6

«Почему у меня не получается сделать тебя добрым?»       На лице Барнса можно прочитать одну единственную эмоцию ‐ потерянность. Он стучит в дверь, хотя ключ лежит в кармане джинсов. Когда девушка открывает дверь, удивляясь тому, что Баки не открыл её сам, она встречается с его взглядом. Мужчина задерживается на её глазах, пока подходит вплотную, берётся за хрупкие женские плечи и оставляет поцелуй на лбу не понимающей, что случилось, блондинки.       Баки оставляет её смотреть себе в след наедине с догадками. Закрыв дверь, Джесси следует за мужчиной в их комнату, хотя достаточно часто, чаще, чем в ней, Джеймс проводит ночи в гостиной на диване. С этим девушка уже смирилась, хотя иногда, выходя ночью выпить воды, подходит к нему и на час-другой засыпает рядом в кресле. Джесси думает, что мужчина не замечает её присутствия, но она и не догадывается, что он не спит. Уже когда она сильнее открывает приоткрытую дверь и выходит, в первую очередь проверяя его.       В комнате Джесси застаёт Баки возле кровати, снимающего с ног обувь. И он, будто в алкогольном опьянении, пошатывается.       Неужели так сказались бессонные ночи?       — Прости, что я в уличной одежде на чистую постель.       Барнс ложится на кровать.       — Не переживай об этом… — тихо говорит Джесси, не зная, что ей сделать, поэтому спрашивает: — Можно я лягу рядом? — только этого ей сейчас хочется, но не знает, желает ли этого мужчина.       Джесси никогда не лезет туда, куда, по её мнению, лезть не следует. Именно поэтому не начала задавать сотню вопросов в минуту, стоило Барнсу появиться на пороге дома.       — Конечно, — также тихо отвечает Баки на вопрос своей девушки и подвигается в сторону, которую обычно занимает.       Повторно ударяется головой в подушку и ждёт…       Теперь девушка более в спешке идёт и оказывается на кровати. Она ложится рядом на бок и исследует взглядом его лицо. Глаза, в которые ей нравится смотреть и те, что заставляют верить в любовь, сейчас закрыты, лицо расслабленно, как и всё тело.       Похоже, Джесси собирается и дальше просто лежать… Тогда Баки тянется металлической рукой к девушке, после чего осторожно окольцовывает её талию и притягивает блондинку ближе к себе. И настолько близко, что носом голубоглазая может уткнуться в шею Джеймса и наслаждаться его вечным теплом и запахом, исходящим от тела. И пусть он сейчас не такой свежий, вообще это её не волнует.       Она радуется тому, что, несмотря на такое состояние, Баки не просит остаться один на один с демонами, пожирающими… сейчас именно сердце, и лёгкие, которые саднит от каждого вздоха. Но, прижимая к себе Джесси, он чувствует, как ему становится лучше. А без неё, пока добирался сюда, его будто постепенно одолевал недуг.       «Никуда не нужно было срываться. Нужно было лечь в кровать и позвать к себе Джесси, — думает Баки. — Прижать девушку к себе и успокоиться, а не тратить время на полёты и не растрачивать нервы на ту, кто брезгливо кидает: «Ты никому не нужен». Хотя, оказывается, нужен очень даже, — мужчина улыбается.»       Ему так спокойно, что и не верится.       Джесси что-то шепчет в шею, а когда Баки улавливает суть её слов, прислушивается к ним, на душе становится тепло, кажется, что тревоге там больше никогда не будет места.       — Я всегда буду рядом… я всегда твоя… — девушка шепчет и шепчет, пока Барнс внимательно её слушает. — Ты — моя жизнь. И я благодарю все высшие силы, что свели меня с тобой, хоть и не очень… Я даже не могу сказать неудачным путём, ведь я встретила тебя.       Барнс улыбается ещё шире. Его улыбка такая уставшая, он почти засыпает, но в голове почти что ясно виднеется их первая встреча.       Они познакомились за месяц до того, как коварная судьба свела их с Альпиной.       