Прозрение

*** Марина проснулась от звонка Звягина. – У аппарата. – Паясничаешь? Сегодня можно. – В смысле? – Нашли мы твоего Пашку, в Казани. Через пару часов доставим в отделение, так что приезжай. – Сашка, я прямо сейчас приеду. – радостно воскликнула Марина и начала наносить макияж. *** – Оль, а тебе уже можно? – спросил Рома, положив ладони на её плечи. Оля резко развернулась и зарыдала. Больше она так не сможет. – Рома, я хочу развод. Не могу больше. Я не люблю тебя. НЕ ЛЮБ-ЛЮ! И НИКОГДА НЕ ЛЮБИЛА. – Тоже мне новость, ты думаешь, я не знаю, что ты до сих пор по Рыкову сохнешь? – Рома прижал её к стене и полез ладонью под юбку. – Отпусти меня, я не хочу. Мне больно, Ром. – Ничего. Сейчас будет приятно. – Рома стянул с неё трусики и расстегнул ширинку. – Ром, пожалуйста, не надо. – умоляла она со слезами на глазах. – Что не надо? Знаю я вас, баб. Сначала: "Извини нельзя," а потом: "Я сама", или скажешь, не так было? Оля будто выпала из тела, предвещая то ужасное, что сейчас с ней произойдёт и вспомнила, как год назад сама пришла к нему. *** О том, что она беременна, Оля догадалась почти сразу. – Вот Пашка вернётся, и тогда... – мечтала девушка, положив руку на живот. Только вот Пашка не вернулся. Знала бы она об Авериной, всё сложилось бы иначе, а теперь Ольга даже представить боится, что её ждёт. Оля сидела дома, покачиваясь из стороны в сторону, и думала, что ей теперь делать. Вчерашняя выпускница медицинского ВУЗа, студентка-интерн в положении без средств к существованию. Раньше рядом был Пашка, а сейчас её ожидает только голод. В отчаянии она рассудила, что согласие на брак с Ромой даст ей какую-никакую безопасность. Срок беременности ещё никакой, этот дурак и не поймёт, что ребёнок не его. Оля собралась в институт, накрасилась, чтобы скрыть бледность кожных покровов и с гордо поднятой головой зашагала вперёд. Под окном уже сидел Рома, ждал её ответа. – Олька, я тебя очень люблю! Пожалуйста, будь моей женой. От отчаяния Оля ответила согласием, и быстро затащила его в постель. Его крупное тело нависало над ней, и Оля, чтобы ни о чём не думать, рассматривала узоры на обоях. Рома пыхтел, механически двигался внутри неё как робот и вскоре кончил. – Спасибо. – произнёс Арефьев и встал с постели. Через пару месяцев Оля сообщила о беременности, и они с Ромой стали мужем и женой. *** В комнате заплакала Алёнка, Ольге удалось вырваться, она рванула к дочери, схватилась за рейку кроватки и всхлипывала. – Спасибо, мой ангел. – Сейчас Арефьевой казалось, что дочери она обязана жизнью и глотком мало-мальской свободы. – Мы с тобой здесь больше не останемся, потерпи чуть-чуть. Мамочка что-нибудь придумает. – обещала она малышке. Оля осторожно взяла Алёнку на руки и поцеловала, что такое, почему плачем? Девчонка смотрела на неё серо-голубыми глазищами так проникновенно, что Ольге захотелось завыть. Она проверила подгузник дочки, и поняла причину беспокойства. – Мокрый подгузник? Сейчас, моё солнышко, – Оля положила дочку на пеленальный столик и сняла грязное бельё. – вот и всё, сейчас помоемся и будем одеваться. Ольга отнесла крошку в ванную, набрала в тазик тёплой воды, Алёнка барахталась в воде, плескалась и хохотала. – Моё сокровище! Моё маленькое чудо! – Ольга сыпала дочку комплиментами и радовалась. Рома покинул квартиру, потому что вскоре после инцидента с Ольгой, ему позвонил отец. *** Поняв, что Ромы нет дома, Оля закинула детские вещи в коляску, собрала малышку и ушла из дома. Позже, они обязательно вернутся, но сначала нужно уйти от Ромы. Как можно скорее. *** Марина прибыла в отделение через пятнадцать