Часть 3

11 глава   В темный подвал не прокрадывался слабый свет фонаря с улицы, серые стены покрывал туман, маленькое окошко под потолком закрыли решёткой, по камушкам собиралась горка булыжников в углу, с потолка капала вода, стучала и шлёпалась на холодный цемент, будто водяной идет по каменному берегу в лунную ночь под звёздами. Вход в подземелье был закрыт чугунной дверью, она была настолько плотно закрыта, что под её щелки не попадал свет из соседней комнаты. В стенах были скобы, на них – черные от времени цепи, под ними навалено сено, тоже уже пролежавшее там приличное время. Вы же понимаете, к чему я веду?..   Остап распахнул глаза и вдохнул спертого, влажного воздуха. Из-за темноты он не мог понять где он находится, но предчувствие было пессимистичным. На его голове не было шляпы, она валялась рядом. В темноте парень увидел металлические бляшки на веревочках, которые блеснули от света фар проехавшей по улице машины. В голове Оси жужжало семь атомных реакторов, он здорово ушибся затылком где-то, парень захотел потрогать лоб, поскольку ему показалось, что у него жар и это всё ему мерещится, но руки не слушались, хуже того – они были связаны у него за спиной. Остап ужаснулся – он сейчас в опасности, его похитили. Он начал потихоньку вспоминать отрывки вечера этого же дня. Юноша с ужасом на лице вспомнил тех двух незнакомцев, вокзальную, пустующую стоянку и брошенных друзей, которые не остались равнодушны к пропаже юного друга... ***    — Я вам говорила, что тут нет нормального банкомата. — воскликнула Оливия и, поправив волосы, оглянулась на застывших у себя за спиной мужа и лучших друзей.   Женя стал озираться по сторонам, Макс с испугом глянул на супругу, а Саша подбежал к Евгению и, схватив его за руку, стал высматривать Остапа. Лив с непониманием обернулась и увидела, что её брата и след простыл. Она вскрикнула и, оступившись, упала на руки Максиму.    — Где он? — со страхом в голосе спросил Тарасенко.   Миронов, зацепившись за колонну вокзала выглянул за торец станции и не заметив там друга подошёл к чемоданам.    — Да не беспокойтесь! — воскликнул Саша, — Может он просто отошёл, сейчас вернётся...   Ви поднялась на ноги, сняла с плеч платок и завязала его на талии.    — Вы же знаете какой он ответственный! Даже если бы хотел – никуда бы не ушёл. — вывела черноволосая, подошла к чемоданам и заметила перед ними телефон брата.    — Это его телефон? — спросил Александр, подойдя к Оливии.    — Да! И если бы он ушёл... с ним что-то случилось, я чувствую! Тут же ужасно криминальный район, боже! — восхитилась Тарасенко, отошла к супругу и сказала положить гаджет Остапа к себе в поясную сумку.    — Полицию вызывать? — с опаской оборачиваясь поинтересовался Женя, приглаживая волосы.    — Что мы им скажем? — спросил Макс, оставив жену и подойдя к своей сумке и доставая оттуда черную кофту.    — Скажем, что пропал ребёнок и всё. ***    — «Так, я не ребёнок, нужно не отчаиваться, а что-то придумать» — подумал Остап, и попробовал дернуть ногами, но вместо этого поцарапал кожу левой ноги грубой веревкой.   Юноша прошипел словно змея и решил больше не совершать резких движений. Его глаза стали потихоньку привыкать к темноте, он начал видеть очертания подвала, увидел окошко, в темноте блеснули скобы в стенах и умному Остапу стало всё предельно понятно. Он громко вздохнул от безысходности и попытался позвать на помощь, но его же крик ударился в серые, затянутые туманом стены. Ося пошевелил кистями, плечами, но ничего не помогло.   Вдруг, совершенно неожиданно в помещение ворвался яркий свет, ослепивший парня, а вместе со светом и группа бандитского вида. Во главе шёл важный мужчина, в костюме из бархатной ткани и с гастуком на шее. Остап поднял на них взгляд и встретился со своим похитителем глазами. Дверь в подвал снова захлопнулась, около неё встал массивный человек и над головой нашего героя включился свет. Туман рассеялся и открылась взору Оси вся комната. Своё положение его вовсе не радовало, мужчина, а именно тот самый Сергей стоял над юношей и молчал.    — Восхитительно, Остап, у тебя начинается день рождения... — неслышно прошептал Старенко, опустив голову вниз.    — И сколько же тебе исполняется, солнышко? — пропел ласково Сергей, трогая пушистые кудряшки на голове Остапа.    — Вы вообще кто? — шмыгнув носом, грубо спросил парень, уходя от темы.    — Я первый задал вопрос. — сказал мужчина, отходя от брюнета и опираясь на стоящий сзади стул.    — Восемнадцать... — с трагизмом в голосе ответил Ося, снова опустив голову.   Сергей вытянул губы трубочкой и улыбнулся с довольным прищуром.    — Совсем взрослый, — шепнул последний и стал наблюдать за юношей.    — Ваша очередь отвечать на мой вопрос. — отрезал Остап, пытаясь вывернуться из веревок, извиваясь как змея.    — Ну, хорошо, я твой троюродный родственник, прекрасно знаю твою семью и прекрасно знаю то, о чём вы понятия не имеете. Я говорю о том, что оставили ваши родители перед тем, как покинуть вас – их состояние и собственность. А судя по тому, что прошло три года и это имущество никому из вас было не нужно – я своего не упущу.   Говорил Сергей так, что у Оси застыло сердце, он с жжением в груди от обиды снова посмотрел на похитителя и прикусил от злости губу.    — Какое же вы... — дрожащим голосом заговорил юноша, — ... чудовище!   Мужчина лишь усмехнулся и указал двумя пальцами трём людям в углу помещения подойти к парню. Остап был до жути напуган, эти люди были вооружены какими-то не пойми иглами, не пойми шприцами, всё это ужасно напугало юного героя. Юношу в один момент отцепили от цепочек и связанным усадили на стул, он упорно сопротивлялся, но всё тщётно. Он оказался приделанным на этот стул намертво. Один из незнакомцев в черной маске схватил Осю за затылок, чтобы он не смог вращать головой, а второй спрятал в руке что-то блестящее.    — А теперь – скажи. — зачарованно проговорил Сергей, — Где твоя сестра и её муж с друзьями?   Совсем сбив дыхание от страха Остап не мог вымолвить ни слова, только своеобразные отдельные звуки и вздохи.    — А, ты не хочешь говорить? — улыбнулся злой улыбкой похититель.    — Я не знаю... — сквозь рьяное дыхание быстро сказал Старенко.    — А, ну, раз так... — это слово послужило командой для подозрительных незнакомцев, стоящих вокруг Оси.   Один из них подал товарищу с левой стороны лица Остапа какую-то иголку, она блеснула перед глазами парня, ему стало невыносимо страшно, ноги от ужаса, из которого он уже состоял на девяносто девять процентов, заломило, в голове звенело, он ничего не слышал и не понимал, он дрожал как осиновый лист от дуновения ветерка. Вооружённый иглой вдел её в какой-то прибор и совсем неожиданно, приставив иглу к мочке уха брюнета, сделал резкое движение, будто выстрелил из пистолета. Тело Остапа пронзила ужасная боль, плечи задрожали, он сжался от неприятнейших ощущений, парень зажмурился, но не издал ни звука. На месте иглы осталась тоненькая, узкая дырочка, а в задней части головы, за левым ухом начало стрелять. Парень терпел всю боль, как душевную, так и физическую, чтобы не показаться перед врагом слабым. Это был волевой и сильный человек...    — У тебя есть время до утра, — будто довольствуясь страданиями бедного юноши заговорил Сергей, — не будет ответа – этот день рождения может стать для тебя... последним.   С этими словами, которые точно выносили приговор Старенко мужчина ушёл, а незнакомцы, никак не обработав отверстие, выключили свет и бросили потерянного Остапа в темноте, который просто не знал, что делать дальше... 12 глава   — А, ну, раз так... — это слово послужило командой для подозрительных незнакомцев, стоящих вокруг Оси.   Один из них подал товарищу с левой стороны лица Остапа какую-то иголку, она блеснула перед глазами парня, ему стало невыносимо страшно, ноги от ужаса, из которого он уже состоял на девяносто девять процентов, заломило, в голове звенело, он ничего не слышал и не понимал, он дрожал как осиновый лист от дуновения ветерка. Вооружённый иглой вдел её в какой-то прибор и совсем неожиданно, приставив иглу к мочке уха брюнета, сделал резкое движение, будто выстрелил из пистолета. Тело Остапа пронзила ужасная боль, плечи задрожали, он сжался от неприятнейших ощущений, парень зажмурился, но не издал ни звука. На месте иглы осталась тоненькая, узкая дырочка, а в задней части головы, за левым ухом начало стрелять. Парень терпел всю боль, как душевную, так и физическую, чтобы не показаться перед врагом слабым. Это был волевой и сильный человек...    — У тебя есть время до утра, — будто довольствуясь страданиями бедного юноши заговорил Сергей, — не будет ответа – этот день рождения может стать для тебя... последним.   С этими словами, которые точно выносили приговор Старенко мужчина ушёл, а незнакомцы, никак не обработав отверстие, выключили свет и бросили потерянного Остапа в темноте, который просто не знал, что делать дальше... ***    Когда-то давно, юные студенты пересекли друг другу дорогу и затмили солнце и луну своей огромной любовью. Сколько пришлось преодолеть, чтобы наконец-то победила любовь и счастье...   