к делу. — По какому? — Уточняет охотник, во время поиска ножа. Планировка кухни такая, что возле входа стоит холодильник, затем микроволновка, под ней две большие полки, а над ней две по-меньше. Затем идёт пустой стол с двумя дверцами под, над ним тоже есть полки. Наверняка там посуда. Затем идет плита, а под ней встроенная духовка. Над плитой идет вытяжка. После вытяжки одна большая дверца, под которой продолжается стол, на нем стоит соль, сахар и перец. Под ним идут две маленьких полочки и одна большая. Затем раковина, под ней мусорка, сверху тоже идут полки.       Открыв верхний ящик слева от духовки, он сразу же попадает в цель. Там находились столовые приборы. Взяв нож, он берет масло и отрезает небольшой кусочек. — О ситуации в целом. Что ты собираешь делать дальше? — Отвечает Майклсон, всё также внимательно наблюдая за мужчиной. — А что мне делать дальше? — Вопросом на вопрос отвечает Алан, включая одну конфорку, на которой всё также лежит сковородка. Кладёт кусочек масла, вновь разогревая сковородку. — Моего единственного родственника я убил своими руками. Узнал, что являюсь оборотнем. Вы меня наверняка не отпустите просто так. Что мне и остаётся, так ждать полнолуние, а что дальше — для меня загадка. — Продолжает охотник, беря нетронутую колбасу, с помощью ножа открывает упаковку, затем отрезает кусочек, чистит от шкурки и нарезает ещё пару кружков. — Что ты собираешься делать с полученной информацией? — Продолжает допрос Майклсон, пока не замечая подозрительных действий со стороны Алана, вслушивается в ровное сердцебиение, свидетельствующие о правдивости слов собеседника. — А что мне с ней делать? — Наверно отвечать вопросом на вопрос его привычка, либо же он правда не знает, что сейчас думать. — Мне не хочется иметь во врагах гибрида волка и лисы и первородного вампира. — Говорит Алан, прекрасно понимая, что шансов у него против них ноль, доставая тарелку с тех самых двух дверец, перекладывая туда колбасу, а затем берет нож, разбивает яйца и выливает их на разгоревшуюся сковородку, после чего выкидывает шкарлупу. — А что насчет твоего Босса? — Переходит к более интересующей его теме Элайджа. Он почти на сто процентов уверен, что это враг Британи, который достаёт её уже продолжительное время. Насколько ему известно, он старше Бри, и тоже далеко не человек, девушка и сама про него мало знает. — А что с ним? — Напрягшись, переспрашивает снова Алан. Это незнание, честно, начинает раздражать. И хоть Алан подозревал, что с этим заказом что-то не так, но прямой вопрос от первородного он не ожидал услышать. Неужели они что-то подозревают? Поэтому оставили в живых? Ради информации? — Что он вам сказал, когда отправлял сюда? — Задает более конкретный вопрос Майклсон, видя, как мышцы на спине охотника напряглись, а сердцебиение ускорилось. — Ничего особенного. Мол, лиса, что здесь живет, умерла, а хвосты остались, нужно их забрать. Всё. — Дает честный ответ охотник, посолив и поперчив яичницу.       Из ответа Алана Элайджа понимает, что они совсем ничего не смыслят в том, на что охотятся. Хвосты лисы — часть её тела, в случае смерти кицунэ, они перестают иметь какую-либо ценность, потеряв магические свойства, так как дух лисы давно ушел. Да и при смерти, они принимают свою изначальную форму — лисью шкуру, так что хвосты априори не могут находится вдали от хозяина, являясь частью обличия. — Вы с ним общались лицом к лицу? — Вдруг спрашивает первородный, подозревая, что тот мог давать указания дистанционно. И это вполне логично, ведь если произойдёт непредвиденная ситуация, то они даже не знают как он выглядит. — Нет, только звонки и переводы на карту. — Отвечает Алан, не видя смысла врать. Да и кто му же, у вампира прекрасный слух, он сразу поймёт, что тот лжет, а это подрывает доверие, которое у них, итак, отсутствует. — Вы хоть знаете на кого работаете? — Скорее риторически узнает Майклсон, потеряв интерес, откидываясь на спинку стула. Они были просто пешками на шахматной доске, которой руководили свыше, для более страшных и глобальных целей. Одним словом — пушечное мясо.       