Тогда был холодный, ледянящий зимний вечер, время близилось к ночи. Но так было только на улице. Люди, собравшиеся в помещении, этого никак не ощущали. Баки был в их числе, но ему нужно было почувствовать хоть что-то, поэтому он надел своё тёмно-синее пальто и вышел на улицу. Дышать стало в разы легче. На улице оказалось очень свежо после выпавшего снега, что был уже в несколько сантиметров покрыт, словно ковром по земле.       Всё плохое, как назло, начинало вспоминаться к ночи. Отрывки прошлого, когда он был поробощён кодом Зимнего Солдата, прокручивались в голове, Барнс снова видел лица людей, которым причинил боль, у которых отнял жизнь, не имея на это никакого права…       — Молодой человек, — услышал мужчина за спиной.       «Не такой и молодой», — хмыкнул он в своих мыслях и повернулся, когда девушка, позвавшая его, уже подходила.       — У вас красивая улыбка.       А он и не заметил, как начал улыбаться, услышав обращение.       Барнс точно не входил в число молодых людей, поэтому, наверное, или скорее всего, его улыбка была ироничной.       — Не припомню, чтобы кто-то до вас говорил мне это, — признался Джеймс, рассматривая мельком незнакомку.       Не хотелось показаться подозрительным первой девушке, которая завела с ним какой-никакой диалог впервые за очень долгое время. Блондинка, как он успел заметить, когда пряди коротких волос выпадали из капюшона, который девушка натянула, невысокого роста и, похоже, ещё и очень хрупкого телосложения. Последнее мужчина понял по стройными ногам, что облачены в серые джинсы.       — Я вообще хотела спросить… — она немного пошатнулась, чем заставила мужчину сделать рывок к ней с протянутыми руками.       Баки подумал, что она собирается падать.       Девушке не хотелось вот так оплашаться перед таким мужчиной, упасть на его глазах. Но незнакомка не догадывалась, что мужчина бы не позволил ей оказаться на земле. Этот точно нет.       — Спрашивайте, — он продолжил улыбаться, когда девушка начала хихикать со своего, к счастью, неудавшегося падения.       Неужели Барнс начал флиртовать?       Он и сам очень удивился такому порыву, даже спросил самого себя:       «Ты что творишь?»       — Теперь даже не знаю. Чего я хочу больше… — девушка легко сощурилась и, закрыв глаза, устремила лицо вверх, навстречу снежинкам, что снова начали сыпаться с неба, кружась при падении. — Узнать ваш номер телефона или же спросить то, что изначально хотела…       — А узнать моё имя?       — Я его знаю, — блондинка улыбнулась, повернувшись так, что Барнс смог увидеть, а не гадать, какого цвета у неё глаза.       Голубые.       — Правда? — он не сильно этому удивился.       — Джеймс, ‐ блондинка ещё раз пьяно пошатнулась, но выровнялась скорее, чем начала наклоняться в сторону.       — Мне даже как-то неловко из-за того, что я не знаю вашего имени.       — Ну, я же не супергерой, что спасает мир от зла, — тихо хохотнув, голубоглазая сильнее укуталась в свою чёрную джинсовую курточку, что вряд-ли подходила такой погоде.       — Да, уверен, что вы многих убиваете своей красотой.       — Возможно.       — Нет, точно…       — Тогда… вы хоть будете жить?       — Вы не будет, а я буду, — Баки сделал намёк на то, что следует перейти на более неформальное общение.       Такого ему хватало на работе, поэтому продолжать Вы-кать он не хотел.       — Хорошо, я Джесси, — девушка протянула свою руку, и мужчина взял её в свою, после чего потянул к губам и невесомо коснулся косяшек.       — Очень приятно.       Она уже и не думала о том, о чём изначально, когда привлекала внимание мужчины к себе.       — Джесси! — девушку позвала вышедшая из здания Ванда.       — Так это твоя подруга? — спросил Барнс, когда рыжеволосая встала рядом.       — Да, — Ванда мило улыбнулась и обняла со спины блондинку. Крепко, чтобы согреть. — Я тебя обыскалась.       — Всё хорошо. Мне просто нужно было подышать воздухом.       Как и Барнсу.       — И я пристала к Джеймсу.       Ванда хохотнула.       — Ты ледяная, — сказала она, трогая ладошкой щеку голубоглазой.       — Давайте, дамы, пойдём-те обратно. Не хватало, чтобы вы заболели.       