Молодой, толковый студент архитектурного института Фёдор, с большими планами на жизнь, на которого та самая жизнь возлагает огромные надежды, не знал преград, не видел барьеров и ограничений, он уверено шёл к цели с высоко поднятой головой. Над его головой сияло золотое солнце, слепило только его, земля была в его владении, асфальт поднимал и отталкивал его ноги, направляя в сторону светлого будущего, воздух благоухал ароматом цветущих вишен по весне. Весь этот мир в руках черноволосого, высокого юноши с тяжелым детством и не менее легким будущим, он знал, что ему придётся перетерпеть, что придётся преодолеть за ради собственного достатка и счастья. На его лице улыбка, в глазах сияет детский блеск, отскакивающий солнечными зайчиками в сторону стен домов, нависших над тротуаром. Для него уготовлено много тайн и загадок, а насколько быстра и коротка эта жизнь он даже не представляет...   Эта девушка, с благородным именем – Анна, не менее целеустремлённа, она полна сил, цветёт, как роза под солнцем, её голос напоминает журчание ручья в лесной чаще, глаза словно сапфиры, кожа позолоченная, она сияла изнутри. Даже спустя года она оставалась шикарной, и по истечению своих лет, а о страшном моменте, произошедшем семнадцатого января вспоминать не хотят ни их дети, ни мы с вами.   Анна была нарасхват, в маленькой Кинели она пользовалась успехом, её любили дети за добрые глаза, а про юношей и говорить не стоит. Она была невероятной красавицей с черными как смоль волосами, невысокого роста, с аккуратным лицом, которое не требовало никакого вмешательства посторонних средств и махинаций. Кто бы мог подумать насколько увлекательна будет их жизнь.   Фёдор родился в семье, где ещё не было детей, но через два года там родился ещё один сын, его мать души не чаяла в своих маленьких детях, а отец был от детей и семьи далек и был равнодушен к трепету маленьких сыновей и их матери. Родители Фёдора и Алексея никогда не были женаты, просто жили вместе.   Маленький Федя уже в четыре года проявлял творческие способности, его больше всего привлекали дома и постройки. Он любил гулять с братом или мамой и разглядывать архитектуру города Самары, в котором он родился. Дом культуры, музеи, высотки – всё зачаровывало мальчика, в школе по черчению и геометрии всегда была круглая пятёрка, а в песочнице и на пляже песочные замки и домики были построены по его чертежам. В семнадцать лет юноша поступил в архитектурный институт, чтобы исполнить мечту всей жизни. В окружении молодого человека было много завистников, но всех их затмило появление в его жизни молодой девушки Анны.   Аня родилась и прожила всю жизнь в Кинели, семья была крупной, она была шестым, самым младшим ребёнком в семье, за это её любили и уважали. В кругу семьи была идиллия, родители навсегда остались в сердце Анны, Фёдора и их детей, по крайней мере тех, которые помнят бабушку и дедушку, то есть Оливии и Остапа.   Когда юным Фёдору и Анне было двадцать два что-то свело их и навсегда поставило штамп – они будут вместе. Так и случилось, несколько недель пообщавшись более увлеченно молодой человек позвал красавицу замуж и она согласилась. На дворе был тысяча девятьсот девяносто девятый год, а менее чем через год, шестнадцатого февраля двухтысячного года на свет появилась их первая дочка, которая очаровала всех вокруг, как пару лет назад очаровала нашего Максима. Спустя четыре года в семье случилось пополнение – в семье появился долгожданный сын, которого нарекли редким и невероятно красивым именем – Остап, а ещё через три года, в две тысячи седьмом – родилась девочка Оля, с большими, карими глазами, цепляющими всех и каждого.   Жила семья счастливо, не теряясь, без ссор, семья была крепче гранита, любовь царила в их доме, по выходным прогулки под разговоры, ежедневно за ужином они собирались за столом и рассказывали как прошёл день, даже когда дети подросли.   Точку в беззаботном счастье поставило злополучное семнадцатое января... На семнадцатый день две тысячи девятнадцатого года, когда Оливия была в колледже, Остап с Ольгой в школе, ровно в одиннадцать утра по московскому времени на набережной реки Фонтанки столкнулось два автомобиля. Амплитуда, созданная столкновением нанесла ущерб ещё двум авто, одно из которых везло в себе родителей нашей главной героини. Таким образом счастливая нота семейства Старенко скрипнула и заглохла в одичалой темноте. Когда домой пришла Оливия с младшим братом и сестрой там уже была их тетка и двоюродный брат – их состояние было неутешительным, Алина плакала, а Денис в задумчивости бродил по главной комнате. Троица в один голос спросила что происходит, и тихий ответ от четырнадцатилетнего Дениса разбил детям сердца. Остап выпал, оперся на стену прихожей и закрыл лицо руками, Оля села на скамеечку, пытаясь осознать всё, а Лив ослабла и, упав на колени, заплакала навзрыд. Всё блаженство, все счастливые минуты с родителями остались в прошлом, которое невозможно вернуть, этот день дети прокляли и возненавидели навсегда. Только всеобщее, большое счастье, большой любви смогло вернуть молодых людей в строй.   