На это высказывание Алан молчит. Сейчас он чувствует и понимает, что их действительно отправили сюда на смерть. А для чего? Навряд ли он сможет узнать. — В любом случае, я сейчас сам по себе. Смысла вредить вам не вижу, так что проблемой не стану. — Выключив конфорку, Алан берет лопатку и начинает перекладывать яйца в тарелку. — Я могу тебе верить? — Серьезно спрашивает того Майклсон, прислушиваясь к сердцебиению собеседника. — Да. — Сердце не дрогнуло, билось ровно. Да и чисто логически, Алану нет выгоды их злить. — Что ж, тогда всё может закончиться мирно. — Просто говорит Элайджа, хотя в этом предложении Алан слышит отчетливую угрозу. Вместо такой невинной фразы ему слышится: «Если попытаешься нам навредить, а не разойтись мирно — будешь умирать медленно, мучительно и только после долгих пыток». От этого мурашки пробегают по спине, а дрожь пробивает тело. Этот мужчина определенно силен, умен, с огромной фантазией и наверняка отвечает за свои слова. Так что можно не сомневаться — он воплотит всё задуманное на нем, стоит только захотеть.       Сглотнув, Алан берет вилку, садится за стол и начинает есть. Майклсон же, заканчивая разговор, встает и куда-то уходит, больше не взглянув на охотника. Ну, ему даже руку не сломали, уже хорошо…

***

      Прозвенел звонок, ученики, собрав свои вещи покидают кабинет, я тоже не задерживаюсь, прихватив ключи и сумку, выхожу последней, закрываю дверь и вспоминаю, что нужно позвонить Элайдже. Зайдя в свой кабинет, я достаю телефон с сумки и набираю выученный наизусть номер. Трубку берут после первого гудка. — Привет. Ну как вы там? Не поубивали друг друга? — Спрашиваю я с ухмылкой, держа телефон около уха. — Привет. Алан пока жив. И я кое-что у него узнал. — Отвечает мой друг, наверняка сидя в каком-то кресле. — И что же? — С любопытством интересуюсь я, радуясь, что мой друг не тратит время зря. Судя по спокойному тону, всё прошло довольно неплохо. несмотря на это многообещающее «пока». — Ну, самое важное — он не намерен нам мстить или вредить. И с тем человеком, который отправил его к тебе, они никогда лично не встречались. Только по телефону. — Говорит мой друг, делая глоток крови. Для алкоголя рановато же, верно? — Не густо, но оно и понятно. — Отвечаю я, примерно такого результата и ожидая. — Кстати, чего звоню. Вечером я иду в бар. — Проговариваю причину почему набрала, глянув на часы. Успеем поболтать. — Чем тебя не устраивает выпить дома? — Недоуменно спрашивает Майклсон, не понимая, что за час успело поменяться. — В коридоре меня сбила с ног девушка. Дженна зовут. В качестве извинений согласилась заплатить за меня в баре, в шесть вечера. — Отвечаю я своему другу. — С каких пор ты так открыто заводишь знакомства? — Улыбнувшись, спрашивает друг, ведь даже с ним она стала общаться только потому, что обстоятельства вынудили. — Лишний алкоголь на дороге не валяется. — Ухмыльнувшись, проговариваю я, хотя это тут совсем не причем. Просто, чувствую, что эта девушка ещё может пригодиться. Хотя возможно это потому, что её аура очень светлая, добрая. Думаю, с ней может быть весело. — Конечно, дело ведь именно в этом. — Закатывает глаза, конечно же не поверив в эту глупую причину. — Погоди, ты сказала её зовут Дженна? — Вдруг напрягается мой друг, уточняя кое-какую деталь. — Да, а что? — Спрашиваю, напрягаясь. — Не Саммерс случайно? — Предполагает Элайджа с кем мне пощастливилось познакомиться. — Не знаю, она фамилию не говорила. — Тут же отвечаю я. — В чем дело? — Спрашиваю друга, не упоминая имени. В этой школе всё ещё учится Сальваторе и не факт, что они прямо сейчас не слышат их разговор. — Дженна Саммерс — тетя и опекун Елены Гилберт. — Отвечает первородный. Неужели меня сбила с ног тетя двойника? Впрочем, это не так уж и важно. — Возможно мы сможем извлечь из этого выгоду. Будет странно если я резко отменю встречу. — Проговариваю я, понимая, что лучше будет встретиться. Со стороны это выглядит вполне естественно: новый человек пытается наладить отношения с жильцами города. Очень даже правдоподобно. — Да, ты права. — Соглашается мой друг, подумав о том же, о чем и я. — Тогда хорошо проведи время, Британи. Ты же после школы придешь домой? — Уточняет мой друг на всякий случай. — Да, после работы я домой, а потом уже в бар. — Подтверждаю предположение Элайджи, после чего мы прощаемся и он первым кладёт трубку.       Черт, я пью каждый день, это что, лисий алкоголизм?       Что ж, в любом случае, надеюсь эта встреча пройдёт без происшествий.