минут. – Саша, спасибо огромное! Скоро его привезут? – Секунду. – мужчина набрал какой-то номер телефона и уточнил информацию. – Через пять минут, они уже подъезжают. Марина подошла к Звягину и поцеловала в щёку. Через пять минут в отделении, в сопровождении сотрудников милиции появился Пашка Рыков. – Здравствуй, сынок. – Ты здесь что делаешь? – гневно спросил он. – Паш, Оля. – начала Марина, но Паша её перебил. – Не смей произносить её имя. Поняла? Ты мизинца её не стоишь. – Паш, у неё есть дочь. Твоя дочь. Я уверена. – Уходи. Марина молча вышла из отделения, а Павла стали допрашивать следователи. *** Женщина бесцельно шла по московским улицам и переулкам, по её щекам катились слёзы, и они катились бы дальше, если бы Марина не увидела знакомый силуэт. – Оля, постой. – окликнула её Марина. – Марина Леонидовна, Вы плачете? – Паша нашёлся. С ним сейчас всё в порядке, к сожалению, говорить он со мной отказался. А ты чего такая кислая? – Ой, Марина Леонидовна, я такая идиотка. Пашка меня не простит ни за что. – ответила Оля, катая коляску вперёд-назад. – Пойдём-ка ко мне домой, спокойно всё расскажешь. – предложила Аверина, понимая, что идти Оле некуда. Когда они поднялись в 305-ую квартиру, Оля глубоко вдохнула. Уж здесь до жути противный Арефьев её не найдёт. – Можно подержать? – спросила Марина, и Ольга одобрительно кивнула. Марина держала крошку на руках, и по её телу разливается приятное тепло. – Как назвала? – Алёна. Я должна Вам всё рассказать. Если Вы после этого не захотите меня видеть, я пойму. Марина пригласила Олю в гостиную, они сели на диван, Алёнка сладко спала в коляске. – В общем, когда я поняла, что беременна, Паша уже уехал. Я прождала его месяц, но он не вернулся. Я пыталась его искать, но попытки были тщетны. Он отчаяния я согласилась выйти замуж за Рому Арефьева. Иначе я бы не выжила одна с ребёнком на руках. – Оля говорила быстро, почти тараторила, чтобы поток слёз не прерывал её рассказ. – Я совершила полость. Я солгала. – А сейчас что? Почему я встретила тебя с ребёнком и собранными вещами? – Потому что с самого первого дня жизни Алёны, не было ни секунды, чтобы меня не тошнило от самой себя. Я очень хочу всё исправить. Но это невозможно. – А у твоего Арефьева отчество не Витальевич? – поинтересовалась Марина. Ольга перестала рыдать и утвердительно ответила. – Оль, есть информация, что Виталий Арефьев замешан в исчезновении Паши. – Что? Я убью его. Убью. – Успокойся. Я прекрасно понимаю твоё эмоциональное состояние, но у тебя дочь грудная на руках. Я думаю, лучше подумать о ней, а не о мести Роману и его отцу. *** – Павел Дмитриевич, Вы утверждаете, что некие люди по приказу Виталия Арефьева вывезли Вас в Казань и силой удерживали в подвале в течение года? – Слушайте, я всё уже расписал. И догадываюсь, по чьей инициативе это было организовано. Роман Арефьев. – Мотив? – Ревность. Девушку мы не поделили. Вернее, кое-кто никак не мог смириться с поражением. Ольга выбрала меня, понимаете? – Боюсь, что у Вас ложные сведения. Это не для протокола, но из уважения к Вашей матери, Павел, я скажу. Ольга Кирилловна Мартынова супруга Романа Арефьева, и насколько мне известно, они воспитывают трёхмесячную дочь. Паша озадаченно смотрел на подполковника и о чем-то думал. *** – Марина Леонидовна, он не даст мне развод. Я боюсь его. Он страшный человек. – Тихо-тихо. Тебе нужно встретиться с Пашей. И Бога ради, перестань плакать, молоко пропадёт, чем Алёнку кормить будем? – Марина вытерла с Олиных щёк слёзы, – Значит так, жить будете у меня, вещи из дома заберёте чуть позже и только под охраной. – Спасибо.