Учение родителей детям было таково – жизнь не обрывается с обрывом чей-то чужой, это даёт возможность сохранить жизнь своему окружению. Они просто давали характеристику существованию – жить – значит преодолевать трудности, боль, искать счастье, а терпеть трудности, боль, и ждать чудо – выживать.   Это записали их дети как на пластинку и навсегда запомнили. Они никогда не ждали того самого чуда, они просто верили в лучшее и старались добиться этого «лучшего». Трепетное отношение к этим обычным жизненным правилам сохранились с неким искажением, если Оливия, к примеру не стремилась к успеху в личной жизни, что я показывала вам в первой части, а Ольга вообще беззаботно живёт легкомысленным и безбашенным подростком. Даже у Остапа есть нюанс – чрезмерная пафосность и слишком раннее взросление. Когда погибли родители мужскую часть обязанностей четырнадцатилетний Ося взял на себя. Он вспомнил всё, чему учил его отец – мастерское дело, владение инструментами, что не раз его спасёт, починка элементарных неисправностей, ну и конечно уважительное отношение к женщинам, которые остались при нём – сестры и тётя. Если Ольга все ещё ведет себя как ребёнок, то Остап и Оливия давно не дети, состоятельные, взрослые люди, со своими принципами, социальным развитием и имеющимся, или в процессе получения образованием.   Каждый человек имеет право на свободу слова, на защиту своих прав, на здоровье и на счастье, но ничего из этого нельзя преобрести за деньги, нельзя спасти себя от гибели, если она не минуема, нельзя заставить полюбить себя если другие не хотят этого. Единственное, что может сделать человек – проживать свою жизнь и стараться сохранить её своему окружению. 13 глава   Молодое солнце, как наливное яблоко расцвело на ветке из позолоченных облаков и звёзд, небо сверкало сиренивыми букетами, было пять часов утра по московскому времени, город медленно просыпался, метро ещё не ходило, что говорить про автобусы и трамваи, дороги пустели и серебрились от бледных лужиц.    — Грета! — дверь в небольшую комнату на втором этаже большого дома Сергея отворилась высоким юношей, — Вставай, у тебя много дел!   Громкий голос парня разбудил юную девушку, она стянула с тела одеяло и маленькими, тонкими пальчиками поправила волосы назад. Сонно что-то пролепетав, красавица спустила ноги на прохладный пол и, сбросив приведение сна и дрожи, потянулась и направилась по темноте к выходу из комнаты.   Я обязана подробнее рассказать о ней, о нашей новой героине.   Эта семнадцатилетняя девушка была дочерью немецкого выходца из семьи графов семейства Аврамер, невероятная красавица, талантливая поэтесса, которая вынуждена была всё своё детство жить в этом доме и работать. Ей пришлось бросить учёбу после восьмого класса, оставив позади мечту стать искусствоведом, и вместе с такими же работницами трудиться в доме Сергея – готовить, убирать, стирать. Это была особа с невероятно большим сердцем, она не могла терпеть хладнокровие и животное поведение хозяина дома, но под угрозой той же расправы не имела права и возможности заявить в полицию и сбежать.   Грета, одевшись в свою привычную одежду – платье в шотландскую клетку, коричневые штаны и такую же кофту, уже приоткрыла дверь комнаты, чтобы пойти умыться и привести себя в порядок, но услышав голос Сергея, остановилась и решила послушать разговор бездушного «хозяина» с его приближённым.    — Сергей Игоревич, я сказал Грете, чтобы она встала. — произнесла особа, «приближённая к Императору».    — Ладно, пусть, пусть. — ответил с хладнокровием Сергей.    — А что вы сделали с тем мальчишкой в крайней камере? — поинтересовался юноша.    — Ничего особенного, ему просто прокололи ухо, — долетело до слуха Греты, девушка ужаснулась.    — «И наверняка не обработали... Бедный юноша!» — пронеслось в голове шатенки, все мысли собрались внутри головы девушки и она решила воспользоваться случаем и оказать помощь невольной жертве.   Грета украдкой вышла из комнаты, заперла дверь на ключ и, спрятав его в кармане, пошла вдоль стены к ванной комнате. Быстро нырнув за дверь и плотно её закрыв, девушка сориентировалась и, достав табуреточку, полезла в ящик с медицинскими принадлежностями. Вытащив оттуда коробочку, пахнущую лекарствами и спиртом, Грета открыла её и, включив воду, чтобы её не трогали и ничего не заподозрили, стала искать ватку и раствор для обработки ран. Найдя бутылёк с прозрачной жидкостью и кусочек медицинской ваты в упаковке, она спрятала это в свои глубокие карманы и, окатив лицо холодной водой, перекрыла кран и убежала, спрятав улики.   