***

       Вторая половина дня прошла трудновато. К обеду облака испарились, солнце сильно светило, жарило, буквально накаляло воздух, делая процесс поступления кислорода более затруднительным. И хотя я люблю жару, люблю греться под палящим солнцем, духота всё портила. К трем я уже освободилась, да и солнце потихоньку утихало, давая хоть немного прохлады. Быстро добравшись до машины, в которой есть кондиционер, я открываю двери, в душе ликуя, что у меня сиденья молочного цвета и они не так сильно нагрелись. Прям что надо. Хмыкнув своим противоречивым чувствам, ведь я одновременно и рада жаре и проклинаю её, я завожу машину и выезжаю со стоянки, направляясь домой. Надеюсь Элайджа что-нибудь приготовил, а то в школе толком поесть не получилось. На большой перемене есть не хотелось, и я решила, что дотерплю и дома поем, но уже на предпоследнем уроке мой желудок скрутило, создавая беззвучное «урчание». Есть захотелось жутко, но у меня было мало времени и оставшиеся два часа прошли с мыслями о сочной утиной грудке, порезанной на ломтики, политой апельсиновым соком, давая запах цитруса, с гранатовым соусом. Слюна невольно вырабатывается, заставляя живот снова урчать, напоминая о себе.       Прибавив скорости, мне остаётся минут десять, хотя до этого выезжающие со стоянки ученики мешали мне попасть домой, затягивая процесс выезда с парковки.       На ходу набирая номер Элайджи, я жду когда тот возьмет трубку, постукивая указательным пальцем по рулю, потому что если в доме ничего нет уже приготовленного я буду волком выть, в прямом смысле. — Да, Британи, что-то случилось? — Майклсон практически сразу берет трубку, за что ему отдельный поклон и слова благодарности. — Элайджа, я жутко хочу есть, скажи, что в моем холодильнике не повесилась мышь и есть что-то приготовленное. Желательно бегающие или прыгающие и с соусом. — Голодно проговариваю я, сворачивая вправо, к выезду из города, прибавляя пару километров скорости, так как по этой дороге ездит довольно мало машин. Оно и понятно. В ответ я слышу смех первородного, который не может сдержать улыбки от такой домашней Бри. И как он раньше жил без этой бестии? — Ха-ха-ха, Британи, ты ведь в курсе, что у тебя в холодильнике лежит. Но я сейчас достану мясо из морозилки, могу попросить своего ведьмака сходить за соусом. Куриное филе подойдет? — Проговаривает Майклсон, открывая морозилку, примерно догадываясь о предпочтениях его друга. Для курицы у Британи выделена целая полка, причем самая большая. Остальные виды мяса, замороженные овощи, помещаются в средней полке, на случай если ей захочется чего-то другого. А мороженное с ягодами лежат в самой верхней полке. Их тоже довольно много, возможно даже можно было переложить в нижнюю — самую большую полку, но курицы всё же больше. Разные части тела птицы, сложены стопками, чтобы сразу понять где что. Куриное филе занимает ровно половину места, остальное это четыре стопки по четыре пачки куриных ножек и столько же крылышек. Сразу видно, что ей прельщает больше. Хотя куцинэ любит иногда побаловать себя корейской кухней и приготовить яннём чикхин, но это бывает довольно редко. — Элайджа, ты лучший. И да, подойдет. Когда твой ведьмак успел стать послушной зверушкой, готовый бегать по моему любому капризу? — Во время вчерашних объяснений Майклсон поведал, где и при каких обстоятельствах познакомился со своими «работниками», и всё же я не хотела бы быть на их месте. Конечно, будь у меня такая ситуация я бы тоже вмешалась и согласилась на любую сделку, только бы помочь своему близкому, но что-то мне подсказывает, что раз девушка жива и ни разу не объявилась, то ей и не нужна помощь. Хотя ей могут вполне запретить общаться, но она же ведьма. Могла бы тайно письмо отправить, что с ней всё нормально. Но не стала… Но, может это я так мыслю, мне то не страшно, а она явно по слабее первородного будет. В прочем, это не моё дело, хоть и странно. — Не нужно никого просить. Не хочу, чтобы кто-то знал, где я живу, хоть выяснить это не проблематично, но всё же. Я проезжаю мимо магазина, сейчас сама быстренько куплю. — Продолжаю я, не ожидая, что мне ответят на вопрос. — Зная голодную тебя, можно сказать, что быстро не получится. Ждать