Это была небольшая встреча в баре, где собрались многие, кто каким-то образом был связан со Мстителями. Джесси была подругой Ванды. Именно поэтому рыжеволосая её позвала с собой.       — Я люблю тебя, Джесси, — он несколько колебался, прежде чем сказал это. Ему было сложно осилить себя и произнести это.       Но каждый раз Баки становилось говорить об этом всё легче и легче.       — И я люблю тебя, — Джесси отодвинулась от мужчины, и это заставило его открыть глаза, в которые девушка смотрела, приближаясь к лицу.       Блондинка положила ладонь на мужскую щеку и поглаживала её пальцем, взгляд не отрывая от голубых глаз, что смотрели с нежностью. А по прошествию минуты Джесси оказалась ещё ближе и поцеловала Баки.       — Надеюсь, что у тебя есть силы…       — Есть, — быстро говорит Баки, не дожидаясь момента, когда девушка закончит.       Она, улыбаясь, возвращается к губам, уже более настойчиво сминая их своими. Около минуты она руководит процессом, находясь над Баки, пока он лежит на подушке, но мужчина хватает девушку двумя руками за талию и подминает под себя. Теперь он над ней, но Джесси разрывает поцелуй, и, тяжело дыша от желания, мужчина вопросительно смотрит на возлюбленную.       — У меня возник вопрос…       — Сейчас? — Баки привстал и внимательно начал слушать девушку.       — Мне просто это не даёт покоя. Ты… — Джесси не может разобраться, с чего ей лучше начать, с какой стороны подойти. — Прости, если я скажу что-то не так.       — Давай, говори, — он погладил блондинку по талии, садясь рядом, а она привстала на локти.       — Тебя всё устраивает?       — К чему ты это… — хмурится и наклоняет, как это делают коты, голову набок.       — Баки…       — Нет, Джесси, прошу тебя… Прекрати, — он громко вздыхает, понимая, что именно она собирается донести.       Она снова недовольна собой.       — Может, это я что-то делаю не так? — задаётся вопросом Барнс вслух. Но больше предназначает для себя.       — Нет, — резко изрекает голубоглазая.       — Тогда скажи мне, почему ты постоянно думаешь, что недостаточно хорошая или что-то ещё. Ты постоянно находишь причину обвинить себя в чём-то, наговариваешь на себя.       — Прости, — Джесси тянет к мужчине руки, подогнув колени под себя, садится перед ним. — Я не хотела заставить тебя почувствовать себя виноватым.       Он не тянется в ответ к ней для того, чтобы обнять.       — Ну вот снова, — Баки откидывает голову, смотрит в потолок, делая повторый громкий вздох. — С тобой всё хорошо. С тобой всё отлично. Перестань себя постоянно накручивать. Ты замечательная, — в его глазах правда. — Я говорю, что люблю тебя, а ты всё ещё продолжаешь? Могу предположить, что ты обесцениваешь мои слова?       — Нет, Баки… нет, — она больше не видит сопротивления и обнимает мужчину, положив голову на широкое плечо. — Я не знаю, что со мной, я постоянно думаю, что делаю что-то не так, думаю, что постоянно не в том месте, не в то время. И…       — Не нужно продолжать, пожалуйста.       Баки находит в таком состоянии себя. Она будто говорит о нём. Точнее, о том состоянии Баки, что было в прошлом, к которому мужчина больше не собирается возвращаться больше никогда. То испытание, что он прошёл… даже воспоминание о нём отдаётся неприятным импульсом по телу.       Ему подарила жизнь девушка, и теперь он не хочет умирать, поглощая себя в прошлое состояние.       — Я постараюсь так больше не говорить…       Баки кивает, хотя знает, что это повторится, и не один раз. Такая вот Джесси. Она настоящая. Кому-то она постоянно показывает себя сильной, но только рядом со своим мужчиной — Баки Барнсом, она та, что есть на самом деле. Маленькая, запуганная моментами из пережитого прошлого. Он помогает ей с этим так, как только может. Прикладывает все свои усилия, но только процентов десять проделанной работы дают хоть какой-то результат.       И ещё он очень старается не злиться, хотя последнее время часто это показывает даже не в своих словах, а каких-то поступках, что различимы с теми, что он совершает, ощущая спокойствие.