Шатенка быстрым шагом спустилась по лестнице и, выйдя в широкий коридор, с миловидной улыбкой подошла к серверной комнате. В ней хранились ключи от различных комнат, в том числе и от подвалов. Девушка, поразмыслив, догадалась где можно найти ключ от крайней камеры, схватила его и улизнула обратно в коридор.   Остап сидел на стуле, связанный и испытывающий страшные боли в конечностях, из глаз невольно падали серебряные слёзы, от осознания безысходности своего положения юноша пребывал в ужасном состоянии. Утренний свет полз через решётку, от осознания наступления этого злополучного утра Осе было ещё хуже, не вынесла душа поэта, он просто молча плакал, пытаясь осознать всю свою жизнь. Неожиданно, до слуха Остапа долетел скрип открывающейся двери, в голове зазвенело от страха.    — «Это конец!» — пронеслось в голове Старенко, только он не обратил внимание, что дверь открылась с большим усилием, как будто её отворила какая-то маленькая девочка. Прикрыв вход, невысокая Грета спустилась по каменным ступенькам и подбежала к Остапу.    — Простите! Не бойтесь, я Вас не обижу! — прошептала девушка, выходя из темноты в поток уличного света перед парнем.   Услышав мягкий, добрый голос красавицы в душе Оси что-то щёлкнуло и он поднял на неё глаза. Лучи восходящего солнца упали на сияющее изнутри лицо Греты, в темноте блеснули её лазурные глаза и Остап уловил этот блеск. Его глаза распахнулись, в его сердце вновь вскипела кровь, надежда на спасение почему-то появилась в груди, сердце забилось, пульс участился. Молодой человек увидел шатенку и потерял самоуправление. За считанные секунды он припал душой к своей потенциальной спасительнице, Старенко впервые, по-настоящему влюбился...    — Не бойтесь, я Вам помогу! — заботливо шепнула Грета и подошла к Остапу.   Теперь утренний луч пал на него, их взгляды пересеклись и между ними вспыхнула молнией искра. Они оба увидели в друг друге то, чего не видели никогда ни в ком другом, они точно две одинокие звезды на ночном небе, гордо воссоединившиеся и образовавшие одну, новую Вселенную.   Девушка, улыбнувшись, достала из кармана медицинские принадлежности и поставила их на недалеко стоящий столик. Ося улыбнулся ей в ответ.    — Меня Грета зовут. — представилась шатенка, — Я подслушала, что с Вами сотворили, мне не по себе стало!    — А меня Остап, — в ответ сказал юноша, — а Вы тут живёте?   Грета усмехнулась с неким сарказмом и вылила медицинскую жидкость на ватку.    — Выживаю, — сообщила та, — я – служанка, по неволе, ничего не могу с этим поделать.   Ося ужаснулся, поглядывая на девушку, понимая насколько этот Сергей ужасный человек.   Аврамер, растерев вату и предупредив Старенко, приставила её к свежей, необработанной ране и обхватила ваткой мочку уха. Колючая боль и дискомфорт снова поползли по телу юноши, он только прошипел и зажмурился.    — Сейчас всё обработаем, я прикреплю эту ватку к уху и развяжу Вас. — сказала Грета, то и дело отнимая от раны перекись и продувая, чтобы сгладить боль.    — И всё ради денег... Он готов расправляться с людьми... — шептал Остап, двигая плечами.    — Он этим живёт, он не раз при мне вершил приговор над своими противниками, это невероятно страшно! — проговорила девушка, доставая клейкую ленту и отрывая от неё кусочек, она приделала к дырочке ватку и стала искать ножницы или что-то такое.    — Как Вы с ним находитесь?! — возмутился Ося.    — Выбора нет... — грустно сказала Грета в поисках острого, режущего веревки предмета, все поиски были безуспешны.   Непредвиденно брюнет вспомнил, что свой швейцарский нож он не убирал в сумку и что он находится у него в кармане брюк.    — У меня в правом кармане штанов мой швейцарский нож! — сообщил Остап, призывая обрадованную его находкой шатенку.   Аврамер достала предмет их спасения и, обнаружив ножик, стала пилить грубые веревки сначала на руках, потом на ногах и совсем освободила юношу. На запястьях остались ссадины от грубых кандалов, Старенко выдохнул и вскочил со стула. Он поднял с пола свою шляпку и, отряхнув её, надел на голову.    — Спасибо огромное! — поблагодарил Остап Грету, на что та подошла к молодому человеку, оказавшись намного ниже него и заулыбалась, — Теперь нужно как-то выбраться отсюда...   Неожиданно для самой себя девушка спохватилась.    — Я бегу с Вами! 14 глава   Вечерняя Москва манила своим необычайным и метким серебром, обрамляющим лужи и стены домов. По серым облакам бегали звезды, позолоченные как мачты кораблей. Серп луны поблескивал сквозь нити небесного тумана, цепляясь своими концами за приближние звезды. По городу расстилалась фиолетовая дымка наступающей ночи, которую разгоняли только шныряющие по проспектам машины. Тротуары опустели и только в районе станции метро «Красные ворота»...    — Вот теперь как понять где он?! — кричала как невменяемая Оливия, озабоченная пропажей бедного брата.   Сзади неё шли Макс, Женя и Саша, шли все налегке, упрятав вещи в место своего пребывания на время проведения увлекательных часов в столице, только на плече Жени болталась какая-то сумка с вещами первой необходимости.    — Ну, не мог он пропасть на совсем, он просто, наверное, потерялся... — привел в пример случая Александр, поглядывая на Евгения, который после реплики шурина остановился и посмотрел на него, поднимая одну из бровей.    — Давайте просто позвоним в полицию! — перебил всех Максим, догоняя ушедшую вперед жену.   Черноволосая резко обернулась всем телом к супругу и стала что-то листать в телефоне, уткнувшись лицом в экран.    — Не доверяю я им. — шепнула Лив в сторону, вспоминая случаи, когда службы игнорировали её и не только.   Неожиданно, рядом с парой появился Женя, он подошёл и потянул руку к смартфону кудрявой.    — А это уже твои проблемы. — усмехнувшись, Евгений выхватил у подруги её телефон и быстро набрав «112» прислонил телефон к уху.   Через несколько гудков, послышалось что-то вроде резкого и громкого хлопка в трубку, от которого у Миронова свело зубы, он отнял телефон от уха и дальше не слышали они ничего, а только грустные всхлипы сброшенного звонка.    — Нас кинули. — резюмировал Саша, потирая очки о край рубашки.   Евгений кинул на шурина кроткий взгляд и кинулся совсем в другую от друзей сторону.   Тарасенко перестал понимать что можно сделать в сложившейся ситуации, к кому обращаться и зачем? Внезапно, Александр будто что-то вспомнил, надел обратно очки на нос и поднёсся к Жене, залазя руками в сумку. Оттуда он вытащил свой телефон и стремглав набрал свою невесту.   Экран телефона поморгал минуту и звонок сбросился.    — И так уже на протяжении нескольких часов. — сказал юноша, — Она, даже когда обижается, так никогда не делает, зная, что я волнуюсь.   Тут же рядом снова оказался Евгений.    — А вот Вирджинию это не волнует! — посмеялся тот, — Я могу тысячу раз набрать, а она всё равно может не взять. ***    — У тебя есть время до утра, — будто довольствуясь страданиями бедного юноши заговорил Сергей, — не будет ответа – этот день рождения может стать для тебя... последним.   С этими словами, которые точно выносили приговор Старенко мужчина ушёл, а незнакомцы, никак не обработав отверстие выключили свет и бросили потерянного Остапа в темноте, который просто не знал, что делать дальше...   Сергей вышел в освещённый золотым светом коридор и стал осматриваться. Вдруг, он заметил приоткрытую дверь в соседнюю камеру, на которые был поделен подвал. Мужчина подошёл к двери и услышал звуки, будто кто-то мяукает либо плачет, так как это скорее всего было второе Сергей захлопнул дверь поплотнее и отошёл к своему помощнику.    — А кто там? — спросил Фролов, держа руки в карманах.   Юноша заколебался, встал как солдат и почесав голову ответил: — Две девушки, которые тоже близки Оливии, это жены лучших друзей её мужа, которые тоже с ними приехали.   Сергей поблагодарил помощника за информацию и сам ушёл на второй этаж, в свой кабинет, что-то обдумывая. ***    — Ну, это чертовщина какая-то! — воскликнул Саша, набирая Галину сотый, юбилейный раз и не получая ответа.   Теперь юноша психовал на пару с Оливией, а Макс и Женя, магическим образом остававшиеся спокойными смотрели на это реалити-шоу. В домах редели огоньки, один за другим они гасли, в бетонные стены только изредка ударялись отголоски шумной компании. Мимо них, во время очередного эмоционального разговора с применением метких обзывательств, в основном со стороны Жени, прошёл сотрудник полиции. Он остановил дискуссию около ворот в закрытый парк.    — Что вы кричите на всю улицу? — с претензией спросил полицейский.   Вся четверка обернулась, резко замолчав. В умный разговор с представителем правоохранительных органов первым встрял Евгений.    — Простите, товарищ... — так как человек был в форме парень разглядел его погоны... — лейтенант... но мы никому не мешаем.   Женя развел руками и продемонстрировал пустую как полуночная электричка улицу. Сотрудник надменно взглянул на парня.    — Ну, вообще-то капитан... — поправил его полицейский и снова настоял на своём, — А вообще, какой – товарищ?   Такое заявление Миронов вообще не понял и снова использовал свою излюбленную гримасу: поднял одну бровь и скосил рот в сторону.    — Мы в Советском Союзе?! — свирепствовал обиженный сотрудник, — Вот, ты жил при СССР?   Женя посмотрел на шурина, который уже был на низком старте рвануть к забору, на Макса, который активно искал диктофон на телефоне, на Оливию, которая, просто закрыла лицо руками и снова посмотрел на полицейского.    — Нет, я родился через шесть после его распада. — ответил юноша.    — Вот и молчи.   Разговор с умным сотрудником полиции не мог привести к чему-либо хорошему, поэтому, извинившись и пообещав вести себя тише воды и ниже травы, ребята оторвались от него и снова заговорили. Полицейский ушёл куда-то во дворы. Четверка продолжила движение, но через секунду из всех остановилась Оливия и воскликнула:    — Мы могли же ему сказать! — сказала девушка и в отчаянии закрыла лицо ладонями.   Максим обнял жену за плечи, а Женя с Сашей, просто встали вдоль забора, озираясь.    — Ну, да, забыли... — шепнул Евгений, подходя к Максу и хватая его за плечо.   Москва заметно потухла, блеснул вдалеке золотой месяц, повисший над Красной площадью, раскачивающий Землю как колыбель, по дворам и пустым дорогам хлынул туман, но точно не те сияющие бусы из жемчуга, не то полотно свежего ночного воздуха, какое покрывает Петербург в такие часы. Можете считать меня сумашедшей, зависимой, единоличной, не признающей чужие мнения, но всё, везде не такое, как в Северной столице, даже свет солнца, который тянется по улицам от купола Исаакиевского собора, наступление весны, когда расцветает друг за другом каждый сад, когда осень роняет на землю свой кошелёк с золотыми монетами, предвещая скорую зиму, которая покажет петербуржцам магию черного неба с морозными узорами на стёклах окон. Везде прекрасна живопись природы и человека, но в родном месте – особенно.    — Макс, надо что-то делать, искать, у меня есть идея... — сказал Женя, уведя Тарасенко в сторону.    — Какая? — поинтересовался Максим, посматривая на друга.   Евгений поводил глазами, пытаясь собрать свою идею, там путались мысли о походе в полицию, возвращению на вокзал, связь с Федеральным розыском, но всё рассыпалось и парень затих, запихивая руки в карманы.    — Понятно, конспиратор... — вывел Макс, — Придумаем что-то...   Компания просто пошла дальше бороздить просторы пустых улиц, а где-то в недалёком будущем... 15 глава    — У меня в правом кармане штанов мой швейцарский нож! — сообщил Остап, призывая обрадованную его находкой шатенку.   Аврамер достала предмет их спасения и, обнаружив ножик стала пилить грубые веревки сначала на руках, потом на ногах и совсем освободила юношу. На запястьях остались ссадины от грубых кандалов, Старенко выдохнул и вскочил со стула. Он поднял с пола свою шляпку и отряхнув её надел на голову.    — Спасибо огромное! — поблагодарил Остап Грету, на что та подошла к молодому человеку, оказавшись намного ниже него и заулыбалась, — Теперь нужно как-то выбраться отсюда...   Неожиданно для самой себя девушка спохватилась.    — Я бегу с Вами! — воскликнула шатенка, смотря на нового друга.   Ося перевёл на неё взгляд.    — Вдвоём будет не так страшно. — сказал юноша, заправляя под шляпу кудряшки и улыбаясь.   Грета спохватилась и, попросив Остапа подождать, украдкой ринулась в коридор, чтобы собрать какие-то вещи в комнате. Она взобралась по лестнице, пока юноша надумывал план спасения, укрылась от взора других постояльцев дома и, не замечая пристального наблюдения одного юноши за её действиями, спряталась в темной комнате. Девушка, сняв с полки сумку уже было потянулась за вещами, но поняв что с сумкой её точно не оставят без внимания, бросила рюкзачок в глубины шкафа. Она достала только одежду и принадлежности первой необходимости маленького размера и её опять спасли глубокие и вместительные карманы. Аврамер всё сунула туда и вернулась в считанные минуты обратно к Остапу.   Ося, услышав лёгкие шаги Греты, обернулся, стоя спиной к дверям.    — Я собрала некоторые вещички, чтобы совсем с пустыми руками не идти. — сообщила девушка, встав около Старенко.   Тот улыбнулся и стал оглядываться, не зная каким образом поступить, чтобы выбраться. Было несколько вариантов, но многие из них сразу отметались. Первый был – выйти через дверь самого дома, пройдя коридор, но в нём полна горница людей, охраны и просто домработников не самой доверительной наружности, Грета это с энтузиазмом подтвердила, зная каждого, с кем живёт всю жизнь. Второй предлагал выйти через служебный, черный ход, этот вариант также как и первый был провальным. В третий заход глубоких мыслей в голову Остапа пришла светлейшая мысль. Его глаза метнули огонь, лицо засияло и он кинул взгляд на решётчатое окно под потолком приземистого подвала. Ося улыбнулся и подбежал туда. Высокий юноша с лёгкостью стал разглядывать возможность крепления этой решётки и сделал для себя вывод, что этот подвал точно не был сколочен для удержания здесь невинных людей – решётка стояла на винтах, прикручена была со стороны помещения, а ни разу не с улицы, поэтому находчивый Остап позвал к себе Грету.    — Можете принести шуруповёрт или... — парень замялся, вспоминая что такое «шуруповёрт».    — Лучше что-то менее масштабное... — сказала Аврамер, — отвёртку.   Ося с ней согласился, кивнул, и девушка, щелкнув языком, снова улизнула в коридор. Её ослепил бриллиантовый, драгоценный свет ламп после темного подземелья, она сориентировалась и пошла не вдоль стены к лестнице, а прямо от дверей в служебные помещения на нулевом этаже. Цокнув костяшками пальцев по двери, она отворилась и Грета смогла зайти в помещение, где разносился приторный запах дерева и металла. Девушка спустилась в мастерскую и подошла к стойке с инструментами. Её маленькая рука потянулась к отвёртке небольшого размера, но через секунду у неё за спиной раздался натянутый грубый голос: — Что ты тут делаешь?   Это был егерь Дмитрий, на спине висел чехол от топора, в руках была чугунная поленница.   Грета, испуганная, обернулась и улыбнулась так лучезарно, насколько могла.    — Дима, не строй из себя бесчувственного эгоиста, у тебя не получается. — усмехнулась шатенка.   Юноша с пренебрежением взглянул на девушку и, расслабившись, привычным голосом спросил ещё раз: — Тебе чего надо?    — Отвёрточку, в шкафу винтик ослабел. — Грета продолжала очаровывать егеря своей улыбкой.   Дмитрий выдохнул и сказал: — Давай я подкручу что надо.   Аврамер начала отнекиваться, потому что признаться о своих похождениях графа Монте-Кристо она не могла априори никогда. Дима качнул плечами и ушёл собирать дрова в поленницу. Пользуясь временем девушка, схватила приглянувшуюся ей отвёртку и убежала вместе с ней наверх, в «люди». Огибая всех проходимцев как змейка Грета встала столбиком у двери подвала и стала оглядываться. Рядом показалась её подруга, юная Тина, такая же безвольная работница, как и наша героиня.    — О, привет, — поприветствовала её Тина, улыбаясь и держа в руках кувшин с какой-то водой.   Аврамер замешкалась и, спрятав отвёртку в рукаве, улыбнулась в ответ.    — Не советовала бы я тебе крутиться здесь, опасно, могут обвинить в том, что ты помогаешь заключенным. — вывела девушка, смотря на Грету.   Шатенка не могла смотреть подруге в глаза, ведь она действительно оказывала помощь в побеге, готовясь уйти вместе с новым другом, поэтому она высокомерно усмехнулась ей в лицо и шикнула, указывая ей её направление. Тина ушла, а Грета, тревожно поправив волосы, оглянулась и нырнула в подвал. Остап стоял у решётки и увидев луч света из коридора, который перекрыла его спасительница, улыбнулся.    — Вот, я не знаю какая нужна, думаю, эта пойдёт... — девушка протянула парню отвёртку, оправдываясь.   Ося кивнул и отошёл обратно к решётке. Она была привинчена на четыре железных винта, потрогав их, брюнет обнаружил, что занимались строительством этого подвала самые настоящие халтурщики, резьба с винта была сорвана, облезлый чугун сыпался с прутьев, как-будто кто-то грыз эту решётку. Вдохнув спертого, влажного воздуха, парень, уперевшись левой рукой в стену, придерживая пальчиками чугунную раму, взял отвёртку в удобное положение и начал крутить винт против часовой стрелки. Сильными руками Остапу удалось расправиться с первым шурупом, совершив последний оборот, лишённый резьбы винт устремился из отверстия выпасть на каменный пол. Парень испугался, что звук падения металла привлечет чужие глаза, рванул вниз, но его опередила Грета – она подлетела и поймала винтик в обе руки. Оба с облегчением выдохнули и продолжили работу. Со следующими винтиками Остапу приходилось справляться самому, потому что Аврамер стояла на «стрёме».   Провернув последний раз четвертый шуруп рама с решёткой сама осела и упала Старенко в руки. Счастью молодых людей не было предела – теперь ничего не мешает их побегу, разве что...    — Ну, что, как поступим? — спросил Остап, спустив решётку на сено в углу.   Ничего не говоря шатенка спохватилась и указав Остапу ждать на месте, снова ушла в коридор, теперь уже проникнув серверную, где хранилось управление камерами слежения она щелкнула по клавише и отключила наблюдение под стенами дома. С улыбкой на лице девушка вернулась в подвал и сообщила о полной подготовке. Ося похвалил её и предложил план действий – сначала на улице окажется Грета, а затем он сам, чтобы у девушки было больше шансов остаться незамеченной.   Вам, я думаю, не нужны объяснения как вылезти через отверстие в сорок сантиметров высотой и шестьдесят шириной двум молодым людям. Остап и Грета прислонились к наружной стене дома и вдохнули воздуха свободы, это было настоящее счастье покинуть ад, которого каждый натерпелся вдоволь. Теперь самой главной проблемой было найти друзей на улицах бескрайней Москвы...