тебя с десятью полными пакетами? Как раз курица разморозиться. — Ухмыльнувшись, на прямую смеётся надо мной друг. Я тоже не сдерживаю улыбки и начинаю смеяться. — Если такое случится, ты должен будешь встречать меня не у двери дома, а в магазине на кассе, потому что будет слишком подозрительно если хрупкая девушка всё это утащит без посторонней помощи. — Отвечаю я, не переставая улыбаться. — Тогда позвони заранее, мне нужно время чтобы дойти до тебя. — Проговаривает мой друг, а я вновь начинаю смеяться. С ним так комфортно. Лучший друг и человек, которого не заслуживает этот мир… — Обязательно, а ты ставь курочку размораживаться, твои сладкие речи не заменят мне обед. — Продолжаю я, заезжая на стоянку около супермаркета, параллельно ища место, где можно припарковаться. — Уже поставил. Судя по звукам ты останавливаешься, смотри не съешь кассира. — Продолжает подшучивать мой друг, радуясь такому простому разговору. — Со стороны интеллигентный и спокойный человек, а оказывается вон как. У тебя отличное чувство юмора, мой дорогой друг. И когда ты успел им обзавестись? — В шутку спрашиваю я, конечно же радуясь, что такой сдержанный человек со мной открыт и позволяет себе так сильно расслабиться. — Когда с тобой начал общаться. Пришлось научится отвечать на твой юмор юмором, а то со стороны может показаться, что ты надо мной издеваешься, а я терплю. — Опять шутит Майклсон, с улыбкой на губах наблюдая за тем, как филе крутится в микроволновой печи, готовясь быть приготовленным и политым соусом. — Ха-ха-ха-хах, Господи, Элайджа, я тебя обожаю. — С улыбкой и не сдерживая смех, говорю я, припарковав машину и откинувшись на кресло, достаю ключи с замка зажигания. Как же не хватало этого общения. Свободного, легко, непринужденного. Какое бывает только у них. — Всё, иди, а то с голоду умрешь. — Радуясь, что Британи не наскучило их общение, отвечает Майклсон, собираясь закончить звонок.       Годы, что он прожил, и смерти дорогих ему людей постоянно сеят сомнения, а нужен ли он вообще кому-то? Что мешает ему просто закрыться и больше никого не пускать к своему сердцу? Вечные предательства, боль, обида, постоянное разочарование в себе, в этом, как ему казалось, прекрасном мире. Он устал. А эта девушка не даёт ему окончательно сдаться. Она заставляет его жить, верить, что он нужен, верить, что он может сделать кого-то счастливым парой фраз. И это греет душу, заставляет верить в лучшее и надеяться, что для него не всё потеряно. — Для меня это будет слишком скучно и неинтересно. Нужно придумать что-то по эффектнее. Обещай мне нескучную смерть, Элайджа. — В шутку просит Бри, хотя понимает, что это невозможно. Её смерть, если она вообще есть, априори не может быть скучной, как минимум потому, что её проблематично убить и нужно сильно постараться.       Но эта якобы шутка напрягает первородного. Он не хочет терять такого близкого ему человека. — Бри… Я не хочу тебя терять. Не хочу терять своего лучшего друга и плевать по каким причинам это может случится. — Серьезно проговаривает вампир, выражая свои чувства предельно искренне. И от этого тона мурашки пробегают по спине. И вот как это может не цеплять? Она верит, хочет верить, что это правда. Элайджа ей заменил семью, и конечно же ей приятно и одновременно больно это слышать. Эй тоже не хочется терять такого прекрасного человека, и она до последнего вздоха будет бороться за то, чтобы он жил счастливо. Сделает всё для этого. — Я тоже, Элайджа. Не позволю, чтобы ты пострадал. Жизнь отдам, но ты будешь цел. Ты — моя семья. И эти слова не пустой звук. — Предельно серьезно и максимально искренне говорю я, ни капли не лукавя. Глаза начинает щипать, так не вовремя. И как такая легкая атмосфера превратилась в такое сильное откровение? Без понятия. — Думаю, нужно заканчивать этот разговор. Я всё ещё хочу есть. — Шмыгнув носом проговариваю я. — Если курица не разморозиться, пойду охотиться на оленя или слона. — Продолжаю я, разряжая обстановку. На другом конце слышится легкий смех первородного. — Я в этом не сомневаюсь. — Говорит первородный и я сбрасываю. Положив телефон в сумку, открываю дверь и выхожу из машины. Закрываю её и двигаюсь в сторону кладезя пищи.       