***

      — К тебе гость, — говорит Сара, проходя в гостиную, после того, как встретила гостя и познакомилась с ним.       — Сплошные гости, — ворчит Альпина, откидываясь головой на спинку дивана. Это положение ей кажется очень удобным, и она не намеривается его менять и смотреть, кто заходит по указанию Сары и подходит к ней.       Она даже глаза не открывает. Ей нравится темнота, которую она видит благодаря опущенным векам.       — Могу предположить, что Барнс наведывался сюда, — знакомый голос — это то, что заставляет её открыть глаза.       Его обладатель оказывается рядом.       — Привет, — девушка немного переживает, но Икарис спокоен, что удивляет, но тем не менее радует. Не хочется устраивать ссору в доме Сары.       — Привет.       Всё также спокойно Икарис садится рядом с Альпиной.       — Так что? Барнс был здесь? — исключительно и неизменимо «Барнс», после того, как они начали встречаться. Больше никакого приятельского «Баки».       Икарис будто знает причину их расставания. И он тогда явно на стороне девушки.       — Ему нужно было срочно узнать информацию, а насколько ты знаешь, от своего телефона я избавилась.       — Когда я застал его у себя под дверью, он сказал мне совсем другое.       — Да? — девушке стало интересно, что же он сказал Икарису.       Своим вмешательством он собирается испортить отношения?       — Сказал, что скучает.       — Понятно.       Всего лишь «понятно», совсем не соответствующее тому, что в действительности сложилось в голове. И ещё так это «кинула». Ей всё равно…       — Ну, я вообще-то скучал и жду свой поцелуй.       — И ты даже не злишься? — Альпина тянется к мужчине.       — Так, — Икарис глубоко вздыхает. — Я всё время, пока летел сюда, думал только о том, как бы мне тебя не задушить, милая. Так что давай без этого.       — Мне просто нужно было остаться одной, ‐ всё же Альпина решает оправдать свой поступок.       — И ты подумала не предупреждать о своём спонтанном решении. Я места себе не находи, переживал за тебя.       Не больше, наверное, чем Джеймс, потому что он быстрее нашёл Альпину, хотя у Икариса было много возможностей это сделать. Вместо этого он пил, горевал, думая, что она бросила его. А когда двумя днями ранее пришло сообщение от неизвестного номера, что назвался Барнсом, с адресом и подписью: «Не благодари», мужчина привёл себя в порядок и полетел к ней. Поводов не верить Джеймсу не было.       Может, ему нравилось страдать, пробивая девушку по всем источникам… Пока Барнс действовал.       Несмотря на то, что Икарис избавился от своих сил, выбрав обычную судьбу смертных, он ни разу об это не пожалел, хоть и чувствовал всё то, что остальные люди.       Ему не хотелось продолжать вечно жить, скитаясь по городам, смотреть, как они меняются и как стареют и умирают люди, с которыми он знакомился. Понятно, что первое время приходилось адаптироваться ко всему, привыкать, что когда ему вздумается, не получится взлететь и тому подобное. Он был одним из Вечных, пока не обрёл свой покой в Нью-Йорке. Икарис выбрал путь обычного человека ещё до встречи с Альпиной, но посчитал её тем, что получил взамен, хотя своей утрате мужчина не предавал особого значения.       — Прости, — говорит так, будто одно единственное слово может исправить ситуацию.       Да, Альпина чувствует себя виноватой, но не думала об этом до этого момента. В этот раз она решила побыть эгоисткой и отдохнуть от всего, что её тревожит. Без вмешательства Икариса и всех остальных. Для того, чтобы никто не мог до неё добраться, она выкинула по пути сюда, в реку телефон, потому что была уверена — пока он в её кармане и вообще работает — не составит труда обозначит местоположение. Но не ожидала, что Баки решить стать человеком, которому это будет нужно.       — Пообещай мне больше этого не делать, — Икарис смотрит в карие глаза и не позволяет ей избавиться от своего взгляда, отвернуться.       Она не уверена в том, что никогда не повторит совершённое, но постарается.       Девушка кивает.       — Аль, — он тянет её к себе и целует в макушку, а руки, обняв девушку, соединяет на её спине. — Я прошу тебя, — он шепчет. Её голова на мужском плече.       Пока он с закрытыми галазами буквально умоляет брюнетку не заставлять его больше сходить с ума в одиночестве, Альпина смотрит в окно на бегущих к дому детей, что спешат скорее пообедать после учёбы.       — Пообещай.       