Захожу в магазин и сразу беру небольшую корзину, потому что уверена, что одним соусом не обойдется. Но и тележку не беру, чтобы и правда не выйти с полными пакетами еды.       Быстро прохожу мимо отдела круп, заглядываю в раздел соусов и думаю над тем, чтобы взять несколько разных. Беру гранатовый и соус бальзамик. Собираюсь уходить, но на глаза попадается упаковка кочхуджана и, немного подумав, хватаю среднюю по размеру упаковку. Лишним не будет. Всё равно захочется остренького.       Выхожу из этого ряда и решаю заглянуть в отдел сладкого. На глаза попадается много шоколада, мармелада, зефира, карамелек, конфет и прочих сладостей. Пробежав взглядом, цепляюсь за стенд с рахат лукумом. Решаю взять фруктовый, а именно гранатовый, с лепестками роз, и с орехами, гранатом и кокосовой стружкой. Беру несколько упаковок с кислыми ленточками и, собираясь идти на кассу, прохожу мимо ряда с соками. Беру один апельсиновый, лимонный, яблоко-виноград и вишневый — любимый сок Элайджи. Не знаю, связана ли его любовь к этому соку из-за цвета или он просто очень любит вишню, но не мне осуждать чужие вкусы. Сама за обе щеки хлещу лимонный сок — кислятина до жути, ну, как мне говорили, когда видели, что я его пью. Для меня же это сладость неимоверная. Так что у каждого свои вкусы и только ему решать, что любить, а что презирать.       Наконец дойдя до кассы, становлюсь в очередь и потихоньку выкладываю свои покупки, ожидая, когда до меня наконец дойдёт очередь.       Попросив пакет, пока мои продукты пробивают, я достаю кошелёк и потихоньку складываю купленное. Оплатив картой, я выбрасываю чек и довольная иду на выход. Подойдя к своей машине, достаю ключи, клацаю кнопку, затем открываю дверь и кладу пакет с моей едой на пассажирское сиденье, туда же идет и сумка. Вставляю и проворачиваю ключ, заводя машину, выезжаю с парковки и, прибавив газу, быстрее еду домой.       Наконец подъезжаю, припарковываю машину, беру пакет, сумку, выхожу, закрываю машину, кладу ключи в карман и захожу в дом. Дверь не заперта, поэтому я без проблем прохожу, разуваюсь, выкладываю ключи, кладу сумку и с пакетом иду на кухню. — А я не поняла, почему мой гарем меня ещё не встречает? — Чуть громче обычного тона, спрашиваю я, оповещая о своем присутствии. Майклсон сразу же спускается, а Алан появляется спустя секунд двадцать. — Какие вы у меня послушные. Сразу пришли. Хвалю. — Весело проговариваю я. Прям за считанные секунды сбежались. — Вижу ты с одним пакетом. Неужели смогла сдержать голод? — Наигранно серьезно спрашивает Элайджа, ухмыляясь, складывает руки на груди, облокачивается, становясь в проходе. — Было трудно не взять всё и сразу, но я справилась. — Улыбаюсь и перевожу взгляд на охотника, судя по всему, уже бывшего. — А ты как, наш горе-оборотень? Ещё клыки не лезут наружу? — В шутливой форме спрашиваю я, на что тот закатывает глаза. — До полнолуния ещё пять дней, рановато как-то про клыки говорить. — С ухмылкой отвечает мне Алан, потихоньку привыкая к этой странной компании. И странные они не только потому что один первородный тысячелетний вампир, а другая гибрид кицунэ и оборотня. Странные, потому что общаются не так, как он ожидал. Странные, потому что рядом с ними, когда они в привычной среде, ты чувствуешь себя комфортно. И это пугает больше всего.       После, скажем так, выяснений отношений с Элайджей, Алан ещё несколько часов чувствовал напряжение, предпочитая находится в «своей» комнате. Но потом опять проголодался, вышел и встретился с Майклсоном. Тому, кажется, было плевать, он занимался своими делами и совершенно не давил своей сильной аурой, позволяя охотнику выдохнуть. Пообедав, больше не чувствовалось того прежнего дискомфорта и настороженности. Они даже перекинулись парой фраз, могли спокойно находиться в одной комнате, не мешая друг другу. А когда он услышал разговор Элайджи и Британи, обомлел. Его слух обострился и он из другой комнаты мог услышать, как они говорят. В тот момент они были так похожи на обычных людей. Просто друзей, которые встретились и просто хорошо проводят время вместе. И в этот момент он задумался. А может не все сверхъестественные существа монстры? Он ведь когда охотился, убивал, даже не задумывался, что у кого-то из них вполне могла быть семья. Каждый из них мог любить. А он просто работал наемником, даже не допуская мысли, что кто-то из них просто перешел дорогу другому... И от этого становится противно и тошно от самого себя. Он ведь не разбирался в ситуации, просто убивал, потому что платили. Но, не все были такие, были и те, кто сразу давал понять, что не заслуживает жить. Таких было не жалко. За смерти этих чудовищь он не винит себя. — Открою тебе секрет, охотничек. Полнолуние начинает действовать ещё за неделю-полторы до своего наступления. Несмотря на то, что ты не активировал проклятие, ты должен был замечать, что ближе к полнолунию становишься более злым, раздраженным, агрессивным, словно оголенный провод, не хотел ни с кем контактировать, хотел побыть один. — Перечисляю основные «симптомы» я, смотря за мозговым процессом у собеседника. Он явно задумался, вспоминая подобные моменты. Пусть это могло не сильно проявляться, но такое всё же есть. На меня полнолуние начинает влиять ровно за неделю. И это знатно облегчает жизнь. Не нужно следить за циклом, лунными фазами и всему прочему, чтобы понять, когда ты обратишься. Луна даёт подготовиться и я очень благодарна за это. — Это может слабо проявляться, а может и сильно. Всё зависит от характера человека, его обычного поведения. Другие могут и не заметить этой перемены, но ты её должен четко чувствовать. — Продолжаю я, видя понимание и осознание в глазах напротив. Он знает о чем я говорю и теперь всё стало по полочкам. — Такс, а что с моей курочкой? — Спрашиваю я, подойдя к микроволновке. Смотрю на время: до полной разморозки ещё полчаса. — Слишком долго. — Проговариваю сама себе я, после чего касаюсь работающей техники и усиливаю мощность, ускоряя процесс разморозки. Цифры как бешеные начинаю меняться. Полчаса, пятнадцать минут, десять, пять, три минуты, минута. На этом я остановилась, довольно ухмыляясь. Довольно смотрю в сторону двоих мужчин, один из которых точно в шоке.       По кицунэ видно, что это не отняло у неё никаких сил, обычное дело, и всё же это вызвало сильный эффект на Алана. Насколько же не ограничены её возможности? Мурашки пробегают по спине, и он ещё яснее понимает, кто перед ним сейчас стоит. Она даже не старалась, когда охотилась и при этом убила их всех. Для этих двоих люди слишком слабы и от этого жутко. Они даже не прикладывают усилий, а уже наводят ужас. Одного взгляда достаточно, чтобы сердце начало биться быстрее, пот выделяться обильнее, а горло сглатывает неприятный ком.       Сейчас Алан себя сдерживает, но теперь ему понятно, почему Джейкобу было так страшно быть загнанным в угол этой девушкой. Её сила давит, подавляет и заставляет подчиняться. А ты даже не можешь противиться, потому что попросту не можешь, не хочешь, сил нет. Так даже легче. Просто позволяешь ей контролировать ситуацию, плывешь по течению, скорость и силу которого контролирует она. И пусть оборотень понимает, что Волкер ему ничего не сделает, потому что пока не хочет, но мелкие мурашки всё же пробегают по спине.       Британи предпочитает не замечать и не акцентировать внимание на том, насколько сильно её врожденная сила впечатлила охотника, всё же это обычная реакция, вполне объяснимая. — Если ты могла так сделать изначально, зачем заставила меня её самому ставить и размораживать? — Элайджа рассчитывал на что-то такое, потому что в шесть у неё встреча, а есть ей хочется сейчас. — Ты был таким заботливым, когда предложил, что я не смогла отказать себе в этом удовольствие. — Улыбнувшись, проговариваю я, открывая дверцу и доставая миску с курицей. — Ты ведь сама меня и подтолкнула, когда позвонила. — Продолжает Майклсон, на что я пожимаю плечами. Мне хотелось с ним поболтать и узнать, не приготовил ли он чего-нибудь. А Элайджа вызвался размораживать курицу, конечно, спасибо ему большое за это. — Ладно. Алан, распакуй пакет. Соусы и лукум сложи в холодильник, конфеты высыпь в общую миску и вместе с соком поставь на стол. — Даю указания я, ставя миску с любимым филе на стол. Алан, ничего не говоря, идет к пакету и делает так, как я сказала. — Элайджа, достань сковородку и тарелки с вилками. И досточку, пожалуйста. — Продолжаю я, запрягая друга. Тот немного удивленно на меня посмотрел и всё же сделал так, как я просила.       