Сразу она думает перевести тему типа: «Касс с Эй-Джеем уже вернулись со школы», но потом находит в этом варианте, который, если она признается честно сама себе, не выход из данной ситуации, недочёты… Это будет просто переход на другую тему, и это заставит мужчину насторожиться. Если она захочет бесследно сбежать, в таком случает у неё это вряд-ли получится. Икарис будет бдительным.       — Обещаю…       В это время в дом забежали дети, которые, как и всё время нахождения здесь Альпины, сразу направились к ней, толкаясь по пути, борясь за первенство, чтобы обнять девушку.       — Так, успокойтесь, — хохотнула Аль, но только ещё больше спровоцировала парнишек на соперничество.       Икарис за этим внимательно наблюдал: смотрел, как его девушку зажали мальчишки.       Одним из многих желаний, что он собирался исполнить, став человеком, ещё до того, как он на это решился, было завести детей. Эта мысль повторно вторглась в его голову, когда он увидел радостную улыбку, что пролила свет в его душу, стоило Альпине заговорить с Кассом и Эй-Джеем.       Икарис в этой теме был противоположностью Баки. Впрочем, как и в большинстве других.       — Привет, — мужчина заговорил к детям.       Мальчики повернулись. Сначала посмотрели на него, потом на Альпину, которая по взляду всё поняла.       — Это мой парень.       — Икарис, — представился шатен и протянул руку, чтобы по мужски поздороваться с мальчиками.       — Эй-Джей, — сначала он потянул свою небольшую ладонь, обменявшись рукопожатием со взрослым мужчином.       — Касс.       Никто из них двоих не был смущён, мальчишки, как всегда, оказались приветливы и выглядели более счастливыми, нежели когда общались с Баки. Точнее, они были единственными, кто пытался завести разговор, когда Барнс находился в их окружении.       — Рад знакомству, — Икарис улыбнулся.       Парни оказались забавными, ему они понравились, и уже к вечеру, после ужина они играли на полу в гостиной, пока Сара с Альпиной находились на улице. Женщина занималась садом, что был перед окном комнаты, в которой обустроилась брюнетка, где теперь с ней будет Икарис. Сара была не против того, чтобы он остался, потому что он являлся парнем Альпины, причём ещё и очень, как ей показалось во время общения за ужином, хорошим человеком. С ним легко говорить, что и Аль постоянно замечает и благодарна, что рядом с ней такой человек.       Почти с самого знакомства с девушкой, которое состоялось четыре года назад, Сара считает её частью семьи. Отчасти из-за того, что дети её очень любят. С первого дня, когда она стала их няней, полюбили.       Альпина улыбнулась, поливая цветок, что они только что посадили.       — А то дерево? — спросила Аль у Сары, кивая на высокий сажанец.       — Давай уже завтра. Нужно отдохнуть.       В одиннадцать ночи, когда Алипина с Сарой разошлись по комнатам, Аль застала Икариса, который лежал на кровати, положив руку под голову.       Она подума, что мужчина спит и как можно тише прошла к шкафу, чтобы взять полотенце, а потом покинула комнату, чтобы попасть в душ. Но Икарис не спал, просто разбирал свои мысли и «показания», которые получил от Альпины. У него не было причин не верить девушке и подозревать её в чём-то, но что-то на подсознательном уровне не давало этой ситуации уйти из головы. Может, это просто ревность. Ему не понравилось рвение Барнса найти её. Вдобавок к тому, зная ради чего.       Не сложилось…       Через двадцать минут Аль вернулась, и мужчина больше не притворялся, а встретил её вопросом:       — Справились?       Аль вытирала полотенцем волосы, вымакивая с них влагу и посмотрела на Икариса.       — Да.       Девушка подошла к нему и села рядом на кровать.       Времени побыть вдвоём до этого момента не было, а мужчина скучал. Поэтому Икарис повернулся и положил голову возле её бёдер, он смотрел на брюнетку, пока она расчёсывала волосы, точнее, пыталась это сделать, и понемногу злилась.       — Давай я, — Икарис взял из её рук расчёску-гребешок, который девушка, шумно вздохнув, протянула.       Она часто начинала психовать, когда бралась расчёсывать волосы, а они не слушались, потому что влажные и спутанные.       Мужчина встал на колени позади неё и начал осторожно расчёсывать сначала кончики, а потом от корней шёл расчёской к ним.       — Эй-Джей и Касс очень рады знакомству с тобой.       — Они хорошие парни, — Икарис улыбается. Также и Альпина.       Быстро успоковшись, потому что помогает мужчина, она наслаждается тем, как он перебирает и осторожно расчёсывает пряди.       — Я очень скучал.       — Я тоже, — говорит Альпина, понимая, что так всё и было.       — Давай прогуляемся, — просит Икарис.