После я достаю курицу из пакета, его выкидываю, а филе кладу на доску и достаю нож. Нарезаю мясо ломтиками, как на отбивные, солю, перчу, но не отбиваю молотком. — Алан, достань масло. — Говорю я, после чего охотник отходит от стола, где теперь лежат сладости, открывает холодильник и передает мне упаковку уже начатого сливочного масла.       Открыв её, я отрезаю небольшой кусочек, кладу на сковороду и ставлю её на огонь. — Элайджа, налей пока сока, пожалуйста. — Прошу вежливо я, стараясь к тому реже обращаться. Тот кивает и достаёт кружки, наливает себе вишневый, мне лимонный, а Алан сам себе налил яблоко-виноград, сильно не злоупотребляя работой первородного. — Алан, можешь пока сделать салат, все овощи в холодильнике. Подсолнечное масло не добавляй, терпеть его не могу. Можешь взять огурец, помидор, листья салата, тофу и соевый соус. — Говорю я, пока оборотень кивает и достаёт всё что я назвала. Потом берет овощи, моет их и кладёт на доску, которую я уже освободила, переложив курицу в нагревшуюся сковородку, распределяя её лопаткой. Отойдя от плиты, я беру со стола кружку с лимонным соком и делаю пару глотков, блаженно вздыхая. — Ты сегодня вступила в ряды командиров, Британи? — Ухмыльнувшись, спрашивает Майклсон, видя эти командующие нотки. Раньше он сам помогал, а тут она решила им руководить. Конечно, Элайджа не против помочь, всё-таки не очень приятно сидеть и наблюдать как его подруга одна бегает по кухне, готовя на всех троих обед. Все едят, значит все готовят. — Не хочу быть кухаркой в собственном доме, в котором хочется отдыхать. — Отвечаю я Элайдже, хотя по глазам вижу, что он меня понимает. Навряд ли с ним кто-то разговаривает также, как я. Разве что брат, которому он помогал в возвращении сущности волка, но это было давно. Да и я не всем позволяю так разговаривать с собой, шутить и уж тем более выполнять чьи-то просьбы без собственной выгоды.       Допив кружку сока, я возвращаюсь к плите, переворачиваю мясо и немного меняю местами положение курицы. Мяса много, должно хватить на троих человек, пусть Майклсон не нуждается в пище, и всё же ему нравится запах и вкус еды, поэтому не отказывается.       Тем временем Алан уже дорезает помидоры, перекладывает их в миску к огурцам и салату, который решил не резать. Приступает к тофу. Достаёт из упаковки, нарезает сразу всё пластинками, потом переворачивает и снова режет, превращая всё в кубики. Насколько он слышал, кицунэ любят именно этот вид сыра, с чем это связано, Алан не в курсе, но когда видит девушку или парня которые его едят, постоянно думает о лисах. Этот салат будет вкусным и без соуса, но немного суховатым, поэтому сразу после тофу, в миску заливается соевый соус. В меру, конечно же.       Перемешав всё столовой ложкой, Алан кладет миску на стол и лишь ждёт долгожданную курицу.       Я же, достав гранатовый соус, ставлю его на стол, затем снова мешаю курицу, подмечая, что та почти приготовилась. Жду пять минут, снова мешаю, всё готово. Выключаю плиту, беру доску, ставлю её на стол, а на неё сковороду. — Налетай. — Довольно говорю я, накладывая себе в тарелку вкусно пахнущую курочку, довольно сглатывая собравшуюся во рту слюну. Алан и Элайджа не медлят, также насыпая себе долгожданное мясо. Я же беру гранатовый сок и поливаю им филе, ставлю на стол, затем беру и насыпаю салат, наливаю лимонный сок и вуаля. Вкуснющий обед, больше похожий на ужин, готов.       Взяв вилку я пробую мясо, макая в соус, довольно мычу, этому божеству. — Я прекрасна. Как курица может быть настолько вкусной? — Спрашиваю саму себя, поднимаю взгляд и вижу, что двум моим соседям, пусть не как мне, но тоже очень даже понравилось. — Что-что, а курицу ты прекрасно готовишь. — Говорит Элайджа, оценивая мои кулинарные навыки. — Салат тоже вкусный, Алан. — Говорит неожиданно Майклсон, удивляя оборотня. Я же довольно хмыкаю, понимая, что манеры у первородного, похоже, прежде всего. — Спасибо. — Неуверенно, но твердо произносит русоволосый, глотая кусок мяса, хотя понимает, что всё что он сделал, так это нарезал ингредиенты и перемещал их.       Дальше мы продолжили есть в тишине.

***

      Прошло около часа, когда мы закончили есть и помыли посуду. Не хочу оставлять на вечер, да и время у меня ещё есть. Потом мы ещё сидели, я ела сладкое, переговариваясь с Элайджей, Алан же иногда вставлял своё слово, пока привыкая к нашей компании. Пусть он себя чувствует и комфортно, но общаться пока сильного желания нет. Оно и понятно. Ему не привычно. — На самом деле твоя стойкость впечатляет. — Говорю я абсолютно честно. Редко встретишь людей, которые с достоинством принимают неожиданные повороты от жизни и проблемы. А он держится. По крайней мере, Алан не истерит, не бросается пустыми угрозами и не устраивает забастовки, заперевшись в комнате. — Неужели совсем не скучаешь по брату? — Задеваю опасную тему, пытаясь сдвинутся с точки. Что-то мне подсказывает, что он определенно вписался бы в нашу компанию, если бы захотел. Да, до уровня «абсолютное доверие», который у нас с Майклсоном уже пройден, далеко, но с ним можно пообщаться.       Тяжело вздохнув, Алан жалеет, что не налил себе выпить. Гибрид пытается его разговорить, чтобы понять, получится ли у них продолжить общение или они после полнолуния сразу же разойдутся. Сложно сказать, чего он сам конкретно хочет. Ему не противно находиться в этом доме с этими людьми, но и назвать их друзьями тоже не может. Да и они его таковым явно не считают. Поэтому сейчас он просто свыкается с мыслью, что на самом деле оборотень. И теперь даже интересно, кто именно из родителей им являлся и присутствовал ли этот ген у его сводного брата, или он был просто человеком. Увы, спросить не у кого. Отец мертв, а мать неизвестно где, что его, что Седа. Удивительная история на самом деле. Матери выносили детей, но при этом не оставили их себе, а спихнули на отца. Это довольно странно, ведь, в основном, в подобных ситуациях девушки остаются с детьми, не отцы. Но их.. Он решил взять на себя эту ответственность. — Единственный человек по которому я скучаю — мой отец. Седрик же… Я его любил, он мой младший брат. Я чувствовал ответственность за него. После смерти отца взял на себя груз воспитывать его. Но он видимо не испытывал тех же братских чувств, что и я. Для него своя жизнь была превыше всего. За таким человеком не хочется скучать, хотя терять всё равно больно. — Предельно честно отвечает Алан, и мне на мгновение становится его жаль. Такую семью никому не пожелаешь. — Да уж, ха-ха-ха-хаха. — Вдруг начинаю смеяться я, вводя в ступор моих собеседников. Под вопросительные взгляды, я всё же успокаиваюсь и поясняю. — Я — девушка без семьи, которая не знает всех этих проблем. А вы — мужчины с проблемными младшими братьями, пытающиеся изо всех сил сохранить любимую семью. Горе компашка, ха-ха-ха-ха-ха… Может, мне желание загадать? — Проговариваю я, снова начиная улыбаться. Элайджа с Аланом отражают мою улыбку, понимая комичность всей ситуации. — Не хватает хорошего виски. — Добавляет Алан, подхихикивая. И вправду, как будто их сама судьба свела. — Тогда уж мне нужно образование психолога, потому что выслушивать ваши пьяные истории без оплаты будет невозможно. — Продолжаю я, конечно же шутя. Хотя было бы неплохо если мне платили за слушательские навыки. Может в бармены пойти? — Это точно. — Говорит Элайджа, понимая, как бывает трудно слушать человека, а если он ещё и пьян, то терпения этому святому человеку.       Встав со стола, заглядываю в холодильник, достаю ещё целую упаковку апельсинового сока и наливаю себе, потому что лимонный уже закончился. — Надо было больше сока брать. — Недовольно проговариваю я, вновь садясь за стол, делая пару глотков с кружки. — Британи, тебе сегодня ещё на встречу идти, так что ты сильно не налегай. — С ухмылкой проговаривает Майклсон, на что я закатываю глаза. Что-то он сегодня расшутился. — Будешь мне это говорить, когда я ради бутылки виски полезу через барную стойку. — Говорю я, снова делая глоток сока. Меня сегодня прям сушит, надо выпить. Похоже, это и правда алкоголизм. Ищу любой повод для того, чтобы опьянеть. Надо будет устроить себе месяц без выпивки, а то и вправду сопьюсь, пусть опьянеть и не могу. — Такое уже было? — Спокойно спрашивает Алан, понимая, что такое вполне имеет место быть. — Поверь, было и не такое. — Загадочно ухмыляюсь я, вспоминая, как завалила одного бармена, после закрытия, прямо на стойке занялись сексом. Было.. прикольно. Да и в принципе я много себе позволяла, когда выпью, так что занять место бармена ради бутылки виски для меня весьма обыденно. — Поверю на слово. — Проговаривает оборотень, видя мое ностальгическое выражение лица. — Британи, тебе не пора собираться? — Уточняет мой друг, после чего я смотрю на часы. — Да, и правда. — Часы показывали двадцать семь минут шестого. Ехать мне минут пятнадцать-двадцать. Уже и правда пора. — Ладно, я поехала. Не скучайте тут. — Говорю я, затем быстро допиваю сок и иду обуваться.       Взяв сумку, выхожу с дома, завожу машину и выезжаю на дорогу, направляясь к месту встречи.